Иван ударилось лбом о стекло, когда микроавтобус наткнулся на очередной камень на дороге.

Их привезли на частном самолете, высадили на посадочной полосе и встретили на автобусе, который тащился вдоль лугов вот уже вечность. По крайней мере так казалось.

За окном не было видно ничего: ни неба, ни гор, ни даже знаменитых холмов с бегущими по ним стадами овец. Правда, один баран назойливо маячил перед глазами, стоял между сидениями, что-то уверенно говоря. Только вот через наушники с грохочущей музыкой его не было слышно. Пару раз Тара ткнула Иван в плечо, пытаясь привлечь ее внимание, но та лишь отмахнулась. Так она смогла выиграть еще десять минут любования туманом, пока Азаруэль не потянулся к ней и внаглую не сдернул наушники.

– Ты охренел? – Иван забрала их и положила на колени.

Но Азаруэлю было все равно. Он так преисполнился ответственностью, которую ему доверили – хотя Иван заменила бы последнее слово на «спихнули с облегчением», – что почти перестал реагировать на ее протесты. Конечно, у такого «важного» человека нет времени отвечать ей. Ему интереснее бесить всех снова и снова.

– Пока мы едем, я все-таки советую ознакомиться с правилами! – Азаруэль снова достал телефон.

«Интересно, он хоть сам эти правила запомнил или придумывал их на ходу и поэтому теперь каждый раз в них заглядывает?» – Иван снова надела наушники, но тут же вытащила, осознав, что их могут и отнять.

– Я настоятельно советую это сделать, чтобы избежать ссор.

– Да ты уже достал! – Иван стукнула кулаком по подлокотнику, едва не задев руку Тары. – Не буду я их читать! Еще и в дороге. Меня укачает.

– Давайте проверим, насколько хорошо вы их знаете, – продолжал он гнуть свою линию.

– Нет, ну ты…

– После какого времени вам запрещено выходить из кампуса колледжа?

– Зная тебя, допустим, после семи? – Иван откинулась на спинку кресла, скрестив руки на животе.

– После восьми, – ответила Тара, словно не хотела, чтобы ее слышали.

– И это правильный ответ, – сказал Азаруэль неохотно и вскинул бровь. – А после какого времени вы уже должны спать?

– Блин, – Иван вскочила, хватаясь за спинку сиденья впереди, – ты сейчас серьезно? Может, ты нам еще расписание завтрака, обеда и ужина составил?

– А я смотрю, ты правда мои правила не открывала. – Он устало осмотрел всю группу. – Ну, какой ответ?

– После десяти вечера, – ответила Тара еще тише, чем прежде.

Азаруэль фыркнул, закидывая телефон в карман черной куртки.

– И это снова верный ответ, – бросил он и сел на свое место.

Иван шепнула на ухо Таре:

– Слушай, а какие там еще правила? Если коротко.

После краткого экскурса по правилам, которые Иван все равно не запомнила, она снова уткнулась в окно и нацепила на себя наушники.

Она впервые была за границей. Чужие земли ее приятно волновали и пугали одновременно. Уезжать из «Альтерната» было все-таки тревожно. Собираясь, она подумывала взять с собой кандалы, которые прятала уже слишком долго, но воспоминания о Зотисе и рабыне были все еще свежи. Испугавшись, что не справится с таким артефактом, Иван решила оставить его в комнате. Разберется с проблемой позже.

Они въехали в узорчатые железные ворота и оказались на территории колледжа – такой же серой, как и все вокруг. Иван понимала, что колледж компании с таким уродливым скучным зданием, как у «Альтерната», вряд ли будет отличаться красотой. Но это Великобритания, что давало Иван надежду: вдруг обучение и тренировки будут проходить в замке? Увы, ее встретил лишь серый особняк с высокими колоннами, увитыми плющом. Могло показаться, что его обжили вчера и еще не успели разделаться с плесенью и пятнами разрастающегося мха.

Так или иначе, весь следующий месяц эта дыра будет ее домом.

– А разговоров-то было, – протянула она, вытягивая ручку чемодана.

Но внутри оказалось намного красивее.

Переступив порог, Иван попала в просторный вестибюль. Пол здесь состоял из мозаики голубых оттенков, а из-под стеклянного купола лился свет. Дальше высилась парадная лестница, украшенная роскошным красным ковром с орнаментами. Иван вдохнула сладковатый запах древесины от стен, украшенных старинными светильниками и пейзажами. Людей вокруг было мало, и это нравилось Иван: такое умиротворение… На мгновения она даже забыла, что рядом вредина Азаруэль. По атмосфере это место больше напоминало музей нежели колледж.

Само здание формой походило на букву С с резкими углами. Общежитие располагалось на верхнем, третьем этаже. Поднявшись на самый верх, они встали у большой картины во всю стену, напротив лестницы, в ожидании указаний.

– Я живу в пятой комнате, – начал Азаруэль. – Эймери – в шестой. Иван – в двадцать четвертой, Тара – в двадцать седьмой.

– Почему мы так далеко? – возмутилась Иван.

– Потому что это два разных крыла. – Азаруэль развел руками, указывая в разные стороны. – Слева – мужское, справа – женское.

– А если что-то случится, ты до нас полчаса будешь бежать?

– Здесь камеры и охрана. И кто на тебя нападет? Хантер с тебя пылинки сдувает, а с Тарой ты и сама справишься. Переживать нужно нам с Эймери. – Азаруэль взял свой потрепанный чемодан. – А сейчас отбой. Я долгожитель, но мне тоже нужно спать. – Он уже покатил чемодан в левое крыло, но резко обернулся: – Первая тренировка завтра с утра, а сегодня вечером, если будете хорошо себя вести, пойдем в кафе.

– Ну, спасибо, наставничек. – Иван схватилась за ручку своего чемодана.

– Правила прочитай! – бросил Азаруэль с усмешкой.

– Не буду. У меня есть Тара, которая их знает. – Иван метнулась к подруге и спросила тише: – Он не придумал наказания?

– Написал, что если опоздаем хоть на минуту, он уйдет без нас. – Тара поправила лямку рюкзака. – И это влияет на получение сладкого.

– На сладкое? Он думает, нам по пять лет? – рявкнула Иван, метнув злобный взгляд влево, в сторону в опустевшего коридора. – В каком смысле «влияет»?

– Если по расписанию ужин с десертом, он может отменить десерт.

– Ну и ладно. Я что, сама не куплю себе пончик?

– Все финансовые расходы под его контролем. За каждую покупку придется отчитываться.

– Что? – Иван вытаращилась на Тару. – Когда он это сказал?

– В автобусе.

Похоже, как раз после того, как Иван отказалась убавить музыку в наушниках.

Она цокнула языком и покатила чемодан в правое крыло, недовольно бурча. С правилами все серьезно. Придется подчиняться. Или делать вид, чтобы не лишиться десерта.

* * *

– Тебе не кажется перебором – лишать сладкого? – спросил Эймери, когда они с Азаруэлем скрылись за поворотом.

– Так ты читал правила, – заметил Азаруэль с театральным восхищением. – Вот уж не ожидал.

– Пришлось. Чтобы знать, на что ты готов, лишь бы выплеснуть на нас свою неприязнь под маской воспитания. – Эймери остановился у своей двери, сжимая ключ в руке. – Все-таки ты видишь в нас детей.

– Почему тебя это так задевает? Ты уже второй раз это отмечаешь.

– Потому что я не ребенок. Да, между нами пропасть, но твои правила…

– Унизительны? – Азаруэль достал ключи, не переставая улыбаться. И эта его улыбка почти не бесила. – Трогательно, что ты сам на это намекнул. Значит, тебя ранит, что я вижу в тебе ребенка, а не равного.

– Не ранит, – Эймери постарался ответить равнодушно, но голос предательски дрогнул, и улыбка Азаруэля стала только шире. – Просто смешно. Особенно после твоего рискованного плана. Ты бы и Мэвис такое предложил?

Он вставил ключ в замок, трижды повернул и дернул ручку, не открывая дверь.

Азаруэль переступил с ноги на ногу и прыснул.

– Ты же знаешь, я зову вас так, чтобы поиздеваться, – его откровение странно контрастировало с легким, шутливым тоном. – Ты умнее их. Почему именно ты так взъелся?

– Ты меня недооцениваешь, Азаруэль. Признаю, твой допрос мне понравился. Но в некоторых вещах ты бываешь туп. И то, что после этого кто-то вроде тебя называет меня ребенком забавы ради, – в голове не укладывается.

Он уже собирался зайти в комнату, как вдруг заметил за спиной Азаруэля человека, наблюдавшего за ними из-за угла. Кажется, это была девушка? Осознав, что ее увидели, та осторожно вышла из тени. Высокая, светловолосая, в черной униформе.

В груди тревожно екнуло. Эймери, кажется, никогда не встречал ее, но в ней было что-то знакомое, будто давно потерянная вещь. Холод пробрал все тело.

Неужели?..

Девушка снова отпрянула за угол. Под недовольный оклик Азаруэля Эймери бросился за ней. Он добежал до лестницы, но незнакомка уже была внизу, слышались лишь быстрые шаги. Он спустился и огляделся.

Никого. Она исчезла.

– Эй, – к нему подбежал Азаруэль. – Ты куда рванул?

– Мне кажется, я видел ее.

– Кого – ее?

Эймери перевел дыхание. Сказать это значило снова открыть путь к ее поискам. Он посмотрел на Азаруэля, но перед глазами все еще стояла она.

– Мне кажется, я видел Лену.