Справа по курсу появились Ленские столбы. Словно по заказу, стоял солнечный июньский день. Дима встрепенулся, как охотничья собака, почуявшая дичь. Камера была в его руках, но, о чём-то подумав, он кубарем скатился вниз и минут через пять появился с кофром, в котором хранился набор объективов и светофильтров.

Скалы приближались, и перешедшее в зенит солнце освещало их без теней.

– Похоже на храм Святого Семейства в Барселоне, – завороженно произнес Вася.

– Думаю, покруче будет, – сказал Дима.

– Это да!

«Кангаласец» плыл мимо фантастического города. Высоченные колоннады сменяли башни и арки. Тут же к реке подступали соборы и минареты, амфитеатры и колоссальные фигуры каких-то мистических существ.

– Даже не верится, что всё это создала природа! – восхищенно произнес Вася.

– Так за полмиллиона лет над этими известняками потрудились ветра и дожди, – сказал Яша. – Десять лет назад Ленские столбы получили статус объекта природного наследия Юнеско, а в 2018 году официально стали национальным парком России. В этом месте, как в музее, зафиксированы переломные события в развитии органического мира. Мы видим различные экологические ниши. Представляете, поэтапно можно отследить, как животные приобретали твёрдый скелет, – сказал Яша. – Ленские столбы лежат на блоке континентальной коры под названием Сибирская платформа, которая, в свою очередь, покоится на предполагаемом северном континенте Ангарида. Вследствие тектонических процессов платформа поднялась на двести метров. В земной коре возникли разломы, ставшие руслами рек. Неслучайно у Лены такие крутые и обрывистые берега. Довершал работу ветер, который частицами песчаника словно шлифовал скалы, придавая им причудливые формы. Поэтому здесь так много созданных природой башен, пещер, гротов и арок.

Оторвавшись от камеры, Дима спросил:

– А что, если?..

– Хочешь сказать, что эти колоссы – дело рук разумных существ? – хитро улыбнулась Сашенька. – Правда, почему не пофантазировать? Думаю, для нашего фильма это было бы занимательным ходом. Недавно я столкнулась с гипотезой, которую выдвинули любители гугл-карт. Я даже скриншоты сделала из их роликов.

Сашенька нашла в смартфоне Ленские столбы на снимках из космоса.

– Посмотрите, как ровно скальная береговая линия тянется вдоль реки. Настоящая крепостная стена длиною сорок километров. Вид со спутника показывает, что вершины столбов складываются в правильные геометрические формы. Будто это основания фундаментов, на которых возвышались какие-то циклопические сооружения.

– Причаливать будем? – спросил Матвей, выглянув из рубки.

– Думаю, что нет, – ответил Яша. – В природном парке можно гулять только по разрешенному маршруту. В одиночку забираться на скалы и лазить с альпинистским снаряжением запрещено. В основном из соображений безопасности. Археологи попадают сюда по специальным разрешениям. Однако у нас есть преимущество. Мы можем медленно дрейфовать вдоль береговой линии и любоваться этими творениями природы сколько душе угодно.

– Творения природы? – весело переспросила Сашенька. – Поглядите на это. – И показала на проплывающий вдоль борта скальный массив. В нём был вырезан огромный прямоугольник с безупречными сторонами высотою около пятнадцати метров.

– Это что, по-вашему? Обыкновенная дыра в породе?

– А я внизу вижу очень уютную арку, в которую мог бы въехать автобус, – заявил Дима.

– И ещё вопрос. Почему-то на гугловских картах изображение половины этого района размыто и не просматривается.

– Кто-то разгадал загадку Ленских столбов и закрыл к ним доступ, – зловеще произнес Вася. – Кстати, в интернете немало публикаций насчёт того, что ниши морей, озер и рек в прошлом являются карьерами, которые оставили после себя исчезнувшие цивилизации. И что интересно: компьютерные модели дна водоёмов, к примеру, Байкала, показывают, что они состоят из террас. Точь-в-точь как в горнорудных карьерах, например, таких, как алмазоносные трубки «Мир» и «Удачная».

Вася показал на проплывающую мимо каменную стену и сказал:

– А что, если мы с вами видим следы работы ротора колоссальной доисторической горнопроходческой машины? И части этого агрегата сейчас проплывают под дном «Кангаласца».

– Здорово, – воскликнул Дима, – я уже вижу название фантастического фильма «Копи Василия Высоких»!

Все рассмеялись, но вскоре задумчиво притихли.

Приближался ещё один вечер на реке.

– Через час мы причалим ещё к одному объекту национального парка. Диринг-Юрях, – объявил Яша. – В сумерках там шарахаться будет неудобно – ноги можно переломать. Поэтому встанем у берега, поужинаем и переночуем на борту.

После ужина все занялись своими делами. Вася с Яшей засели играть в шахматы, а Сашенька на краешке стола стала править сценарий. Впечатлений было много. Если бы она каждый вечер не приводила в порядок новую информацию, то вскоре всё превратилось бы в гору запутанных путевых заметок. Потом подсел Дима, и они вместе стали отсматривать снятый материал. Около одиннадцати решили ложиться.

Свернувшись калачиком у себя в кубрике, Сашенька сквозь открытый иллюминатор услышала несущийся с берега женский плач. «Лиса воет», – подумала она и заснула.

После завтрака из оладий, которые испекла девушка, все спустились на берег. Наверх вела порядком изношенная деревянная лестница. Пробравшись сквозь заросли тальника, они ступили на мостик с настилом из почерневших досок. Километра через полтора вышли на площадку с почерневшими сэргэ и ограждением из тонкого кругляка, оттуда тропа вывела к широкому и длинному рву.

– Диринг-Юрях переводится как «глубокая речка», – стал рассказывать Яша. – В восьмидесятых годах прошлого века здесь обнаружили каменные орудия труда, возраст которых оказался свыше двух миллионов лет. Это стало мировой сенсацией, и сюда устремились сотни учёных. Были найдены многочисленные изделия из кварцитовых галек. Среди них преобладали так называемые каменные чопперы, заостренные булыжники. Эти чопперы и отщепы от них находили вокруг больших камней-наковален. Самое интересное, что эти орудия очень напоминали обнаруженные в Олдувайском ущелье в Восточной Африке. В ущелье, где были найдены самые древние в мире останки человека.

– Как же установили возраст этих чопперов? – спросила Сашенька.

– Дело в том, что в почве всегда есть кварцевый песок. И если исследовать его термолюминисцентным методом, то радиоактивное свечение этого песочка покажет возраст породы, в которой нашли орудия древних. Однако такой солидный возраст определили наши московские минералоги. А вот американские учёные снизили его до 240–300 тысяч лет. К сожалению, на этих раскопках не найдены биологические останки древних мастеров. В Африке же они были. Поэтому тема артефактов Диринг-Юряха постоянно вызывает споры в научной среде.

– Тогда почему эти наковальни расположены по кругу? Это же очевидно, что здесь была целая каменотёсная мастерская, – сказала Сашенька.

– Мы знаем, что два миллиона лет назад климат был холоднее, чем сегодня, – сказал Яша. – Местный умелец должен был быть адаптированным к суровым условиям. Иметь огонь, тёплое жилище, меховую одежду.

– Ну и где же эти блага первобытной цивилизации?

– Мы недавно на них любовались. Есть версия, что трудились эти ребята здесь, а жили в районе Ленских столбов. В прошлом сезоне мы там со студентами обнаружили следы древних кострищ. А рядом есть пещеры, залитые просочившимися осадками, вековыми ледяными пробками. Возможно, в них они и жили.

Яша позвал Диму, который менял карту памяти.

– Можешь снять, как мы с Васей будем реконструировать процесс изготовления инструментов палеолита.

Однокурсники устроились на месте древних мастеров. Яша поднял булыжник и стал раскалывать им другой, лежащий на каменной наковальне. Вася с интересом наблюдал за ним, а потом принялся повторять. Не скоро, но у каждого в руках в конце концов появилось подобие чоппера. Василию настолько понравилось это занятие, что он подошел к сосёнке и стал собственноручно изготовленным каменным орудием срубать сучки и соскабливать кору. Превратив деревце в оструганную палку, Вася последним ударом отделил её от корня и протянул Сашеньке.

– Это тебе, чтобы легче гулять по горам, – сказал он.

– Я вспомнил, – сказал Вася, – анекдот с участием Конан Дойля. Наш любимый писатель решил разыграть своего врага-археолога. Он взял и подложил в породу возрастом 1,5 миллиона лет такой же чоппер и старый человеческий череп. Археолог клюнул на розыгрыш. Получилась настоящая сенсация. Экспонаты поместили в Британский музей. Однако после смерти создателя Шерлока Холмса мистификация раскрылась.

– Научные сражения на эту тему идут с незатухающим накалом, – рассмеялся Яша. Но потом серьёзно добавил: – У каждой стороны имеются аргументы, приведенные в солидных монографиях. Я на стороне наших якутских учёных-археологов Юрия Мочанова и его жены Светланы Федосеевой, которые годы жизни отдали Диринг-Юряху. К сожалению, обоих уже нет в живых. Помимо этого в долинах больших рек найдены каменные орудия возрастом от 40 до 150 тысяч лет. Неолитические стоянки обнаружены в Дюктайской пещере на Алдане, в местности Тимирдях-Хая. Есть Кызылсырские, Аллалайские, Берелехские и десятки других раскопок. Это я к тому, что тема автохтонности местных жителей ещё не закрыта. Происхождение народа саха остаётся одним из краеугольных исторических вопросов.

С реки раздался гудок. Капитан «Кангаласца» подал сигнал к отходу.

– Ребята, нам пора, – сказал Яша. – Нужно ещё к родственникам моим успеть.

Арылах стоял через реку от Диринг-Юряха. Несколько раз в год Яша приезжал сюда из Якутска. Здесь, на родине отца, прошло его детство. Сколько он себя помнит, каждое лето проводил в этой деревне на берегу Лены. В этих местах научился рыбачить и охотиться.

Сейчас Яша стоял на носу и всматривался в левый берег. Катер шёл со скоростью двадцать узлов, и минут через тридцать можно было различить маленькие домики. Они быстро увеличивались. Наконец, нос мягко ткнулся в прибрежный песок. На берегу лежало большое бревно, на котором сидела старушка в пёстреньком платочке. Яша спрыгнул с борта и лосиными прыжками побежал наверх. Наконец, плюхнулся рядом на бревно и обнял бабушку. Она взяла обеими руками его большую голову, притянула к себе и понюхала.

– Молодец, что приехал.

– Я же обещал. Это мои друзья из Питера.

– Из Ленинграда приехали?

– Да, бабушка, из Ленинграда, – не стал её поправлять Яша.

Когда все подошли ближе, старая женщина встала и сделала шаг навстречу.

– Ребята, познакомьтесь, это моя бабушка Мария Федоровна. Она уже два часа на бережке ждёт нас. И так всегда. На чём бы я сюда ни приезжал, хоть на машине, хоть на лодке.

Мария Федоровна поздоровалась со всеми, потом внимательно посмотрела на непривычно высокую девушку и по-якутски обратилась к ней. Сашенька покраснела и с трудом ответила.

– Не стесняйся, – сказала бабушка, – я сразу поняла, что ты городская. Хорошо, что ответила, некоторые даже так не могут. Тебе там, в Ленинграде, наверное, не с кем на родном языке поговорить?

– Не с кем, – смущенно ответила девушка. – Простите, Мария Фёдоровна, я, когда в школе училась, тоже нечасто по-якутски общалась. Если бы не моя бабушка, то вообще не умела бы говорить.

– В Якутске даже выражение такое есть, – смеясь, сказал Яша, – «асфальтовые» якуты. Те, которые в городе родились и живут, а на родном языке объясниться не умеют.

– Не надо их сильно упрекать. Время подскажет, как им жить и как говорить. Каждому. Пойдёмте в дом, дорогие путешественники.

– Бабушка, у нас ещё двое на катере. Капитан и матрос.

– А где же они? Берите их с собой обязательно.

Она повернулась и пошла в деревню. Все последовали за ней.

В Арылахе у Яши жили ещё двое дядек и тётушка. Вечером все пришли к маме со своими семьями. Во дворе устраиваться было рано. Комары и ночная прохлада загнали всех в дом.

– Мама наша, когда Яков приезжает, всегда чувствует заранее. Вот и ваш корабль пошла встречать часа за два. Нам ещё с утра наказала, что готовить, – сказал Яшина тётя Нина и перемигнулась с женой старшего брата, Светланой.

Яша, сидевший рядом с Марией Федоровной, благодарно обнял её.

Большой стол был уставлен местными разносолами. Здесь были солёные тугунки и грибы, густая сметана и мочёная брусника в туесках из бересты, аккуратно выложенные на большом блюде рёбрышки ойогоса, кровяная колбаса субай и теплые якутские лепёшки.

Первый тост подняли за гостей.

Женщины снова стали хлопотать и расставлять перед гостями большие кружки с ухой, а на тарелку в центре выложили здоровенных варёных карасей, раздувшихся от икры.

Сашеньке это напомнило застолье у бабушки в Якутске, и она благодарно посмотрела на Марию Федоровну.

– У нас вроде и телевизор, и интернет есть, а всё равно, когда новые люди приезжают, то интересно от них новости узнать, – сказал дядя Ваня.

Все посмотрели на Василия. Он поставил на стол уже пустую кружку из-под ухи и накрыл её ладонью, когда увидел, что Яшина тётушка решила подлить добавки.

– Спасибо, – сказал он. – Я немного передохну, а то сейчас лопну. Ну а коли все смотрят на меня, то скажу, что вся эта экспедиция началась за моим письменным столом. Я работаю в музее.

– Это в каком же? – спросила Мария Федоровна.

– В Музее антропологии и этнографии в Санкт-Петербурге. Он ещё называется Кунсткамерой.

– В самой настоящей Кунсткамере? – в один голос закричали близнецы, дети тёти Нины. Глаза у тринадцатилетних подростков загорелись неподдельным интересом.

– Нам в школе про Кунсткамеру даже целый фильм показывали. А правда, что там у вас есть заспиртованные двухголовые люди?

– Маша, Сеня, про такое за столом не говорят, – проворчала Светлана.

– Правда. Там целая коллекция так называемых «заспиртованных уродцев». Это человеческие зародыши, погибшие от редких генетических аномалий.

– Я не могу этого слышать, – простонала Светлана.

– Извините меня, пожалуйста. Мы после ужина с ребятами пойдём к реке, и я им на бережку расскажу про наш музей. А теперь про нашу экспедицию. Весной я случайно в одном из экспонатов, китайской нефритовой шкатулке, обнаружил донесение посланца из Поднебесной. Там говорилось, что в XIII веке из Прибайкалья отправился по Лене на Север потомок народа канглов по имени Тыал. Назовём его по-современному – военный пенсионер. Раньше он служил в войске Толуя – сына Чингисхана. При себе имел наградной Золотой Наруч, представляющий для китайцев национальную ценность, а для чингизидов – военный трофей. Толуй подарил его Тыалу в награду. Этот Тыал имел камень йада, с помощью которого он умел вызывать снежную бурю или сильный дождь. Сашенька узнала об этом от меня. Она сценарист, и однажды рассказала эту историю своему продюсеру.

Василий повернулся к девушке.

– Теперь давай ты.

– Меня эта тема настолько заинтересовала, что я написала синопсис – краткое содержание сценария. Эта история могла бы стать основой телевизионного фильма. К моему удивлению, шеф проникся этим сюжетом и предложил экспедицию по местам стоянок древних людей на Лене. Лучше Яши эту тему, конечно же, никто не знает. Вот мы ему позвонили и позвали с собой.

– А я в это время здесь, у бабушки, колол дрова, – засмеялся Яша.

– Яша сделал большую работу. Наметил маршрут и зафрахтовал судно, на котором мы пришли.

– Дорого, наверное, – вздохнула Мария Фёдоровна.

– Дорого, – сказала Сашенька. – Но пока студия платит.

– А кто такие канглы? – спросил племянник Сеня.

– Как считают учёные, канглы – это одни из наших предков. Их племена произошли от саков, которые жили на нынешней территории Восточного Ирана. Интересно, что многие слова канглов вошли в якутский язык, а генетический анализ крови показывает много с ними общего. Канглы были профессиональными воинами и составляли, как сейчас говорят, специальные войска Чингисхана, которые он отправлял на самые важные для империи битвы. Как правило, войны с их участием выигрывались. Но главное, по уверениям летописцев, что канглы владели секретным супероружием, – сказал Яша.

– У них были лазеры? – выкрикнула Маша.

– Нет, я же говорил, у канглов были йада. Камни, с помощью которых они могли вызывать снежную бурю или проливной дождь, сильный ветер и нестерпимую жару. И вообще всё, что было связано с быстрым изменением погоды. Древние китайцы с изумлением описывали эту способность степных кочевников. Вот я вам сейчас прочитаю.

Яша взял свой рюкзак и вынул из него толстую книгу с множеством закладок.

– Слушайте: «Они умеют, используя колдовство, приносить жертвы небу и вызывать ветер со снегом. В результате впереди ясное солнце, а сзади грязевые потоки воды. В связи с этим, если они терпят поражение, их невозможно догнать».

Один такой случай описан персидским учёным Рашид-ад Дином. В 1231 году, когда армия Толуя, сына Чингисхана, была на грани разгрома, молодой наёмник кангл посреди жаркого лета с помощью йада вызвал снежную метель. Монгольские войска, предупрежденные им, укрылись с конями плотными войлочными подстилками. Три дня бушевала метель. Стоявшее посреди поля огромное китайское войско в летней экипировке было полностью обморожено и уничтожено. Позже это событие подтверждают даже китайские хроники.

Такой же случай произошел с командующим армией Чингисхана в Китае Субэдэем. Он тоже прибегнул к метеорологическому оружию канглов и заморозил стотысячное вражеское войско. Китайские источники подтвердили, что налетела буря, повалил густой снег, под которым погибли многие их солдаты. Воины Субэдэя воспользовались этим и добили уцелевших китайцев.

В донесение китайского разведчика поверил питерский продюсер. Но дело в том, что этот единственный письменный источник семнадцатого века, который мог бы подтвердить сказанное, исчез. Представляете, какой бы он стал ценностью для историков?

– Вот бы посмотреть на это донесение! – сказал Сеня.

– Оно пропало вместе с моим руководителем, – грустно сказал Вася и пожал плечами.

– Как так? – спросила Мария Федоровна.

– Не знаю. Пропали, и всё. Даже полиция не может найти ни профессора, ни китайского документа.

– Хорошо, что Вася сообразил снять с донесения копию. И когда я вместе с синопсисом показала её продюсеру, то он сам предложил нам поездку. Сказал, пусть мы ничего и не найдём, зато фильм о нашем путешествии должен быть интересным, – вздохнула Сашенька.

– В мифологии саха с этим камнем связано много легенд, – сказал Яша. – В якутском языке звук «й» в начале слова превращается в «с». Например, тюркское «йулдуз» произносится как «сулус» – звезда. Так, из слова «йада» получилось «сата».

– Вот бы почитать эту книжку! – воскликнул Сеня.

Яша улыбнулся и протянул книгу младшему брату.

– Теперь она твоя. Только читай не торопясь. Тогда постепенно многое в ней станет понятным. А если будут попадаться незнакомые учёные слова, так для этого есть википедия в твоём смартфоне.

Сеня положил книжку на колени и прочитал: «Происхождение народа саха». Николаев Иван Игнатьевич. Перевернул несколько страниц и уставился на Сашеньку.

– Это вы? – произнес мальчик.

Родственники сгрудились за его спиной и увидели на иллюстрации Сашеньку, одетую в воинские доспехи и державшую под уздцы коня.

Девушка покраснела и ответила:

– Это случайное сходство. Я здесь ни при чём.

– Так и мы онемели, когда увидели эту картинку, – сказал Вася.

– Сата, – произнес молчавший до этого дядя Сережа. – Я вспомнил случай из молодости. Это было лет тридцать назад. Мне было двадцать, когда я с одним старым охотником пошёл на лосиную охоту. Стоял конец сентября, и открылся охотничий сезон. Перед этим несколько дней шёл снег, и мы на лошадях с трудом добрались до его избушки в тайге. Мама, ты должна помнить его, это Максим Спиридонович Алексеев из соседней деревни. Он умер лет пять назад.

– Да, я помню его, – ответила Мария Фёдоровна.

– Переночевали мы в избушке. Утром попили чай, а снег всё шёл и шёл. Я и спрашиваю старика, как мы будем искать сохатого по такому большому снегу, да ещё свежему? Он ответил: «Сата поможет». Я спрашиваю: «Какой такой сата?» Дед улыбнулся и к выходу пошёл. Я тоже вышел, сделал пару шагов и провалился в снег по пояс. Еле вылез, подошёл к навесу и взял свои лыжи. Надел на ноги, попытался пройти немного, но и на них провалился в снег. Тот стал как пух. Смотрю, а Спиридоныча нет нигде. Мне даже не по себе стало. Я его окликнул, а он не отзывается. Тут слышу за зимовьем раздаётся какое-то бормотанье. Я пробрался вдоль стены и вижу, что Максим Спиридонович стоит по колено в снегу, что-то держит обеими руками и говорит. Что он говорил, я не расслышал, но увидел у него плоский камень размером с ладонь. Спиридонович поднял голову от камня и махнул мне, чтобы я ушёл. Ну, я и вернулся в дом. Через некоторое время Максим Спиридонович вошёл в избушку и хитро так и сказал:

– Часа через два лося пойдём искать. Пока дома сидим.

Я взял чайник, вышел, набил его снегом и поставил на печку.

Если снег падает, всегда тепло становится. С утра даже пар изо рта не шёл. Но когда мы во второй раз попили чай и снова вышли, то почувствовали, что похолодало. Изо рта шёл пар, а щёки стало пощипывать. Потом обрушился ливень со снегом. Сейчас в прогнозах погоды его называют ледяным.

Через два часа мы встали на охотничьи лыжи, подбитые камусом. Снег стал твёрдым и держал, как асфальт. Мы и пошли. Километра через три увидели глубокие лосиные следы. Видно, что сохатый шёл с трудом. Путь пробивал грудью, а ноги еле вытаскивал. Еще через километр мы его увидели. Он из сил выбился. Стоял и только головой рогатой крутил.

– А дальше? – спросила нетерпеливая племянница.

– А что дальше? Подошли ближе и добыли этого быка. Пришлось потом лыжи снять и, как лопатами, разгребать ими снег, чтобы тушу уложить. Сняли шкуру, сохатого разделали, сердце с печенью взяли с собой и пошли к избушке. Там отдохнули, а потом уже с волокушами вернулись к добыче. За три раза всё перетаскали. Вечером покончили со всеми делами. Суп сварили и сидим, ужинаем. Тут я и спросил старика, что это все-таки было. Он рассказал, что это камень, который помогает погоду усмирять. Камень ему достался от деда. По пустякам его использовать нельзя. Только когда очень нужно. Ну, как сегодня. Из-за снега охота срывалась. Тогда-то Спиридоныч вытащил камень и стал просить его послать дождь и холод. Меня он прогнал, потому что с камнем нужно говорить в одиночку. Его так дед научил. И ещё Максим Спиридонович мне рассказал, что в старину не было никаких сроков охоты. Когда весной наступала голодная пора, то охотники в марте или даже апреле с помощью сата рыхлый и мокрый снег подмораживали. Вызывали заморозки. Лоси проваливались в наст и не могли двигаться. Правда, важенок брюхатых не трогали, ну а когда бык попадался, его добывали. Семью кормить весной надо.

– Вы меня извините, – сказал дяде Сергею Дима. – Я ваш рассказ на камеру записал. Вы не против?

– Я видел, что ты снимаешь. А что здесь такого? Как было, так и рассказал.

Василий поднялся и пошёл с детьми на берег.

Позднее гости пошли на катер, и только Яша остался ночевать у бабушки.