— Тебе пора перестать себя принижать, — сказала Гретли своим спокойным, рассудительным тоном. — Ты не видишь того, что видим мы. Что ты сильная, умная, способная и еще много чего…

Я затаила дыхание, отчаянно желая услышать продолжение и в то же время боясь его.

— Ты борец, Джастис. Выжившая.

Кэм кивнула:

— Именно. В большей степени, чем любая из нас. Я ни капли не сомневаюсь: если ты решишь взять на себя роль Рубиновой принцессы, ты затмишь всех нас и справишься так чертовски круто, что тебе памятник в центре города поставят.

Я ждала смеха… очевидной шутки.

Но этого не последовало.

— Нам тоже было страшно, — вздохнула Кэм, забавно сморщив носик. — Я в первую неделю раз десять едва не описалась от страха — каждый раз, когда семья на меня хоть немного давила. Но стало легче. Теперь моя сила не пугает, а успокаивает. И ты к этому придешь.

— Просто дай себе шанс, — закончила за нее Гретли.

Ах, черт.

— Терпеть не могу, когда вы говорите правильные вещи, — простонала я. — Обязательно быть такими рассудительными?

Они обняли меня, и тревога внутри поутихла.

— Мы всегда будем тебя поддерживать, Джастис. Так поступает семья.

И вот опять они довели меня до слез.

Когда мы наконец отстранились, я почувствовала такую легкость, какой не ощущала давно. Будто я стала чуть менее потерянной. Может, если я попробую вжиться в роль Драгоценной принцессы, у меня наконец появится цель. Кажется, большинство людей просто хотят чувствовать себя успешными, реализованными и уважаемыми. Возможно, я найду всё это здесь.

А как же любовь?

Полагаю, я займусь этим вопросом, когда разберусь с остальным. Если нам с Джейкобом суждено быть вместе, он никуда не денется, пока я работаю над собой. Возможно, к тому времени я созрею для связи истинных пар. И, надеюсь, он тоже.

— Ну, как там наша четвертая сестра? — спросила Гретли. — Всё-таки без вас двоих рядом ощущения не те.

Я кивнула:

— У Грейс всё отлично, а ее пара… он относится к ней как к королеве. Сомневаюсь, что она захочет возвращаться, чтобы быть принцессой.

Они рассмеялись, пододвигаясь ближе друг к другу — они всегда так делали. Кэм и Гретли были той парой, которой жизненно необходим физический контакт, они постоянно находились в орбите друг друга. Мне это в них нравилось. А еще нравилось то, что они благословлены как истинные пары. Великой Матери явно было плевать, что они обе женщины. А если ей плевать, то всем остальным лучше помалкивать.

Или я их уничтожу.

Увлекая их за собой на плоскую каменную скамью, я откинулась назад.

— Рассказывайте мне всё, что произошло! — потребовала я.

Следующие несколько часов они говорили о своей жизни в драгоценных домах. О том, как они изучали свои обязанности, знакомились с семьями и спорили о том, где будут жить. То, что «драгоценные земли не особо смешиваются», явно усложняло задачу, но, похоже, обе стороны старались найти компромисс.

— И ни к кому из вас не относились плохо?

Мы все в какой-то момент прошли через систему опеки. Кэм пришлось легче, чем Гретли и мне. Хотя насчет Гретли я не знала наверняка — она была очень сдержанной и делилась самым сокровенным только со своей парой. Справедливо, я тоже не вдавалась в детали своих худших дней в разговорах с ними.

— Ни разу, — сказала Гретли, и в ее глазах промелькнула тень. — Я всё жду, когда тьма проявит свою мерзкую рожу, но ее, кажется, просто не существует.

Наши взгляды встретились, и в ее глазах я увидела знакомых демонов. Так я поняла, что она прошла через нечто подобное моему опыту.

— Это потрясающе, — сказала Кэм, как всегда лучась энергией. — Даже с нашими отношениями нет никаких проблем. Наши семьи ищут нейтральное место, чтобы мы могли построить дом, и мы уже начали работать над дизайном, объединяя оба камня.

— Рядом с ними мы сильнее, — добавила Гретли, поглаживая Кэм по руке, прежде чем переплести их пальцы.

— Я и правда чувствую себя сильнее, — призналась я, — но перемены в моем теле… это пугает. Ты больше двадцати лет веришь в одну версию себя, а потом — бац! — и ты уже кто-то другой. К этому нужно привыкнуть.

Кэм фыркнула:

— Девочка, мы с первого взгляда поняли, что ты принцесса. В тебе есть эта царственная, властная красота. Люди инстинктивно тянутся к тебе.

Я ненавидела комплименты, но еще больше ненавидела людей, которые начинают ломаться, получая их, поэтому старалась не делать ни того, ни другого.

— Спасибо. Я же считала вас двоих самыми добрыми, искренними и настоящими людьми из всех, кого встречала, и время в Убежище навсегда останется одним из лучших периодов в моей жизни.

— На данный момент, — мягко напомнила Кэм. — Только «лучшим на данный момент». У тебя впереди еще столько всего. Ты еще не достигла пика, дорогая, ни капельки.

Мне хотелось бы в это верить. Тревога порой держала меня мертвой хваткой.

— Кристаллы помогают, — серьезно сказала Гретли, уловив часть моих мыслей. Мы были достаточно близки, чтобы наша связь частично работала. — Они унимают тревогу. Я начинаю думать, что именно разлука с ними изначально сделала нас всех такими… взвинченными.

Взвинченными. Вежливый способ это назвать.

— Я тебе верю, — сказала я, и это было правдой. — Я приму камни, попробую по-настоящему. Если всё пойдет так, как верите вы и мои родители, тогда, возможно, я смогу вернуться на Землю и стать фейри, достойной Джейкоба Компасса.

Их глаза округлились, они уставились на меня во все глаза.

— Офигеть! — выдохнула Кэм, наклоняясь ближе. — Рассказывай всё. Прямо. Сейчас.

Мой смех разлился в воздухе, и с улыбкой, которую я не могла стереть с лица, я начала говорить и не замолкала, пока небо не потемнело. Этот разговор с сестрами был именно тем, что мне требовалось, и вместе с ним пришло новое решение.

Завтра я буду готова.

Завтра я приму силу камней.

Глава 15

ДЖЕЙКОБ КОМПАСС

Оперативная группа была созвана на следующий день после того, как пришло письмо от президента. Мы встретились на нейтральной территории неподалеку от Багамских островов. Я был почти уверен: тот, кто объявил эту зону нейтральной для всех сверхъестественных территорий, сделал это исключительно из-за потрясающих пляжей этого маленького островка.

Остров Магов веками находился во владении супов. Согласно старым картам, ландшафт за это время изменился, но сам остров остался почти прежним: белый песок, кристально чистая бирюзовая вода и изобилие фруктовых деревьев, способных прокормить целую общину.

Несколько лет назад мы построили хижины над водой и добавили другие развлечения для лидеров, чтобы им было чем заняться во время встреч, но сегодня на водные виды спорта времени не было. Нас ждали серьезные дела.

— Сегодня здесь много членов Гильдии, — прошептал Тайсон мне на ухо. Глава одной из африканских наций стоял совсем рядом, а его вампирский слух не имел равных.

— Да, — кивнул я, наблюдая за людьми, собравшимися в глубине зала. — Думаю, это мудрое решение — привлечь человеческую сторону. Они могут заметить то, чего не видим мы, особенно те, кто уже работает в правительстве.

Тайсон выглядел непривычно мрачным.

— Бесит, что мы торчим здесь и разгребаем это дерьмо, пока наши пары сидят дома. Мне не нравится быть в разлуке с Грейс.

При упоминании пар у меня сдавило грудь. Прошел всего день с тех пор, как Джастис ушла в Фейри. Всего один гребаный день. Двадцать четыре часа. Бывало, я медитировал в лесу дольше этого срока, и меня это не беспокоило. Но сейчас день казался вечностью.

— С ней всё в порядке, — сказал Максимус с другой стороны. — Ты бы почувствовал, если бы это было не так. Ты сам говорил, что время от времени ощущаешь её энергию. Начало связи уже положено.

Да, на данном этапе я почти не сомневался, что мы — истинная пара. В черно-белом мире без полутонов это было бы идеально. Но мы жили в мире, где всё было закрашено серым, и я ничего не мог с этим поделать.

— Я чувствую лишь случайные вспышки, — возразил я. — Словно залетная мысль, о которой я точно знаю, что она не моя. И с момента её ухода это случалось всего пару раз.

Мои братья психовали из-за разлуки с парами, но они хотя бы находились в одном мире. Моя же была в Фейри, где время течет иначе. Они бросили на меня сочувственные взгляды — это было единственное, чем они могли помочь.

Вскоре совещание началось, и мы замолчали, сосредоточившись на деле. В зале присутствовало около сотни супов — в основном лидеры со всего мира, а также несколько десятков представителей Гильдий и влиятельные бывшие лидеры… такие как Луи, стоявший впереди и готовый обратиться ко всем нам.

— Спасибо всем, что собрались так быстро, — произнес Луи. — Я знаю, вы заняты, и присутствие всех лидеров вне их стран и тюремных городов — ситуация не из легких, поэтому мы сразу перейдем к делу, а через несколько минут проведем голосование.

К нему присоединились другие маги — древние старцы, бывшие лидеры, пользующиеся огромным уважением. Луи был самым молодым из них, но как самый могущественный, он удерживал внимание зала так, как им и не снилось.

— Я, Реджинальд Уолтерс, — начал суровый немецкий колдун. — Мы получили сведения о том, что президент США раскроет наше существование миру, если мы не согласимся предоставить ему пятьдесят сверхъестественных существ в качестве сверхсекретной группы под контролем правительства.

Он продолжил зачитывать требования, изложенные в письме президента. Затем поднялся член Гильдии и вкратце доложил о том, что им удалось узнать на закрытых заседаниях кабинета министров.

— Президент не допускает утечки этой информации даже в свой общий кабинет, — сообщил он. — Всё это находится под грифом строжайшей секретности. Похоже, он не хочет, чтобы кто-то еще испортил его план своей политикой.

Он привел еще несколько фактов, большинство из которых были не слишком важны.

Интересно было то, как президент проворачивал всё это в одиночку. Это было неожиданно и заставило меня задуматься: как он вообще собирается объяснять появление такой оперативной группы? В письме об этом не было ни слова, и нам стоило спросить об этом раньше.

Когда член Гильдии закончил, Луи снова взял слово:

— У президента есть неопровержимые доказательства. Я сам их изучил, и хотя я мог бы попытаться предотвратить их попадание в мир, не думаю, что это остановит неизбежное. — В частной беседе он признался мне, что его попытка повернуть время вспять и стереть утечку информации не сработала, а значит, здесь замешаны более серьезные силы. — Помните об этом, когда будете голосовать.

— Также примите во внимание, — добавил Джон Йоханссон из Швейцарии, — что если мы пойдем на открытый конфликт, это может означать войну. Мировую войну между сверхъестественными существами и людьми. Да, мы сильны, но их численное превосходство огромно, а некоторые виды их оружия смертоносны.

Он был прав. При всей моей ненависти к идее контроля, губить жизни невинных только потому, что нам не нравится, когда кто-то дергает за ниточки — это тоже было бы поступком придурка. Президент не просил чего-то запредельного, и я не собирался позволять гордости влиять на это решение. Как лидеры, мы должны были думать об общем благе.

Маги потратили еще несколько минут, излагая информацию максимально кратко и четко, а затем перешли к голосованию.

— Есть три варианта, — произнес Луи низким, вибрирующим от энергии голосом. — Первый: мы принимаем сделку и надеемся, что он не попросит большего. Мы можем проводить ротацию тех пятидесяти солдат, так что ни один суп не прослужит более пяти лет. Это будет временное соглашение, пока мы не достигнем иного. Второй: мы соглашаемся, но начинаем активно работать над отстранением его от власти, чтобы поставить в Белом доме своего человека из Гильдий, — он указал рукой на группу людей, внимательно слушавших. — И таким образом, наконец, взять под контроль одно из самых могущественных правительств мира.

В зале послышался гул голосов: каждый лидер считал свою страну пупом земли, а здесь были представители десятков государств.

— И третий вариант, — продолжил Луи, заставляя зал замолчать. — Мы говорим «нет» и вступаем в борьбу. В таком случае нам нужно будет детально обсудить план действий при наихудшем сценарии. Мой совет: мы сами раскроем информацию общественности тем способом, который посчитаем лучшим, чтобы минимизировать последствия.

Три варианта. Ни одного блестящего. Но так часто бывает на подобных голосованиях. Я уже знал, за что буду голосовать. Мной двигала не вина, а понимание того, что общее благо всегда на первом месте.

— Все голоса должны быть поданы с помощью магии, — добавил Луи. — Если вы не принадлежите к магической расе, пожалуйста, попросите кого-то из соседей внести ваш голос.

Мы все повернулись к Тайсону.

— Второй вариант, — сказал Брекстон, скрестив руки на груди с раздраженным видом.

— Я тоже за второй, — поддержал Максимус. — Я не хочу, чтобы мы вечно зависели от человека, но считаю, что война — плохой старт. Мы можем прийти к ней позже, но давайте сначала попробуем другой путь.

Я кивнул.

— Да, для меня тоже второй вариант. По тем же причинам.

Тайсон ухмыльнулся.

— Четыре «вторых» со всеми вытекающими, сейчас будет исполнено.

Он направил всплеск магии в сторону передней части зала; его энергия с силой врезалась в сферу, созданную Луи для сбора голосов. Луи бросил на него сердитый взгляд и покачал головой.

— Ты ведь сделал это нарочно, да? — спросил я, чувствуя, как искра юмора пробивается сквозь мрачный водоворот энергии внутри меня.

Тайсон пожал плечами.

— Никогда не помешает напомнить ему, кто тут был самым молодым колдуном. Знаешь, так, на всякий случай, если он вдруг забыл.

Я рассмеялся. Братья уставились на меня, потому что, видимо, я уже давно не позволял себе подобных эмоций.