Бальный зал королевского дворца оказался ещё роскошнее, чем я представляла.

Мы с леди Арабеллой вошли через боковой вход — для приглашённых. Прямо у порога нас встретил церемониймейстер в лиловом камзоле, с толстой книгой в руках.

— Леди Элисса Вэнс, — произнёс он, не поднимая глаз. — Ваше место в первой линии представления. Сопровождающая — за вами. Вот список кавалеров, которые запросили право на первый танец с вами.

Он протянул мне сложенный лист пергамента, скреплённый синей лентой. Я взяла, пальцы дрожали. Леди Арабелла шепнула сзади:

— Прочти потом. Не сейчас.

Я сунула лист в ридикюль — маленькую бархатную сумочку на запястье, которую Милли предусмотрительно прицепила к корсажу.

— Следуйте за мной, — церемониймейстер развернулся и зашагал вперёд.

Мы пошли по длинной галерее. Стены здесь были обиты малиновым бархатом, в нишах стояли мраморные бюсты древних королей. Высокие окна выходили на ночной сад — за стеклом чернели силуэты деревьев, и луна серебрила дорожки.

— Здесь висят портреты всех королев, что правили последние триста лет, — негромко сказала леди Арабелла, показывая на ряд картин в золочёных рамах. — Учи их лица. Возможно, какая-то из них захочет с тобой заговорить.

Я успела заметить несколько суровых женских лиц с высокими причёсками и драгоценностями на шеях, прежде чем мы повернули за угол.

В конце галереи нас ждали двое слуг. Они распахнули высокие двустворчатые двери — и я услышала шум.

Тысячи голосов, смех, звон бокалов, музыка, которая лилась откуда-то сверху. И свет. Столько свечей, что воздух казался расплавленным золотом.

Бальный зал королевского дворца — это отдельный мир.

Потолок терялся в вышине, расписанный сценами из драконьих легенд. Огромная хрустальная люстра висела в центре, и тысячи свечей отражались в её гранях, рассыпая зайчиков по стенам. Колонны из розового мрамора поддерживали балконы, где сидели музыканты. Вдоль стен — зеркала в тяжёлых рамах, отчего зал казался вдвое больше.

Я никогда не видела столько золота. Карнизы, лепнина, рамы картин — всё сияло и переливалось. Даже пол был натёрт до зеркального блеска.

— Дыши, — шепнула леди Арабелла мне в затылок. — И не смотри по сторонам.

Но я смотрела.

Дамы в платьях всех цветов радуги — шёлк, бархат, парча, кружева. Кавалеры в строгих камзолах с гербами родов, при шпагах и орденах. Лица, лица, лица — сотни людей, и все они провожали меня взглядами.

Кто-то улыбался, кто-то хмурился, кто-то наклонялся к соседу и что-то шептал. Шепоток прокатился по залу, как ветер по траве.

— Это она? — донеслось слева.

— Вэнс? Обедневший род? — справа.

— Говорят, у неё редкий дар... — сзади.

Я старалась не слышать. Спина прямая, подбородок поднят, взгляд перед собой. Мы с леди Арабеллой прошли через ползала к месту, где стояли другие девушки, ожидающие представления. Их было около двадцати — в таких же роскошных платьях, с такими же застывшими лицами.

— Леди Элисса Вэнс, — объявил герольд, и шум стих на секунду.

Я сделала реверанс — идеальный, выученный до миллиметра. Три секунды тишины, а потом зал снова загудел.

Леди Арабелла коснулась моего локтя:

— Теперь можешь открыть список.

Дрожащими пальцами я вытащила пергамент из ридикюля. Развернула.

Три имени.

Три.

— Принц Кассиан Эшфорд, — прошептала я. — Лорд Рагнар Вулкан. Лорд Сайлас Греймур.

— Твои претенденты на первый танец, — подтвердила наставница. — Они сами записались. По этикету ты не можешь отказать ни одному из трёх. Танцуешь с каждым по очереди. Порядок — по старшинству титула.

— То есть сначала принц?

— Да. Потом лорд Вулкан — он хотя и опальный, но дракон. И последним — лорд Греймур. Оборотень.

Я снова посмотрела на имена. Буквы плясали перед глазами.

— Арабелла, я не готова.

— Ты готова. Ты репетировала.

— Но я не знаю их в лицо!

— Увидишь. Принца — сразу по золотому дракону на камзоле. Вулкана — по чёрному. Греймура — по зелёному.

Я кивнула, с трудом сглатывая. Корсет сдавливал рёбра, воздуха не хватало.

Пока мы ждали своей очереди, к нам подошла пожилая дама в тёмно-пурпурном платье. Леди Арабелла тотчас выпрямилась и сделала книксен.

— Ваша светлость, герцогиня Оукхерст.

— А, это и есть та самая девочка Вэнс? — герцогиня окинула меня цепким взглядом. — Хороша. Спину держи, детка. И не верти головой. Пойдём, я представлю тебя кое-кому.

Я посмотрела на леди Арабеллу. Та чуть кивнула.

— Идите, ваша светлость. Я буду у колонны.

Герцогиня взяла меня под локоть — её пальцы были холодными и цепкими, как когти — и повела через зал.

— Это леди Маргарет Норвуд, — представила она меня высокой даме в синем. — Это лорд Эдмунд Фолк, казначей. Это его жена, леди Фолк. Это барон Хартвуд и его дочери...

Я кланялась, кивала, улыбалась, говорила «очень приятно» и «благодарю за внимание». Имена смешивались в голове, лица сливались в одно пятно. Но я старалась запоминать: кто смотрит доброжелательно, кто — с любопытством, кто — с откровенной завистью.

— А вот и принц Кассиан, — шепнула герцогиня, и её голос стал вкрадчивым. — Смотрите, он уже идёт к вам.

Я подняла глаза.

Он шёл через зал, и люди расступались перед ним, как волны перед кораблём. Блондин в тёмно-синем камзоле с золотой вышивкой, с драконом на груди. Идеальная осанка, плавные движения, никакой спешки. Его аура — золотая, плотная, как мёд — заполняла половину зала.

Он смотрел на меня ровно три секунды — не больше, не меньше, как учит этикет — и чуть склонил голову.

— Леди Элисса, — голос низкий, спокойный. — Я наслышан о вашем даре.

— Не стоит верить слухам, ваше высочество, — ответила я по этикету, но внутри всё сжалось.

— Я верю только тому, что вижу.

Он подал мне руку. Я вложила свою — через ткань перчатки. Мы пошли в центр зала.