Переговоры затянулись на пару дней. Не потому, что от нас хотели чего-то странного или мы что-то требовали. Просто обеим сторонам было интересно узнать друг про друга!

Нам выделили помещение казарменного типа, до боли напоминающее привычные бараки, только расположенное в большом здании. Скафы и шагоход разрешили припарковать снаружи. И доступ к ним никто не ограничивал, но коридоры просто не были приспособлены для передвижения в такой экипировке.

— Замечательных соседей мы нашли, — восхищался Кайл, активно наворачивая ложкой борщ со сметаной. — Жаль, не желают устанавливать постоянные контакты.

Обитатели этого мира были обеими руками и ногами за политику самоизоляции от других миров. Что логично — никто не хочет в гости орды деймов! Только вот у нас не было способов блокировать прорывы, а здесь его нашли. То самое огромное дерево, каковых на планете далеко не одно. И нам обещали дать с собой саженцы!

— И не жалко тебе костюмчик, Железный Лейтенант Техас? — не упустила случая подколоть его Элис.

Хотя остальные, кроме меня, отсылки не поняли. Но и вопросов задать никто не стал.

Вместе с саженцами нам предложили ещё обменяться технологиями. А именно шагоходами. Ну и скаф Кайла ещё, очень уж он понравился кому-то из местных шишек.

— Новый сделаю, — отмахнулся Кайл. — Вот проблема-то. Процесс его изготовления это самое интересное! Хотя и так удобный, кости деймов прочные, но лёгкие. Нужно вообще всем сделать такие, с кастомным дизайном! Вон, видали, даже местные заценили. И на шагоход меняют!

— Умница какой, — потрепала его по волосам Элис. — Ещё и кушаешь хорошо. Хороший мальчик.

Интересно, сколько лет ей было в прошлой жизни, в нашем мире? Хотя нет, лучше не знать.

Если насажать деревьев в каждой аномальной зоне, где расположены базы Рубежа, то прорывы и вторжения деймов должны закончиться. Конечно, произойдёт это далеко не сразу. Маленький саженец не закроет границы миров. А расти дерево будет… Века? Но всё же — это решение, пусть и для далёких потомков. Можно и в мире полулюдов посадить несколько. Саженцев нам обещали выделить целый здоровенный грузовой прицеп, который потащат два шагохода. И приживаются они хоть в пустыне, хоть в болоте. Главное — не позволить деймам уничтожить, сожрать и затоптать.

— Думаешь, этот шанс нам выпал, потому что нас тут трое попаданцев? — спросила Элис, когда Анька и Стрелка ушли относить грязную посуду на кухню.

Кайл заржал, хлопая ладонью по столу.

— Такая большая, а всё в сказки веришь, — выдавил он сквозь смех. — Это просто случайность. Если не мы, то рано или поздно кто-то другой наткнулся бы на такой портал.

— Или нет, — не согласилась Элис.

— Ладно, воображай себя призванной для спасения мира, мне не жалко, — отмахнулся Кайл.

Я был солидарен скорее со своим старшим товарищем, чем со своей девушкой. Но всё же… Вдруг мы вправду не зря стали попаданцами? Может, таково наше предназначение и есть. А даже если это самообман — так ведь приятный. Почему бы в него не поверить.

На следующее утро, когда мы загружались в скафы и шагоходы, готовясь к отправке в родной мир, я с удивлением не досчитался одного из членов отряда.

— А где Стрелка потерялась? — спросил я.

— Она решила остаться тут, — отозвался Кайл из кабины массивного шагохода. — Вечером же обсуждали… А, ты задрых тогда уже. Если хочешь, тоже ещё не поздно остаться.

— Зачем? — удивился я.

— Ну как, — в голосе Кайла послышалось хмыканье. — Тут мирная жизнь. И полды с людьми на равных. Обучишься профессии какой-нибудь, юристом станешь или дизайнером. Никакого риска для жизни. Хотя некоторых дизайнеров лично я бы с удовольствием табуреткой по голове уработал…

— Погоди, а почему ты позволил Стрелке остаться? — перебил я, пока Кайл не углубился в пустой трёп.

— Да, подставила она меня знатно. Теперь отчётов писать придётся целую пачку, — цокнул языком наш командир. — Но что делать. Она, конечно, отличный снайпер, но паршивый солдат. Не создана девчонка для войны. А могла бы быть олимпийской чемпионкой по стрельбе.

— Ага, значит, какая-то «барби» создана для любви, а не для войны, — неожиданно сварливым тоном заговорила Лиза. — А мы-то так, остроухие нелюди и не считаемся.

— Чего? — изумился Кайл. — Я про любовь ни слова не говорил! И вообще…

— Да выдохни, дорогой, я шучу, — рассмеялась Лиза.

— Повёлся, — захихикала Анька.

Вот ведь… Женщины! Я и сам повёлся и уже напрягся в ожидании скандала.

— Так, ладно, похихикали и баиньки, — серьёзным тоном отозвался Кайл. — В смысле, шагом марш. Пробую открыть прорыв.

Возможно, мы все здесь и останемся. Прибор для экстренного пробития прорыва был рассчитан на использование в мире полулюдов. А вот сработает ли отсюда…

На мгновение открыв кабину шагохода, Кайл с размаху швырнул что-то на землю. Грохнуло. Прорыв открылся. Только вот куда? Впрочем, пока не зайдём — не узнаем. Там либо наша база, либо мир полулюдов. Во втором случае — придётся побегать и поискать наших. Или случайный прорыв искать, что ещё сложнее.

— Пусть нам повезёт, — провозгласил Кайл. — И… Чтоб не в последний раз!

— Ну да, не хотелось бы завтра быть сожранными деймами уже в родном мире, — понимающе протянула Анька.

Я мысленно кивнул, так-то у скафа шея не сгибается. Хотя… Если эти подаренные нам местными саженцы сработают и спасут мир, закрыв границу от прорывов… Нет, всё же не готов я за это умереть! Даже если мне памятник поставят. Я только жить начал!

Первой в прорыв проскочила Элис на «ходуне». Если там чужой мир, она должна сразу вернуться. Но нет. Так что за ней затопали два тяжёлых шагохода местного производства, тянущие на буксире прицеп с саженцами. Жаль, что эти шагоходы у нас точно отберут для исследований. Надеюсь, хоть дадут взамен такой же, как был. Хотя тут бы ещё под внутреннее расследование не попасть — мы, как бы, отдали наши технологии представителям чужой цивилизации…

Я оглянулся на казарму, бывшую несколько дней нам домом. Несколько местных во дворе наблюдают. Ещё не поздно остаться тут. Тут нет вторжений деймов. Нет угрозы жизни. И полды равны в правах с людьми.

Но тут нет Элис. И Кайла. И Лизы с Анькой. И… Впрочем, без остальных шапочных знакомых я спокойно проживу.

Но остаться здесь всем никто даже не предлагал. Нужно же доставить саженцы Древ, чтоб защитить мир от вторжений деймов. Пусть даже эта защита хоть худо-бедно начнёт действовать только лет через сто-двести, а полноценно и вовсе не раньше, чем через пятьсот.

Протянем как-нибудь это время. Мы, потом те, кто придут нам на смену. Новые поколения, которые встанут на Рубеже, сменяя павших. Чтобы защитить свой мир.

* * *

— Тревога! — заорал Кайл.

Будто все остальные не слышали вопящую сирену. И уже забираются в скафы. Жаль, новый шагоход нам пока не дали. Ну, хоть скафы в личное пользование, не бежать до оружейной.

Новый скаф Кайла был пока обклеен костями деймов только в области ног. Остальное зияло голым каркасом. Так что пришлось ему влезать в старый, разноцветный и залитый пеной поверх заплаток. Надо отдать Кайлу должное — снова поменяться скафами со мной он даже не пытался, а стоически терпел временное неудобство. Хотя коленные шарниры у этой рухляди в первый же день сменил на новые.

— Эй, Ларс! — помахал он группе приближающихся к нам бойцов в чёрных скафах. — Где прорыв?

Один из бойцов бросил Кайлу запасной деструктор, а зажатым в другой руке указал направление. Мне тоже передали оружие.

— Кажись, там барак Валенка с его стажёрами, — прикинул направление Кайл. — Может, успеем, пока их ещё не доели. Так, кто ведущий?

— Давай ты веди, — отозвался Ларс.

— Ну тогда, ты знаешь правила, — рассмеялся из внешних динамиков Кайл. — Песню запевай!

И грянул хор, способный распугать орду деймов!

— Мы стоим на Рубеже! Каждый день настороже! Сильные, смелые, жизни не жалеем! Ты шагай, не отставай, дружно песню подпевай!

Даже я узнал мотив пионерской речёвки, хотя родился сильно позже. Ладно, я узнал что-то знакомое, но не понял, что. Конкретно мне Элис объяснила.

Будто эхо, те же слова зазвучали справа и слева. Речёвку уже давно выучили все. Ну, как минимум все, кто хоть иногда общается с Кайлом, а это этак треть всей базы.

— Мы стоим на Рубеже! — звучало разноголосье.

И я не сомневался, что все парни и девчонки кричат эти слова искренне. И что каждый из них готов своей грудью закрыть прорыв, не пуская деймов. И я был горд стоять с ними плечом к плечу. Хотя и надеялся, что потом мы все сядем в кабаке, теснясь за столом. И будем выпивать за победу. А не за помин погибших. Впрочем, одно другому не помешает.

Я покосился на светящееся дерево, уже вымахавшее на несколько десятков метров. Возможно, мой прогноз про столетие был слишком пессимистичным. И уже следующее поколение не будет подскакивать по тревоге каждый месяц, а то и дважды. А только раз в полгода или год. А уж для их детей деймы вовсе превратятся в страшную сказку.

— Мы стоим на Рубеже! Каждый день настороже! Мы готовы умереть! Но никогда не бросим петь!

Хорошо, что у меня музыкального слуха нет. Правда, голоса тоже, так что я ору не лучше остальных. Впрочем, какая разница, у нас тут не концерт хорового пения. Главное, что боевой дух эти вопли поднимают.

— Айк, если выживем, вечером Анька к нам присоединится, — по приватному каналу пообещала Элис.

Хм, а вот такие обещания поднимают боевой дух ещё лучше, чем пение! Но это для всех массово не годится.

— А если я тоже хочу присоединиться? — прозвенел голос Лизы.

— Я оставлю это без комментариев, — вмешался Кайл. — Спрошу только, когда ж настанет тот день, в который стажёр научится переключать приватный канал с групповым? И спасибо, что групповой, а не общий.

— Да я вообще молчал! — возмутился я. — И инициатива даже не моя!

— Это хорошо, это правильно, — одобрил Кайл. — А то знаешь, что инициатива делает с инициатором? Так что вечером надо будет непременно выпить за то, чтобы инициатива всегда исходила от женщин!

— Много не пей, может, я и к вам тоже потом присоединюсь, — хихикнула Анька.

— Не сегодня, — отбрила её предложение Лиза. — Сегодня-то я уверена, что Кайл не пострадает. Даже в этом цветном ведре с болтами. Вот после какого-нибудь рейда можно.

— Честное слово, вот не так я представлял единение отряда, — захохотал Кайл. — Но эти тёмные эльфийки вообще бесстыжие, как и медички. Да, пацан? Повезло нам.

— Повезло, — согласился я.

Хотя имел в виду совсем другое. Ну, по большей части. Так-то мне вполне хватает одной Элис. Но и участие Аньки третьей — всё же интересно. В жизни надо попробовать если не всё, то многое. Особенно когда ежедневно рискуешь этой жизнью, стоя на Рубеже и защищая мирных граждан.

Но мне достаточно и того, что у меня здоровое тело. Рядом друзья. И есть смысл и цель в этой жизни.

А что нам памятник не поставили за доставленные саженцы светящихся деревьев — ерунда, дело житейское. Под трибунал ведь за разбазаривание казённого имущества тоже не отправили. Так что — жизнь прекрасна, замечательна и интересна. Пусть порой опасна и трудна. Если мы это переживём, то всё в порядке. А мы должны пережить и жить счастливо! Зря, что ли, судьба и Вселенная дали нам второй шанс в качестве попаданцев?

— Мы стоим на Рубеже! — проорал я через динамики.

Из рифм на ум после этого разговора приходили только девчонки в неглиже, но это для вечера в баре оставим. Или уже после бара, если Элис с Анькой не шутили.

А сейчас мы просто плотным строем прочешем территорию и зачистим от разбежавшихся деймов. Без лишнего героизма. Это задача не для попаданцев, а для простых ребят и девчат, которые тянут лямку службы на Рубеже. И я горжусь, что я — один из них.

Я — Страж Рубежа.