Дорогая Алекс!
Надеюсь, вас не напугает мое письмо. Как ни странно, кроме вас мне писать некому.
Инженера раскрыли. Сейчас он в карцере, и, возможно, ему увеличат срок. Мне повезло: меня он не сдал. Когда охрана допрашивала меня, я сказал, что не воспринимал его слова всерьез, думал, все шутка. Пока что от меня отстали.
Однако дело в том, что это была моя единственная надежда.
Да, теперь я понимаю: даже если бы нам удалось выбраться, где-нибудь мы бы все равно облажались. Я не преступный гений. Точнее, я вообще не преступник. Только мне никто не верит. А во время нашей последней встречи я понял, что и вы мне не верите. Что ж, я вас не виню. Простите, если напугал. Не смог справиться с нервами.
Вы были моим единственным шансом. Если вы решите бросить дело и не привлечете к нему всеобщее внимание, я труп. Сгнию здесь, и все.
Видимо, я что-то не то сказал про ее кулон. Не знаю, что именно. Я очень хорошо помню этот кулон – ее любимый.
Я не убивал Николь. Не убивал тех других девушек. Понятия не имею, кто это сделал. Лучше бы я – так хотя бы их семьям было спокойнее.
Иногда по ночам я закрываю глаза и вижу их лица. Снимки, которые мне показывали во время суда. Совсем еще школьницы… Я не убивал их, а они все равно меня преследуют.
Когда вы получите это письмо, меня уже не будет.
Хочу, чтобы вы знали: я ценю все, что вы для меня сделали. Хотя бы попытались сделать.
Увидимся. Когда-нибудь. Там.
Искренне ваш,