Она была быстрой.

Это первая мысль, которую я понял из её боевого стиля: воительница была чертовски быстрой. Такой, как когда скорость является врождённой, а не натренированной. Её тонкий меч двигался как продолжение руки, а не инструмент на её конце, а рефлексы заставили бы даже бывалых воинов позавидовать. Я блокировал первые два выпада на чистых инстинктах. Сталь зазвенела. Сила от удара ушла в правое запястье.

Второй удар пошатнул меня на полшага вправо. Воительница тут же продолжила комбинацию и уколола меня в плечо.

Использован навык: Финт.

Навык ожидает успех ложной атаки.

Я разменял её попадание в плечо моей без того обессиленной левой руки на собственный замах. Воительница повелась на обман и попыталась блокировать удар. Вместо этого я уколол её в запястье.

— М-м-м, а ты неплох, — сладко запела воительница, перехватывая меч здоровой рукой.

Я воспользовался заминкой и пнул её под колено. Раздался хруст, и она неуверенно попятилась. Я продолжил атаку и прочертил клинком размашистую линию прямо до её горла. В последнее мгновение она отклонила корпус назад, и кончик меча просвистел мимо, оставив лишь тонкую красную царапину.

Похоже, не она была той, кто муштровал людей. Иначе она бы знала главное правило: не трепаться языком во время боя.

Мы застыли друг напротив друга. Я почувствовал, как за воротник туники стекает тёплая кровь. Чертов дротик здорово меня порезал. Левая рука почти не двигалась, и я мог лишь слегка придерживать меч, чтобы принимать отдачу от ударов не одной правой.

Воительница выглядела не лучше. Она явно опиралась на левую ногу, а на её лице больше не было высокомерной притворной улыбки.

— Как насчёт подраться по-настоящему, охотник? — воительница облизала губы и посмотрела на меня исподлобья. — Без оглядки на жизнь или смерть?

— Рот прикрой, а то дышать невозможно, — холодно ответил я, поморщившись от отчётливого запаха скверны.

Он исходил от девушки. Я был в этом уверен.

— А ты заставь, — рассмеялась воительница, а в её глазах постепенно растекалось безумие.

Я на секунду отвлёкся. Двое бойцов на правом фланге продолжали наседать на Бертрана и Лазаря, но бывший стражник почти полностью был охвачен каменной кожей и наносил точные увесистые удары по врагу. Тонкий клинок Лазаря отчаянно плясал, но с трудом справлялся с задачей.

В этот момент воительница сорвалась с места и снова атаковала. На этот раз долгой комбинацией: удар сверху справа, укол в корпус, ловкий финт с целью выбить клинок из моей руки. Я совсем недавно использовал тот же навык и поэтому на него не повёлся.

Воительница двигалась быстрее с каждым ударом сердца. А оно у меня уже колотилось как бешеное. Я сидел в глубокой защите и получил ещё две раны: в бок и снова в плечо. Но, несмотря на задор, её атаки показались мне не такими болезненными.

Я наконец смог уловить, что перед каждым ударом сверху она слегка дёргает плечом. Я поймал это движение и позволил её мечу пройтись вскользь по моей руке. Он рассёк мне предплечье. Бешеные глаза требовали больше крови. И воительница пошла за ней. Она сократила дистанцию и попыталась сбить меня с ног. Вместо отступления я сделал шаг вперёд. Я неловко отбил удар, выпустив меч из здоровой руки. И вогнал локоть прямо ей в челюсть. Раздался хруст. На лицо брызнули капли чужой крови. Я перехватил кисть девчонки и подсёк ей ноги.

Мы вместе завалились на землю. Она приложилась виском об увесистый пень срубленного дерева. Меч выпал из её руки, но поджарое тело извивалось и дёргалось подо мной с неестественной силой. Заплывшие от сотрясения глаза всё ещё наполняло первобытное желание, а с искривлённого от страшной травмы лица даже сейчас не сошла улыбка.

— Пф… кф… ррр, — она попыталась что-то сказать.

Я крепко приложил её головой о пенёк. Затем ещё раз. И ещё. Казалось, будто ей было вообще плевать на удары. Она пыталась бить меня в ответ.

Она потянулась рукой к моему поясу. Я перехватил её руку и с силой выломал. А затем сам выхватил из-за пояса рабочий нож, про который совсем забыл в суматохе.

Воспользовавшись моментом, воительница махнула рукой и расцарапала мне щёку. В ответ я бесхитростно вогнал ей нож в шею, не закрытую воротником кожаной кирасы.

Она продолжала дёргаться и вырываться. И стихла лишь после доброй дюжины ударов. Из её взгляда потихоньку исчезло безумие. Ее остекленевшие серые глаза в последний раз взглянули на выходящее из-за горизонта солнце.

Я поднялся на ноги. Голова гудела. Весь воротник и левая сторона туники промокли от крови. Лёгкие горели, и я тяжело дышал ртом. Но останавливаться было рано.

Я огляделся по сторонам и заметил воткнутый в землю дротик в двух шагах от себя. Я тут же сунул ножик за пояс и подхватил дротик, а затем рванул ближе к зажатым у дерева Бертрану и Лазарю. Когда оказался шагах в десяти за спинами увлечённых сражением бойцов, я бросил дротик ровно в одну из спин, что пошире. И попал.

Использован навык: Хищный рывок.

Врагов в радиусе: 3.

Моё израненное тело метнуло прямо на воина поменьше. Я едва успел вытащить из-за пояса нож и ткнул им этого бойца в район рёбер.

Широкоплечий воин рядом уже стоял на коленях, явно с трудом удерживая сознание после попадания дротика. Его я выбрал второй целью и просто повалил на землю всем весом. Нож уже выскользнул из руки где-то по пути.

А затем меня бросило обратно к пеньку, и я завалился в траву в паре шагов от умиравшей воительницы. Из лёгких выбило воздух. Первые солнечные лучи грели и без того разгорячённое тело.

— Кир! — раздался выкрик Бертрана, будто бы он звучал откуда-то с глубины. — Ты там часом коньки не двинул⁈

Я с трудом подтянул своё тело вперёд и рывком сел, облокотившись спиною о пенёк. Сил отвечать не было. Но после того, как я задвигался, дальнейших окриков от Бертрана не последовало.

Странно. Было ощущение, будто стойкий аромат гнили ушёл. Сейчас различал лишь привкус крови, запах сырой травы и палёного мяса, что всё ещё витал над буреломом.

Я оценил результаты побоища. Бертран стоял на ногах, привалившись к дереву, и держался за плечо свободной рукой. Он крепко сжимал челюсть и слегка расслабился лишь тогда, когда поймал мой взгляд. Лазарь громко кашлял и методично вгонял клинок в горло широкоплечего бойца. Его руки дрожали от переутомления, а фигура покачивалась из стороны в сторону, как во время шторма на корабле.

Кажется, шторм мы всё-таки пережили. По крайней мере, мне хотелось в это верить. Потому что встать и проверить Айрис сил не было. Впрочем, я знал, что она крепкая девчонка. Посижу ещё чуток и посмотрю, как там она…

Сработал навык «Коллекционер» (⅔). Вы можете заменить или добавить к текущим навыкам («Боевая выдержка», «Хищный рывок») новый:

— «Боевое безумие» (активная): вы постепенно обмениваете интеллект и ловкость на силу и получаете сопротивление боли (25%). Длительность: 2 минуты.

— «Подсечка» (активная): в случае, если вы находитесь на близкой дистанции, вы можете сбить противника с ног. Шанс успеха увеличивается за счёт преимущества в силе (+2% за каждое очко характеристик).

— «Комбинации» (активный, редкий): каждая следующая атака подряд, даже если она заблокирована, получает бонус к скорости и урону (+5% при блоке, +10% при успехе). Ограничение: 5 ударов.

— Нихрена не понимаю… — тяжело выдохнул я.

У этой девчонки сразу три солдатских навыка, из которых один ветеранский. Многих рекрутов муштровали в Утёсе Ветров годами до того, как они могли освоить «Комбинации» как навык. Несмотря на всю его кажущуюся простоту.

И всё же было ощущение, будто она до конца не понимала или не пользовалась своими навыками на фундаментальном уровне.

Ладно. Нечего гадать. Можно выбрать навык и посмотреть самому. Подсечка была слишком простой, и в меня вбили её до автоматизма без всяких навыков. Боевое безумие — хорошая вещь, но я предпочитал сражаться с умом.

Собран навык с использованием «Коллекционера» (3/3): «Комбинации».

Перед глазами тут же поплыла пелена. Я стоял снаружи небольшой деревянной избушки и смотрел внутрь через окно.

Там, внутри, сидела молодая девчушка, зим шестнадцати на вид. Хотя на её лице уже был небольшой светлый шрам на подбородке, а руки были в мозолях от постоянных тренировок, в её глазах блестел огонёк юной непосредственности.

Где-то за спиной протопали копыта лошади, а возница ударил хлыстом и грубо выругался. Но девчонка, сидевшая за узким деревянным столом, даже не шелохнулась. Не дёрнулась она и за клинком с простой деревянной рукоятью, что лежал перед ней на столе. Она сидела в полумраке придорожной станции и широко открытыми светлыми глазами смотрела на тёмную фигуру напротив.

Я посмотрел в ту сторону, но тоже не смог разглядеть эту фигуру. Каждый раз, когда я щурил глаза и внимательно всматривался, очертания фигуры сильнее расплывались. Будто бы она не хотела, чтобы её увидели.

Но я слышал голос.

Тёплый и неторопливый. Рассудительный. Голос, который в совершенно другом месте и в другое время наставлял больного измученного Сквернозверя утолить свой голод в Сером лесу. Сейчас же он задавал вопросы, один за другим, а его владелица ожидала ответы с завидным терпением.

Она спрашивала молодую девушку о её способностях. О том, насколько хорошо она владела мечом и как оказалась на станции у Стены совсем одна. Светловолосая девчушка отвечала на каждый вопрос, будто завороженная. Я чувствовал, что что-то идёт не так. Мне захотелось крикнуть или ворваться внутрь и убедить её молчать. Или сбежать. Но я не мог.

Я стоял за окном и смотрел, как девчонка честно отвечала на каждый вопрос. То ли с непосредственностью ребёнка, то ли с упорством воина.

— Ты подойдёшь, — прошептал сладкий женский голос.

Старая масляная лампа замигала и погасла, скрыв от меня и очертания лица девушки, и тёмную фигуру. Она оставила придорожную станцию в полной темноте.

Я открыл глаза. Видение ушло. Я всё так же сидел на поляне, прислонившись спиной к пеньку. Где-то в глубине души закрались сомнения, а стоило ли сражение свеч. Примерно те же чувства я испытывал, когда погиб Юрий, чья «Боевая выдержка» сильно выручила меня сейчас.

Я помотал головой, от чего в ушах зазвенели колокола, а шея отдалась приступам боли. Немного помогло. Лес вокруг меня был таким же, каким был до начала видения. И молодая женщина оставалась всё так же мертва.

Я протянул руку и закрыл остекленевшие серые глаза, глядящие куда-то в небо.

— Да примет тебя тишина, — тихо произнёс я.

С тяжёлой головой и тяжёлым сердцем я медленно поднялся на ноги. Я удержал равновесие и оперся рукой на пенёк, покрытый кровью. Сделал пару шагов в сторону и понял, что пока вроде бы держусь на ногах.

Совсем рядом в траве что-то заблестело. Я наклонился и поднял изящный тонкий меч воительницы. Он был раза в полтора длиннее клинка Кирка и немного легче. Сталь с синим отблеском явно свидетельствовала о том, что он был сделан на заказ.

— Я верну его тебе, когда встретимся в Чертогах, — пообещал я.

И оглядел поляну свежим взглядом. Бертран сидел под тем же деревом и морщился, пока Лазарь ловко перематывал его плечо. Бертран выглядел как человек, который считает медицинское внимание неизбежным неудобством и предпочитает не усложнять ситуацию. Он пару раз смачно ругнулся, что означало, что-либо рана была ерундовой, либо настолько серьёзной, что жаловаться уже бессмысленно. Я пока остановился на первом варианте.

— Айрис! — громко позвал я.

И с трудом узнал свой хриплый голос.

— Не кричи, — тихо ответил голос молодой волшебницы откуда-то из-за соседнего пенька. — Я прекрасно тебя слышу.

Она поднялась на ноги и с трудом оперлась на соседний пенёк. Хотя на ней не было ни одной раны от клинка, платье выглядело слегка потрёпанным, а сама волшебница была бледной. На её скуле начинал растекаться синяк, явно полученный от удара здоровяка с дубиной.

— Всё настолько плохо? — задала она мне вопрос с подвохом, заметив мой взгляд.

Уставшие глаза Айрис смотрели на меня с подозрительным прищуром, который по какой-то причине казался мне гораздо опаснее, чем все культисты вместе взятые.

— Нет, ты всё так же прекрасна, как и прошлым утром, — тут же на одном дыхании выпалил я.

Айрис цокнула языком и присела на пенёк. Кажется, опасность миновала.

— Что-то интересное случилось прошлым утром? — раздался над ухом монотонный голос Лазаря.

Он подошел ближе и протянул мне мой выроненный в суматохе нож.

— Ничего.

— Ничего!

В один голос ответили мы с Айрис. Я в очередной раз удивился, как иногда мог бесшумно перемещаться бывший клирик. И забрал у него ножик, вернув его за пояс.

— Ничего так ничего, — безразлично пожал плечами Лазарь и выудил из-под плаща небольшую баночку с мазью. — Я могу сделать перевязку порезов и колотых ран. Если у вас есть переломы, нужно будет собрать несколько ровных веток, что достаточно просто в таком лесу. Но вот от синяков…

Лазарь бросил взгляд на лицо Айрис. Она лишь покачала головой, но бывший клирик поёжился и тут же поправил себя:

— На другие раны мои способности и запасы не распространяются.

— Мне бы не помешала твоя помощь, — выдохнул я и опустился на пенёк. — Меня тут изрядно порезали и поломали.

— Тогда я к твоим услугам! — с каким-то нездоровым весельем произнёс Лазарь.

Я постарался стянуть с себя тунику, но одной рукой это было сделать проблематично. Айрис пришлось мне помочь. В некоторых местах кровь успела подсохнуть, и Лазарю тоже пришлось прийти на помощь и отмачивать раны из фляжки, которую он выудил из-под плаща.

Когда он увидел застарелые и свежие раны, присвистнул и сказал:

— Тяжелый случай.

— Не думаю, что от тебя это комплимент, Лазарь, — усмехнулся я. — У тебя там под плащом случайно нет эля или бренди? Убил бы сейчас за глоток алкоголя.

Лазарь ненадолго остановился и внимательно посмотрел мне в глаза. Похоже, что он воспринял угрозу всерьёз. Или не хотел делиться со мной алкоголем.

Впрочем, он не стал больше тратить время на разговоры и сразу же приступил к осмотру. Было видно, что первую помощь он оказывает не впервой.

— Сначала нанесу мазь на порезы, а затем разберусь с остальным, — деловито произнёс Лазарь и откупорил мазь. — Будет немного жечь.

Он зачерпнул мазь пальцами, и раздалось шипение. Но бывший клирик даже не поморщился.

— Ай, тысяча демонов тебя раздери! — невольно вырвалось у меня, когда он нанёс мазь на шею и едва переставшая кровоточить рана зашипела и запузырилась.

Со стороны соседнего пенька раздался сдержанный смешок Айрис.

— Ты вообще-то следующая, — сквозь зубы произнёс я.

— Не-а, — покачала головой Айрис, с лёгкой улыбкой на уже заметно более здоровом лице. — На другие раны способности и запасы Лазаря не распространяются.

Я посмотрел на темноволосого лекаря, который зачерпнул ещё мази и даже не поморщился, но он был слишком занят работой, чтобы прийти мне на помощь в этой словесной дуэли.

— Плечо вывихнуто, кость ближе к локтю могла треснуть, но явного перелома я не наблюдаю, — произнёс Лазарь после того, как закончил обрабатывать мои многочисленные порезы. — Будет немного больно.

Последнюю часть фразы он добавил, крепко перехватив мою руку.

— Да пошёл… ты, — беззлобно усмехнулся я.

Он вправил мне плечо ещё до того, как я закончил фразу.

— Ну вот и всё.

Лазарь отошёл от меня на пару шагов и посмотрел на результат своих трудов так, как великие художники смотрели на собственные полотна. Я даже немного завидую такому энтузиазму.

— Если с первой помощью закончили, давайте подкрепимся и закончим наш разговор, — предложил я. — Эти культисты прервали нас до того, как мы успели поговорить про скверну.

Из-за спины Лазаря тут же появился Бертран. Он хлопнул лекаря по плечу и сказал:

— Если ты достанешь ту фляжечку, что ловко от меня припрятывал, то сушёного мяса и сухарей хватит и на твою долю.

На словах о мясе Лазарь заметно сглотнул и тут же выудил откуда-то из-под плаща небольшую серебристую фляжку.

— Только предлагаю пересесть чуть подальше, — сказал я и поднялся на ноги. — Ещё не хватало, чтобы кто-то из культистов соблазнился мясом и выпивкой и решил остановиться на полпути в Бездну.

Шутка была сомнительная. Но она вызвала искренний смешок Бертрана и едва различимую улыбку на лице Лазаря, которому пришелся по душе профессиональный юмор. Айрис только покачала головой и тяжело выдохнула.

Через некоторое время мы расположились на достаточном расстоянии от места побоища и разложили наши припасы. Завтрак состоял из сушёного мяса, сухарей, воды и выпивки. Не знаю, что там у Лазаря было во фляжке, но эта дрянь хорошо жгла горло.

— Тебе точно не нужна помощь? — спросил я у Айрис после того, как мы закончили есть.

— Это магическое истощение, — объяснила девушка. — Обычные методы здесь не помогут.

— Будь у меня фога демона, я мог бы фто-нибудь придумать, — ответил Лазарь.

Он набил рот сухарями и спешно старался их дожевать. Он периодически поглядывал по сторонам, будто кто-то из нас в любой момент готов был их отнять.

— Ну что, — произнёс я, когда Лазарь дожевал сухари. — Мой вопрос немного меняется и теперь касается не только скверны.

Лазарь настороженно посмотрел на меня и немного напрягся.

— Какого хрена происходит в этом лесу?