Мы покинули деревню на рассвете. Бракмур ещё по большей части спал, когда мы вышли из таверны. Пара стражников Остапа торчали у ворот с уставшими лицами, да и выглядели как люди, которые имели нелестное мнение об утрах вообще. Один из них, тот, что помоложе, проводил Айрис взглядом. Она даже не посмотрела в его сторону.

Воздух за стенами был прохладным и нёс в себе запах Серого леса, просыпающегося ото сна, пока солнце ещё не поднялось. Но этот обманчивый запах мокрой земли скрывал в себе опасность. Где-то там, в чащобе, был источник заразы, перебрасывающейся от диких зверей к домашним. Он мог встать нам как в три серебряка, так и забрать нашу жизнь, как уже сделал с тремя людьми Марьи, что не вернулись из леса.

Я проморгался, отгоняя остатки сна, и постарался не задерживать внимание на плохих мыслях. Будем надеяться, что люди Марьи живы и просто сбежали в соседнюю деревню от её скверного характера.

Мы шли привычным порядком, уже даже без обсуждения. Я двигался впереди, за мной пружинисто вышагивал Бертран, а Айрис вообще не была частью нашего маленького строя. Она двигалась параллельно тропе, то с правой, то с левой стороны, иногда пересекая её. Она уже делала так в прошлый раз, по дороге в Бракмур. Учитывая, что волшебники зачастую имели степень восприятия гораздо более острую, чем обычные люди, я был не против.

В этот раз скарба на нас было больше, и его значительную часть тащил Бертран: через плечо у него висела холщовая сумка, на другом плече моток верёвки, новый топор на поясе рядом с мечом, как и один из бурдюков. Часть вещей нёс я. Лишь Айрис двигалась налегке.

Первый час пути дался легко. Серый лес к северу от Бракмура отличался по виду от участка близ Хольца. Здесь свод крон был выше, но деревья стояли реже, поэтому свет проходил между ними широкими полосами. Всё это должно было ощущаться не так гнетуще, как густые заросли вокруг Хольца. Но тяжёлое чувство никак не отпускало меня. Возможно, дело в тревожных мыслях, оставшихся с прошлой ночи. А может, дело в звуках природы, неуловимо отличавшихся здесь от привычного Хольца.

Я отогнал тревожные мысли и не стал применять Звериное чутьё. Пока приберёг. У этого навыка есть перезарядка, а я не знал, насколько долгим выйдет день.

Мы следовали маршруту, ведущему нас по направлению, откуда появлялись больные звери с карты Остапа. Держали курс на северо-восток. Отметки на карте образовывали изгибающуюся линию, ведущую в чащу. Я периодически доставал толстый пергамент из-за пояса и сверял наше положение с чертами лесной полосы, когда это было возможно.

Иногда Бертран корректировал наш маршрут, ему этот лес был знакомее моего, даже если он и не был в Бракмуре уже несколько зим. В первый раз он заметил следы, а во второй сломанные ветки.

— Внимание, — одними губами проговорил я и поднял руку.

Мы замерли, вглядываясь в пространство между деревьями. Айрис беззвучно выпорхнула из леса и присоединилась к нам.

Впереди, в неглубокой ложбине между двумя раскидистыми корневищами, копошился кабан. Или, по крайней мере, то, что когда-то им было. Он фыркал и рыл, как и было положено обычному кабанчику, но вот его внешний вид был абсолютно неправильным и бросался в глаза даже на расстоянии. Кабан был крупным. Его бока покрывали зеленовато-чёрные и сочащиеся язвы, расползавшиеся вплоть до брюха.

— Айрис, за корни справа, — тихо сказал я. — Бертран, отвлекаешь его слева. Я пойду по прямой.

Отряд рассредоточился без лишних разговоров. Когда я подошёл к одному из деревьев, откуда на кабана открывался особенно чёткий вид, тот перестал копать и поднял голову. Айрис уже была на месте за корнями, а вот Бертран только занимал позицию.

Кабанчик резво развернулся, чуть повернул морду в сторону и уставился на меня. Его левый глаз был затянут белой плёнкой. А правый горел неестественным красным цветом.

— Демоны тебя раздери, — тихо выругался я и обнажил клинок.

Кабан ничего не ответил. Он просто бросился в атаку. Зверь покрыл расстояние между нами быстрее, чем было положено простой свинье. Похоже, что скверна выжгла в нём не только инстинкт самосохранения, но и остатки разума. Он в мгновение ока пролетел добрый десяток шагов. А я по полной использовал ту пару секунд, что была у меня на реакцию.

Сначала я шагнул влево, а затем толкнул зверя в сторону, позволяя инерции пронести его мимо. Он с визгом пролетел рядом и врезался в корень за моей спиной. Звук удара напоминал падение телеги с обрыва.

Зверь отряхнулся и в один прыжок поднялся на лапы. Я зашагал вперёд, а рядом с мечом на перевес зашёл Бертран. Его удар из слепой зоны зверя пришёлся вскользь. А вот мой оставил глубокий след на кабаньей морде. Осквернённая тварь не издала ни звука, вместо этого пыталась пырнуть меня клыками. Очередной удар Бертрана пришёлся в шею, и зверь на секунду отвлёкся на бывшего стражника.

Я дёрнулся в сторону, а затем использовал Хищный рывок.

Использован навык: Хищный рывок.

Цели в радиусе: 1.

Лес вокруг стал темнее. Я оказался в слепой зоне кабана прежде, чем он смог отреагировать на моё движение. Мой меч с хлюпаньем вошёл ему за ухо. Череп зверя хрустнул. Удар сильно отдался в запястье, но меч я удержал. Кабан тяжело рухнул на жухлую траву, два раза дёрнулся и затих.

Ложбина вновь погрузилась в тишину.

Я выпрямился и размял кисть. Бертран опустил меч. Айрис вышла из-за корней и внимательно осмотрела тело монстра.

— Могла бы и подсобить, — больше для себя проворчал Бертран.

— Вам не нужна была моя помощь, — ответила Айрис.

Я подошёл ближе к зверю и опустился на корточки рядом с ним. С волшебницей я согласен. Кабан был слабым. Поэтому я раздумывал, стоит ли забирать у него какой-то навык с помощью Коллекционера, хотя бы для того, чтобы получить очередное видение.

— О чём задумался? — вырвал меня из размышлений вопрос Айрис.

Бертран стоял чуть поодаль и внимательно следил за округой. Зелёную шкуру зверя изучали мы вдвоём.

— Это не обычная болезнь, — ответил я. — Глаз у него был затянут ещё до атаки. Да и шкура напоминает желчь Сквернозверя, которого мы убили на вырубке.

— Я видела осквернённых зверей в лесу, — сказала Айрис и тут же ответила на мой немой вопрос, — когда скрывалась от людей барона.

Я решил не использовать Коллекционера. Вряд ли этот зверь на окраине леса мог пережить что-то полезное.

— Заражённая вода, отравленная земля, всплеск демонической энергии с приграничной зоны… — тихо перечислил я. — Пока это может быть всё, что угодно.

В естественную болезнь я не верил. Обычное заражение тяготеет к серому и чёрному цвету, оттенкам инфицированной ткани, отмирающей изнутри. Тут же зелень расходилась из одной точки.

— Давайте заберём трофеи с туши, — ответил я и потянулся за кинжалом.

Айрис отступила назад, а рядом тут же нарисовался Бертран.

— Ну вот, другое дело, — весело проговорил он, вытягивая из-за пояса топорик.

Мы провозились недолго и вернулись на маршрут. Через несколько часов миновали последнюю отметку на карте Остапа и вошли на незнакомую территорию. Чем дальше мы забирались, тем старше становились деревья, и кроны потихоньку вновь смыкались над головой. Бертран позволил себе отдельные фразы после сбора трофеев, который явно поднял ему дух. Сейчас же он замолчал и внимательно всматривался в округу.

Мы прошли широкий овраг и сменились, ведь в лесу взгляд быстро замыливался. Теперь Бертран шёл впереди, Айрис за ним, а я замыкал строй. Волшебница без лишних указаний присоединилась к нам, когда лес стал заметно плотнее.

— Пст, — подал тихий сигнал Бертран.

Он указал рукой в сторону деревьев, расходившихся у неглубокого ручья. Там был олень. Он лежал на боку в грязи у воды, и его туша подрагивала от конвульсий. Мы осторожно приблизились, но олень даже не дёрнулся.

— Тут то же самое, — сквозь зубы произнёс Бертран и показал мечом на морду зверя.

Оба глаза оленя были затянуты белой плёнкой. Язвы покрывали большую часть тела. Сам зверь фыркал и пытался повернуться к воде, но сил ему не хватало.

Бертран проявил милосердие и добил его одним ударом.

— Периметр на тебе, — скомандовал я Айрис.

Девушка молча отступила, а мы с Бертраном повнимательнее пригляделись к туше зверя. Его жёсткий мех был покрыт язвами, узор которых напоминал те, что мы видели на кабане. Да и цвет такой же, зеленовато-чёрный.

Голова оленя была вывернута под неестественным углом. Я слегка надавил на нее мечом, чтобы вернуть в естественное положение. Касаться зараженной твари руками желания не было.

— Ну-ка, гляди, — Бертран указал пальцем на часть шкуры зверя под горлом.

Здесь была небольшая метка. Она была выжжена на коже, а не на меху. Значит, тот, кто её ставил, срезал мех и нанёс метку до того, как животное выпустили в лес. И делал он это явно не в лесной чаще, где крики оленя привлекли бы внимание хищников.

— Ожог частично затянулся, — констатировал я. — Этой ране седмица, если не больше.

Бертран кивнул. Но, несмотря на прошедшее с нанесение время, мы оба точно могли разобрать символ: треугольник, внутри которого находился овал с расходящимися в стороны линиями, которые наводили мысль то на рисунок глаза, то ли на лучи солнца. Сейчас уже было сложно разобрать рубцовую ткань. Да и сама метка была грубовата.

— Есть мысли, что это значит? — спросил у меня Бертран.

— Никаких, — честно признался я и позвал волшебницу. — Айрис!

Айрис подошла ближе и вгляделась в метку. Она недолго размышляла, склонив голову набок, но затем лишь молча покачала головой.

— Ладно, — пожал плечами я и достал кинжал. Не пропадать же добру.

Разделка оленя заняла у нас больше времени, чем мне бы того хотелось. И всё же нам нужны были и доказательства для Остапа, и части монстров, не затронутые скверной, чтобы выручить за них пару монет.

Когда мы закончили, я оставил отметку об этой позиции на карте и двинулся дальше. В этот раз я вновь возглавил боевое построение, а Бертран замыкал строй, нагруженный нашими трофеями.

Когда солнце было уже низко над горизонтом и окрашивало лес в красноватые оттенки, нам встретился третий зверь. Едва я заметил, как что-то шелохнулось в кустах, как тут же активировал навык.

Использован навык: Звериное чутьё.

Я тут же разглядел крупного волка, медленно движущегося между деревьями шагах в пятидесяти от нас. Он повернул свою морду ко мне, и наши взгляды встретились. Один глаз зверя был серым, а второй наливался неестественно алым цветом.

Волк тут же развернулся и в несколько тяжёлых прыжков скрылся среди деревьев.

— Туда, — тихо указал направление я.

Через минуту мы были на том месте, откуда сбежал волк. Его следы чётко читались на земле.

— Похоже, ему трудно двигаться, — сказал Бертран и тут же пояснил. — Видите, как когти отпечатались? Он опирал вес на передние лапы.

— Идём за ним, — отдал приказ я.

Мы двинулись по следу и углубились далеко за пределы территорий, которые отражала карта Остапа. Я ещё несколько раз использовал Звериное чутьё и ловил тень волка где-то далеко за деревьями. Он двигался странно: кружил по собственному следу, надолго замирал в местах без укрытия и без видимой причины для остановки, резко менял направление.

Когда лес погрузился в сумрак, мы настигли его. Но волк был уже мёртв.

— Что-то не сходится, — произнёс я, оглядывая тело.

Волк явно выбился из сил, а его инстинкты были сбиты, но он всё ещё бежал довольно бодро и всегда держался на почтительном расстоянии от нас.

На его шкуре были следы зелёных язв, но гораздо меньше, чем на кабане или олене. Да и глаза совсем не заплыли, хоть и были разного цвета. Я посмотрел на шкуру под горлом, но метки там не обнаружил. Зато увидел нечто другое.

— Этого волка убил человек, — решительно произнёс я.

И указал на глубокий след от клинка, хирургически оставленный на шее зверя.

— Его прирезали одним точным ударом, — подтвердил Бертран. — Болезнь его замедлила, а вот прикончил уже кто-то другой…

Я только недавно использовал Звериное чутьё, и навык был у меня на перезарядке. Но даже без этого было понятно.

— На этом месте кто-то был раньше нас, — озвучил мою мысль Бертран.

— И причём совсем недавно, — кивнул я.

Вопрос в том, двигаться ли нам вперёд, дожидаясь перезарядки навыка, или вернуться назад в деревню за тремя серебряными монетами. Я подозвал Айрис, и, пока Бертран выдирал клыки волка и срезал небольшой кусочек заражённой кожи, мы прикинули варианты.

— Айда вперёд, — предложил кряхтящий над тушей волка Бертран. — Слишком уж далеко мы зашли.

— Согласна, — без лишних слов ответила Айрис.

Когда бывший стражник закончил возиться с тушей, мы отправились дальше в лес. Теперь мы двигались гораздо медленнее, чем раньше, и внимательно всматривались в округу. Через час движения на северо-восток в нос ударил запах костра. Я тут же применил восстановившееся Звериное чутьё.

Навык включился и привычно обострил для меня очертания мира: я начал отчётливо различать каждый звук из ночной жизни леса, а запахи ударили в нос с новой силой. Я слышал, как журчит вода где-то под камнем шагах в двухстах от нас. Различал дыхание Бертрана и едва заметный шорох платья Айрис. Я чувствовал ветер, гуляющий сквозь кроны над нами.

А за этим всем, где-то на самом краю досягаемости навыка, было движение. Кто-то размером с человека. И не один, а много. Я не считал фигуры, а вместо этого вчитывался в рисунок их движения. Он расходился веером и покрывал значительное пространство леса. Как минимум восемь человек скоординированно прочёсывали округу. Возможно, на флангах боевого построения их было даже больше.

Я тут же поднял разжатую ладонь вверх, а затем показал пальцем в сторону незваных гостей. Бертран ощутимо напрягся. Они были далеко и пока не могли увидеть или услышать нас в лесной тьме. Но это не значило, что мы могли просто стоять на месте.

Я повернулся и уже готовился вести отряд в сторону от угрозы, когда уловил ещё что-то. На возвышении, где-то высоко в кронах у края рощи, затаилась одинокая неподвижная фигура. Она была явно отделена от прочёсывающих лес людей и находилась ближе к месту, откуда тянуло дымом.

Мой навык угас. Я тут же повернулся в сторону и направил нас в противоход движению восьмёрки. Мы тихо отступили сквозь подлесок, без единого хрустнувшего сучка и сдвинутого камня. Когда мы отошли на достаточное расстояние от цепочки людей, я остановил отряд.

— Там были люди, — тихо объяснил я. — Человек восемь или больше. Они организованно прочёсывали местность и двигались с севера. По идее, нас они видеть были не должны.

— Если у них не было мага, — шёпотом напомнила Айрис.

— Если у них не было мага, — согласился я и продолжил. — Ещё в стороне костра была фигура человека. Но я не смог нормально её почувствовать, навык слишком быстро закончился.

— Вот дерьмо, — тихо выругался Бертран. — Думаешь, Остапу хватит того, что мы расскажем про них и проставим метки на карте?

— Вряд ли, — покачал головой я. — Без доказательств он нам не поверит. И отправит нас проверять эти же самые новые метки.

— Угу, — угрюмо проворчал Бертран. Он и без меня знал, что это не сработает. — Двигались-то хоть как? Как охотники?

— Слишком сильно шумели, как для охотников, — начал вспоминать ощущения я. — Да и волка убили не они, а тот, что прятался в кронах.

— Ну да, рана всего одна, — согласился Бертран. — Восемь человек его бы хоть пару разочков приложили.

— Пока в Бракмур не возвращаемся, — решил я. — Как только будет готов мой навык, можем пройти по нашим следам и повисеть у этого отряда на хвосте. Что думаете?

Бертран и Айрис несколько секунд обдумывали моё предложение и в итоге согласились. Я повёл нас обратно не совсем по следам, а просчитал расстояние так, чтобы зайти восьмёрке в спину. Мы описали широкую дугу и держались подветренной стороны. Регулярно останавливались и проверяли лес вокруг моим навыком.

Всего на вторую проверку я вновь вышел на след группы. Их движение не поменялось, но теперь они были прямо на источнике дыма, в паре десятков шагов от затаившейся в кронах фигуры. Беглец, а никем иным он быть не мог, слегка сместился с момента последней проверки. Он забрался выше. И теперь сидел на самой верхушке дерева, откуда у него должен был быть хороший обзор на большой отряд.

— Они разбили лагерь у костра, — шёпотом сказал я. — Одиночка там же.

Судя по звукам и запахам, лагерь был разбит на поляне. Люди двигались без единого слова, и, не будь у меня Звериного чутья, мы бы не увидели и не почувствовали их, пока не наткнулись бы на лагерь. И тогда было бы уже слишком поздно.

Хрусь.

В той стороне, откуда совсем недавно пришла восьмерка, хрустнула ветка. Люди на секунду замерли и тут же пришли в движение: они бросились по своим же следам, как гончие, оставив троих человек сторожить лагерь.

В этот момент, смешавшись со звуками шагов и коротких тихих команд преследователей, беглец переметнулся на другое дерево и ловко спрыгнул на землю. Он замер, как и мы, а затем рванул прочь от лагеря. Похоже, караулившая стоянку троица его не услышала.

Я дал сигнал двигаться за ним, прежде чем целый отряд людей решит рассредоточиться и прочесать каждую травинку и каждый куст в этой части леса. А мне не хотелось, чтобы они начали выбивать ответы из нас. А вот сбежавший от них человек точно мог что-то знать и у нас вполне могло получить выторговать или выбить ответы из него по полной.

— Преследуем одиночку, — одними губами шепнул я поравнявшейся со мной Айрис.

Звериное чутье в последний раз подсветило его местоположение и отключилось. Оставалось надеяться, что мы окажемся быстрее. И что волшебница не потеряет след беглеца.