— Мне теперь не понять,

Кто же прав был из нас

В наших спорах без сна и покоя.

Мне не стало хватать его только сейчас,

Когда он не вернулся из боя.

Ну вот, мы и докатились до Высоцкого… Ну, не мы, а Кайл. Я же с трудом сдерживался, чтоб не приложить ладонь к лицу.

Судя по всему, эти песни в этом мире существовали, поскольку окружающие не удивлялись. Хотя на Кайла всё же косились. Но это потому, что он единственный за столом вздумал начать петь.

Конечно, повод-то был — опять поминки у нас. На этот раз не массовые, погибший всего один. Но зато лично знакомый. Ну, для меня — очень шапочно знакомый, всего пару раз его видел. Марк, с которым они с Кайлом дежурили на раздаче еды в тот день, когда мы и с Кайлом познакомились. И они с Кайлом ведь не были друзьями! Врагами тоже, но отношение, как минимум со стороны Марка, было неприязненным. Однако Кайл смертью знакомца вот прямо расчувствовался.

— Хватит, а, — ткнул я старшего товарища локтем.

— Чего ты, стажёр, — отмахнулся он. — Хорошая же песня! Правильная. Что никто больше не поёт? Слов не знаете? Дайте бумажку и карандаш, я вам запишу!

— Щас, кто-нибудь найдёт, — пообещал я. — А мы, может, пока выйдем покурим?

Ну, если кто-нибудь действительно принесёт ему бумагу и карандаш, то, пока пишет, ведь петь-то не станет одновременно. Вот и пускай копии на всех записывает. Но вряд ли кто-то подсуетится. Может, в процессе перекура забудет про пение. Или хоть репертуар сменит. Не то, чтобы я был против Высоцкого, меня скорее сам по себе такой попаданческий штамп вымораживал!

— А мы с тобой, брат, из пехоты. А летом лучше, чем зимой… — затянул было Кайл, затянувшись сигаретой.

Этой песни я не знал, но и знакомиться прямо сейчас со всем известным Кайлу репертуаром песен про войну у меня желания не было.

— Марк же не был тебе другом, — напрямик высказал я.

— Ага, другом не был, — согласился Кайл, перестав петь. — Был братом по оружию! А это важнее. И вообще, не первый год знакомы были. В одном бараке какое-то время жили, в одном отряде служили. Ну, пусть не дружили. Из-за глупой девки всё. Разве это важно? А друзья… Да нет у меня тут никаких друзей.

Я не стал обижаться. И сам не раз думал, что я для него всё-таки не друг, а подопечный-стажёр. Всё же по реальному возрасту он мне более чем в отцы годится. Старший товарищ, немного наставник… Но друг?

— А я думал, у тебя тут каждый третий друг, — удивился я.

— Знакомый, приятель, это да, — отмахнулся Кайл. — Но не друг. Хотя их смерти всё равно всегда меня огорчают.

— Не думал, что ты такой сентиментальный, — пробормотал я.

— Потому что я вечный шутник, балагур и балабол? — как-то невесело хмыкнул он. — Ты забываешь, пацан, сколько мне лет. Эти ребята мне в сыновья годятся. Ну, если бы я в юности был очень неосторожен с незащищённым сексом.

О, начинает всё же балагурить, как обычно. Кажется, мой метод поговорить по душам на перекуре работает. А то он своим пением весь и так немногочисленный народ, собравшийся на поминки Марка, распугает. Пара человек уже отошли от стола и пересели за барную стойку. Потом сам же ещё больше расстраиваться будет.

— А Марк вообще прикрыл отход своего отряда… — продолжил Кайл. — Если б я из того отряда не ушёл…

— Был бы на его месте? — спросил я, когда пауза затянулась.

— Ну, в худшем случае. А так, может, вытянули бы. Тогда в отряде мог бы быть шагоход, например.

— Если б ты из того отряда не ушёл, кто бы тогда вытащил меня от наступающей орды деймов? — напомнил я.

— Верно, пацан, — вздохнул Кайл. — И вообще, все эти «если бы» — фигня полная. Знаю я, знаю. О, какие люди…

Последнюю фразу Кайл пробормотал негромко, только мельком глянув на входящую в кабак девушку. И сразу повернулся обратно ко мне.

— А кто это? — полюбопытствовал я.

— Наше с Марком яблоко раздора, — криво усмехнулся он. — Червивое. Ты курить-то будешь, стажёр?

Я помотал головой. Не понравилось мне это дело с первого раза. И вообще, это только Кайлу вон здоровья хватает при курении и выпивке ещё и быть в хорошей физической форме. А в себе я настолько не уверен и другим не рекомендую.

Кайл затушил окурок об стену, щелчком пальцев отправил в урну. Промахнулся, чему я немного порадовался — всё же он не идеален.

Недавно вошедшая в бар девчонка уже сидела за нашим поминальным столом. Почему-то вокруг неё образовалось два свободных места. И выпивку ей ещё не успели подать.

— Привет, Кайл, — заулыбалась она появлению моего старшего товарища.

Кайл сдёрнул с подноса проходящей мимо официантки два пластиковых стакана с пивом. Один оставил себе, второй поставил перед девушкой.

— Подними же, девчонка, бокал за того молодого солдата! — нараспев протянул он.

— Ты же знаешь, я пиво не пью, — сморщила носик она.

Мне снова захотелось припечатать ладонь к лицу. Только теперь уже от испанского стыда за неё, а не за своего наставника. Тут всё же поминки! По её парню, может бывшему, я уж точно не знаю, расстались они с Марком или нет… А она будто на вечеринку пришла, улыбается…

— Подними же, дешёвка, бокал за того молодого солдата! — уже с угрожающими нотками в голосе протянул Кайл.

— Как ты меня назвал⁈ — возмущённо взвизгнула она.

Кайл молча взял со стола стакан с пивом и вылил ей на голову. Девушка моментально взвилась на ноги и попыталась отвесить ему пощёчину. Но Кайл легко уклонился. И ударил в ответ, чего я не ожидал! От оплеухи деваха едва не упала, перевернув стул, за спинку которого попыталась ухватиться.

В руки Кайлу тут же вцепились Лиза с одной стороны и Элис с другой. Элис ещё и успела отобрать у него пиво и передать мне. Я машинально принял.

— Всё, хватит, пошли отсюда, — жёстким тоном велела Элис.

— Ну нет, — помотал головой Кайл. — Я ещё совсем недостаточно пьян. И не помянул как следует Марка! Он заслуживал большего!

— Я возьму выпивку и принесу к нам, — уже гораздо мягче пообещала Элис. — Если ты спокойно пойдёшь.

— Да я вообще совершенно спокоен, — кивнул он.

Элис поверила и отпустила. Хотя на её место в руку Кайла тут же вцепилась Анька. Хотя я был уверен, что он не собирается буянить.

— Запишите на мой счёт всё за этот стол, для всех, кроме Наташки! — выкрикнул он в сторону барной стойки.

Стоящая там тёмная эльфийка спокойно кивнула в ответ.

— Он всегда так? — спросил я у Элис.

— Только когда глупо погибает хороший знакомый, — отозвалась она. — То есть, не очень часто, но случается. Если б отряд Марка хоть полдов эвакуировал, Кайл бы не так остро реагировал. А когда просто в разведке, ни за что…

Я кивнул, хотя разницу до конца не понял. Марк же, получается, прикрывал свой отряд при отходе. Чем это хуже, чем спасать полулюдов?

Когда мы, нагруженные подносами с выпивкой и закуской, вернулись в наш барак, Кайл всё ещё продолжал петь.

— Окончен бой, зачах огонь, — тянул он.

Хотя на следующем куплете я понял, что это уже и не про войну, хотя война упоминается. Видимо, репертуар военных песен закончился. И даже не знаю, какой вариант был лучше.

— Элис, подпевай, — потребовал он.

— Ты же знаешь, у нас с тобой музыкальные вкусы вообще не совпали, — покачала головой моя девушка. — И вообще, я от твоего пения не в восторге.

А кто в восторге-то? Поёт Кайл, на самом деле, очень так себе.

— Потерпишь, — отмахнулся он.

Я вздохнул. Все потерпим, что уж. Всё-таки у него есть повод и право так себя вести сегодня. Но всё же хорошо, что запой Кайл себе точно не позволит. И на днях мы снова отправимся в разведывательный рейд. Теперь уже расширенным составом. Надеюсь, после этого не придётся поминать уже кого-то из нас.