Проснулась я по будильнику в диком ужасе. Что точно вчера было, я не помнила, но знала, что было плохо. Сопоставляя вместе, что съела, я ощущала вкус поглощенного едкими, кислотными кусочками всплывающей непереваренной еды. След сальсы, одинокая макаронина из «спагеттиО». Живот болел снизу доверху, будто хотел выдавить здоровенную какашку, свернувшуюся внутри узлами и петлями, никак не кончающуюся. Но хуже всего была боль в середине, где ощущалась странная пустота, несмотря на всю неподдающуюся учету сожранную еду. Я растянула желудок, сделала его слишком просторным. И было ощущение, будто нужно еще поесть, вернуться к тому, что мне сделало больно, и сгладить все, что я сделала.

«Положи в меня что-нибудь, – говорил мой желудок. – Дай мне что-то успокаивающее».

Но я не могла этому подчиниться и не стала бы. У меня сейчас нет в квартире весов. В те годы, когда было слабительное, я взвешивалась десятки раз в день: каждый раз, пописав или покакав. И если это самоистязание меня чему-то научило, так это тому, что если у тебя есть весы, ты с них слезать не будешь. Но сейчас у меня было такое чувство, будто я набрала не меньше десяти фунтов. И я решила, что ближайшие три дня буду есть только протеиновые батончики и таким образом совершенно точно учту все калории.

Чувствовала я себя омерзительно. Как будто все, что я вчера съела, булькало у меня в животе и вот сейчас начинало прокладывать себе путь в разные отсеки моего тела: в бедра, в живот, в руки и плечи. Я буду выглядеть как Мириам?

Я становлюсь как девушка из замороженного йогурта: мягкая, бесформенная, расплывающаяся?

Я подумала про доктора Маджуб и пропавшую глиняную фигурку. Не верю я ни в «Тайну», ни в реализацию видения, ни в креативную визуализацию, ни в любую другую лос-анджелесскую чушь. И все-таки интересно, возможно ли, что я как-то эту женщину зацепила «Тайной»?

В этот вечер я гуглила «кукла вуду». В результате оказалась на чьей-то странице самоделок, где выставлен был ряд уродливых, похожих на пряничных человечков набивных кукол: говорилось, что сделаны вручную в Бруклине. Погуглила «еврейская кукла вуду» – и попала на статью об антисемитизме в Турции. Набрала «еврейский Франкенштейн» и прочла биографию Мела Брукса. Тогда стала гуглить «Еврейский монстр».

Голем (/’go l m/ GOH-ləm; ивр: םלוג анимированное антропоморфное существо из еврейского фольклора, созданное магическим образом из неживой материи, обычно глины или земли. Слово «голем» имеет огромное количество значений и может быть использовано как метафора того смысла, который ищет в своей жизни его создатель.

Ну, что я не искала смысл своей жизни в замороженном йогурте, вряд ли приходится сомневаться. Стала читать дальше:

Самый знаменитый голем, как считается, был создан Йехудой-Лива бен Бецалелем, пражским раввином конца шестнадцатого века. Он создал голема для защиты евреев от нападений антисемитов. Некоторые считают, что этот голем действительно существовал, другие говорят, что это символ, и означает он духовное пробуждение.

На одной картинке голем был похож на Кинг-Конга, на другой выглядел как Халк: Веселый зеленый великан[12] или Андре Гигант[13]. Не было ни одной картинки, где голем был бы похож на Мириам, или на меня, или на меня в молодости, или на вылепленную мною психоделическую женщину, или на доктора Маджуб, или хотя бы на замороженный йогурт.

Погуглив «рабби Йехуда-Лива бен Бецалель», я получила портрет. Раввин был стар, борода у него была до пола. На картинке он улыбался и выглядел симпатично.