В какой-то степени Павел был идеалистом. Однажды он дал объявление в гамбургской газете, предлагавшее решать судьбы государств вместо войны – поединком их монархов с первыми министрами в качестве секундантов. Это вызвало всеобщее недоумение. Наполеон тогда открыто назвал Павла «русским Дон-Кихотом», остальные главы правительств смолчали.

В 1800 году Павел заключил с Наполеоном выгодный для России союз против Англии. Франция предложила России Константинополь и полный раздел Турции. Балтийский и Черноморский флоты были приведены в полную боевую готовность. В то же самое время с одобрения Наполеона 30-тысячный казачий корпус Орлова двигался на Индию через казахские степи. Англия оказалась перед лицом самой страшной со времен Елизаветы I угрозы. Тотчас секретные суммы английского посольства золотым дождем пролились на недоброжелателей императора.

Осенью того же 1800 года возник заговор против императора, в котором участвовали приближенные Павла и гвардейские офицеры. В ночь с 11 на 12 марта 1801 года заговорщики проникли в Михайловский замок, где жил император. Когда заговорщики туда ворвались, там не нашлось ни одного офицера, способного встать на защиту императора. Часовых сняли с постов их командиры, двум лакеям разбили головы. В спальне с Павлом покончили за несколько минут. Он был задушен длинным офицерским шарфом.

Весть о его смерти Петербург встретил заранее подготовленным фейерверком и всеобщим ликованием. В парадной зале Зимнего дворца собрались все высшие сановники России. Из покоев вышел 23-летний Александр и торжественно произнес: «Батюшка скончались апоплексическим ударом. При мне все будет, как при бабушке».

Утром 12 марта в Зимнем дворце, а также во всех церквах, полках, присутственных местах, куда успел дойти манифест, состоялись церемонии присяги новому императору. Люди ликовали, но сам Александр был мрачен, говоря при случае, что царскую власть принимает как тяжкое бремя, и будет нести как крест, ибо такую судьбу уготовило ему провидение самим фактом его рождения.

Это был последний дворцовый переворот в истории России, которым завершилась эпоха императора Павла I. Никому из наследников Павла и в голову не пришло отменять важнейший из принятых им государственных актов – закон 5 апреля 1797 года о престолонаследии. Этим законом была наконец закрыта роковая брешь, пробитая Петровским указом 1722 года. Отныне наследование престола, причем только по мужской линии, приобретало четкий юридический характер, и никакая Екатерина или Анна не могли уже претендовать на него самочинно.

Аракчеев был одним из немногих людей, которые не предали Павла I. Его срочно вызвал в Петербург Павел накануне своего убийства. И если бы не Пален, запретивший Аракчееву за день до убийства въезд в Петербург, Аракчеев сделал бы все, чтобы спасти Павла. Так же верно служил он всю свою жизнь и сыну Павла. Аракчеев был единственным человеком, которому до конца верил Александр.

«Император Павел, несмотря на всю свою строгость и вспыльчивость, любил солдата – и тот чувствовал это и платил царю тем же. Безмолвные шеренги плачущих гренадер, молча колеблющиеся линии штыков в роковое утро 11 марта 1801 года являются одной из самых сильных по своему трагизму картин в истории русской армии», – вспоминал А. Керсновский.