– Закопать? – в ужасе переспрашиваю я.
Мэлоди молитвенно складывает ладони на груди.
– Да.
Повисает гнетущее молчание, словно ни одна из нас не готова признать очевидное. Закопать лучшую подругу. Это равносильно признанию в убийстве. Сделаем так, и я ничем не буду отличаться от Эрика Майерса и остальных убийц, выбравших весьма тривиальный, но действенный способ скрыть следы преступления – избавиться от тела.
От одной мысли об этом меня начинает подташнивать. Не хочу, не хочу закапывать тело лучшей подруги!
– Мы не можем, – говорю я.
Мэлоди кивает, глядя мне в глаза.
– Можем.
– Нет! Это отвратительно!
Я вскакиваю, не в силах спокойно обсуждать, как мы закопаем Лэйни.
– Да, – соглашается Мэлоди.
– Даже если представить на секунду… Все завалено снегом, земля промерзла. У нас и лопаты нет!
Я принимаюсь мерять шагами комнату.
– Лопата есть, – до жути спокойным голосом говорит Мэлоди. – В подвале в углу. Заметила, когда мы спускались за ружьем, – теперь она тоже встает. – А потом все здесь отмоем – я видела в кухонном шкафу хлорку.
– Рассуждаешь прямо-таки со знанием дела.
Мэлоди игнорирует мой выпад.
– У нас получится.
Я продолжаю бегать из угла в угол.
– Хорошо, предположим, мы ее закопаем. Дальше что? Будем надеяться, никто не заметит, что она пропала?
Мэлоди прислоняется к стене, словно ей тяжело стоять.
– Очевидно, придется выдумать легенду.
– Легенду? – ушам своим не верю. – С ума сошла? Я все рассказала Ноа с его мамашей! Он, вероятно, вот-вот приедет.
Мэлоди хмурится, размышляя над моими словами.
– Отнесем ее подальше в лес, чтобы никто не увидел. А ему скажем, что пошутили, – она кивает собственным мыслям. – Конечно, получится. Они не знают, что здесь произошло – что ты ее застрелила.
Я в изнеможении прислоняюсь спиной к стене рядом с ней.
– Ничего не выйдет, Мэл. Забудь.
Мэлоди пропускает мои слова мимо ушей.
– Скажем, что все это был розыгрыш. Что, по замыслу, она должна была убежать в лес, и она убежала… только не вернулась. Несчастный случай.
Повисает долгая пауза. Ее предложение до ужаса идиотское, однако должна признать – может сработать.
За окном зловеще кричат птицы.
– Алекс, помоги, я одна не справлюсь. Она тяжелая.
Мэлоди тянет Лэйни за руку, а я стою у противоположной стены, делая вид, что меня здесь нет.
– Алекс! – пыхтит Мэлоди.
Стиснув зубы, делаю шаг в их сторону, и живот сразу сводит. Вновь отступаю.
– Не могу.
– У тебя нет выбора, – Мэлоди изо всех сил продолжает тянуть тело. – Одна я не справлюсь.
Вытираю со лба испарину – меня тошнит от одной мысли о том, что мы собираемся сделать.
– Ладно, дай мне секунду.
Делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь подавить тошноту, и подхожу ближе. Руки невыносимо дрожат. Мэлоди берет меня за плечо.
– Спокойно, Алекс. Покончим с этим как можно быстрее.
Я сглатываю. В горле все пересохло.
– Нет, не могу.
– Прекращай, – уже не так мягко говорит Мэлоди. – Думаешь, она бы хотела, чтобы тебя – чтобы нас – упекли за решетку?
Трясу головой, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Прижимаю кулаки ко лбу.
– Нет, не могу, прости.
– Алекс! – Мэлоди переходит на крик, пытаясь меня вразумить. – Почти рассвело. С минуты на минуту здесь будет Ноа. Надо покончить с этим, пока никто нас не увидел!
– Ладно, – соглашаюсь я, глубоко втягивая воздух. – Хорошо, хорошо.
– Возьми другую руку, – командует Мэлоди.
Стараясь не обращать внимания на боль в животе, тянусь к руке Лэйни – и тут же отскакиваю.
– Черт! Черт! Твою мать!
Я бью кулаком по стене.
– Алекс! – одергивает меня Мэлоди. – Хватит! Ты должна мне помочь. Я не управлюсь сама. Три мушкетера – помнишь? Это именно то, чего ей хотелось бы. Клянусь!
Возвращаюсь к ним.
– Ладно, у меня получится, получится.
Протягиваю дрожащую руку и откидываю волосы с глаз Лэйни. Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения – чертова резинка ей больше никогда не понадобится. Беру ее за руку, с силой тяну на себя… и тут она резко садится, а я падаю на пол, схватившись за сердце.
– Ммм… – Лэйни виновато улыбается. – С девичником!