– Кто идет? – пропел над самым ухом гнусавый голос.

– Где-то я это уже слышал, – усмехнулся Фокдан, поднимая глаза на направленную ему в лицо из очередного пропила в стене стрелу арбалета. Снова арбалета. Да у них тут и вооружение под стать укреплениям! – Я иду, не видишь? К Тэрлу к вашему. А где пройти, не пойму – все калитки позакрывали.

– По делу что ль? – недоверчиво поинтересовались с той стороны.

– Да нет, просто прогуляться решил. Погода хорошая. Слушай, приятель, прекращай эту вашу игру в допросы. То мальчишка до меня допытывался, теперь ты еще.

Фолдит ответил не сразу. Похоже, он шепотом с кем-то советовался.

– Из леса я, – нехотя добавил Фокдан. – С заставы. Новости важные несу.

– Твои «важные новости» давеча попытались нас штурмом взять, да мы их не пустили. Ладно, двигай дальше – там стена еще местами открыта, пройдешь.

Фокдан кивнул и пошел быстрее.

Правда, фолдиты оказались еще расторопнее. Пока он терялся в догадках насчет того, что бы могла значить «открытая стена», ему навстречу из-за угла частокола вышли двое неказистых молодцев с топорами наперевес и остановились, поджидая. Позади них до самого Пограничья простиралась еще одна диковина, вид которой заставил Фокдана невольно замедлить шаг: совершенно выжженная, еще кое-где слабо дымящаяся земля, бывшая некогда полем. В воздухе еще витал запах пожара. И это при том, что совсем недавно шли дожди. Да что здесь, в конце концов, творится?

Именно этот вопрос он не постеснялся задать встречавшим. Те переглянулись и в свою очередь поинтересовались, кто он, собственно, такой. Ответ их как будто не удивил.

– Ступай за нами, – бросил старший. – Если Квалу не боишься, то можешь пригодиться.

– Я думал, вашего аола зовут Тэрлом.

Фолдиты неожиданно громко загоготали, превратившись на миг в обыкновенных простоватых пареньков, какими им и следовало быть. Топоры в руках и воинственный вид им не шли.

Тайна «открытой стены» разрешалась очень просто: подходило к концу основательное латание не менее основательной дыры в частоколе, судя по обугленным краям, тоже сгоревшему. Место черных бревен заняли новые, свежеструганные, если верить следам на земле, волоком доставленные прямиком из леса. Не хватало одного-единственного бревна, и именно через этот проем Фокдан следом за спутниками протиснулся внутрь туна. По ту сторону их поджидала добрая дюжина разгоряченных работой дровосеков, среди которых он с изумлением заметил людей, облаченных в настоящие доспехи сверов, разве что без громоздкого вооружения. Высокий щуплый фолдит сделал знак остальным, чтобы ставили последний кол, и гостеприимно протянул Фокдану руку.

– Я Струн, помощник аола.

– А я Фокдан.

– Знаю. Ты приходил к нам пару зим назад с Шиганом. Ты ведь его сын?

– Готов поспорить, что ты никогда не жаловался на память, Струн.

– Я вообще не жалуюсь. Идем, думаю, ты хотел бы в первую голову повидать Тэрла. Он ждет тебя. Может, если повезет, еще к ужину поспеешь.

– Слушай, объясни, почему у меня такое противное чувство, будто о моем приходе здесь знали еще до того, как я сам на него отважился? – За спиной снова ожила топорная дробь.

– Тэрл никогда бы не взял меня в помощники, если бы я выбалтывал первому встречному наши секреты. – Струн внимательно, хотя и украдкой, приглядывался к необычному ножу за поясом человека из Пограничья. – Тебе необязательно все знать.

– Тогда попробую догадаться сам. – Фокдан прищурился. – Неужели мальчишка? Как его там… Таффи что ли? Опередил меня, видать, прохвост!

Спорить Струн не стал. Тем более что они уже подходили к высокому терему, в котором их с отцом как почетных гостей встречали и в прошлый раз. Расположенная здесь же под раскидистой вишней беора почему-то напомнила ему о доме, которого ему так и не суждено было узнать. Неказистая, но вполне разборчивая надпись на каменной луковице свидетельствовала о том, что здесь поклоняются духу некоего Лаирта. Он собрался было поинтересоваться у провожатого, чем так знаменит этот самый Лаирт, однако ему помешал вышедший на крыльцо терема седобородый свер. Это был Лин по прозвищу Трехпалый, виггер известный своей доблестью и неувядающей с зимами силой, человек, судя по всему, вполне достойный, однако все эти качества были хороши там, в Малом Вайла’туне, а здесь… что он делает здесь, среди фолдитов, которых и он, и ему подобные всегда открыто презирали? К тому же он один из приближенных Ракли. Тэвил, он не должен меня заметить! Иначе я зря проделал весь этот путь. Неужели, спеша к друзьям, я попал в засаду?

Свер смотрел на них. Смотрел и ничего не говорил. Они не были знакомы лично, но несколько раз виделись на заставе, куда Лин наведывался в свите Локлана. Знает ли он, где сейчас должен быть Фокдан? Пошлет ли гонца к Ракли с донесением о дезертирстве? А может, мелькнула тошнотворная мысль, здесь уже нет тех, к кому спешил Фокдан? Может, теперь тут всем заправляют прихвостни из замка?

Он уже приготовился было пойти на крайнюю меру и сделать, как говорится, ноги, а там – будь что будет, когда в дверях терема появился широко улыбающийся карлик. Не замечая Лина, он махнул Фокдану рукой, приглашая подойти. На пленника он похож не был.

– Не стой, как вкопанный, если Тэрл зовет, – заметил над ухом Струн, подталкивая гостя вперед. – У нас у всех мало времени.

Фокдан невольно послушался и даже не стал уточнять, для каких именно нужд им не хватает времени. Вероятно, они ждут нового штурма, решил он и приблизился к крыльцу.

– Приветствую тебя, Фокдан, сын Шигана, да смилостивится над ним Квалу! – высокопарно произнес карлик, снизу вверх оглядывая лысого бородача. – Что бы тебя ни привело к нам, ты – желанный гость. Заходи.

Струн, посчитав поручение выполненным, собирался вернуться к отложенному на время топору и помочь товарищам восстанавливать частокол, но Тэрл сделал ему незаметный знак остаться. Это могло означать, что, несмотря на потрепанный вид новоприбывшего, разговор ожидается важным и ему лучше все видеть и слышать самому. Насмотревшись за последние дни предостаточно, Струн перестал чему-либо удивляться, нервничать и пытаться разобраться в происходящем, а потому покорно прошел следом за Фокданом в главную залу терема, где за широким столом их уже поджидала вся честная кампания, сплоченная пережитыми ужасами кровавой бойни и общими заботами короткого затишья.

Он пропустил вперед что-то бурчащего себе под нос Лина и остался стоять возле подпиравшего крышу бревна, некогда расписанного разноцветными узорами. Краска теперь местами повыгорела, а местами – облетела. Отсюда он наблюдал, как бородач, забыв всякую учтивость, горячо обнимается с поднявшимися ему навстречу Фейли и Мадлохом, которые тоже выглядели немало обрадованными, хотя и удивленными этой неожиданной встречей. Все расселись по местам. Струн был вынужден занять положенный ему стул рядом с Тэрлом, а тот, до краев наполнив чашу гостя дорогим вином из Айтен’гарда, принялся знакомить его с остальными.

– Наш тун всегда отличался гостеприимством, – заявил он, обведя собравшихся за столом мужчин хитроватым взглядом, – однако стольких гостей, сколько мы тут с вами перевидали за последние несколько дней, я что-то не припомню. При том я считаю только гостей добрых, от которых нам делалось приятно и радостно, и не считаю назойливых, вроде шеважа. – Струн присоединил свой голос к остальным, самодовольно пересмеювыщимся. – Мне остается разве что надеяться на добрую молву о нашем с вами доме, которая привлекает к нам этих достойных людей и не позволяет им нас сразу покинуть.

– Мы бы рады уйти, но обстоятельства… – пошутил Лин. Вышло, надо признать, не слишком ловко, но и его поддержали жиденькими смешками. Сказывалось всеобщее преподнятое настроение.

– Для тех, кто еще не знает, – продолжал Тэрл, указывая кончиком ножа, которым он продолжал кромсать краюху душистого хлеба, на новоприбывшего, – это сын моего доброго друга, ныне, увы, покойного Шигана. Тебе так и не удалось отыскать отца, Фокдан?

Струн привык к манере Тэрла выражаться прямо и без обиняков, однако он не мог не заметить, как неуютно от его слов сделалось гостю. В ответ тот лишь хмуро покачал бритой головой.

– Так давайте прямо сейчас помянем его в наших сердцах!

Все как один встали. Кто-то поспешил заполнить свою опустевшую чашу.

– За Шигана, твоего отца и моего друга, превосходного воина, никогда не кичившегося умением отнимать жизнь наших общих врагов! – Тэрл запрокинулся, сделал несколько глотков, громко поставил чашу на стол и сел, облизывая сладкие от вина губы. – Кстати, надо будет при случае послать монашкам из Айтен’гарда каких-нибудь гостинцев. И кто их только виноделью учил?

Тэрл изрядно навеселе, подумал Струн, но ничего, разумеется, не сказал.

– Итак, тебя зовут Фокданом, – заключил свою короткую речь Тэрл скорее вопросом, нежели утверждением.

Гость неохотно кивнул и потупился. Внимание посторонних явно смущало его.

– Рассказывай, дружище, какими судьбами тебя занесло сюда, – подбодрил товарища Фейли. – Помнится, когда мы виделись последний раз, ты собирался сопровождать армию Ракли до нашей погибшей заставы.

– Судя по твоему потрепанному виду, – добавил Мадлох, подливая ему вина, – тебя угораздило снова столкнуться с лесными дикарями.

Фокдан глянул на свои руки, почесал едва наметившийся жесткий ёжик на голове и тщетно попытался разгладить свалявшуюся бороду.

– Как оказалось, – проговорил он наконец, – дикари нынче попадаются не только лесными. Долгая получится история…

– А мы любим долгие истории, – заверил Тэрл. – Особенно с превращениями.

Фокдан пристально посмотрел на собеседника. Бросил взгляд на молчаливо перещитывающего пальцы на обеих руках седого свера из замка. Пожал могучими плечами.

– Когда мы добрались до заставы, херетога Ризи отдал своим людям приказ избавиться от меня. Я узнал об этом от того, кому была поручена работа, и решил, что в стане тех, кто почему-то считает меня предателем, мне делать нечего. Тогда я вспомнил напутствие отца на случай подобного оборота событий, и вот я здесь, надеюсь, среди друзей.

– А говоришь – долгая история. – Тэрл то ли действительно сразу смекнул, что к чему, то ли сделал вид. – Но ты прав: с некоторых пор так называемые «предатели» со всей нашей округи стекаются ко мне, неприметному карлику. Даже присутствующий здесь Лин, которого тебе, наверное, не нужно представлять, вместе со своим десятком, кажись, изменил Меген’тору.

Свер шмыгнул носом и поморщился, в очередной раз убедившись, что десятка пальцев при всем желании не набирается.

– Давай-ка я покуда познакомлю тебя с остальными, – продолжал Тэрл. – Твой приятель Фейли привел к нам Харлина, писаря, чья изба в Вайла’туне недавно тоже странным образом сгорела. – Настороженное лицо худого старика с острым носом и глубоко посаженными глазами показалось Фокдану знакомым. – А это вот Струн, мой помощник.

– Виделись, – кивнул Струн.

– Вон тот бравый парень – Нэлс – отвечает за безопасность нашего многострадального туна.

– Таким укреплениям может позавидовать любая застава, – кивнул Фокдан, рассматривая бледное, осунувшееся не то от усталости, не то от недавно пережитого горя лицо фолдита.

– Мы привыкли полагаться только на себя, – вздохнул Нэлс. – Жизнь между двух огней обязывает.

Отец был прав, подумал Фокдан. Этим людям мне не придется многое втолковывать. Похоже, они до многого дошли своим умом. Глядишь, еще мои кривые мысли и сумасшедшие догадки в правильном направлении пустят.

– А вон те добры молодцы – Пирс и Лара. Ничем выдающимся себя пока не проявили, но землю свою знают и любят и никому ни единой пяди ее отдавать не намерены. Правильно я излагаю?

Светловолосый и кучерявый подмигнул Фокдану подбитым левым глазом, а розовощекий толстяк согласно затряс жиденькой бороденкой.

Сочтя свой долг выполненным и не найдя никого, с кем бы еще стоило познакомить гостя, Тэрл снова поднял чашу, призывая всех последовать его примеру, но поотстал от остальных и незаметно поставил ее обратно на стол, так и не пригубив.

Ого, не все так просто, подумал Фокдан, украдкой наблюдая за хозяином.

Попросив Струна рассказать о том, как идут дела с восстановлением частокола, и, сделав вид, будто внимательно слушает, Тэрл наклонился к Фокдану.

– А покажи-ка мне свой ножичек, приятель. Твой?

Встретившись с Тэрлом взглядом, Фокдан отметил про себя, что хитрый карлик совершенно трезв.

– В лесу подобрал. Заварушка была. Теперь вот мой трофей.

– Забавная вещица. – Тэрл взял нож за лезвие, безошибочно угадав способ его применения, рассмотрел короткую костяную рукоятку и поспешил вернуть оружие владельцу, пока другие ни стали задавать вопросы. – В Пограничье, говоришь? Что же это за заварушка такая? С дикарями? Хочешь сказать, они теперь такие штуки в нас бросают?

– Ну, не совсем, – замялся Фокдан. – Вернее, наоборот. Этот ножик торчал в горле шеважа, труп которого я нашел в лесу. Вероятно, кто-нибудь из наших меня опередил.

– Не думаю… Слушай, надо будет побольше ведер с водой поставить на том участке. – Это уже относилось к рассказу Струна, которого Тэрл, оказывается, все это время прекрасно слышал. – И неплохо было бы усилить стражу на воротах. – Он сделал рукой жест Нэлсу, и тот быстро вышел на воздух. – Такое оружие я видел только у одного человека, но он не относится ни к шеважа, ни к нам. Мы тут все намедни были очевидцами того, как он водиночку расправился с нашими врагами. Опасный воин. Хотел бы я верить в то, что он наконец-то решил примкнуть к нам. Только это едва ли возможно…

После ухода Нэлса присутствовавшие за столом стали меняться местами, подсаживаясь друг к другу и заводя разговоры, не касавшиеся остальных. Фокдан насупился, когда рядом с ним оказался Лин. В прежней жизни они не слишком ладили.