Глава 11

Около девяти утра, предварительно договорившись по амулету о встрече, мы с Дафной подошли к трехэтажной коробке регистрационной конторы. Блуднице, чтобы выйти в город даже в моем сопровождении, пришлось расписаться в большой учетной книге. Документы, удостоверяющие личность, девушкам легкого поведения не полагались. Вместо них выдавали специальные билеты, чтобы страж порядка сразу понимал, кто перед ним.

На мой взгляд, это было унизительно и неправильно. Уж не от лучшей жизни девочки шли на такую работу! Собственно говоря, я не понимаю: изменять жене с любовницей или любовником — это нормально, никакое клеймо на изменщика не поставят, разве что жена подаст на развод. А вот брать за секс деньги — позор. Притом что люди поголовно просто-таки помешаны на нем.

Дафна, дергая себя за рукав серого льняного платья, нервно оглядывалась по сторонам. Она до сих пор сомневалась в своем решении и выглядела так, будто собиралась упасть в обморок.

Я придержал блудницу за локоть, передав немного магии и спокойствия. Здоровье у Дафны полностью восстановилось, ребенок развивался правильно, но вот излишняя эмоциональность шла девушке во вред. Я даже попросил Карела, чтобы после проверки блудницу скорее увезли в какое-нибудь отдаленное поместье и приставили заботливую горничную. Пусть Дафна гуляет по саду, читает свежие любовные романы, хорошо ест, достаточно спит и как можно быстрее забывает о жизни в борделе.

— Все хорошо, — прошептал я, наклонившись к девушке, — не трясись — никто тебя не съест.

— На меня все смотрят! — пискнула блудница в ответ и сама схватилась за мою руку, ища поддержки.

— Не преувеличивай — не все. — Я тоже огляделся и поймал несколько заинтересованных взглядов, направленных на Дафну. — Ты красивая женщина, вот мужчины и любуются. Это нормально. У тебя на лбу не написано, кто ты, а даже если бы вдруг надпись появилась — Триада с ней. Сейчас подойдет лорд Киар, и мы быстро закончим со всеми формальностями.

— А если ребенок не от Дебро?

О! Я едва сдержал улыбку, совсем недавно Дафна вообще не желала ничего слушать про дитя, а теперь уже нервничает по другому поводу.

— Уверен, что от него. Но если вдруг произошла ошибка — я оплачу стоимость экспертизы и услуги нотариуса и, когда мы вернемся в «Женский дом», приготовлю для тебя специальное снадобье. Ты же этого и хотела, разве нет?

Блудница опустила голову.

— Уже не знаю, чего я хочу, и мне страшно…

— Доброго утра! — По ступеням конторы сбежал бодрый Карел.

Я, не успев выпить кахве из-за того, что банально проспал, считал, что утро вовсе не доброе.

— Познакомься, это Дафна… — Как выяснилось сегодняшним утром, когда блудница расписывалась за выход в город, фамилий у жриц любви не имелось так же, как и документов.

— Очень рад, госпожа, — Карел поцеловал побледневшей девушке запястье, — вы приняли правильное решение. Пойдемте, все уже готово.

В конторе я был до этого всего один раз, когда оформлял регистрационную карточку. Ее, к слову, за все прошедшие дни никто так и не спросил. Видимо, мои острые уши заменяли все необходимые документы.

На первом этаже располагалась общая приемная — именно сюда приходили жители города для совершения любых юридически значимых действий. Купля-продажа недвижимости, дарение, наследственные дела, регистрации рождений и смертей, браков и разводов, восстановление утраченных документов и получение гражданства, открытие лицензии на торговлю и медицинскую практику — все это и даже больше можно было сделать в одном месте. На мой взгляд, очень удобно. Какие-то вопросы решались только по предварительной записи в нужный кабинет, что-то можно было сделать, заняв общую очередь — судя по скопившейся в коридоре толпе, на подобные вещи следовало отводить весь день.

Если на первом этаже принимали документы и предоставляли консультации, то на втором сидели непосредственные исполнители — они рассматривали поданные на регистрацию документы и либо заверяли магической печатью положительное решение, либо писали отказ с обоснованием.

Мои документы сделали как раз на втором этаже.

В верхней части здания, по словам Карела, располагались кабинеты руководителей отделов, зал для собраний, кухня и комната для отдыха.

Сейчас нас ждали на третьем этаже. Такой непростой вопрос, как проверка крови наследника Дебро, не следовало выставлять на всеобщее обозрение. Во-первых, слишком скандальный случай: мать будущего герцога — шлюха. Если новость просочится в массы, вой поднимется такой, что на небе у Триединого уши заложит. Во-вторых, не исключены «сюрпризы» от иных родственников Дебро. Они же до сих пор не сдались — все пытаются получить доступ к несметным сокровищам рода Волдет.

Кабинет, в который пригласил нас Карел, был более чем скромен. Мерджим, и тот расположился в морге с большим комфортом и вкусом. Серые стены, крепкий рабочий стол с аккуратными стопками бумаг, подставка для канцелярии и несколько стульев — один для хозяина кабинета и два для посетителей.

Мне бы в таком кабинете не то что работать было некомфортно, я бы и в качестве гостя лишние пять минут не высидел. Склеп какой-то, а не кабинет.

Нас ждал высокий немолодой мужчина в коричневой форме нотариата и полная женщина в медицинском халате. На узком подоконнике стоял небольшой саквояж, как я предположил, с реактивами и пробами крови лорда Дебро, чтобы провести экспертизу.

— Дафна, садитесь. — Карел выдвинул ближний стул и вежливо кивнул девушке, которая, как маленькая, продолжала держать меня за руку. — Господин Энзо, госпожа Маура, вот женщина, которая предположительно носит ребенка покойного лорда Ачиля Дебро, герцога Волдета. Прошу вас провести освидетельствование, заверить результаты и все произошедшее здесь оставить в тайне.

Чтобы не занимать лишнее место, я остался у двери и принялся наблюдать за процессом. Я не подозревал возможность намеренной подтасовки результатов, но считал, что в таком деле лучше перебдеть.

Дафна беспомощно оглянулась. Я ответил ободряющей улыбкой и снова сосредоточился на склянках, которые женщина в халате доставала из саквояжа. Флакон с кровью, принадлежавшей Дебро, привлек мое внимание.

— Можно проверить подлинность образца? — Я повернулся к Карелу.

Женщина тут же взвилась:

— Вы подозреваете меня в обмане, лорд Квэлле?!

Я ответил ей спокойным, но твердым взглядом.

— Нет. Но кто-то мог обмануть вас.

Нотариус спрятал улыбку, поправив очки на длинном крючковатом носу.

Госпожа Маура остыла, но соглашаться не спешила:

— И как же вы установите подлинность крови лорда Дебро, ваша светлость?

Легко! Я, вообще-то, его убил и сожрал душу…

— Я присутствовал на месте преступления и осматривал тело. У нас, эльфов, знаете ли, особенная магия, и мы хорошо запоминаем такие вещи. — Да простит мне Триединый намеренную ложь.

— Конечно, Кериэль, — вмешался Карел, — для общего спокойствия тебе лучше проверить образец, чтобы избежать досадных недоразумений.

Лорду Мертвецу возражать женщина не посмела и передвинула флакон с кровью на край стола. Я откупорил его и отправил диагностический импульс. В солнечное сплетение тут же ткнулась одна из темных душ, соглашаясь с моим вердиктом, — кровь настоящая.

— Все хорошо. — Я поставил флакон обратно и снова отошел к двери.

Карел присоединился ко мне, встав рядом.

Госпожа Маура ловко колдовала над Дафной. Я даже залюбовался ее изящной магией: вот теперь стало очевидно, что женщина настоящий мастер и знает свое дело. Насколько мне было известно, у обычных целителей тоже существовал способ для точного установления отцовства. Но способ этот был варварский и опасный: через прокол происходило изъятие из матки образцов тканей плода.

Положительный результат теста никого не удивил. Я же не сдержал торжествующей улыбки, пусть возиться с наследником Дебро и предстояло мне. Я рассчитывал, что тащить эту ношу в одиночестве не придется, в помощь будет целый штат нянечек и кормилиц.

Запротоколировав и заверив магической печатью и подписью результат экспертизы, господин Энзо перешел к составлению бумаги, в которой говорилось, что единственным наследником всего имущества герцога Волдета, а также титула становится еще не рожденный ребенок госпожи…

— Дафна, дорогая, — обратился нотариус к ссутулившейся блуднице, — мне понадобятся ваши документы и фамилия. Доставайте их скорее, чтобы мы закончили с формальностями.

Девушка съежилась нас стуле еще сильнее, я заметил, как задрожали у нее губы, и уже собрался объяснить ситуацию, как меня опередил Карел.

— У госпожи Дафны нет фамилии… пока. Мы быстро исправим это. Документы подготовят через некоторое время. Дафна, прошу вас, дайте господину Энзо билет. Пока он спишет нужную информацию с него. А затем мы внесем в бумаги все необходимые исправления.

Блудница непослушными пальцами вытащила из кармана платья смятый листок желтого цвета и положила его перед нотариусом.

Надо отдать должное господину Энзо — он и глазом не моргнул, быстро списав с билета данные девушки. Не изменилось ни вежливое выражение лица, не дрогнули руки. Сразу видно — профессионал.

А вот госпожа Маура, наоборот, повела себя категорически недопустимым образом:

— Конечно, чего еще можно было ожидать?! — громко заявила она, так резко закрыв саквояж, что застежки жалобно хрустнули. — Лорд Киар, и как вы планируете согласовать это с императором? Герцогство Волдет имеет для страны ключевое значение.

Я поморщился.

Карел качнул головой.

— Не вижу никаких противоречий между тем, что Волдеты важны, и тем, что у женщины, носящей ребенка Ачиля Дебро, пока нет фамилии и документов. Мы только что подтвердили отцовство. Согласно завещанию лорда, его титул, земли и прочее имущество может отойти либо прямому наследнику по нисходящей линии, либо императору. И к слову, завещание было заверено лично государем.

Про себя я подумал, что у императора наверняка имелись веские основания считать, что детей у Дебро не появится. Ну-у… что сказать? Не повезло.

Маура искривила лицо в презрительной гримасе.

— Мертвец-мужеложец вряд ли увидит страшное оскорбление высокой крови в том, что наследника одного из древнейших родов выносит шлюха! Но что же будет дальше? Кухарка или прачка займут престол? Вор будет заниматься безопасностью страны?!

Дафна отшатнулась, как от пощечины, и едва не упала со стула.

Мои брови против воли поползли вверх. Кто эта женщина, что позволяет себе подобные высказывания? Лично у меня появилось острое желание придушить госпожу Мауру прямо здесь и прямо сейчас, и даже на глазах у свидетелей.

— Не увидит… — так спокойно согласился Карел, будто на него напала выборочная глухота, — «мертвец-мужеложец» считает, что прямой наследник Волдетов лучше ставленника императора. И уверен, что комиссия согласится со мной. В любом случае в ближайшие несколько дней госпожа Дафна получит фамилию и документы, и ее прошлое упокоится в архиве. Прежде чем выйдете из комнаты, вы дадите мне полную клятву о неразглашении, которую заверит лорд Квэлле.

Господин Энзо закончил с документами и аккуратно сложил к себе в портфель их магические копии.

— Думаю, лорд Киар, что мне также следует дать такую клятву, — мужчина поднялся из-за стола и протянул вперед правую руку ладонью вверх, — прошу вас, лорд Квэлле, засвидетельствовать.

Закреплять клятву я умел, и когда госпожа Маура прошипела положенные слова, так и вовсе затянул потуже, чтобы ее руку свело от боли.

— А вас, наверное, задевает, — тихо, но сладко-издевательским тоном заметил я, — что мужеложцы управляют городами, кухарки занимают важные посты, и все как-то без вашего дозволения. Все мимо вас, госпожа. И приходится только возиться с пробирками и завидовать, что шлюхам и ворам удается изменить свою жизнь, а ваша остается топким болотом без надежды на счастливый финал.

Она дернулась так, будто я ее ударил, резко оттолкнула меня с прохода и вылетела из кабинета, хлопнув дверью.

— Зря вы так, лорд Квэлле, — покачал головой нотариус, — госпожа Маура злопамятна и к тому же лучший в городе целитель — ей покровительствуют многие высокие семьи.

— И хрен бы и с госпожой, и с семьями! — Сам не ожидал от себя такой грубости, но не удержался. Мне было обидно и за Карела, и за Дафну. И если они промолчали, то я был не из тех, кто подставляет вторую щеку и дает обижать дорогих мне людей. — Услуги целителя мне точно не понадобятся — смертные никогда не превзойдут эльфов в этой области. И на семьи управа найдется.

— Что ж, тогда всего доброго, лорд Квэлле. Лорд Киар… — вежливо склонил голову господин Энзо и поспешил выйти из кабинета.

— Спасибо, Кериэль, — прошептала бледная Дафна.

— Спасибо, — согласился Карел, — но не стоило. Это только слова.

— Вот и пусть засунет их себе… — Я остывать даже не думал.

Карел рассмеялся.

— Тебе срочно нужен стакан сладкого кахве и булочка с шоколадом — кто-то явно встал не с той ноги. Пойдем завтракать?

Звучит заманчиво, конечно.

— Мне еще Дафну возвращать в «Женский дом». — Я вынужденно отказался.

— Не в ближайшие несколько часов. У меня все готово для присвоения фамилии и оформления регистрационной карточки. Мы не могли начать процедуру без положительного результата проверки. Так что Дафне сейчас лучше сразу заняться этим вопросом. А затем мои люди сопроводят ее в «Женский дом». Помогут собрать вещи и перевезут в надежное место.

— Так быстро? — испугалась Дафна, прижав руки к груди.

— А чего тянуть? — удивился Киар. — В борделе вам делать нечего. Я выплачу мадам Костанцо неустойку. Ваше дальнейшее пребывание в тех стенах — ненужный риск. Не переживайте, Дафна, мы хорошо позаботимся о вас с ребенком. И Кериэль, я уверен, будет навещать вас так часто, как только сможет, и передавать весточки и гостинцы от ваших подруг.

Спокойный и даже какой-то ласковый тон успокоил девушку, и она послушно направилась за Карелом в другой кабинет для оформления удостоверения личности.

— Ты уверен, что люди надежные? — Я разрывался между чувствами ответственности и голода.

— Уверен. — Киар кивнул.

Мысли о свежих булочках с шоколадом победили.

— Пойдем, соблазнитель, — я махнул рукой, — но, если что — виноватым будешь ты.

— Конечно, Кериэль. Здесь недалеко есть отличная кахвейня с видом на город и Центральный парк. Я угощаю.

За вкусным и обильным завтраком я рассказал Карелу о находках в подвале «Женского дома», неожиданном визите сородича и вчерашней беседе со служителем Освином. Заодно поделился своими домыслами.

Открытую веранду кахвейни, расположенную на крыше, продувал теплый ветер, от палящих лучей солнца спасали широкие цветные зонты, стоящие у каждого стола. На ажурный парапет то и дело приземлялись упитанные чайки, думая, как бы стащить что-нибудь вкусное из-под носа у посетителей. Под ногами нагло чирикали воробьи. Они были так раскормлены, что напоминали надутые серые шарики и еле-еле поднимались в воздух. Я украдкой тоже кинул им кусочек булки.

Вид на Центральный парк и город действительно оказался ничуть не хуже, чем на океан. Колоритные цветные домики с мозаичными плитками и черепичными крышами поднимались вверх ярусами, а потом резко обрывались перед пышной зеленой стеной. Отсюда парк казался настоящим лабиринтом.

Я любовался пейзажем и отпивал небольшими глотками кахфе. Ничего горячего на такой жаре не хотелось, и официант порадовал меня приятным и очень вкусным компромиссом. Поданный кахве был с кубиками льда, долькой апельсина и медом. Сладко, освежающе и бодряще — лучшее сочетание для такого утра.

— Ты действительно веришь в этот бред? — Карел взял себе зеленого чая с мятой, и над нашим столиком витал приятный аромат. — Клетка из человеческих ребер, попытка разделить Триединого, специальный ритуал, чтобы принять в себя божественную сущность…

— Мне верить совершенно необязательно, — я откинулся на удобную спинку стула и прикрыл глаза, — достаточно, чтобы в это верили сектанты. И предлагаю не поднимать тему, насколько осуществим их замысел. Даже если в итоге выйдет пшик, они уже ради него убили огромное количество народа. А сколько им еще требуется жертв? Тем более если допустим хоть на одного мгновение, что Триединого действительно можно пленить — нам из кожи нужно вывернуться, чтобы как можно быстрее обезвредить безумцев.

Карел недовольно нахмурился, мол, мы и так не в куклы играем, а расследование ведем.

— Я к тому, что комиссия своим требованием отложить дело о взрыве нам палки в колеса засовывает. Нужно закрыть вопрос с убийствами и заняться поиском сектантов. В идеале — поймать хоть кого-то из них, а уж информацию я вытащу, не сомневайся.

— Тебе не интересно, зачем Хвэста приходил на самом деле? — Карел сделал знак, чтобы нам принесли счет, и потянулся за кошельком.

— Интересно, — сознался я и быстро допил холодный кахве, — но если выбирать между сектантами и праздным любопытством, я выберу сектантов. Может, Риваэлю общения не хватало?

— И именно поэтому он не побежал к тебе сразу же, как ты прибыл в город… — насмешливо напомнил Карел, — а сплетни, хочу заметить, разлетелись быстрее, чем свежее миндальное печенье в кондитерской «Сестры Монфор». Нет, Хвэста затаился, а не предложил поделить территорию и решить вопрос с вашим… «питанием». А когда ты разобрался с Кестежу и Дебро — убил Вальтера Ферко. И вдруг по его инициативе происходят дружеские посиделки? Мне кажется, это более чем странно, Кериэль!

Мы спустились с веранды на улицу, и я подумал, что с поисками сектантов помогут беспризорники. Наведаюсь к маяку и подряжу Луку и его ребят прочесать город на предмет странностей. Может, они даже что-нибудь знают о пропаже людей. Бедные студенты, тела которых обнаружили в архиве, наверняка, не единственные жертвы.

— Мне тоже так кажется… — вздохнув, я согласился с Карелом. — Чтобы проникнуть в тюрьму, нужно приложить значительные усилия. И делать это ради того, чтобы потом завести милую беседу на отвлеченные темы…

Я пожал плечами, показывая, что мотивация сомнительна.

— Ты не думал, что дело не в тебе? — неожиданно спросил Карел. — Может, Хвэста хотел убрать Ферко, но никак не находил повода и удачной возможности? Они ведь вроде как были приятелями. Вдруг Вальтер узнал что-то лишнее? А тут история с нападением на тебя, и Хвэста воспользовался случаем, чтобы спрятать свои настоящие мотивы.

Если вспомнить о том, что мир не крутится вокруг меня, похоже на правду!

— Помнишь письма? — зацепился я за интересную версию. — Еще раз посмотрим их переписку. Если повезет, найдем зацепки для подтверждения твоей идеи.

— Сделаем. В любом случае материалы о том, что личность виконта Хвэста, очевидно, поддельная, я оставил на виду у графа Балдассаре и господина Иаго. Не знаю, насколько быстро они сделают выводы, но процесс запущен. В идеале Риваэля следовало бы поймать над чьим-нибудь телом. Ты не знаешь, через сколько Хвэста потребуется свежая душа?

— К сожалению, на взгляд это не определишь. — Я вздохнул — такое развитие событий стало бы как нельзя удачным. — Но его можно спровоцировать на сильное магическое действие, чтобы истощить резерв. Тогда Риваэль вынужденно выйдет на охоту. Останется только вовремя поднять занавес, чтобы комиссия полюбовалась на работу крадуша. Я подумаю, как это сделать.

— Хорошо, но будь осторожен, — так серьезно попросил Карел, будто я не доказал, что могу за себя постоять.

Махнув на прощание рукой, я направился в сторону порта — там обязательно крутится какой-нибудь юный карманник, который подскажет, где можно найти Луку.

Но раньше, чем я отыскал беспризорников, меня самого нашли.

Леди Лавена Шепсит опять подкралась незамеченной, и я только вздрогнул, когда она появилась по левую руку, а меня окутал знакомый аромат сандала. Сегодня к нему добавилась явная нота ветивера: дымный запах с легкой горчинкой напомнил о теплой земле и дереве, высушенном на солнце.

— Приветствую, Кериэль. — Полные губы растянулись в приветливой улыбке.

— Доброго утра, — согласился я и предложил леди руку. — Чем могу быть полезен?

Лавена тихо и довольно рассмеялась.

— Сегодня пользу приношу я. Нашла кое-какую информацию о месте, где сейчас расположился твой любимый бордель.

Я не стал леди торопить фразами вроде «рассказывай скорее!», Лавена явно получала удовольствие от прогулки и беседы и специально тянула паузу. Так что я подыграл и сделал ей несколько комплиментов, что она выглядит великолепно. Впрочем, как и всегда.

— Это случилось примерно четверть века назад, — заговорщицким низким голосом начала Лавена, будто собиралась рассказать детскую страшилку. — Я тогда была совсем юной и трепетной леди…

Она снова сделала паузу и прикрыла глаза, словно ностальгируя о детских годах. Но мне почему-то Лавена совершенно не представлялась трепетной. Не тот характер. Куда живее в воображении рисовалась бойкая кудрявая девчушка, вечно убегающая от нянюшки, чтобы ввязаться в новые приключения.

— История, на самом деле, коротая и печальная. — Леди Шепсит вздохнула. — В здании располагался старый детский дом. Содержание на подобные заведения город выделял скромное, куда больше уходило на храмы и праздники. Забегу вперед — именно после этой истории наместник пересмотрел свои взгляды и приоритеты, отобрал власть у Палаты лордов и наконец-то занялся городом. А до того момента шли в приют работать либо от бескрайней сострадательности, либо потому, что больше идти было некуда. И вдруг у детского дома появился богатый спонсор. Представь себе, Кериэль, я перерыла все, что могла, но не нашла ни намека на имя этого «благодетеля». Потом работники говорили, что деньги шли в обход официального фонда пожертвований сразу в карман старшему воспитателю. И уже он платил остальным работникам… кому-то за молчание, кому-то за содействие. В последующий месяц резко увеличилось количество детей, сбежавших из приюта. Почти каждую неделю в канцелярию поступал отчет, в котором значилось от пяти до семи имен. Хотя раньше случалось всего два-три побега в месяц. У стражи вообще прибавилось работы: постоянно кто-то приходил с заявлениями о пропаже родственников или друзей. И это продолжалось бы еще долго, если бы не пропала дочка одного обедневшего барона. Сбежала ночью к сердечному приятелю и ни до него не добралась, ни обратно домой не вернулась. Ну, барон-то хоть и обедневший, но связи кое-какие имелись. Не поленился он аж старому наместнику написать. Герцог Кайсар, надо сказать, по свидетельствам, градоправителем вначале плохим был — все из своих лабораторий не вылезал. Слишком уж в нем был силен исследовательский азарт некроманта. Запустил город Кайсар, оставив на откуп Палате лордов. Но старому другу наместник в помощи не отказал. Поднял на ноги и гвардию, и магов. Прочесали каждую улицу и каждую сточную канаву. Заодно обратили внимание на растущую статистику исчезнувших людей. Следы привели аккурат к приюту, а затем — на пустырь за городом. Там-то они всех пропавших и обнаружили.

Лавена немного помолчала, чтобы восстановить сбившееся дыхание, и продолжила:

— Еще несколько месяцев в городе проводились облавы. Всех, кто даже краешком замазался, перевешали. На пустыре кладбище организовали и для жертв, и для убийц. Старший воспитатель перед тем, как у него на шее веревку затянули, признался, что «благодетель», который за детей деньги давал и просил оформлять, будто сироты сами сбегали, вроде какую-то секту организовал. И жертвы не просто так требовались, а для чего-то эдакого… для чего точно, увы, воспитатель не знал. Он хоть и жадным был, и детей продавал, глазом не моргнув, но в темную магию лезть не захотел. Нескольких сектантов поймали, но мелких сошек. Кто платил за все, они не знали. С тех пор ничего подобного не повторялось. И как я уже сказала, герцог Кайсар, наконец, увидел, в каком состоянии находится город, и показал характер.

Пока Лавена говорила, я боялся лишний раз вздохнуть. Что-то медленно, но верно прорисовалось в голове. Что-то очень похожее на понимание ситуации. Казалось, я подобрался очень близко к решению задачи, но еще не видел какую-то важную переменную, без которой уравнение не сходилось.

— Скажи, пожалуйста, — медленно начал я, ощущая себя так, будто балансировал на канате без страховки, — а у тел жертв были какие-то сходные повреждения?

Лавена удивилась. Она даже остановилась и внимательно на меня посмотрела.

— Как ты это понял, Кериэль? Да, у всех была удалена двенадцатая пара ребер. В отчете даже сказано, что с хирургической точностью и хорошими инструментами — срез ровный, как по учебнику.

Мне захотелось громко выругаться.

Что же происходит в городе? И не безопаснее ли бежать обратно в Первоземье к кузине? Я подумал, что ребер вполне могло хватить на создание клетки. Но затем что-то помешало сектантам довести ритуал до конца. Явно не облавы — ведь зачинщиков так и не нашли. Все это время они ждали нужного момента. Что же стало толчком? Что заставило их снова действовать?

Разгадка была совсем близко, но из-за обилия новой пугающей информации я никак не мог сосредоточиться.

— Спасибо, — поблагодарил я леди Шепсит, — буду должен.

Лавена ответила мне довольным и звонким смехом и побарабанила длинными пальчикам с изящным маникюром по моему предплечью.

— Сводишь меня пообедать — поговорим о чем-нибудь более приятном, — предложила она.

— Не вопрос! — Так отдавать долги мне было только в радость.

— Кериэль, утоли мое любопытство, — леди неожиданно сменила тему, — кто эта юная рыжая колдунья, с которой тебе большая часть города приписывает новый роман?

Я все-таки выругался.

— Нет у меня ни с кем никакого романа! Я помог Генте — Гента помогла мне, вот и вся история, — сдавленно простонал. — Я вообще не намерен ни с кем строить отношения.

— Хорошо. — Тон Лавены стал строгим. — Тогда побереги честь девушки и веди себя с ней корректно! Ты, может, считаешь свои действия проявлением поддержки и дружбы, а в городе из-за этого у Генты может возникнуть скверная репутация. Договорились?

Мне стало стыдно и неудобно.

Обязательно извинюсь перед Гентой!

— Да, конечно, я и не думал… — Я опустил взгляд.

Вот что делать с этими сплетниками, Триады на них нет!

— Лучше пусть и дальше все считают, что у меня роман с Карелом! — в сердцах добавил я. — Его репутации сложно навредить!

Лавена насмешливо фыркнула.

— Осторожнее с пожеланиями, Кериэль!

Мы расстались у порта. Лавена позволила церемониально поцеловать ей ладонь и, кликнув свободный экипаж, попрощалась до вечера.

На мой взгляд, предстоящий прием был бессмысленной тратой времени, и я уже заранее скучал. Тем более что совершенно не грела мысль находиться в обществе господина инквизитора и графа Балдассаре, чьи характеры, да и сами личности для меня пока оставались тайной. О прочих членах комиссии я не беспокоился, сразу узнав, за кем решающее слово.

Я присел на край знакомого фонтана — сегодня он был чистым, и от воды не тянуло тухлой рыбой — и принялся высматривать маленьких беспризорников. От крайнего пирса отплывал небольшой пассажирский корабль в сторону островов, и провожающие, махнув напоследок близким, стянулись обратно на площадь. Именно в их толпе шныряло несколько чумазых подростков. Я следил за их работой с улыбкой. Поскольку карманы, в которые юнцы запускали пальчики, были не мои, кричать стражу я не собирался.

— Квеве! — позвал знакомый звонкий голос, и ко мне на колени забралась маленькая Мия. — Неправильный эльф!

Девчушка обняла меня и ткнулась в рубашку носом, довольно засопев.

— Лучше зови по имени, — попросил ее, — меня зовут Кериэль. Или хотя бы Кери…

— Кери Квеве! — тут же выдала Мия.

Я тяжело вздохнул и, пересадив малышку к себе на шею, поднялся.

— Не проводишь меня к Луке?

— Да! — Мия тут же вцепилась мне в уши. — Он сказал тебя привести!

Это насторожило.

— Что-то случилось?

— Он нашел… кого-то. — Кого именно, малышка не знала, просто получила указание, как увидит неправильного эльфа Квеве — сразу доставить его к предводителю беспризорников.

Сердце пропустило удар.

Неужели они нашли Келебриэль?!