Тётя Тоня ахала от удивления, складывала ладони от умиления и сыпала словами благодарности и признательности. Люся лишь отмахивалась скромно, но для неё это был маленький праздник победы, которую удалось одержать, преодолев преграды и препятствия. Женщины сидели за накрытым столом по-семейному уютно и говорили о жизни, о детях, о любви и о планах.

– Тётя Тоня, я завтра вечером улетаю, билет купила уже. Сегодня хочу к Саше зайти с Леной, попрощаться. А вы пока тут обживайтесь. Покажу вам как стиральной машинкой пользоваться.

– Люсь, как у тебя дела с фермером?

– А что дела, уезжаю я. С ним хорошо, но это не моя судьба. Это он помог завершить к вашему приезду ремонт. Иначе бы я не справилась.

– А что твоя судьба? Одной по вечерам сериалы смотреть в квартире и детей ждать в гости на выходные?

– Возможно и так, но не жизнь в Пыхушино.

– А я так надеялась, что счастье своё ты тут встретишь.

– Счастье было, но человек не может быть счастлив постоянно, это временное явление.

– Не было у тебя нормального мужика, вот и закрылась в своём одиночестве.

– Вы мне лучше расскажите, когда Иван Федорович к вам переедет. Свадьбу будете играть или по-тихому сойдётесь? ― Людмила сменила тему, чтобы не травить себе душу.

– Скромно отметим, на август запланировали. Приедешь поздравить?

– Нет, тётя Тоня, я после этого отпуска на работе дела в порядок приводить долго буду. Два отпуска за одно лето позволить себе не могу.

– Вот и говорю, замуж тебе надо. Женщина не конь, чтобы пахать круглый год.

– Я вас услышала, обещаю, подумаю над этим. Рада, что вы поправились и дома уже. Идёмте Маньку смотреть, может, вам она покажет потомство своё.

Навестила Сашу с Леной, попрощалась, взяв с них обещание, что они приедут к ней в гости с Катюшей. Но сколько бы она не придумывала себе дел, каждый раз вспоминала Илью. Некрасиво будет оставить его без возможности побыть вместе перед отъездом, он столько для неё сделал.

«Привет, в тот дождливый вечер ты хотел мне что-то показать в поле. Вроде сухо, покажешь сегодня?» ― отправила она сообщение.

«Куда и когда за тобой заехать?»

«Ты дома? Я недалеко, выходи».

«Бегу!»

Илья стоял перед домом, озираясь по сторонам. Когда Люся показалась на горизонте, он улыбнулся широко, встречая её объятьями.

– Привет, ― прижал к себе, ― я уже думал, что не придёшь проститься. Зачем тебе обычный, деревенский фермер, когда билет на самолёт в столицу уже греет душу.

– Привет. Ты как всегда в своём репертуаре. Я просто не люблю расставания.

– Оказывается, я тоже. Поехали.

Свернули в поле они уже, когда стемнело. В открытые окна слышен был шорох высоких стеблей кукурузы и пение сверчков. Выехали на берег пруда, за ним сияли огни города. Илья переключил дальний свет на ближний, освещая водоём.

– Возможно, тебе покажется это наивным и сентиментальным. Но почему-то мне захотелось тебе это показать. Пойдём. Только тихо. ― Он кинул на траву плед, достал из багажника корзинку. ― Тут Клавдия Петровна нам немного собрала еды.

– Заботливая она у тебя. Где бы мне такую отыскать?

– Смотри!

На центр пруда, на свет фар выплыл чёрный лебедь. Он распахнул свои крылья и потянул длинную шею, грациозно кружась в воде. Люся не сводила глаз с танца этой величественной птицы, вспоминая балерин из «Лебединого озера». Мотыльки порхали в воздухе, слетевшись в яркие коридоры лучей. Людмила восхищалась плавными па, но грусть объяла её из осознания глубины одиночества этого создания.

– Я когда в первый раз его увидел, наблюдал сидел и чувствовал родственную душу. ― Илья бросил в воду булку. ― Приезжал сюда несколько раз, а потом мне стало его жалко. Говорят, что лебеди моногамны, и я переживал, что он не примет мой подарок.

На брошенный кусок хлеба выплыла белая лебедь за ней, стайкой ‒ пушистые пять птенцов.

– Как же это красиво! ― От нежности момента дыхание замерло.

– Подумал я, что если сам без пары, пусть хотя бы этот чёрный самец будет семейным. Подарил ему его любовь. Заказал из питомника. А когда понял, что ждут они свой первый выводок, так меня вся эта история зацепила, что теперь приезжаю сюда каждый день их кормить.

Самочка с самцом свились своими длинными шеями, птенцы запрыгнули маме на спину.

– Наверное, если бы я разрешила тебе в первый вечер привезти меня сюда, я бы относилась к тебе иначе всё это время. Моя работа связана с моделями и зачастую под красивой оболочкой скрывается пустота. Но ты иной.

На другом берегу пруда заквакали лягушки. Люся улыбнулась. Привет ли это был от Макара, или просто стечение обстоятельств, было уже не важно. Если для Ильи родственной душой оказался чёрный лебедь, для неё ‒ подружки жабы.

Они пили вино, обнявшись, и шутили. Вдалеке стучали по рельсам колёса поездов. Фермер раскрыл ей свою новую грань и именно в ней, в этой сокрытой от посторонних глаз комнате его души скрывалось то, что делало его родным. Многослойность его натуры влекла к себе и пугала одновременно.

– Нам пора возвращаться. Завтра я улетаю, надо выспаться, ― виновато произнесла она.

– Можно я тебя отвезу в аэропорт?

– Я не люблю смотреть в стекло вокзалов, когда мне машут рукой вслед.

– Хорошо, я не буду тебе махать. Просто отвезу, позволь мне проявить о тебе заботу.

– Тогда тебе придётся познакомиться с тётей Тоней, ты очаруешь её, а потом она мне будет каждый день писать сообщения, какой ты хороший.

– Что плохого в том, что я буду присматривать за твоей тётей, пока ты не вернёшься?

– Илья, я не вернусь. Я не была в Пыхушино тридцать лет, а теперь, когда тётя выходит замуж, мне сюда приезжать незачем.

– Тётя замуж? Молодец она у тебя. Так во сколько мне заехать за тобой?

– Давай простимся сегодня.

– Хорошо. Я уважаю твоё мнение.

Их прощальный поцелуй перед домом не был страстным. Он был робким, печальным. С каждым шагом отдаляясь от машины, Люся набиралась решительности, убеждая себя в своей правоте. Он счастлив здесь с лебедями и Ромашкой, а она не сможет без суеты большого города. Они разные и сошлись на время, чтобы исцелить свои души от тоски по любви и теплу.

***

Самолёт набирал высоту, оставляя внизу разноцветные клетки цветущих полей. Людмила пристегнула ремень безопасности, открыв роман, который ей всё ещё не удалось дочитать. В этих маленьких книжечках в мягких обложках, которые продают на перроне, всегда хэппи-энд. Будто их выбирают специальные цензоры, чтобы люди в дороге не испытывали стресс. Надежду ли дарят истории любви с хорошим финалом или подпитывают иллюзии тех, кто живёт без любви? Люся не знала. Она просто поглощала строчку за строчкой, пытаясь завершить чтение до прилёта. Ей хотелось проститься с изданием в салоне самолёта. Пусть книга скрасит путь кому-то ещё, кто заскучает в дороге. Её роман с фермером для неё был ярче всяких книг и фильмов, потому что он был настоящим. Бывают события в жизни чудесные, но их лучше оставить в воспоминаниях праздником.