В конце XIX века, когда соревнования неуклонно становились все масштабнее, а призы значимее, возник особый феномен – допинг (от англ. dope – «принимать наркотики»). Первые случаи применения стимулирующих веществ зафиксированы в конном спорте, где владельцы лошадей использовали всем известный кофеин, а также стрихнин (сильнейший яд, который в микродозах активирует двигательные центры мозга, а в токсичных количествах вызывает судороги) и кокаин, чтобы улучшить результаты своих скакунов. Подходы, разработанные для животных, позже нашли применение и в соревнованиях между людьми. «Почему бы и нет?» – подумали спортсмены и организаторы. Действительно.

В те времена спорт (да и медицина) еще не выработали жесткие правила в отношении психостимуляторов. Более того, «эксперименты» с подобными соединениями считались частью прогресса. Например, на Олимпийских играх 1904 года марафонец Томас Хикс бодро победил благодаря коньяку и стрихнину. Стрихнин дважды вводили ему прямо на дистанции для поддержания сил. Так что медалист Хикс – один из первых известных случаев использования допинга. Запрет на стрихнин в спорте был принят только в конце 1960-х, с появлением Медицинской комиссии МОК (Международного олимпийского комитета). В 1999 году было образовано Всемирное антидопинговое агентство (WADA).

В первой половине ХХ века популярность стимуляторов постоянно росла. Амфетамины, изначально позиционировавшиеся как препараты для расширения бронхов, стали использовать в целях повышения физической активности, концентрации, выносливости. Во время Второй мировой войны эти вещества, усиливающие работу дофаминовых и норадреналиновых синапсов, активно применялись германскими, а позже – американскими военными [58]. Связь амфетаминов с театрами военных действий, а также с зонами политической нестабильности сохраняется и в настоящее время [59].

В 1950-е годы стимуляторы стали популярны у водителей-дальнобойщиков и нашли свое место в спорте. Особенно это проявлялось в дисциплинах, где на первое место ставились максимальная выносливость и борьба с усталостью. Например, в велогонках.

В эти не столь далекие времена использование допинга воспринимали скорее как индивидуальную находчивость, а не как нарушение или тем более преступление. Участники соревнований экспериментировали с веществами открыто, врачи национальных сборных искали безопасные и эффективные способы улучшения результатов. А зрители хлопали: «Ну каков хитрец-молодец!»

ЛЕГКАЯ И ТЯЖЕЛАЯ АТЛЕТИКА, ЛЫЖНЫЙ И ВЕЛОСПОРТ СТАЛИ СВОЕГО РОДА ПОЛИГОНОМ ДЛЯ ИСПЫТАНИЙ РАЗЛИЧНЫХ ПРЕПАРАТОВ.

В противовес этому еще в 1930-е годы начались дискуссии о возможных негативных последствиях применения стимуляторов. Прежде всего – амфетаминов и производных эфедрина. К этому времени накопились весомые данные о побочных эффектах, включая истощение, сердечно-сосудистые осложнения и даже летальные исходы. Тем не менее на практике спортсмены продолжали использовать стимуляторы – все ради победы. И лишь смерть датского велогонщика Кнуда Йенсена на Олимпиаде 1960 года, а потом и гибель англичанина Тома Симпсона на этапе «Тур де Франс» в 1967 году запустили процесс, который привел к контролю применения допингов. Рекомендую ознакомиться с биографией Тома Симпсона, становившегося даже чемпионом мира (!), как с примером маниакального стремления к спортивной победе любой ценой. Даже ценой собственной жизни.