БРЭМ

Перед аудиторией на столе были разложены различные материалы — приятный хаотичный беспорядок, который, в отличие от всегда идеально выверенных расстановок Айронвуда, был действительно создан для того, чтобы мы могли продемонстрировать навыки, по которым нас сегодня оценивали.

Это был выпускной экзамен по практическому применению ритуальной магии, где, по словам Хантера, важнее всего были точность и намерение. По крайней мере, так он говорил. Когда об этом рассказывал Айронвуд, я вообще нихуя не слушал.

— Каждый из вас должен выполнить это самостоятельно, — объявил Хантер. Его голос звучал спокойно, но властно, когда он устроился на стуле за преподавательским столом. — Возьмите необходимые материалы и проведите ритуал. Я буду наблюдать за каждым из вас. Удачи.

Аудиторию наполнил шелест, когда мы поднялись со своих мест и направились к столу, собирая всё необходимое.

Мой взгляд сам собой остановился на Пандоре, когда она уверенно брала нужные материалы. Её движения были настолько изящными, что раньше я думал, будто всё дело в её благородном происхождении. Но на самом деле причина была в другом — она была настолько, блядь, неземной, что у меня от этого болело сердце.

Я повторял за ней, но только потому, что Хантер вбивал этот ритуал нам в головы во время всех наших совместных занятий. Учёба никогда не была моей сильной стороной, но впервые за всю мою ебучую жизнь я обнаружил, что отчётливо помню абсолютно всё. В груди даже вспыхнула лёгкая гордость, пока я собирал необходимые предметы: гранат, маленькую жаровню, чашу, лунную воду, благовония, соль, красную свечу, чёрную свечу и золотую свечу.

Вернувшись за свою парту, я начал готовить место для ритуала.

Я искренне собирался сосредоточиться, но Пандора снова отвлекла меня. Она слегка нахмурилась, аккуратно вычерчивая соляной круг, а её тёмно-красные губы были задумчиво поджаты. И только когда моё лицо внезапно вспыхнуло жаром, я понял, что уже довольно долго просто пялюсь на неё.

Прежде чем я успел прийти в себя, Хантер прочистил горло, встав прямо передо мной и полностью заслонив обзор.

— Я знаю, что она красивая, но списывать на выпускном экзамене нельзя.

У меня отвисла челюсть, а жар медленно пополз вверх по шее.

— Клянусь, я не… Я просто отвлёкся на неё.

— Сосредоточься, — мягко сказал он, хотя в его глазах мелькнула тень веселья. Затем он пошёл дальше, проверяя остальных студентов.

Заставив себя отбросить смущение, я снова сосредоточился на своём рабочем месте. Осторожно выложил соляной круг, наполняя его энергией защиты и усиления. В центр поставил жаровню, а вокруг неё треугольником расставил свечи, после чего по очереди зажёг каждую. Их мерцающее пламя отбрасывало длинные тени на мои руки, пока я продолжал работать.

Сделав глубокий вдох, я налил лунную воду в чашу и опустил туда гранат, очищая его. Вода мерцала в свете свечей, пока я осторожно держал камень над пламенем жаровни, чувствуя, как тепло касается моих пальцев.

Едва слышно я произнёс:

— Судьбы, прошу, благословите этот гранат удачей.

Я поджёг благовония, позволяя клубящемуся дыму окутать его, после чего положил ладонь поверх камня. Закрыв глаза, я представил, как золотое сияние погружается внутрь кристалла, полностью пропитывая его моим намерением — успехом, счастьем и удачей. Затем я медленно провёл гранат через пламя красной и золотой свечей, тщательно избегая чёрной. Хантер ясно предупреждал нас — именно к ней цепляется несчастье.

— Судьбы, благодарю вас за ваше благословение, — тихо прошептал я.

Одну за другой я погасил свечи в обратном порядке, в котором зажигал их: сначала золотую, затем чёрную и, наконец, красную. Тихо выдохнув, я разрушил соляной круг, завершая ритуал.

Гранат в моей ладони едва заметно пульсировал, испуская мягкое белое сияние из самой своей сердцевины.

Я мельком посмотрел налево и увидел, что кристалл Пандоры светится таким же светом. На её губах появилась маленькая довольная улыбка, прежде чем она подняла взгляд и наши глаза встретились.

Моё сердце сбилось с ритма.

— Все, кроме вон того парня, — голос Хантера разрушил этот момент, когда он указал на какого-то аристократа, задремавшего на последней парте, — сдали. Поздравляю. Вы официально закончили этот предмет. Оставьте себе кристалл как талисман на удачу для остальных выпускных экзаменов.

Улыбка Пандоры всё ещё оставалась на её лице, но я едва успел это осознать, как она уже повернулась к Дженни и начала с ней разговаривать.

И всё же моё сердце продолжало грохотать у меня в ушах.

— Она, блядь, невероятно красивая. И вся принадлежит нам, — пробормотал рядом со мной Скел с понимающей ухмылкой.

— Я так благодарен Судьбам за то, что они подарили нам её, — ответил я ему.