В день столкновения Москва казалась вызывающе, почти безрассудно живой. Только посты ДПС и присутствие военных на улицах города напоминало о нарастающем кризисе. Погода выдалась на редкость хорошая — сентябрь упрямо притворялся разгаром августа. Лето никак не хотело уходить, густая сочная зелень в университетских скверах продолжала радовать глаз, а легкий теплый ветерок приятно шевелил волосы и способствовал мыслительному процессу.
Последние почти две недели Денис уже редко появлялся на кафедре ГАИШ. Понимая, что его ИИ-ассистент давно живет собственной жизнью на серверах Росатома и НАСА, парень предпочитал просто бродить по городу. Он наматывал километры по старым переулкам и раздумывал о разных сценариях встречи конца света. Впрочем, Денис по-прежнему оставался в курсе всех научных событий. А события в последние дни протекали с бешеной скоростью. Координационный центр ООН утвердил пакет из нескольких наиболее перспективных моделей, которые стали результатом слияния наработок десятков научных групп. Для всех аппаратов в системе Юпитера прописали строжайшие протоколы наблюдений, а полетные инженеры были готовы в любой момент вносить корректировки в полетные планы. Астрономы переписали задания для всех спутников и наземных станций, следящих за Солнцем, — на случай, если пучки фотонов или гамма-всплески пробьют корону. И, наконец, был задействован даже подземный лазерный гравитационно-волновой интерферометр, который еще в позапрошлом десятилетии впервые поймал гравитационную волну и подтвердил гипотезу Эйнштейна, впрочем на него никаких надежд не возлагали - масса и скорость объекта не соответствовали чувствительности прибора.
Ученым предстояло по крупицам собрать самый сложный пазл в истории человечества.
В этот день Денис шел в ГАИШ. Действующий пропуск позволял ему увидеть главное шоу планеты, что называется, из первых рядов, и он ни за что не упустил бы такую возможность. Парень даже навел марафет, насколько умел: сам погладил джинсы, надел чистый пиджак поверх любимой футболки, аккуратно причесался и гладко побрился, что обычно делал только по праздникам. На душе было очень волнительно. Денис даже ловил себя на глупых мыслях о том, что он будет говорить журналистам, если вдруг придется. Новость о том, что обычный московский программист разработал ИИ, который первым разгадал загадку сингулярности, уже разнеслась по планете, хотя в целях безопасности его имя не разглашалось в прессе. Он стал мировой рок-звездой заочно, и это лишь подогревало волнительность происходящего.
Когда Денис подходил к главным воротам университета, там уже вовсю бурлил ажиотаж. Стояло несколько больших автобусов российских телеканалов, толпилось множество журналистов и блогеров. Кто-то держал профессиональные камеры и микрофоны с цветными кубиками логотипов, кто-то вел стримы прямо с селфи-палок и смартфонов. Репортеры вели прямые репортажи в блоги и на ТВ, вылавливая из толпы любого, кто входил или выходил из ворот. На проходной дежурила полиция, а дорогу преграждали две патрульные машины с мигающими сине-красными маяками. Денис вспомнил короткий мини-тренинг по общению с прессой, который ему провели в первый день. Из всей инструкции в голове отпечаталось только одно: «Без комментариев, все объявят в официальном пресс-релизе». Он уже подошел к воротам, внутренне ликуя от того, что хоть интервью дать и не удастся, но его лицо точно засветится в вечерних новостях. Это усиливало и без того сильное волнение.
Он собрался с мыслями и направился к толпе, чтобы пробиваться сквозь кордон репортеров, как вдруг этот гул толпы разорвал резкий, до боли знакомый рев мотоциклетного двигателя. Денис резко обернулся. Рядом с одним из телевизионных автобусов на своем аляповатом, потертом Ёбрике сидела Крис. Она намеренно с силой крутила ручку газа на холостых оборотах, заставляя мотор громко стрелять глушителем, чтобы привлечь его внимание. Если бы в голове Дениса в эту секунду умели играть фанфары, они бы оглушительно грянули победный марш...
Последние дни он часто жалел, что отпустил Крис в тот день под шатром кофейни, даже не обменявшись телефонами. Для парня, который всегда был натуральным гиком, заведение новых друзей, а тем более подруг, давалось с огромным трудом. У него были только приятели из числа коллег-программистов, а девушки не было вовсе. «Волк-одиночка», — привычно успокаивал он себя, глядя в зеркало, но это не сильно помогало.
...Парень расплылся в глупой, счастливой улыбке и направился прямиком к мотоциклистке.
— Я уж думала, тебя не найду! — выпалила она, глуша двигатель. — Здравствуй, Дэн.
— Привет, Крис! — он тщетно пытался скрыть бурлящую радость, но лицо выдавало его с потрохами, буквально светясь от восторга. — Ты… ты что тут делаешь?
— Ну, я тут подумала, — заигрывающе начала девчонка, наклонив голову набок, отчего ее рыжий хвост съехал на плечо. — Что айтишники ведь не только кофе с кефиром пьют, но и кушают иногда. Короче, у меня к тебе исключительно деловое предложение.
— Интересно, — постарался максимально ровно и солидно сказать Денис, но в интонации все равно отчетливо прозвучало: «Я согласен на что угодно».
— Короче, схема такая: ты проводишь меня через эту злую охрану и даешь посмотреть изнутри, как это все будет. А с меня ужин, ресторан выбираешь ты. Договорились?
— Посмотрим, что можно сделать, — деловито нахмурился Денис, хотя сияющие глаза предательски выдавали его. — Побудь тут, я мигом.
Денис спешным шагом пошел к проходной, технично минуя протянутые микрофоны журналистов и даже не пытаясь отвечать на их выкрики. Внутри старинного здания института людей оказалось значительно больше, чем обычно. Парень прямиком устремился к стойке администратора «мероприятия», которая всем приходящим раздавала строгие информационные листки с программой и указывала, где именно следует усесться в конференц-зале, поскольку все места были расписаны до единого.
— Тут такое дело... — Денис замялся, не зная, как начать разговор. — Как можно получить один временный пропуск?
— Это абсолютно исключено, — вежливо, но непреклонно ответила девушка-администратор, даже не поднимая глаз от списков. — Все места строго расписаны по ведомствам, посторонним на сегодня вход закрыт.
— Ну неужели вообще ничего нельзя сделать? — не унимался Денис. Его переполняли такие чувства, будто он только что опоздал на самолет, который должен был доставить его на райский остров с пальмами.
— Сожалею, — сочувственно вздохнула девушка.
В этот момент мимо стойки быстрым шагом проходил Сурдин. Владимир Георгиевич был гладко выбрит, свеж, бодр, и только глубокие тени возле глаз могли бы выдать сумасшедшую усталость последних недель, если бы не были скрыты бликами очков. Увидев Дениса, профессор мягко кивнул и приподнял ладонь, приветствуя парня. Денис мгновенно, словно за спасительной соломинкой, устремился к нему.
— Владимир Георгиевич! — затораторил он, лихорадочно подбирая слова, чтобы не занимать драгоценное время ученого. — Мне нужен один временный пропуск. Очень нужен!
— Денис, хотите кого-то на экскурсию провести? — мягко, со своей неизменной лекционной интонацией спросил профессор.
— Да... Понимаете, это девушка. Ну, то есть, не моя девушка... Ну, в общем... — парень густо покраснел.
Владимир Георгиевич тепло улыбнулся, чуть наклонил голову и посмотрел на Дениса поверх своих аккуратных очков в тонкой оправе. — Эх, где вы, мои годы... — произнес он негромко и как-то загадочно. — Не беспокойтесь, сейчас мы все устроим.
Толи это была его природная отзывчивость, толи он действительно вспомнил свою юность, а может быть хотел хоть чем то отблагодарить парня за предоставленную ИИ модель. Сурдин просто подошел к столику администратора, обменялся с ней парой коротких фраз, заставив девушку кивнуть, и вернулся к Денису, держа в руках чистый пластиковый бейдж на красной ленте.
— Имя впишите сами, — профессор заговорщически подмигнул и тут же удалился в недра конференц-зала, даже не дав возможности себя поблагодарить.
Денис, чуть ли не прыгая от восторга, бросился обратно к столу, схватил шариковую ручку и сломя голову побежал к выходу на улицу. Перед самыми стеклянными дверьми он остановился на секунду, глубоко выдохнул, попытался силой воли успокоиться и принять серьезный, мужественный вид. Впрочем, это ему не удалось от слова совсем — чистая, детская радость была единственным, что наполняло его в эту минуту. Он снова пробрался сквозь толпу репортеров. Крис уже стояла возле патрульной машины, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу и выискивая его фигуру в толпе.
— Пам-пам! — гордо подняв пластиковый прямоугольник над головой, подошел Денис.
— Ты мой герой! — искренне восхитилась девчонка, и ее мультяшные глаза засияли.
— Держи, заполняй. Надеюсь, у тебя права с собой? — он протянул ей бейдж и ручку.
— И права, и паспорт... — Крис принялась усердно выводить буквы на картонке, смешно прикусив кончик языка.
Сегодня она была не в своем громоздком мотокомбинезоне, а просто в потертых джинсах, белой футболке и легкой дутой жилетке. Через несколько минут Денис уже уверенно вел Крис по коридорам ГАИШ, крепко держа ее за руку. Девчонка вприпрыжку скакала за ним, с любопытством крутя головой по сторонам. Денис на радостях выдавал ей самую нелепую экскурсию в мире: «Тут у нас серверы, тут кафедра небесной механики, там архив, а вот тут кафе — ну, коробки от пиццы ты уже видела». Крис с удовольствием слушала этот сумбурный лепет.
Наконец они вошли в огромный конференц-зал. К этому моменту он был заполнен примерно на треть. Ученые собирались в маленькие кучки, оживленно беседуя прямо в проходах или сидели в расставленных креслах. Кто-то, напрочь игнорируя академический этикет, сидел в кресле на коленях, развернувшись спиной к сцене и лицом к коллеге со следующего ряда. Все выглядели на удивление отдохнувшими и бодрыми — видимо, в последний день перед вторым ударом большинство сотрудников наконец-то уделили время сну и приведению себя в порядок.
Поскольку у Дениса был гостевой пропуск, а у Крис — и вовсе временный, места в партере им не полагались. Они не стали искать свободные кресла, а уселись прямо на ковролиновую ступень одного из верхних ярусов амфитеатра.
— Знаешь, я хотела извиниться, — тихо начала Крис виноватым тоном, глядя на свои кеды. — Что убежала тогда из кофейни. Это было... ну, не очень вежливо.
— Вообще не парься! — горячо выпалил Денис. — Это я виноват, вывалил на тебя столько кошмара с ходу. Надо было как-то аккуратнее...
— Ты прощен! — мгновенно переобулась Крис и толкнула его плечом. — Какая сегодня программа?
— Вон, смотри на главный экран, — Денис ткнул пальцем в сторону стены, на которую светил мощный лазерный проектор.
Экран действительно завораживал. Ребятам казалось, что они каким-то чудом оказались на капитанском мостике «ЮСС Энтерпрайз», готового приземлиться на загадочную планету. В самом центре отображалась картинка Юпитера крупным планом, на ее поверхность была нанесена сетка, а так же переходя от красного к синему компьютер старательно вывел линии магнитного поля планеты. В углах кадра контрастным, ядовито-зеленым шрифтом выводились постоянно меняющиеся технические данные.
По бокам от центрального изображения располагалось несколько других кадров: там планета была показана в неестественных контрастных цветах, как на приборе ночного видения и в углах отображались спектральные диаграммы. На одной проекции расцветка плавно переходила от желтого до глубокого фиолетового, обнажая бушующие завихрения газов. На другой — Юпитер выглядел монохромно оранжевым с яркими, пульсирующими белыми вкраплениями в районах полюсов. Чуть правее светились динамические схемы системы Юпитера со всеми его лунами и исследовательскими зондами. Через всю эту планетарную схему отдельным, неоново-алым цветом была прочерчена зловещая траектория черной дыры. Над линиями траекторий непрерывно тикали цифры, показывающие, сколько единиц расстояния осталось до расчетных точек в момент «Ч». Сами картинки казались статичными, и только эти бегущие цифры выдавали реальное движение. В отдельных квадратах фигурировали пульсирующие графики и медленно ползли строки телеметрического текста.
В самом низу отдельной плашкой транслировались прямые логи с подземного лазерного гравитационно-волнового интерферометра. График его гармоник, уже очищенный от каких-либо лишних фонов, выглядел прямой натянутой струной, замершей в изоляции от земного шума и готовой улавливать любые колебания, а соседний график спектра был пуст.
Рядом с экраном висело небольшое электронное табло, на котором безжалостно, секунда за секундой, работал главный таймер обратного отсчета до второго контакта с 9-ай-хол. 6:47:54… :53… :52…
Денис только сейчас, сидя на мягкой ступеньке амфитеатра в полумраке зала, внезапно осознал, что он так и не выпустил руку Крис из своей. Ладонь девчонки была теплой, немного шершавой, и слегка вспотевшей. Парень мягко сжал ее пальцы, и Крис ответила ему тем же, не отрывая завораживающего взгляда от тикающих зеленых цифр на экране. Время неумолимо шло к развязке.
:47… :46…