Дэймон

Это ад! А я думал, что уже был там гостем, но как же я заблуждался.

Страх и постоянное желание убить смешались в моей душе.

Прошла уже неделя, а я все так же не мог её найти.

Люсиль оказалась ещё той умной сукой. Как она запудрила мозг моей девочке, не понятно. Но одно было точно: Аманда по своей воле села в её самолёт. Вот только они полетели не в Сицилию, как предполагалось, а хер пойми куда.

Я подключил все свои связи. Мы с Фрэнком днём и ночью ищем мою Аманду, но все без толку. Где же ты? Все ли с тобой в порядке. Телефон давно перестал подавать признаки жизни, как, в принципе, и отследить его. Так как это был ещё один ложный след. Каким образом её телефон был в Венеции, мне не известно. Одно точно: её здесь нет.

Часы и дни летят все быстрее, и моё терпение на исходе.

Я спал по паре часов в день, не мог нормально есть, лишь гнев и страх заполняли меня.

— Дэймон, есть кое-что. Но сразу скажу тебе, это не понравится.

— Что там, Фрэнк?

Любая зацепка — это уже что-то.

Друг кинул мне на стол документы, а точнее, просто список звонков. Смогли пробить номер Люсиль, и как я охренел, что она созванивалась пару раз с моим отцом.

Конечно, он не напрямую ей звонил, через левые номера. Но благодаря моим людям в спец службе смогли прослушать некоторые их звонки.

"— Он будет на встрече, я позабочусь о связи, так что для тебя, Люсиль, это отличный момент забрать девчонку.

— И с чего такая щедрость, Майкл?

— Я сделаю все чтобы мой сын не совершил ошибки. "

Для меня это был удар ножом в спину. Родной отец предал меня. Хотя, по его словам, это скорее забота.

Вспоминая прошлые наши разговоры о свадьбе, он намекал, что Аманда, будь у неё выбор: семья или я не выбрала меня.

Очевидно, отец решил наглядно мне показать. Но хрен я вообще в это все поверю, что Аманда бросила меня и осталась в Италии по собственной воле.

Уже через пол дня я стоял возле офиса отца.

Без прелюдий я вломился к нему и вытащил его из-за стола, дёргая за пиджак.

Никогда не думал, что буду драться с отцом, но именно сейчас был готов перейти черту.

— Где она? И мне плевать, что ты мне скажешь. Мне нужен адрес.

Отец ловко вывернулся из захвата и уверенно встал напротив.

— Будешь нападать на родного отца из-за девчонки?

— Ты конченый мудак, так что да. Где Аманда?

— Я думал, тебе все по плечу, сын, в том числе и найти свою невесту. Может, она не хочет, чтобы ты её нашёл?

— Или ты этого не хочешь. Где она?

— Прекрасно счастлива в браке.

Что? Это бред? Нет, я не верю.

— Зачем, отец? Зачем? Я все знаю. Знаю, как ты спелся с Люсиль, знаю, что благодаря тебе я не мог тогда ответить Аманде. Вот нахрена мне подкидываешь дерьмо? Разве ты не хочешь счастья для меня?

— Дэймон, ради этого я все и делаю. Я говорил тебе, что она выберет семью, так и вышло.

— Я не верю ни одному твоему слову.

— Тогда смотри...

Отец достал из шкафчика фотографии. На них была счастливая Аманда в свадебном платье, а рядом с ней какой-то хлыщ итальянский и её бабушка. Ну прям счастливая семья. Истерзанную душу сковал лед. И сердце будто остановилось.

Аманда

Слёз больше нет, я их выплакала ещё два дня назад. Абстрагироваться не получается, ведь весь этот кошмар происходит со мной. Вот уже четыре дня я сижу в заточении, ну, если не считать убогой фотосессии в свадебном платье.

Я корю себя за наивность и за то, что поверила Люсиль. Всё-таки она тронулась умом. Ведь как иначе объяснить себе, что любимая бабушка насильно решила выдать замуж единственную внучку? И, возможно, авария Биатрис не случайна, возможно это грамотно спланированный план. Я уже никому и ни во что не верю.

Четыре дня назад меня предал последний родственник. В тот вечер, когда этот мерзкий Леонардо чуть не изнасиловал меня. Я вырвалась и побежала к бабушке, ожидая от неё защиты. Но она лишь начала на него кричать, что тот раньше времени распускает руки. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать.

В тот день я узнала, что меня продали этому монстру и что через неделю у меня свадьба.

Все эти дни я провела одна, почти без еды и воды. Так, по их мнению, я должна была смириться и согласиться выйти за Бруно. И все это время я отстаивала себя, отказывалась от условий, пока они не стали угрожать более весомыми аргументами.

Ко мне в комнату пришла Матильда, вся заплаканная, и стала просить помощи.

— Они сказали, что если ты не согласишься на эту фотосессию и свадьбу, то убьют меня и мою дочь.

Бывшая подруга плакала и всё никак не могла рассказать. И только спустя некоторое время я узнала, что её, так же, как и меня, заманили, предложив хорошее трудоустройство для неё и её дочки. Для матери-одиночки сложно было найти такие хорошие условия. Но затем всё изменилось, и она стала пленницей, как и я.

Люсиль прощупывала все мои слабости, и в довершение всего взяли в заложники Орландо и его жену.

Как позже мне сказала Матильда, та подслушала разговор хозяев. На кону очень большие деньги. Люсиль просто не может отказаться. Её бизнес во многих частях страны прогорел, и ей просто необходима эта сделка.

Я согласилась. Мне не дали особого выбора. Как я могла принять другое решение? Ведь на кону пять жизней вместо одной.

* * *

Вот и настал день Икс.

Меня одели и накрасили. И вот я словно мёртвая кукла. Мёртвая внутри и снаружи. Брошенная на растерзание богатым и важным людям. Я всего лишь пешка в их игре. Чувства почти все атрофировались. Нет больше слёз и сожалений, только маленькая надежда. Надежда на то, что когда-нибудь я смогу увидеть Дэймона и получить его прощение. Ведь брачный контракт, который мне пришлось подписать, обязывает меня оставаться с мужем навсегда, только если он сам не захочет развестись. По-простому, я не смогу получить свободу, как бы ни пыталась, только если Леонардо сам меня отпустит. Но слабо я в это верю. Только смерть его или моя сможет прекратить моё мучение.

Ко мне неожиданно заходит Люсиль. Странно, думала, она больше не явится, так как в прошлый раз чуть не расцарапала ей лицо.

— Сядь и не шевелись. Помни, что на кону.

— Зачем ты пришла? Я и так согласилась, что тебе ещё от меня нужно?

— Менди, не делай из меня врага. Я понимаю, что сейчас ты обижена на меня и злишься, но все это я делаю ради тебя.

Только удивление и любопытство не дают мне засмеяться в истерике после её слов. Она точно тронулась умом.

— Я хочу для тебя лучшего. А Леонардо — отличный муж, богатый, верный и любит тебя безумно.

— Мы с ним знакомы всего неделю, о какой любви речь? Он пытался меня домогаться и чуть...

— Не преувеличивай, просто поцеловал. А ты раздуваешь из мухи слона. И поверь мне, он давно тебя знает. Ещё когда ты жила со мной на Сицилии.

— Что? Но...но я его не помню.

— Да какая уже разница. Вы с ним ещё успеете обо всём поговорить.

— И ты решила, раз он хочет на мне жениться, то можно стрясти с Леонардо побольше денег, чтобы выгодно меня продать. И теперь ты говоришь о какой-то там заботе. Меня тошнит от тебя.

— После моей смерти ты получишь все наследство. Ты прямой потомок и...

— Да мне плевать на твои деньги и на тебя...я ничего не хочу. Как можно было продать свою внучку? И что на счёт Биатрис?

— Биатрис гниёт в психушке. Она давно перестала быть членом нашей семьи после того, как пыталась спалить дом вместе со мной. И всё, что я делаю, — ради твоего благополучия и счастья.

— Моё счастье находится в Нью-Йорке, и его зовут Дэймон. Когда он узнает, он...

— Даже если он узнает, то он точно не успеет. И теперь ты принадлежишь Леонардо Бруно.

— Я принадлежу самой себе.

— С сегодняшнего дня — нет. И не забывай: не делай глупостей, иначе смерть пятерых людей будет на твоей совести.

Люсиль ушла, оставив мне горечь и безнадежность. Как будто последнее, что осталось у меня — надежду, и ту забрала.

Бросив на себя мимолётный взгляд, я ужаснулась. В зеркале стояла совсем незнакомая мне девушка: синяки под глазами, потухший взгляд, осунувшееся лицо. Даже косметика не смогла замаскировать весь этот кошмар. Я не хотела выглядеть хорошо для Леонардо. Он и так пожирал меня вожделенным взглядом каждый раз, когда видел. Ему было всё равно, во что я одета. Хотя в тот день на липовой фотосессии он чуть ли не набросился на меня. А слова бабушки и её смех до сих пор у меня в голове.

— Ха-ха-ха. Ох, Сеньор Бруно, держите свои руки при себе. У вас ещё впереди вся жизнь, чтобы насладиться вашей невестой.

— Вы правы, Сеньора Бианчи, жаль только, она мне девочкой не досталась, уж я бы научил её кротости.

Тогда меня чуть не стошнило, как представила нашу брачную ночь. Тогда я не понимала, зачем весь этот фарс. И только сегодня подслушала разговор бабушки и её подруги. Люсиль хвасталась, какая она хитрая, что отправила Дэймону эти снимки, и что он во все это поверил.

Ах, любимый мой! Не хочу в это верить. Но сейчас накрыло безнадёжностью, что на все плевать. Но отец меня учил не сдаваться. И я должна что-то придумать и сбежать. Может, после того, как узнаю, что Матильда и Орландо с семьями будут в безопасности. Хотя у меня нет стопроцентной гарантии, что они всегда будут в безопасности.

Смотря в зеркало, я не узнавала себя. Становилось тошно с каждой минутой ожидания. Накрыла вуалью своё лицо, чтобы не раздражать себя ещё больше.

Внезапно двери открылись, и в мою комнату вошли два здоровых амбала в чёрном. Их я видела и прежде — это моя стража, мои сторожевые псы.

— Пора.

Взяв меня под руку и обступив с двух сторон, они потащили к воротам, выходившим в сад. Там во всю шёл праздник, собрались много гостей. Все они были роскошно одеты. Были даже репортёры местной газетёнки. Такой пафос обескураживал и раздражал одновременно. На этом празднике жизни мне не было места. Я хотела сбежать как можно скорее. Но моя охрана вряд ли мне это позволила бы. Дойдя до начала дорожки из лепестков роз, меня отпустили.

Тут же подошла девушка, очевидно, она тут организатор.

— О, Святая Мария! Сеньорита Бианчи, Вы прекрасно выглядите. Понимаю, что вы нервничаете, но всё же лучше улыбаться. Вам необходимо пройти под музыку по дорожке из роз в сторону алтаря, где стоит Ваш жених.

Мимолётно взглянув в его сторону, ком тошноты подполз к горлу.

— Пожалуйста, дайте воды, — еле смогла вымолвить.

Утолив жажду, организатор дала команду на включение специальной музыки. Гребаный марш Мендельсона. Как же я его ненавижу. Как же я ненавижу тут всех вокруг. Свою бабушку и свою жизнь.

Увидев мою нерешительность, организатор стала лицемерно улыбаться и слегка подталкивать к проходу и моему неизбежному проигрышу.

Выдохнув и выпрямив плечи, я спокойной походкой начала своё движение. Лучше умереть гордо, чём жалкой.

Чтобы ни ждало меня впереди, я выдержу это с прямой спиной.

Каждый шаг давался нелегко, особенно чем ближе я приближалась к этому подонку, тем больше менялось моё лицо. Как хорошо, что я под вуалью, и никто не увидит злости и ненависти в моих глазах.

Дойдя до алтаря и ненавистного жениха, я сдерживалась из последних сил, чтобы не расцарапать этому мерзавцу лицо. Пусть он горит в аду, пусть навсегда станет импотентом. Проклинала его, а он лишь улыбался своей ехидной улыбкой.

Обряд проводил католический священник, который начал свою речь, и я молилась Богу, чтобы он её растянул как можно дольше. Не знаю, какого чуда жду, но надежда во мне ещё не умерла.

Мельком взглянув на гостей, я рассматривала варианты, к кому я могу обратиться за помощью. Но я никого не узнавала, спасения ждать было не от кого.

— Согласны ли, Вы Сеньор Леонардо Бруно, взять в жены Сеньориту Аманду Бианчи, любить её, быть рядом, пока, смерть не разлучит вас?

— Согласен.

Его голос звучал словно приговор. Он мерзко облизнул губы и показал оскал, будто капкан сомкнулся, и я уже от него никуда не денусь. Смогу ли я сбежать от него, или убить. Если второе маловероятно, то первое будет моей мантрой, моей мечтой.

— Согласны ли Вы, Сеньорита Аманда Бианчи, взять в мужья Сеньора Леонардо Бруно, любить его и быть рядом, пока смерть не разлучит вас?

Сердце замерло на пару мгновений. Подняв взгляд на священника, все ещё просила мысленно у него помощи.

Момент затягивался, Леонардо зло посмотрел на меня, ожидая, что я быстро отвечу.

— Дорогая, Вы слышали вопрос? Мне его повторить?

— Не нужно, Падре. Моя невеста переволновалась, она согласна.

— Сеньор Бруно, по закону она должна сама сказать своё согласие.

— Так что, Сеньорита Бианчи, мне повторить свой вопрос?

— Я...я...я согла...

— Всем стоять на своих местах!! Работает полиция!! Все руки вверх и без глупостей!!!