***

Спустя несколько дней мне позвонил издатель и предложил выступить на книжной ярмарке в грядущие выходные. Предложение оказалось приятным и неожиданным. Записать себе в актив презентацию книги на Дворцовой площади, где проходила ярмарка, казалось лестным. Кроме того… Нет, в первую очередь — надо было вытащить туда Светку.

На приглашение — после двадцати минут ожидания на станции, полировки колонны плечом я нырнул к ней в вагон — Светка отреагировала так:

— Ну я не знаю. А что я мужу скажу?

Мы ехали в студию. Светка замаскировала синяк тональником и присыпала пудрой. Самой пока, по ее словам, не исчезнувшей синевы не было видно, глаз открылся, но глухая тонировка лица вызывала недоумение. Так, я видел, гримируют актеров перед спектаклем. Или покойников. Обойдемся без этого.

Загримированной Светка была некрасива. Как будто прибавила в возрасте лет на десять, причем на десять лет алкогольной, разгульной жизни. К такой Светке очень подходил ее прокуренный, низкий голос, не вызывая обычного диссонанса.

— Придумай что-нибудь. — Я так и не спросил ее тогда, как гордая Светка примирилась с мужем, сохраняя на своем маленьком лице с болотными глазами последствия им, мужем, содеянного.

— Да ничего я не буду придумывать. Скажу как есть!

В благодарность храброй и решительной Светке я прижал ее к себе, и она покорно спрятала голову у меня на груди. Целую остановку мы ехали молча.