Думал ли Мо Хэ, что однажды приведет ученицу в публичный дом? Вряд ли. Конечно, у него возникали мысли провести обучающую беседу в лучших даосских традициях, но потом он решил, что Вэньвэнь должна сама разобраться с этим. В конце концов, ей было уже восемнадцать лет – возраст, в котором большинство простых девушек уже не то что замуж вышли, даже матерями стали. Однако с образом жизни Мо Хэ не было ничего удивительного в том, что к Гу Вэньвэнь никто не сватался.
К тому же заклинатели никогда не спешили заключать браки. При столь долгой продолжительности жизни союз двух людей мог однажды превратиться в непосильное бремя. Нравы заклинательного мира были потому гораздо свободнее: люди сходились, расходились, примеривались, и не каждый в итоге становился спутником на тропе совершенствования.
Конечно, это не всегда бывало так. Например, Десять кланов связывало множество родственных уз и брачных союзов, которые зачастую заключались еще при рождении детей. Для них это был почти единственный способ расширения влияния и роста, ведь они редко принимали людей со стороны. Однако в Великих орденах такая традиция не пользовалась популярностью по одной простой причине: каждые несколько лет они и так открывали набор учеников, так зачем им договорные браки?
Поскольку сам Мо Хэ вырос в Великом ордене, он никогда не задумывался о брачном союзе. А Гу Вэньвэнь не бывала в Чэньси и редко общалась с другими заклинателями, а потому ничего удивительного в отсутствии у нее помолвки не было.
Однако сейчас, сидя вместе с учениками в чрезвычайно странной компании, Мо Хэ задумался о том, достаточно ли внимания он уделил в свое время этому вопросу и не стоит ли к нему вернуться. А все почему: Гу Вэньвэнь, отыгрывая роль молодого юноши, на пару с Се Юньци сидела за низкими столиками, хлестала вино и даже несколько раз для проверки ущипнула одну из бедных девушек «Тысячи цветов», кажется Сыхуа. Сидя в уголке у ширмы, Мо Хэ, дабы не выдавать их прикрытие, мог только молчать, вздыхать и пить чай, который специально для него доставили в комнату.
Надо сказать, что в публичном доме темная ци была такой густой, что Мо Хэ почти ничего не видел, а потому передал инициативу двум своим ученикам, превратив посещение дома удовольствий в урок по поиску нечисти. Еще надо сказать, что некий Се и некая Гу совершенно неправильно восприняли наказ Учителя и принялись… флиртовать с проститутками.
«Это нужно для дела, Учитель», – шепнул ему Се Юньци, когда они заходили в публичный дом, и этот несносный ученик заказал лучшую комнату, вино, девушек и закуски. Мо Хэ сначала хотел возмутиться, но раскрывать прикрытие не хотел, раз уж они заранее договорились притвориться клиентами, чтобы не спугнуть змею.
Когда они оказались в комнате, которую он все равно не мог видеть, но по восклицаниям Гу Вэньвэнь понял, что та «очень изысканная и красиво обставленная» (и наверняка очень дорогая), а прислужник отправился за девушками, Мо Хэ осадил Се Юньци и сказал, что денег у них на все это нет. К тому же поиск шэяо был первостепенной задачей, поскольку, уничтожив демона, они разрушат проклятие и спасут умирающих людей. «Бродить меж цветов и ив сейчас не время». Мо Хэ горел праведным гневом.
В ответ Се Юньци заказал лучший чай в «Тысяче цветов» и заранее оплатил комнату из своего кармана.
И вот Мо Хэ сидел в углу, слушал игру на гуцине, а два его ученика занимались, как они это называли, «выведыванием информации». Если где-то в глубине души даоса и кипел гнев, лицо Мо Хэ оставалось равнодушным, а взгляд – сдержанным. И даже пальцы не так сильно сжимали пиалу из прекрасного фарфора.
Только сейчас он понял все недостатки потери зрения. Хотя смутные очертания предметов Мо Хэ все еще видел, но в воздухе клубилось слишком много темной энергии, а они решили скрыть свою светлую ци, чтобы змея ничего не заподозрила. Потому даос не мог использовать свое духовное сознание, чтобы не насторожить противника.
Труднее всего со змеями было именно из-за их изворотливости. Хотя шэяо не являлись сильнейшими из демонов, они тем не менее славились особой хитростью. Эта змея уже встревожила клан Лу, который послал на подмогу Шанло лучшего лекаря в мире. Барьер не выпускал ее из города, но она продолжала творить зло и заражать людей, и до сих пор ее никто не обнаружил.
Шанло – маленький городок, но из-за торгового пути здесь всегда большой поток людей, и отследить человека очень сложно. Особенно если это замаскированный демон. Клан Лу славился лекарями, он никогда не был силен в талисманах и поиске.
Кто был силен, так это Мо Хэ. Особые техники, которые он придумал, смешивая буддийские и даосские практики, помогли ему добиться невиданных высот в заклинаниях и талисманах. Пожалуй, в сей области он мог считаться лучшим экспертом в мире. Лу Уюэ это было хорошо известно, так что неслучайно он позвал Мо Хэ. Но тот пока понятия не имел, поможет ли уничтожение демона в борьбе с поветрием. Это был самый крайний и последний вариант, поэтому сначала он собирался поговорить со змеей.
Мо Хэ снова вздохнул и мимолетом отметил, что в последнее время делает это слишком часто. Может, он размяк или же обстоятельства тому способствовали? Он отвлекся от своих мыслей и прислушался к беседе.
Правда, беседой это было не назвать – скорее беззастенчивым заигрыванием. Самое ужасное, что Гу Вэньвэнь, кажется, хорошо вписалась в свою роль и поддакивала Се Юньци.
– Красавица, у тебя такой нежный голосок, расскажи еще о Шанло, мы с братьями здесь впервые. – Се Юньци игриво провел пальцами по шее Шихуа, и та так громко захихикала, что это уже не походило на притворство.
– Почему же господин раньше не приезжал в наш скромный городок? Почти все, кто едет в столицу, останавливаются у нас. – Шихуа прикрыла рот рукавом, а сама стыдливо прильнула к Се Юньци. – Наш дом «Тысяча цветов» всегда славился лучшими талантами.
– Я вижу, я вижу, таких красавиц еще поискать!
Се Юньци приобнял ее за талию и стрельнул глазами в даоса, который сидел, словно каменная статуя. По его виду и не скажешь, что он «развлекается» в публичном доме. Правда, о слепоте его тоже не догадаешься. Мог бы хоть чуть больше отыгрывать свою роль, раз этот достопочтенный надрывается.
– Сестрица, а что за румяна ты используешь? – спросила Гу Вэньвэнь, ущипнув Сыхуа за щеку. В ее глазах сверкал неподдельный интерес, и Сыхуа смущенно зарделась и прижала ладони к щекам.
– Ой, не знаю, – пролепетала она. – Из какой-то столичной лавки.
– Какая жалость, они так прекрасно подошли бы мо… то есть подходят твоим щечкам… – Гу Вэньвэнь запнулась, но тут же исправилась. – Жалко, что сейчас из города не выехать, а то я бы купил тебе еще одну коробочку и прислал в подарок.
Сыхуа захихикала.
– Что вы, что вы, господин, разве эта простолюдинка достойна таких подарков? В тот раз мне лишь случайно досталась коробочка. А давно вы здесь, господин? – Она подлила вина Гу Вэньвэнь, и та с удовольствием выпила и даже выдохнула.
Как же приятно хоть иногда расслабиться и не переживать о деньгах, потому что за все платит шиди.
– Приехали точно до поветрия и торчим в городе безвылазно. Ни проехать в столицу, ни вернуться, вот и решили сегодня сходить развеяться, – рассказала Гу Вэньвэнь их легенду, которую все трое обсудили заранее.
– А чем занимаются господа? – спросила Шихуа, все плотнее прижимаясь к Се Юньци, будто намеревалась вскоре сесть к нему на колени. Тот, однако, не сопротивлялся и, напротив, будто поощрял ее смелость, лукаво улыбаясь. Он был так хорош вблизи, что Десятая сестра уже совершенно потеряла голову.
– Торгуем то там, то тут, – расплывчато отозвался Се Юньци, но девушка почти не обратила внимания на его слова, потому что после этого он одарил ее еще одной благосклонной улыбкой, заставляя и ее саму улыбаться. – Но поветрие… – Улыбка вдруг пропала с лица молодого человека, и Шихуа тоже нахмурилась. Ей ужасно хотелось ее вернуть. – Какое ужасное поветрие. – Се Юньци покачал головой.
– Верно, просто жуть, несколько сестричек в нашем доме тоже умерли. – Шихуа промокнула сухие глаза и потянулась за чайником, чтобы налить клиенту еще вина. – К несчастью, еще и одними из первых, из-за чего долгое время к нам не ходили клиенты, опасаясь, что мы разносим заразу. Но все это неправда!
– Конечно, неправда. – Се Юньци успокаивающе погладил ее по плечу, и улыбка снова вернулась на его лицо – очаровательная, дурманящая. – Я, разумеется, верю красавице.
Шихуа часто называли красавицей, но никогда среди ее клиентов не бывало таких бесподобных молодых людей. Будучи опытной прислужницей, она умела нравиться мужчинам, но впервые ей этого захотелось искренне. Она налила вина Се Юньци и поднесла ему чашу, стараясь принять самую выгодную позу. Взгляд молодого человека скользнул по ней сверху донизу, а потом метнулся за ее спину. Шихуа невольно тоже обернулась и заметила, что третий из гостей безучастно сидит в стороне около Шестой сестры с гуцинем. Шихуа испугалась, что красивый клиент будет недоволен подобным пренебрежением к своему брату, а потому подала знак глазами Шуай.
Но та, на ее беду, могла побороться с третьим клиентом за титул самого безучастного лица: она продолжала размеренно играть на гуцине, пока клиент столь же размеренно пил самый дорогой чай в «Тысяче цветов». Один этот чай стоил больше, чем все вино и закуски у двух других господ, и Шихуа невольно заволновалась, что неправильно оценила старшинство. Очевидно, что этот третий господин был главным в их компании, а они совершенно проигнорировали его! Не ровен час, и красивый господин выйдет из себя.
– Сестрица Шуай, – Шихуа намеренно позвала ее громким шепотом и сделала круглые глаза, когда та подняла взгляд. – Подай вина господину, что он все чай да чай пьет.
– Не надо, – тут же отозвался третий господин. – Я хочу послушать гуцинь.
– Как же мне играть и прислуживать? – приподняла брови Шуай.
Шихуа тут же задохнулась от возмущения. Эта выскочка Шуай! Мало того что появилась из ниоткуда, заняла шестое место среди сестричек, так еще и отказывается работать. Шихуа в нерешительности замерла, почувствовав холодок в голосе этого господина. Должно быть, он уже оскорбился, что его оставили в стороне. Но Десятая сестричка ни в коем случае не хотела бросать богатые шелковые штаны ради поношенного халата. Она поджала губки и повернулась к прекрасному господину.
– Простите сестрицу Шуай, она у нас новенькая и еще не знает правил. – Шихуа прижалась всем телом к Се Юньци, выгодно выпячивая грудь. – Чтобы ваш брат не скучал, может… позовем еще одну сестрицу?
Глаза Се Юньци сверкнули. Он метнул взгляд на даоса и широко ухмыльнулся.
– Не переживай, мой брат все равно… не интересуется подобным.
Мо Хэ, который просто хотел выпить чаю, промолчал.
Шихуа изумленно моргнула, но затем понимающе улыбнулась.
– Раз господин хочет слушать музыку, то…
– …Не будем ему мешать, – подхватил Се Юньци и мстительно усмехнулся, покосившись на даоса. Однако тот оставался таким же равнодушным, как и раньше, будто это его ни капли не задело.
Зато отсутствие реакции задело уже некоего достопочтенного, который заскрежетал зубами. Он резко потерял интерес к происходящему. Вся ненависть, что он лелеял и бережно пронес с собой по крышам Шанло до публичного дома, оказалась ударом по хло́пку, когда он обратил ее против даоса.
Се Юньци в раздражении опрокинул в себя чашу вина и натужно рассмеялся, затаскивая девушку на свои колени. Та ойкнула, зарделась, а затем умело обвила его шею руками и выдохнула на ухо:
– Может, господин желает уединиться?
Паршивый слепой даос разглядывал чай в пиале, будто что-то мог видеть в этом тумане темной ци, которая злила Се Юньци еще больше. Он коротко хохотнул и стиснул девушку в своих руках так, что у той затрещало платье.
– Верно, красавица, – холодно хмыкнул Се Юньци.
Шихуа от его взгляда невольно задрожала. Ей вдруг показалось, что этот господин совсем не так очарователен и услужлив, каким кажется, а его глаза будто сверкают алым. Но она моргнула, и наваждение исчезло, мужчина перестал ее сжимать и ссадил с колен на подушку рядом.
– Брат, эта красавица очень хочет показать мне свою комнату, – обратился Се Юньци к Гу Вэньвэнь и подмигнул. Это был условный знак, который означал, что им двоим следует отвести проституток в комнаты, оглушить и внимательно изучить это место. Так они договорились, и, какая бы злость ни охватывала Се Юньци, он все же следовал плану. Гу Вэньвэнь кивнула и повернулась к Сыхуа.
– Сестрица, не покажешь ли мне ту коробочку с румянами?
Та захихикала, явно трактуя это неправильно, и изящно поднялась, потянув замаскированную девушку за собой. Шихуа тоже обрадованно встала, но тут же вспомнила о третьем господине и нахмурилась. Бросать гостя на нерасторопную Шуай… Десятой сестре же и попадет в итоге за это.
– Не беспокойся о нем, – бросил Се Юньци, разгадывая ее мысли. – Брат Мо пусть послушает музыку.
С этими словами он вывел проститутку из комнаты, не оглядываясь. Даосу же хуже – сам Се Юньци уже вычислил змею: разве мог какой-то мелкий демон скрыться от наместника востока?