Дэймон

Голова раскалывается. Лень открывать глаза. Какой уже в этом всем смысл?! Вот уже неделю я в запое.

Вздох.

Теперь Али вышла замуж за Джеймса. Моя не МОЯ Али. Теперь она миссис Коллинз.

Её свадьбу я вынес стойко, даже улыбался временами. МОЯ не МОЯ Али расстроилась бы, если увидела мою агонию. А я, как оказалось, отличный актёр.

Когда оказываешься на самом дне, вспоминаешь точку невозврата, тот самый судьбоносный поворот, когда ступил не на ту тропинку. А в моем случае, когда миссис Коллинз, а на тот момент мисс Блэк, осмелилась со мной поговорить и впутать в свои сети.

Начнём с начала. В юности я никогда не был прилежным учеником и всячески бунтовал против воли моего родителя. Отец — жёсткий и дипломатичный, всячески старался меня направлять, иногда даже без моего согласия. В университете я познакомился с Алексис, а точнее, она со мной. Девчонка всегда была умной и даже симпатичной, младше меня на пять лет. Она втянула меня в игру, и я согласился. Кто бы знал, что после всего не смогу выбросить её из головы. Ещё ни одна девушка не запоминалась мне так, как Алексис.

И я влюбился как пацан, даже предлагал ей встречаться. Но она отказала, сказав, что ей далеко это чувство — любовь. И никакие отношения, особенно с богатыми мажорами, ей не интересны. Похер. И это съел, остались с ней друзьями. Даже помог ей через несколько лет сменить фамилию и уехать из страны. Думал, что так хотя бы буду рядом, и со временем она полюбит. Но и тут все пошло через одно место.

Мало того, что Алексис со временем отдалилась, так ещё и встретила «принца на белом коне».

Красавчик Джеймс, уж не знаю, чем её покорил, но конкретно смог соблазнить. Хотя я, конечно, не дурак. Видел, как они смотрят друг на друга. Это, мать его, любовь. Уж я-то знаю.

Конечно, я не мог оставить все как есть и боролся за свою любовь. Но малость перегнул, чуть не потерял Алексис. После этого понял, что останусь в стороне, просто буду рядом. Но, черт возьми, видеть, как Али идёт к алтарю, где ждёт её Джеймс, и соглашается быть с ним до конца жизни — удар в сердце. Ощущение, будто душу выворачивают наизнанку. А мне только и приходится делать вид, что я за них рад.

Боль благодаря алкоголю притупилась со временем, но это проклятое сердце постоянно ноет.

Алексис наказала мне быть счастливым и найти себе вторую половинку. Не стал ей говорить, что я давно её нашёл, и неделю назад она вышла замуж. Теперь я друг семьи. Ха-ха. Самому смешно. Хоть они мне и поверили, но я решил больше не влезать в их жизнь. И вообще больше с ними не встречаться. Нет сил видеть их счастливые лица. Я слабак. Давно уже понял это. Но...

Я открыл глаза. Щурюсь. Гребаное солнце. Уже, наверное, обед.

Взяв в руки телефон, офигел от десяти пропущенных звонков от моего отца.

Бл*дь.

Нужно приводить себя в порядок.

Позвонив отцу, был оглушён его криком. Он так всегда поступал, когда его беспечный сын пропадал. Уже не в первый раз.

Приказал тащить мою задницу к нему в офис. Даже не знал, что тот прилетел в Нью-Йорк.

Несмотря на то, что мне за тридцать, я не злил отца и редко с ним спорил. Я уважал Майкла, и его советы всегда были в точку.

Спустя час, сидя в кабинете, я наблюдал его недовольный взгляд.

— Какого черта! Дэймон, ты совсем охренел.

Майкл редко позволяет на меня кричать, очевидно, моя выходка ему поперек горла, иначе бы так себя не вел.

Прочистив горло и посмотрев на него уверенно, развалившись в кресле напротив, я начал защищаться.

— А что не так? Все в порядке. Все мои замы занимаются моими предприятиями, а Моузес контролирует их. Я в отпуске.

— Какой нахер отпуск? Это запой. И ты не должен все перекладывать на Фрэнка Моузеса. Он отличный парень, но он не мой сын и не владелец компании.

Фрэнк был моим другом и отличным сотрудником. Он мог взвалить на себя многое, как и мой характер, ему было все нипочем.

Отец вздохнул и немного смягчился.

— После свадьбы Алексис ты только и делаешь, что пьёшь, — саркастично отметил родитель.

Я напрягся. Мне не нравилось, как он старается проанализировать меня. Майкл отлично разбирался в людях и всегда находил слабости. Он знал, что торжество Али меня выбило из колеи. И как бы меня это ни злило, отец прав: нужно выбираться из этого запоя, а то моя печень точно не выдержит и сбежит.

— Ты опять следишь за мной? — ухмыльнулся я, — я давно уже не ребёнок.

Майкл Вилсон — мой отец, всегда был волевым человеком. Он никогда не позволил бы себе такой "отпуск", так как был человеком дела. Он был бесстрашным и жёстким. Партнёры его боялись и одновременно уважали. Он не всегда был человеком слова, но для "своих" делал исключения.

Для него я был наследником, кому желал передать в своё время весь бизнес. Майкл ещё с детства воспитывал меня настоящим мужиком. Учил меня основам бизнеса и жёстким правилам жизни. Мама умерла рано, поэтому любовь была мне чужда.

Отец всегда считал эмоции чем-то лишним и бессмысленным.

Поэтому, когда его единственный ребёнок тратит своё время на самобичевание, он злился и был в бешенстве.

— Ты ещё юнец, раз ведёшь себя таким образом. Ты должен взять себя в руки.

Он не орал, а тихо и вкрадчиво отдавал приказы. Его тон был жестоким и безапелляционным.

Юнец?! Давно он так меня не называл.

Мне уже тридцать два, но я до сих пор выполняю приказы отца. Я уважаю его безусловно, но родитель иногда бывает чересчур душным и придирчивым.

Я лишь вздохнул. Ужасно злило, когда старик был прав.

— Дэймон, сынок, — он подошёл ко мне вплотную и стукнул по плечу, — я знаю, как тебе дорога Алексис, но так не может продолжаться. Ты должен жить дальше. Баб ещё на свете до хрена.

Я изменился в лице, хотел грубо ответить, но тот оборвал меня на полуслове.

— Я знаю, она особенная. И мне она тоже нравится. Но...

— Но я должен жить дальше. Я тебя понял, отец, — с сарказмом продолжил за него.

Майкл отошёл и присел на свой массивный стол из дуба. По лицу было видно, что он переживает и хочет помочь. Вот только нужна ли мне эта помощь? И есть ли у меня выбор?

Он протянул мне папку.

— Я кое-что хочу прикупить. Проанализировав рынок, понял, что этот бизнес приносит хорошие деньги.

Открыв папку, я начал читать отчёт.

В документах была информация о Домах Моды.

От удивления я поднял брови вверх. Мода? Он серьёзно?

— Ты должен купить этот бизнес, им управляют никчёмные люди. Спланируй проект и втрое увеличь выручку. Сделай, как всегда. Результат мне нужен в январе.

Майкл не просил, он приказывал. Результат должен быть в ближайшее время. Отец постоянно так делал: давал невыполнимые цели и заставлял увеличивать прибыль.

Мне это было не в новинку. Ездил по разным городам и странам, заключал сделки, покупал различный бизнес, а потом переделывал его и получал больше денег. Затем либо продавал подороже, либо оставлял в семье.

Но Домом Мод я ещё не занимался, был далёк от этого всего. Но, как любит говорить мой отец: "Учиться никогда не поздно". Это бизнес, и закон всегда один: тот, кто слаб, погибает, а кто силён, управляет им дальше и приумножает его.

Решил в этот раз не спорить с отцом. Все равно нужно чем-то занять свои мозги и хоть как-то отвлечься. Поэтому уже через пару часов стоял у нужного здания. Дом Мод «Феручи» находился почти в центре города, в красивом старом доме. В нем всего двадцать этажей. По меркам Большого Яблока — это маленькое здание.

Моузес уже договорился о встрече, и меня ждали владельцы компании, которые должны были мне продать своё имущество.

Зайдя в конференц — зал, я долго не разглагольствовал. Лишь вручил им моё предложение и сумму, за которую хочу купить их бизнес. Владельцами оказались брат и сестра с итальянскими корнями: Мадлен и Инрико Феручи.

Если Инрико ещё и шёл на контакт, то его сестра была категорически против моего предложения.

Отойдя от меня на пару метров, они громко обсуждали продажу.

— Инри, ты не можешь так со мной поступить. Я люблю это место.

— Мади, оно давно в убытке. Тебе ли не знать, я сам задумывался о продаже. Таких предложений может и не быть, как ты не поймёшь.

— Это моё детище! Я его не отдам.

Поэтому не люблю заключать сделки с женским полом, уж слишком они сентиментальные.

Не выдержав этой драмы, и так в моей жизни её много, решил идти на таран.

— Я так понял, вы отказываетесь, Мадлен, — посмотрел свысока на мисс Феручи.

Ей было чуть больше сорока. Рыжеволосая и кареглазая женщина, слегка в теле, окинула пренебрежительно меня взглядом.

— Вы человек творческий, и вам неведомо, как строится бизнес. Ваш брат вот уже который год старается выбить прибыль из вашего детища, но безуспешно. Вы давно уже в долгах, как в шелках. Выгоднее предложения вы не получите. С этой суммы вы сможете погасить все долги и остаться с большими деньгами.

— Откуда Вы знаете о наших проблемах? — недовольно спрашивает Инрико.

— Я подготавливаюсь к встречам серьёзнее, чем вы, — грозно ответил.

— Мади, это наш шанс, — прошептал её брат, все ещё пытаясь уговорить несносную бабу.

Женщина тяжело вздохнула и села в кресло. Ей явно не нравилось все происходящее, но по ней было видно, что она не дура.

— Хорошо, но я останусь в компании, и многие сотрудники тоже. Мы как семья, и мы...

— Не нужно мне ставить условия, мисс Феручи. Я нужен вам больше, чем вы мне.

— Это компания наполовину моя, и только с моего согласия вы получите бизнес. Я остаюсь и согласна на один процент от выручки.

Меня это не удивило. Со мной часто стараются договориться. Женщина оказалась умнее своего брата.

Для меня это не проблема, один процент — это ничто.

— Договорились, но последнее слово остаётся за мной, и Вы не путаетесь под ногами.

Быстро подписав контракт со своими юристами, мы начали переоформление сделки.