59

БРЭМ

— Надо её убить. — Я мрачно уставился на стервозную демоницу страха, которая холодно щурила свои карие глаза, глядя на мою Пару.

Мы были на экзамене по Демоническим силам, и Файервуд продолжала бросать взгляды на Пандору. В её глазах тлела угроза, которая мне, блядь, совсем не нравилась.

Моя магия хаоса бесновалась в венах, умоляя выпустить её наружу, чтобы сожрать не только палец этой суки. Я вспомнил, как в первом семестре она ткнула пальцем в мою Пару и лишилась его. Тогда я ещё даже не понимал, что Пандора мне нравится, но моя магия всё равно её защищала.

Теперь защитить её хотел уже я сам.

Не только моя магия.

Это была первобытная, почти болезненная потребность защищать Пандору.

Декс поймал мой взгляд и ухмыльнулся.

— Охуенная идея. Я могу сделать это прямо сейчас. Никто даже не узнает, что это был я. Я умею устраивать несчастные случаи.

— Сделай это, — поддержал меня Скел.

— Я не собираюсь спорить, — пожал плечами Рид.

К сожалению, Пандора покачала головой.

— Мы не можем. Только если она действительно что-нибудь предпримет.

— Да можем мы, — возразил Декс. — Это вообще легко!

— Вообще-то он прав, — согласилась Дженни. — Это легко. И она отстой.

Пандора одарила нас таким взглядом, что мы все дружно надулись.

— Ну почему нет? — нахмурился я. — Даже Рид считает, что это хорошая идея.

— Я поддержу любое решение Пандоры, но, если честно, мне тоже кажется, что это хорошая идея, девушка из снов. — Он чмокнул её в щёку.

Пандора запрокинула голову и рассмеялась, и моё сердце пропустило удар. Её смех был самым чистым звуком в этом грёбаном мире. Мне хотелось слышать его снова. И снова. Мне хотелось больше таких моментов, когда ничего не имеет значения, кроме этого звука.

И тут через всю аудиторию на нас метнулась чёрная тень, двигаясь с пугающей точностью. Мои инстинкты взвыли, предупреждая об опасности, и кровь застыла в жилах.

Она неслась прямо к Пандоре.

Прежде чем я успел хоть что-то подумать, тело двинулось само. Я толкнул её себе за спину, закрывая собой от нападавшего.

Мир словно замедлился, когда что-то холодное и острое вонзилось мне в спину.

Боль.

Ослепляющая, обжигающая боль взорвалась внутри меня, когда клинок прошёл насквозь через мою грудь.

Задыхаясь, я пошатнулся назад, не в силах поверить в происходящее. Опустив взгляд вниз, я увидел зачарованный клинок, вошедший мне в спину, а его остриё торчало примерно на дюйм из моей груди.

Он, блядь, проткнул меня насквозь.

Леденящее осознание обрушилось на меня, когда с лезвия начала стекать тёмная магия. Чёрная смола смешивалась с моей кровью.

Крик Дженни разорвал удушающую тишину.

— Это тот самый кинжал, которым убили моего отца!

Глаза Пандоры расширились от ужаса. Её взгляд метнулся к крови, стремительно расползающейся по моей груди, а затем обратно к тёмному клинку.

Она не колебалась.

Чёрный дым выскользнул с её губ и устремился в меня, добираясь до тёмной магии, расползающейся от раны, и полностью пожирая её. Другая часть её дыма обвилась вокруг меня и метнулась к фигуре, которая нанесла удар.

Я повернулся, всё ещё оглушённый, и увидел, как её сила вытягивает его душу и пожирает тёмную магию внутри него. То, как она управляла этой силой — расчётливо и безжалостно, — было пугающе прекрасным.

Это было гораздо лучше, чем сражаться с тем проклятым артефактом, пока она была без сознания.

Пандора была охуеть какой сильной.

Я пошатнулся.

Перед глазами всё поплыло, а боль от клинка, всё ещё торчащего в моей груди, вспыхнула ещё сильнее.

Декс уже был рядом, подхватывая меня под одну руку, а Скел — под другую. Они осторожно опустили меня на землю, заставляя встать на колени.

После того как она забрала тёмную магию, боль немного ослабла, но кровь продолжала хлестать из раны. Я дышал короткими, слабыми рывками.

— Блядь, — пробормотал Декс, стискивая челюсти и не сводя взгляда с кинжала.

— Мы рядом, брат, — сказал Скел, хотя его голос заметно дрогнул. — Всё будет хорошо. С тобой все будет в порядке.

Дым Пандоры рассеялся, и она рухнула на колени рядом со мной. Её дрожащие руки зависли над моей грудью, словно она не знала, с чего начать. Её магия избавилась от тёмной магии, но кинжал всё ещё торчал у меня в груди.

Кровь пропитывала одежду и собиралась подо мной лужей вокруг моих коленей.

— Не двигайся. — Декс стиснул зубы и выдернул клинок из моей спины.

Белая раскалённая боль разорвала меня на части, и я закричал, когда кровь хлынула одновременно из груди и из спины.

Края зрения начали темнеть.

Во тьме замелькали обрывки воспоминаний: последние слова моего дедушки о том, что я должен хорошо относиться к своей Паре, ледяная жестокость моих родителей и, наконец, Пандора. Она была всем, чего я не заслуживал. Той девушкой, которая увидела не высокомерную маску и не пьяное недоразумение, которым я притворялся.

Она увидела меня.

И, блядь, я любил её.

— Пандора… — попытался сказать я, но кровь забулькала у меня в горле.

— Останься со мной, Брэм, — взмолилась она, прижимая дрожащие руки к моей груди спереди. Где-то на грани сознания я ощущал, как Декс зажимает рану на моей спине. — Пожалуйста. Ты мне небезразличен. Не оставляй меня.

Неприкрытая паника в её голосе причиняла боль сильнее, чем этот кинжал.

Я захлебнулся кровью, заполнившей горло, восстановление проходило недостаточно быстро.

Хантер ворвался в аудиторию, вероятно, почувствовав весь этот хаос через связь с Пандорой. Он тут же повернулся к Эшенфеллу.

— Как ты вообще допустил, чтобы это произошло? — прорычал он. — Ты отвратительный преподаватель. Солнечный камень, быстро, Декс! — рявкнул Хантер, подбегая к нам. — И заберите с собой своего ёбаного преподавателя.

Декс окутал нас своими тенями, и уже в следующее мгновение мы переместились прямо на камень.

Его сияние окутало меня, и тепло наполнило раны на груди и спине, пока разорванное лёгкое медленно срасталось. Я чувствовал, как дыра внутри меня закрывается, а боль постепенно отступает.

Пандора была рядом. Её руки всё ещё лежали на моей груди, хотя свет солнечного камня уже полностью залечил рану, прошедшую через меня насквозь.

— Всё зажило, — пробормотал Декс, убирая руку с моей спины.

— Смотри, — прохрипел я осипшим голосом.

Я накрыл её руку своей и отвёл её в сторону, показывая гладкую, целую кожу там, где совсем недавно была рана.

— Ничего нет. Я в порядке.

Её огромные глаза, наполненные слезами, встретились с моими.

Мне не нужна была связь Пар, чтобы понять, как облегчение накрыло её сокрушительной волной. Она бросилась ко мне, обвивая руками так крепко, что из лёгких едва не вышибло только что вернувшийся воздух.

— Спасибо Судьбам, — прошептала она дрожащим голосом. Она цеплялась за меня так, словно боялась, что я исчезну, стоит ей отпустить.

Глаза защипало.

Не от боли.

Не от страха.

От этого.

От того, что в моей жизни появилась она, та которой не всё равно, буду я жить или умру.

У меня никогда такого не было.

Эшенфелл неловко прокашлялся и шагнул вперёд.

— Вы все сдали экзамен, — произнёс он непривычно тихим голосом. — Можете больше не возвращаться. Очевидно, вы достаточно хорошо владеете своими силами.

Хантер одарил его уничтожающим взглядом.

— Завали ебало, Эшенфелл.

Декс и Скел тихо рассмеялись, хотя в их смехе всё ещё чувствовалось напряжение, а в каждом звуке сквозило облегчение.

Пандора не смеялась.

Она просто продолжала держаться за меня.

И впервые за всю свою жизнь я почувствовал, что действительно нахожусь на своём месте.