На следующее утро я проснулась от очередного сообщения.

Фото. На нём был Миша, лохматый, с красными глазами, в обнимку с котом.

Кот сидел у него на груди с выражением глубокой обиды на морде.

Мишаня: Мы помирились. Я влил в него обезболивающее. Он меня покусал. Зато он больше не орет. Я поклялся, что больше никогда не повезу его к ветеринару и ничего не буду отрезать. Бедный котяра, как представлю, как ему обидно! Я бы тоже орал! У него стресс, у меня стресс. Нам нужна ты. Но мы держимся. Люблю. Целую.

Я улыбнулась. Прочитала еще раз. Показала Наташе.

— Ого, — сказала она. — У него там прямо переоценка ценностей! Зачётный кот.

— Он никогда не любил кота, — сказала я задумчиво. — А теперь, ты погляди, они спят вместе.

— Кот победил, — заключила Наташа. — Миша одомашнен окончательно. Можешь быть спокойна: он теперь твой навеки. Его сломали пельмени, синие тетради, разбухшие кошачьи яйца и родительские чаты. Считай, прошел обряд посвящения.

Я рассмеялась. На душе стало теплее. Я всё ещё скучала и всё ещё хотела быть там, обнять их всех, погладить кота, сварить нормальные пельмени.

Но ещё я хотела, чтобы Миша запомнил это время на всю жизнь. Чтобы он знал: я не просто «сижу дома», я держу этот самый дом на своих плечах.

И кот — это вообще отдельная вселенная, и Миша просто не знал, что у котов разбухают яйца после кастрации.

Я ещё не знала, что вечером он позвонит снова и скажет:

— Марь, я нашёл у Максима в кармане записку от учительницы. Там написано, что он подрался с мальчиком на перемене. Я с ним поговорил. Надо идти в школу и разбираться?

— Да, иди. Только не кричи. Сначала выслушай учительницу, но будь на стороне Максима — это важно.

— А что ты обычно делала?

— Разговаривала с ним. Выясняла в чем дело. А ты что сделал?

— Показал видео как живут в детдомах и в колониях для несовершеннолетних.

Я рассмеялась и одновременно была в шоке. Применять таких радикальных мер мне никогда не приходило в голову!

— И как он?

— Немного в шоке, но, кажется, все понял.

— Ужас, ты батя года!

— А как еще объяснить пацану, что большая сила — это большая ответственность?

— Эммм, показать “Человека-паука”?

— Он тоже так сказал.

Мы улыбались друг другу.

— Маш? Я скучаю, — признался муж. — Не потому что я тут в запаре не справляюсь. А просто. По тебе.

Я прослезилась.

— Я тоже по вам скучаю, мои хорошие.

Ага, а при этом лежала на пляже, пила коктейль, смотрела на море!

Господи, как же хорошо, что я уехала! И как же хорошо, что я скоро вернусь к ним — к моим детям, мужу, собаке, черепахе и к коту в стадии принятия.

⛱ +🟒 = ♥

Новый звонок раздался в восемь утра.

Я еще не проснулась толком, лежала потягивалась и чувствовала себя почти человеком. Но когда я увидела на экране видео-звонок от Миши, сердце екнуло.

Я нажала «принять» и чуть не выронила телефон.

На экране был мой муж. Опять лохматый, с темными кругами под глазами, в футболке, на которой, кажется, было пятно от кофе. Оно ему в рот вообще попало хоть раз за эти дни?

Мишаня стоял на кухне, и за его спиной я увидела такое, отчего у меня дернулся глаз.

На плите что-то шипело. На полу валялась крышка от кастрюли. В углу сидел Максим в трусах и одном носке и ревел так, что даже Наташа спохватилась и в шоке стала оглядываться:

— Что? Тая приехала? Внучка? Я не ждала гостей...

Бедна моя подруга с трудом вообразила что происходит.

Где-то на фоне орал кот. Судя по звуку, он требовал внимания, еды или просто хотел присоединиться к общему хору страданий.

— Маш, — выдохнул Миша. — У нас тут небольшая проблема.

— Я вижу, — сказала я. — Ты выглядишь как герой фильма ужасов, который еще не знает, что он уже мертв.

— Смешно, — без улыбки ответил он. — Слушай. Матвей проснулся и орет, что хочет блинчики. Только домашние, покупные не хочет. Я сказал — я сделаю. Думал это, как в анекдоте “тяп-ляп и готово”. А ни хрена, Марь! Я не смог. Даже “тяп-ляп” не смог! Теперь он сидит на полу в зале и рыдает, и я боюсь подойти, потому что он кинул в меня тапком. А Максим… ты слышишь — он тоже орет. Но тот хотел помочь и обжегся о сковородку. У нас тут два орущих ребенка, кот, который присоединился к оркестру, а я как дурак с сырым тестом. Научи меня печь блинчики. Прямо сейчас. По видео.

Я села на кровати и постаралась взять себя в руки.

Наташа, наконец проснувшаяся от этого шума, прошептала:

— Боже, они там устроили филиал ада!

— Миш, — сказала я максимально спокойно. — Первое: убери сковороду с огня, пока ничего не сгорело. Второе: скажи мне, из чего тесто.