Власть странная штука, особенно та, что сваливается на тебя, как мешок с цементом. Ещё вчера ты был просто бароном, пусть и «Железным», но всё же одним из многих, а сегодня ты уже герцог, чьё слово закон. Аристократы, которые ещё неделю назад смотрели на меня с надеждой, что мне на голову свалится унитаз, теперь кланялись так низко, что, казалось, вот-вот переломятся пополам. Убийство оппозиционного чемпиона на дуэли оказалось на удивление эффективным средством для укрепления авторитета. Иногда самые простые решения — самые верные.

Но эта новая роль, давила на плечи, сковывала еще сильнее. Бесконечные приёмы, пустые разговоры, разбор каких-то древних, пыльных законов, споры о налогах на шерсть и зерно… Я чувствовал, как медленно, но верно, превращаюсь в один из этих портретов, что висели в галерее замка. Важная, напудренная персона с застывшим выражением лица. И это меня пугало куда больше, чем любая армия Мортаны.

Я сидел в огромном гулком кабинете, который раньше принадлежал покойному герцогу, и тупо смотрел в окно. За ним моросил мелкий, нудный дождь, превращая мир в серое, размытое пятно. На столе передо мной лежала гора бумаг, требующих моей подписи. Прошения, указы, отчёты… От одного их вида хотелось выть. Моё место было там, где пахнет порохом и сталью, а не здесь, где пахнет пылью и интригами.

— Снова хандришь, Ваша Светлость?

Я даже не обернулся, я знал этот голос. Лира вошла в кабинет бесшумно, как всегда, и теперь стояла за моей спиной, положив мне руки на плечи. Её пальцы начали мягко массировать мои затёкшие плечи, и я невольно расслабился, откинувшись на спинку кресла.

— Не называй меня так, — пробормотал в ответ. — От этого «Ваша Светлость» у меня зубы сводит.

— Привыкай, дорогой, — прошептала лисица мне в ухо. — Теперь это твоя работа. Герцог Михаил фон Штольценбург. Звучит же!

— Звучит, как приговор, — вздохнул еще тяжелее. — Я скоро забуду, как держать в руках винтовку, но зато буду наизусть знать все статьи торгового уложения.

— Не преувеличивай, Элизабет прекрасно справляется с бумагами. А вот то, что ты уже неделю не выходишь из замка, это действительно проблема. Ты скоро мхом покроешься.

Лира обошла кресло и села на край стола, прямо на гору моих «важных» бумаг. Лисица слегка наклонилась над столом, демонстрируя из-под платья стройные ноги. Лира знала, как отвлечь меня от мрачных мыслей.

— Ты права, — я посмотрел на неё, и в голове, наконец, оформилось решение, которое зрело там уже несколько дней. — Ты абсолютно права. Хватит сидеть сиднем, пора работать.

Я встал и подошёл к огромной карте, что висела на стене. Это была карта восточных земель, составленная по докладам моих разведчиков. Огромное серое пятно, испещрённое пометками: «разрушено», «сожжено», «данных нет». И почти в центре этой зоны огромный знак вопроса в том месте, где ранее была столица ныне мертвого государства.

— Ты снова об этом, — Лира подошла и встала рядом. В её голосе уже не было игривости. — Михаил, это опасно. Мы не знаем, что там.

— Вот именно, что не знаем! — я ткнул пальцем в центр этого белого пятна, в точку, где должна была находиться столица Элары. — Там, Лира, могут быть ответы на многие наши вопросы. Книги, чертежи, артефакты. Знания, которые нам нужны как воздух. Война выиграна технологиями, а не просто пулями. А наши технологии и мозги, требуют новой пищи для размышлений. Мы выжали всё, что могли, из библиотек герцогства и того, что притащили гномы. Нам нужен новый источник знаний, чтобы сплав магии и технологии был подавляющий.

— Но зачем тебе ехать самому? — она посмотрела на меня с тревогой. — Пошли туда ещё один отряд. Более крупный и лучше оснащённый.

— Потому что я должен увидеть это своими глазами, — повернулся к ней. — Я должен оценить масштаб разрушений, понять, с чем мы имеем дело. И я не доверю эту миссию никому другому. Это слишком важно.

Элизабет, когда я вечером сообщил ей о своём решении, отреагировала предсказуемо.

— Ты только что стал герцогом! — она смотрела на меня с отчаянием и гневом. — У нас в столице полно проблем, старые интриганы только и ждут, чтобы вцепиться друг другу в глотки. А ты снова собираешься на край света, искать приключения на свою задницу!

— Это не приключения, Лиз, — я взял её за руки. — А стратегическая необходимость. И ты это знаешь не хуже меня. С этими пауками в банке ты и без меня справишься. Ты герцогиня. В отличие от меня законная на все двести процентов. Они боятся тебя куда больше, чем меня. А твой брат… В общем, из него получилось очередное неплохое пугало. По крайней мере на ближайшее время хватит страха и здравого смысла, не пытаться тебя скинуть.

— Я не хочу тебя отпускать, — прошептала она, прижимаясь ко мне. — Я только-только тебя вернула…

— Я вернусь, — пообещал я. — И на этот раз не с пустыми руками.

Подготовка к экспедиции заняла три дня. Я не брал с собой большую армию, лишь свою личную гвардию пятьдесят «Ястребов» под командованием верного Асаи, и сотню самых опытных легионеров из моего первого батальона. Это были матёрые волки, прошедшие со мной Крейгхолл и ещё десяток более мелких стычек. Люди, в которых я был уверен, как в себе самом.

Но главной ударной силой этого отряда были не они, а так называемая «группа извлечения». Десяток лучших гномов-инженеров Брунгильды, специалистов по взлому и рунным замкам. И пятнадцать лисиц Лиры, которые были натасканы на поиск, оценку и каталогизацию древних артефактов и манускриптов, эдакие Лары Крофт на максималках.

Снаряжение тоже было специфическим. Кроме обычного оружия и припасов, мы везли с собой инструменты для вскрытия хранилищ, специальные контейнеры для перевозки хрупких свитков, алхимические реагенты для консервации, картографические приборы. Грабить знания оказалось довольно затратным и муторным делом, это не считая того, что можно склеить ласты в какой-нибудь магической ловушке.

Прощание с Элизабет было коротким и напряжённым. Мы стояли во внутреннем дворе замка, вдали от посторонних глаз.

— Больше трех не собираться, если что, душ Шарко и обматывания в мокрые простыни — пытаюсь быть на позитиве, но Элизабет лишь недовольно хмурится. Крепко обнимаю на прощание — И не стесняйся пользоваться мухобойкой, если начнут слишком наглеть.

— Не волнуйся за нас, — она посмотрела мне прямо в глаза, и в её взгляде твердая уверенность. — Волнуйся за себя, просто вернись. — затем супруга к моему удивлению включила капризную девочку. — И привези мне новую книгу, какую-нибудь интересную, про древних драконов.

— Обязательно, — улыбнулся я, поцеловав девушку.

Мы выступали на рассвете, тихо, без лишнего шума. Небольшой отряд, который быстро растворился в утреннем тумане, покинув столицу, которая только-только начинала просыпаться. Наш путь лежал на восток, в мёртвые земли, в царство тишины и забвения. И я чувствовал, как с каждым шагом, удаляющим меня от душных стен замка, мне становится легче дышать. Я снова был в своей стихии.

* * *

Чем дальше мы углублялись в земли павшего королевства Элара, тем сильнее становилось гнетущее чувство, будто мы попали в другой мир. Мир, где остановилось время, где сама жизнь, казалось, испустила дух. Весна, которая так буйно и властно правила в степях и герцогстве, здесь, казалось, заблудилась и умерла.

Поля покрыты бурьяном и сорной травой. Деревни, которые мы проезжали, представляли собой удручающее зрелище. Покосившиеся, почерневшие от времени дома с пустыми глазницами окон. Развалившиеся заборы, заросшие крапивой дворы. И тишина. Не умиротворяющая тишина сельского полудня, а мёртвая тишина кладбища.

Мы двигались осторожно, постоянно высылая вперёд дозоры. Асаи и его «Ястребы» растворились в окружающем пейзаже, превратившись в невидимых призраков. Они скользили по обочинам дороги, залегали в руинах, проверяя каждый дом, каждый подвал. Но находили лишь следы старой трагедии. Скелеты в истлевшей одежде, лежавшие прямо на улицах. Засохшие тёмные пятна крови на стенах. И следы пожаров, давно остывших.

Всё это было похоже на огромный, заброшенный музей войны. Экспонаты были расставлены так, как их застала смерть. Вот скелет женщины, прижимающей к себе крошечный скелетик ребёнка. Вот останки стражника в проржавевших доспехах у ворот деревни. Вот целая семья, так и оставшаяся в сгоревшем доме.

— Как будто чума прошла, — мрачно сказал лейтенант Гай, коренастый седобородый ветеран, который ел свой хлеб на войне уже лет тридцать. — Только эта чума была на двух ногах и с мечами в руках.

Я молча кивнул, атмосфера знатно давила на психику. Мои бойцы, привыкшие к виду смерти, здесь притихли, старались говорить шёпотом, как будто боясь потревожить покой этих мёртвых деревень. Даже обычно неунывающие гномы перестали травить свои солёные шуточки.

Столица Элары, город Миргард, появилась на горизонте внезапно. Огромный, раскинувшийся в широкой долине, он даже издалека производил впечатление. Высокие белые стены, изящные башни, шпили которых, казалось, пронзали серое небо. Но чем ближе мы подходили, тем яснее становилось, что и этот город не избежал общей участи. Стены были местами пробиты, на башнях виднелись следы пожаров. Город был мёртв, как и всё вокруг.

Мы разбили лагерь в нескольких километрах от стен, в густой роще, которая скрывала нас от любопытных глаз. Первыми на разведку ушли лисички Кими. Три девушки, лёгкие и бесшумные, как ночные мотыльки, растворились в сумерках. Я ждал их возвращения с плохо скрываемым нетерпением. Именно там, в столице в хранилищах академии, должны были находиться главные сокровища этого мёртвого королевства.

Вернулись они далеко за полночь. И по их взволнованным лицам я сразу понял: что-то не так.

— Говори, — коротко приказал я Кими, когда она вошла в мой шатёр.

— Город не пуст, ваша светлость, — выдохнула она. Её дыхание было прерывистым, а глаза лихорадочно блестели. — На стенах огни и люди.

— Тёмные? — похолодел я. Если они вернулись и заняли столицу, то вся моя экспедиция летела ко всем чертям.

— Хуже, — покачала головой Кими. — Намного хуже. Это наши, ну, то есть, люди. И не только: орки, гоблины, даже несколько гномов-отступников. Сброд со всех концов света.

Она сделала паузу, пытаясь отдышаться.

— На стенах стоят часовые, все неопрятные в разномастных доспехах. Горланят песни, ругаются. В городе слышны крики и смех. Это не похоже на гарнизон армии, скорее на разбойничий притон.

Я молчал, пытаясь переварить эту информацию. Разбойники? Здесь, в мёртвом городе? Откуда они взялись?

Ответ пришёл на следующий день, вместе с передовым дозором легионеров, которых я отправил сюда ещё месяц назад. Бойцы всё это время вели наблюдение за городом. Их командир, лейтенант по имени Марк, суровый, покрытый шрамами мужик, доложил мне обстановку. И картина, которую он нарисовал, была поистине хреновой.

— Они появились здесь примерно месяц назад, мой герцог, — начал лейтенант, глядя мне прямо в глаза. Я заметил, что он, как и многие в армии, с энтузиазмом восприняли мой новый титул. — Сначала был небольшой отряд, человек триста. Голодранцы, дезертиры, наёмники, потерявшие работу. Возглавлял их один ублюдок, бывший капитан какой-то вольной роты, кличка Клык.

Марк сплюнул на землю.

— Они быстро поняли, что город пуст, и решили устроить здесь свою берлогу. А потом разослали гонцов во все стороны, созывая под свои знамёна всю шваль, которая осталась без дела после войны. И они потянулись сюда, как мухи на мёд. Сейчас, по нашим подсчётам, их уже не меньше двух тысяч. И с каждым днём становится всё больше.

— Чем они занимаются? — спросил я, хотя уже догадывался.

— Тем же, чем и всегда, — помрачнел лейтенант. — Грабят и убивают. Они превратили этот город в свою базу, совершают набеги на уцелевшие деревни и хутора в радиусе сотни километров. Всё, что не приколочено к полу, тащат сюда. Но главное, — он понизил голос, и в его глазах я увидел плохо скрываемую ненависть, — они охотятся на выживших людей.

— Рабы?

— Сотни, герцог, — кивнул Марк. — Может, уже и больше тысячи, сгоняют их в город, как скот. Тех, кто посильнее, заставляют работать на себя, укреплять стены, разбирать завалы. Женщин… — он осёкся, и его челюсти сжались так, что заходили желваки. — В общем, вы поняли. Устроили здесь настоящий рабовладельческий рынок. Продают и покупают людей, как скотину.

Он замолчал, и в наступившей тишине было слышно лишь, как трещат ветки в костре.

Моя экспедиция за знаниями, почти академический поход, в одно мгновение превратился в нечто совсем другое. Я не мог просто развернуться и уйти, оставив этих людей в руках ублюдков. Эта гнездо разложения и жестокости, находилось в опасной близости от моих, ещё не окрепших, границ. Рано или поздно они доберутся до моих поселенцев, как только критическая масса этой швали пересечет определенную отметку.

Проблема была в том, что у меня было всего полторы сотни бойцов. Против двух тысяч отморозков, засевших в хорошо укреплённом городе.

— Мы не можем их атаковать в лоб, — сказал, скорее для себя, чем для офицеров.

— Не можем, герцог, — согласился тот. — Они держат пленников на центральной площади, как живой щит и для развлечения. Любая атака, и они начнут резать их одного за другим.

Картина вырисовывалась паршивая. Я оказался в ловушке. Уйти не мог, атаковать тоже, нужен маневр…

* * *

На следующий день мы перенесли наш лагерь ещё дальше, вглубь леса. А вот наш наблюдательный пункт, наоборот, вынесли вперед вершину высокого, поросшего густым кустарником холма. Отсюда город Миргард был как на ладони. Используя мощную подзорную трубу, которую мне смастерили гномы Брунгильды, я часами, не отрываясь, изучал свою новую проблему.

Зрелище было отвратительным. Город, который даже в своём полуразрушенном состоянии сохранял следы былого величия, теперь превратился в клоаку. Улицы были завалены мусором, пустыми бочками из-под вина, объедками. По ним шатались пьяные, оборванные фигуры. На стенах, вместо дисциплинированных часовых, стояли такие же ублюдки, которые больше смотрели не по сторонам, а на бутылки, которые держали в руках.

Но самое страшное было на центральной площади. Она была превращена в огромный загон. В центре площади, вокруг разбитого фонтана, были установлены десятки грубо сколоченных деревянных клеток. В них, как сельди в бочке, были набиты люди. Грязные, в лохмотьях, они сидели на земле, прижавшись друг к другу, и в их глазах была лишь тупая беспросветная тоска.

Вокруг клеток разгуливали их хозяева. Они тыкали в пленников палками, бросали им объедки, как собакам, громко хохотали, обсуждая достоинства своего «товара». Я видел, как один из них, огромный, бородатый орк, вытащил из клетки молодую девушку и, под одобрительные крики толпы, потащил её в сторону бывшего королевского дворца, который теперь, видимо, служил резиденцией их главаря. Девушка не сопротивлялась, она просто шла, как кукла, глядя в пустоту.

Над дворцом развевался их флаг, грубо нарисованная на чёрном полотне оскаленная волчья пасть, знак Клыка.

— Что будем делать, командир? — спросил стоявший рядом Асаи. Его лицо, обычно спокойное и непроницаемое, было мрачным. Даже для него, профессионального убийцы, это зрелище было слишком мерзким.

— Будем резать, — тихо ответил я, не отрываясь от окуляра. — Медленно, методично, по кусочкам.

Вечером, в моём шатре, собрался импровизированный военный совет.

— Их две тысячи, — начал, раскладывая на столе наспех нарисованную карту города. — И число упырей растёт. У нас сто пятьдесят семь бойцов, лобовая атака исключена.

Все молча кивнули, это было очевидно.

— Значит, будем действовать по-другому, — обвёл их взглядом. — Мы превратим жизнь этих тараканов в ад. Заставим бояться собственной тени. Сделаем так, что они сами захотят выйти из этого города и умереть в чистом поле, а не сгнить заживо в этой вонючей дыре.

Я изложил им свой план, он состоял из трёх фаз.

— Фаза первая: «Карантин». Берем под наблюдение крупные дороги, ведущие к городу. Валим всех, кого сможем убрать тихо и незаметно. Освобождаем пленников, тащим в лес продовольствие, если нет времени, сжигает на месте. Понятное дело, всех не перехватим, но с чего-то надо начинать.

Марк коротко кивнул. Его суровое лицо не выражало никаких эмоций, но я видел, что ему мой приказ по душе.

— Кими, — я повернулся к лисице. — Твои девочки работают внутри. Мне нужна информация, распорядок дня, система охраны, где находятся склады с продовольствием и водой, кто за что отвечает, кто с кем враждует. Любые мелочи, любые слухи. Я хочу знать о них всё.

— Это будет непросто, — покачала головой Кими. — Хоть с дисциплиной там не очень, но город кишит патрулями.

— А я и не говорил, что будет просто, но вы лучшие в своём деле. Используйте всё, что умеете, но главное не попадайтесь.

Лисица, помедлив секунду, кивнула.

— И фаза вторая: «Война призраков», — я посмотрел на Асаи. — Через несколько дней ты и твои «Ястребы» становитесь ночным кошмаром этого города. Снимать часовых на стенах, устраивать мелкие диверсии, поджигать склады с фуражом. Но всё должно выглядеть так, как будто это делают свои. Местные оборванцы должны начать подозревать друг друга, грызться между собой. Чтобы паранойя стала их вторым «я».

Асаи молча выслушал меня, его лицо оставалось непроницаемым. Лишь когда я закончил, он коротко кивнул.

— Будет сделано, командир.

— Хорошо, — я обвёл их всех взглядом. — Наша задача на ближайшее время — измотать и ослабить, посеять в их рядах хаос и недоверие. А пока вы будете этим заниматься, я отправлю гонца в степь к Урсуле.

* * *

Ночь опустилась на наш лагерь, принеся с собой холод и тишину. Костры догорали, отбрасывая на стволы деревьев дрожащие, уродливые тени. Большинство бойцов спали, набираясь сил перед предстоящей работой. Но мне было не до сна.

Я сидел у своего шатра, глядя на далёкие огни Миргарда.

— Не спится, командир?

Рядом со мной, бесшумно, как всегда, возник Асаи. Он присел на поваленное дерево, положив рядом свою винтовку.

— Как всегда, в голову лезут посторонние мысли, — ответил ему.

— План годный, — сказал лис, глядя в ту же сторону, что и я. — Жестокий, но хороший. Если всё пойдёт, как надо, через пару недель они начнут жрать друг друга.

— А если не пойдёт? — я посмотрел на него. — Если этот Клык окажется умнее, чем мы думаем? Вдруг не купится на нашу игру?

— Тогда нам придётся импровизировать, — пожал плечами Асаи. — Нам не в первой.

Мы помолчали.

— Мои парни готовы, — сказал он. — Они соскучились по настоящей работе.

— Главное, чтобы они не слишком увлекались, — предупредил его. — Нам не нужны горы трупов, нам нужен страх. Чтобы каждый из них, выходя ночью по нужде, оглядывался по сторонам и вздрагивал от каждого шороха.

У входа в мой шатер меня уже ждали двое из «Ястребов», которых я выбрал на роль гонца. Молодые, жилистые парни с выносливостью степного волка.

— Ваша задача добраться до Боргхольма, — сказал, передавая одному из них свиток. — Как можно быстрее. Найти леди Урсулу и передать ей это лично в руки. Никому другому, понятно?

— Так точно, ваше сиятельство!

— В пути будьте осторожны. Двигайтесь ночью, днём отсыпайтесь. Избегайте открытых дорог. Если наткнётесь на патрули, любые, обходите десятой дорогой. Ваша жизнь и этот свиток сейчас важнее всего.

Парни молча кивнули, один из них спрятал свиток за пазуху.

— Можете нас нам положиться, командир. Не подведем!

— Я знаю, — коротко кивнул на прощание. — А теперь идите. И пусть удача будет с вами!

Я вернулся к своему наблюдательному посту. Огни Миргарда всё так же горели вдали. Я поднял подзорную трубу и навёл её на стены. И как раз вовремя. На одной из башен я увидел короткую, едва заметную вспышку. А через мгновение часовой, стоявший там, беззвучно рухнул вниз в темноту.

«Ястребы» начали свою работу.