ПАНДОРА

Папа сидел рядом с Джоэлом и Эверглоу, а мои Пары окружали меня, пока я держала Небулу в ладонях над столом в зале заседаний Демонического Совета. В воздухе витал терпкий запах песчаника, а меня переполняло горе из-за того, что эта ночь неизбежно станет одной из самых ужасных в моей жизни — гораздо страшнее любой ночи, которую мне когда-либо устраивала мать.

Напротив членов Демонического Совета расположился Совет Сверхъестественных. Роуэн Клируотер сидел рядом со своей Парой, Рен, и её второй Парой, Дэмиеном. Рядом с ними сидели Сабина, Джеспер и Гримсворн, замыкая круг.

Их лица были такими же мрачными, как и наши.

— До пика новолуния осталось меньше часа, — сказала Сабина, и её голос звучал спокойно, несмотря на напряжение, повисшее в воздухе. — Джеспер поведёт агентов первым, но каждый агент уже получил приказ освободить путь для Пандоры Грейвсенд и её Пар. Джеспер будет одновременно управлять двумя магическими артефактами: один будет притягивать тёмную магию, а второй — поглощать её, чтобы Пандора не оказалась перегружена.

Я напряглась, услышав своё имя. Осознание того, что мне предстояло сделать, тяжёлым грузом давило на грудную клетку.

Мои руки задрожали, и бедный Небула задрожал вместе с ними.

— В то же время я, остальные присутствующие члены Совета и Дэмиен будем вашей поддержкой, — добавила Сабина. — Но мы не станем вмешиваться в бой между Пандорой и Сибил, потому что только Пандора способна её уничтожить.

— Мы тоже будем там, — сказал папа, указав на себя, Джоэла и Эверглоу.

— Она уязвима перед особыми силами, которыми тебя наделили Судьбы, — прошипел Небула. — Пандора, они благословили тебя этим даром, чтобы уничтожить тёмную магию. Именно поэтому ты смертельно опасна для Сибил так, как никто другой здесь.

Бесплотный голос Небулы слышали только я и мои Пары, но он навсегда останется выжженным в моей памяти.

К горлу подступил ком, но я кивнула.

— Именно ты всегда должна была сделать это, — мягко добавил Небула. — Когда меня не станет, её сила резко упадёт. Она не будет этого ожидать, особенно прямо перед таким важным ритуалом. Именно тогда и нужно наносить удар.

— Она черпает силу не только из души своего фамильяра, — сказал Роуэн, и в его огненных глазах читался холодный расчёт. — Скорее всего, ещё и из кровавого камня. Без него её ритуал должен разрушиться. Тёмная магия, которую она стягивала к себе, окажется бесполезной против Пандоры.

— Он прав. Если всё сделать именно так, Калиста избежит той огромной волны тёмной магии, которую Сибил собирается выпустить, — согласился Небула. — Скажи ему это.

— Небула согласен. Помимо силы, которую он вынужден отдавать ей, кровавый камень тоже служит для неё источником тёмной магии, — хрипло произнесла я.

В комнате воцарилась тишина.

Тяжёлая.

Удушающая.

От неё сердце болело ещё сильнее.

Я почувствовала на себе взгляд папы. Затем он перевёл глаза на Небулу и заговорил.

— Небула, — произнёс он, и каждое его слово было пропитано печалью. — Спасибо тебе. За всё. Ты был Пандоре большим отцом, чем был я тогда, когда она нуждалась в нём. Когда я ещё даже не знал о её существовании.

У меня перехватило дыхание.

Душа Небулы мягко растеклась по моим ладоням.

— Для меня это было честью.

Из моего горла вырвался всхлип.

И я больше не смогла его сдерживать.

Папа поднялся прежде, чем я успела его остановить и сказать, что со мной всё в порядке, но со мной не всё было в порядке, и уже в следующее мгновение он заключил в объятия меня вместе с Небулой.

Я плакала, прижавшись к его груди, моё тело дрожало, пока я цеплялась за Небулу и обмякла в папиных объятиях.

Тревога моих Пар захлестнула наши связи, и я знала, что они так же отчаянно хотели меня обнять, но не существовало слов, способных облегчить боль от того, что должно было произойти.

Роуэн выпрямился в своём кресле, когда мои рыдания наконец стихли. На его лице читалась неподдельная скорбь.

— Небула, мы перед тобой в неоплатном долгу за то, чем ты решил пожертвовать ради этого мира.

Рен мягко заговорила, потянувшись через стол и взяв Роуэна за руку.

— Мне так жаль, Пандора.

Я кивнула, сглатывая своё горе.

— Мне тоже.

Время утекало слишком быстро — весь сегодняшний день.

Прошлой ночью, после того как Небула снова смог проявиться, мы с моими Парами сидели рядом с ним, и он рассказывал истории из моего детства так, как это сделал бы любящий отец, гордящийся своим ребёнком. Он делился своими надеждами и мечтами о нашем будущем после того, как уйдёт. Рид нашёл на планшете фильм, который мы все посмотрели вместе, и мы с Небулой были полностью им зачарованы. Никто из нас никогда раньше не смотрел фильмы, и мои Пары были этим потрясены. Но это было весело, и нам очень понравилось, пока мы все не уснули. А весь сегодняшний день мы просто наслаждались присутствием Небулы и его любовью, но день подходил к концу, и вместе с ним закончится и Небула.

Моё сердце разбивалось, и тот, кто всегда помогал собирать его обратно, совсем скоро исчезнет навсегда.

— Нам пора, — сказала Сабина, и её голос эхом разнёсся по комнате.

— Всё будет хорошо, — пообещал мне Небула, но эти слова тяжело обрушились на моё хрупкое сердце, раскалывая его ещё сильнее.

Ничего не будет хорошо.

Шум заполнил мои уши, пока Дэмиен объяснял Дексу, куда им нужно будет перенести всех через тени, и время словно расплылось.

Спуск в тоннели под Демонической столицей превратился в молчаливый переход сквозь тени. Декс и Дэмиен перенесли нас через темноту, наши тела проскользнули через обсидиановую пустоту, прежде чем мы снова вышли из неё.

Каменные стены были влажными, холодными и будто сжимались вокруг нас, пока мы шли по узким коридорам, ведущим к Храму Завесы.

— Ты помнишь, как твоя мать впервые оставила шрамы на твоей спине? — эхом прозвучал вокруг меня голос Небулы, и мои Пары сразу напряглись.

Я кивнула, а мои слёзы капали на его череп.

— После этого ты был рядом со мной. Ты помог мне.

— И как именно я тебе помог? — мягко подтолкнул он.

— Ты пообещал, что всегда будешь рядом со мной, — хрипло ответила я, и агония снова превратила моё бьющееся сердце в пыль, напомнив, что его больше никогда не будет рядом со мной.

— Что ещё? — продолжил он.

Я всхлипнула, вспоминая ту ночь.

Когда мать, потеряв самообладание из-за того, что я отказалась питаться болью, которую она мне причиняла, оставила меня одну истекать кровью, Небула уговорил меня достать его из тайника в треснувшем песчаниковом полу. Он велел мне дышать и лечь на живот, чтобы я снова не повредила спину, а потом заставил меня рассказать о моих мечтах о будущем.

— Я мечтала о будущем. О дне, когда стану свободной от своего плена, — ответила я. — Но во всех этих мечтах был ты.

— Пандора… — печально вздохнул он. — Ты мечтала о свободе, и я тоже. После этого меня уже не будет рядом с тобой физически, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы остаться с тобой хоть в каком-то виде. Сейчас тебе нужно мечтать о будущем — о будущем, в котором Сибил Шоу и Тёмная Завеса больше не сеют хаос среди демонов Калисты. Мечтай о том будущем, которое показал тебе Рид. В будущем ты будешь по-настоящему счастлива, будешь любить своих Пар и строить жизнь, которой, я знаю, я буду гордиться. Я уже сейчас так тобой горжусь.

Я снова разрыдалась, чувствуя, как мои Пары успокаивающе гладят меня по спине, но это не помогало — их утешение могло облегчить лишь крошечную часть той боли, что разрывала мою грудь.

Эхо наших шагов сопровождало нас до самых массивных двойных дверей подземного храма, но я лишь крепче прижимала Небулу к груди.

— Новолуние почти достигло своего пика, — прошептала Сабина.

— Пора, Пандора. — Душа Небулы была тёплой, растекаясь из него и стекая по моим пальцам. — Я чувствую, как Сибил тянет мою силу. Если ты не сделаешь этого сейчас, я уже не смогу удержаться и не исчезнуть.

Ещё один мучительный, полный боли всхлип поднялся у меня в груди и подступил к горлу, но я заставила себя его проглотить.

— Дайте им пространство, — сказал папа всем остальным.

Мои Пары образовали вокруг меня и Небулы защитный круг — Хантер, Рид, Декс, Брэм и Скел, — готовясь к тому, что должно было произойти.

Все остальные отошли назад, давая нам то пространство, в котором мы отчаянно нуждались. Но по тому, как душа Небулы уже начала втягиваться обратно в пустые глазницы его черепа, было ясно, что времени у меня почти не осталось.

Сила поднялась из глубины моего живота к самому горлу, и из моих губ повалил чёрный дым. Я положила дрожащую руку на череп Небулы.

— Я не хочу этого делать… Я не хочу тебя терять.

— Ты не теряешь меня, — глухо прошептал Небула. — Ты освобождаешь меня. И я всегда буду рядом с тобой.

— Я люблю тебя, — сдавленно произнесла я, пока слёзы ручьём текли по моим щекам. Я едва осознавала, как мои Пары положили на меня руки, поддерживая меня.

— Я люблю тебя, Пандора. И спасибо тебе за то, что ты делаешь это ради меня, — его бесплотный голос эхом разнёсся по тоннелям, сдавливая моё сердце удушающей силой.

Моя магия хлынула наружу, огромными клубами вырываясь из моего рта. Она окутала череп Небулы, накрывая тёмную магию, которая гнила внутри него, — вместе с его душой.

Небула не закричал, но я чувствовала его агонию, чувствовала, как его душу вырывают из её проклятой темницы. Тёмная магия не хотела его отпускать. Чтобы сорвать проклятие с его души, её приходилось буквально выдирать — жестоко и беспощадно. Его сущность металась, запутавшись в тенях, которые сопротивлялись, цеплялялись и отказывались отпускать его.

Но я не дала им ни единого шанса. Моя магия пожирала тёмную сущность, жадно поглощая её горячими, обжигающими волнами. Она наполняла меня, а моя сила уничтожала тёмную магию и само проклятие так, словно они ничего не значили.

Моё тело содрогнулось, когда душа Небулы врезалась в мою собственную, и внутри моей грудной клетки взорвался ослепительный свет.

Я судорожно вдохнула, чувствуя, как по краям темнеет зрение, пока его сила сливалась с моей, вплетаясь в самую ткань моего существа и навсегда наполняя мои резервы. По венам пульсировала необузданная энергия, утраиваясь, нарастая, становясь сильнее всего, что я когда-либо ощущала.

Но всё это не имело никакого значения.

Потому что Небулы больше не было.

Слёзы застилали мне глаза. Из моего горла вырвался надломленный всхлип, когда я прижала к груди его пустой, бездушный череп. Теперь он был холодным — всего лишь останками того, кого я любила всем сердцем.

— Он свободен, — сдавленно произнесла я, и мой голос ломался под тяжестью горя. — Сибил больше не сможет использовать его.

— Ты подарила ему покой. — Хантер осторожно забрал череп Небулы из моих дрожащих рук. Его собственные пальцы тоже дрожали, когда он убрал череп в свою сумку. — Я сохраню его.

Гримсворн медленно выдохнул, его светящиеся глаза внимательно изучали меня с выражением, в котором смешались восхищение и настороженность.

— Ты стала очень сильной, Пандора. Сильнее, чем когда-либо прежде. Похоже, Небула буквально передал тебе свою силу — так, как это могут сделать фамильяры своих ведьм или колдунов, когда уходят. Возможно, теперь ты сильнее даже своего отца. И, быть может, почти сравнялась со мной.

Слёзы ещё быстрее потекли по моим щекам, а горло обожгло болью.

Он всё ещё был со мной.

Пусть и по-другому.

Рука Брэма мягко опустилась мне на плечо, и любовь с поддержкой хлынули ко мне.

— Ты освободила его. Вот что действительно важно.

Скел отвернул лицо, его ладонь дрожала у меня на спине.

— Именно этого он и хотел, — хрипло выдавил он.

Голос Рида прозвучал тише остальных, но был наполнен не меньшей скорбью.

— Он сделал это ради тебя. Ради всех нас.

Декс сжал кулаки, его челюсть напряглась от ярости, которая отзывалась во мне.

— Сделаем так, чтобы его жертва не оказалась напрасной. Мы должны убить эту суку, пропитанную тёмной магией.

Я вытерла слёзы, резко вдохнула и заставила себя переступить через боль, засевшую глубоко в моей душе.

— Да, — хрипло ответила я, загоняя обратно агонию, вибрировавшую в моей душе. — Сегодня ночью мы положим этому конец.

Вместе мы повернулись к дверям храма и распахнули их.

Сегодня ночью для Тёмной Завесы всё закончится.