Если собаки на предыдущей иллюстрации показались вам самыми обычными – не «хоррорными», то посмотрите теперь, в кого они символически трансформировались! Вот такими восставшие мертвецы сделались в воображении купеческого сына Ивана Алтынова. Ну, а само слово «кадавр», являющееся устаревшим названием ожившего мертвеца, впервые мне встретилось уже не в народной сказке, а в литературной: в повести Стругацких «Понедельник начинается в субботу» :)

Так кто же они такие, эти кадавры?

В моем романе «Купеческий сын и живые мертвецы» они – то же самое, что зомби, или ходячие мертвецы. Из могил их поднимает не слишком умелое колдовство тщеславного чернокнижника, проживающего в уездном Живогорске. И выглядят эти существа не совсем так, как на данной иллюстрации :) Но я очень рада, что Борис С. символически трансформировал их в команду скелетов, да ещё подарил одному из них песью голову. Ведь в этом присутствуют сразу две пасхалки! Возможно, вы уже уловили некие литературные аллюзии? :) Если да, пишите отгадки в комментариях к артбуку! Только, пожалуйста, прячьте их под спойлер. А я отвечу, угадали вы или нет :)

Ну, и о сказочных скелетах – как о них не упомянуть? :) Вот финальная часть широко известной сказки «Белая уточка» – злобная ведьма получает по заслугам, хотя это очень уж напоминает трэш-хоррор:

«А ведьму привязали к лошадиному хвосту, размыкали по полю: где оторвалась нога – там стала кочерга, где рука – там грабли, где голова – там куст да колода; налетели птицы – мясо поклевали, поднялися ветры – кости разметали, и не осталось от ней ни следа, ни памяти!»

Но зато сказочный Иван – купеческий сын – был малый не промах, и становиться костьми отнюдь не спешил :) И в доказательство – вот вам небольшой фрагмент страшной сказки, которую я уже упоминала – «Иван купеческий сын отчитывает царевну»:

«Иван читает, на неё не смотрит; вдруг петухи запели, и царевна бросилась в гроб как попало; её платье через край повисло. Поутру посылает царь своих прислужников: «Ступайте в церковь, приберите кости». Прислужники отперли двери, заглянули в церковь – а купеческий сын стоит живой перед гробом да всё псалтырь читает».

А вот Ивану Алтынову, сыну купца-миллионщика, понадобилась другая книга, чтобы справиться с кадаврами города Живогорска!