Как и весь мир, я узнаю о вердикте из новостей. Не хотелось три недели зависать в Лос-Анджелесе, дожидаясь, пока они представят все доказательства по двум обвинениям в изнасиловании несовершеннолетних.

Я и Саба в Саут-Банке[67], делаем снимки для ее «Инстаграма». Я как раз покупаю нам с лотка по хот-догу с кетчупом, горчицей и хрустящим луком, когда телефон начинает пищать. Оповещение от гугла.

– Приговор оглашен, – говорит Саба, бледнея.

– Давай поищем, где Сесть. – Мы находим пустую скамейку перед входом в Королевский фестивальный зал. – Ну вот. Теперь читай.

Она открывает свой мобильник и начинает читать новости BBC про себя.

– Саба! Ну серьезно!

– Ему дали четыре года. – Саба поднимает глаза. – Четыре года в окружной тюрьме. И «неуказанную сумму в возмещение морального ущерба» для всех жертв.

– Боже. – Я без сил валюсь в ее объятия. То облако чего-то ядовито-зеленого и токсичного уходит наконец из моего тела, как у той, из «Экзорциста». Саба крепко обнимает меня. – Мы это сделали. Мы же правда это сделали.

– Ты победила.

Вокруг меня кружится Лондон. У меня в голове ураган, и я понимаю, что не спасла мир. Но, возможно, я его изменила, хотя и совсем чуть-чуть. Уж очень многим мужчинам такое сходит с рук. Ну, а этому не сошло. Не в этот раз.