– Мне хочется вам верить, – сказал юноша. – Меня зовут Гийс. Я сын Демвера Железного. Идемте, я вам кое-что покажу.

Они зашли обратно в избу. Гийс подвел Т’аману к дальнему углу комнаты, задернутому вышитым пологом. Молоденькая девушка попыталась его удержать. Мягко отстранив ее, юноша отодвинул полог. Прямо на полу под толстым одеялом лежал мужчина, длинные волосы которого почти по-женски обрамляли его спокойное лицо. Т’амане бросилось в глаза отсутствие бороды. Немногие мужчины, которых она знала, утруждали себя бритьем. Вероятно, незнакомец брился последний раз несколько дней назад, потому что сейчас его волевой подбородок покрывала светлая, но густая щетина. Он спал.

– Это твой отец? – спросила она.

– Разве он похож на предателя? – вопросом на вопрос ответил Гийс. – Предателей и без него хватает.

– Он хотел сделать одно очень важное дело, – согласилась Т’амана. – Что-то пошло не так, и он за это поплатился. Он сильно ранен?

– В ближайшее время мы не хотели бы его никуда перевозить, сказала подошедшая к ним женщина, которую Хейзит назвал матерью. – Он слишком слаб. Но главная опасность, на мой взгляд, миновала. Ему вовремя успели оказать первую помощь и очистили рану. Если бы началось заражение, он был бы уже мертв.

– Вы его нашли?

– Нет. Его привезла наша здешняя соседка.

– Радэлла?

– Вы знаете её?

– Я тоже оказывала ей недавно первую помощь.

– Радэлла ранена? – воскликнула в испуге прислушивавшаяся к ним девушка. У нее оказался неожиданно хрипловатый голос, как будто она простудилась, тогда как лицо было совсем детским и очень хорошеньким. – Пенни с ней?

– Не знаю, кто такая Пенни, а что касается Радэллы, то ваша соседка проявила удивительную стойкость и мужество. – Т’амана остановила себя на полуслове, сообразив, что не стоит выкладывать всех подробностей произошедшего: Кауру и его сыновьям здесь еще жить да жить. – Надеюсь, с ней все будет в порядке. Она у надежных людей.

– Послушайте. – Гийс словно спохватился. – Вы упомянули, что мой отец делал какое-то важное дело. Так вы знаете, почему он оказался здесь?

– А вы разве нет?

– За все время он не сказал больше пяти слов. Я оставил его в замке много дней назад и совершенно не предполагал, что мы тут встретимся. Ну так что же это было за дело?

Т’амана почувствовала, что завладела всеобщим вниманием. Придется ей отвечать доверием на доверие.

– Он должен был встретиться с вождями шеважа и передать им ценный дар… доспехи Дули… – Вздох неподдельного изумления. – … В знак примиренья между нашими народами.

– Но тогда это действительно предательство! – отшатнулся Гийс.

– Всё не так просто, как вам кажется, – улыбнулась Т’амана. – На самом деле мы не два народа, а один, только поделенный с незапамятных времен и подло обманутый. Ваш отец как раз и хотел положить конец этой лжи. Если называть вещи своими именами, то он совершил подвиг.

– После того, что эти дикари нам устроили? – возмутился старик. – Хорошенький подвиг! Да простят меня женщины, но мне почему-то расхотелось спасать его шкуру.

– Помолчи, Тангай! – цыкнула на него мать Хейзита. – Тут явно не всё так просто.

– Да, тут всё очень сложно! – передразнил ее дед.

– А ты сам посуди, зачем такому человеку рисковать жизнью и забираться в логово шеважа, чтобы покончить, как она говорит, с войной, если для него война – именно то, ради чего он живет? Если права она и те слухи, которые в свое время передавал мне по секрету муж, слышавший их в замке, и наши народы перестанут враждовать, Демвер первым окажется без дела. Разве не так? Вот ты, дровосек, разве стал бы ты сжигать лес, который дает тебе работу и кормит?

– Только если бы наверняка знал, что там прячутся все шеважа. Вместе с нашими, потерявшими всякую совесть военачальничками.

– Где вы его намереваетесь прятать и от кого? – не обращая внимания на перепалку, поинтересовался Гийс.

– В Вайла’туне достаточно надежных людей и мест, где ваш отец будет в безопасности, – заверила Т’амана.

– А самое надежное – здесь, – веско заметила полноватая женщина и посмотрела на хозяина избы, ища поддержку.

– Но она же сказала, что его тут у нас видели, – напомнила хорошенькая девушка. – Теперь к нам наверняка понаедут люди из замка.

– Тот человек, который его действительно видел и привел нас сюда, – сказала Т’амана, – крепко связан и больше никому ничего не расскажет.

– Вы поймали Симу? – изумился Гийс.

– Лежит с кляпом во рту в избе Каура.

– Жалко я его тогда в доме не добил, – цыкнул дед и полез пальцем в рот ковыряться в зубах.

– Это очень хорошо, – продолжал Гийс. – Теперь у нас на всякий случай есть заложник.

– Хорошего мало, – напомнил о себе брегон. – Если он предупредил своих о том, куда направляется, скоро у нас тут будет десятка два мергов.

– Если Каур теперь на нашей стороне, – прищурился дед, – будем их бить, как и раньше били. Нечего им сюда соваться.

К счастью, брегон, похоже, уже настолько к нему привык, что перестал обращать внимание на постоянные выпады. Т’амана присела на корточки и потрогала шею спящего. Пульс бьется ровно, жар есть, но небольшой. Что же делать? Единственный приемлемый выход – ждать ночи и пробовать повстречать во сне Ахима, чтобы посоветоваться. Вообще-то в душе она соглашалась с тем, что здесь, вдали от всех, место для сокрытия неплохое. Если только не пожалуют непрошенные гости. Спрашивать Симу бесполезно. Она уже попыталась с ним поговорить, вынула кляп, дала воды, но в ответ столкнулась с таким ледяным презреньем, что плюнула и сама отправилась на поиски. Которые по чистому совпадению увенчались успехом. Если Сима и заговорит, то непременно будет врать и, скорее всего, что никому ничего не сообщал заранее, поскольку в его интересах, чтобы сюда нагрянула подмога из замка да побыстрее. И схорониться толком не получится: если только ночью не повалит снег, следы телеги любого наблюдательного мерга приведут точно на двор Каура.

– А больше у вас тут поблизости негде спрятаться? – спросила она, обращаясь к матери Хейзита.

– За холмом, почти у самого Пограничья, есть заброшенная изба с хозяйством. Его там, собственно, и нашли. Но я считаю, что там гораздо опаснее. Место заброшенное, неизвестно, кто туда наведывается, может, даже шеважа. Там ни еды, ничего нету. Мы там были. А тут хоть подвал есть. Да и подозрений меньше. А людей наоборот, больше. Так что если у вас нет лучших предложений, я бы настаивала на том, чтобы лишний раз не рыпаться, а остаться пока здесь. Если только этот Каур вас не гонит.

– Ну, до утра нам точно тут заночевать придется. – Т’амана накинула капюшон и всем своим видом показала, что не намерена дольше злоупотреблять всеобщим вниманием. – Ладно, пойду к своим. Спокойной ночи.

Когда она вышла на крыльцо, Хейзит всё еще разговаривал с Исли. Было похоже, что толстяк знает теперь не меньше её.

– Видела? – спросил он.

– Да. Спит. Трогать пока не имеет смысла. До утра подождем, а там посмотрим. Твоя мать, Хейзит, предлагает оставить раненого здесь, мол, тут удобнее прятаться.

– Мы сами тут прячемся, – грустно улыбнулся юноша. – Так что одним больше, одним меньше – невелика разница.

– Есть вероятность, что сюда прискачут мерги. Тебе Исли уже сказал, кого мы взяли по дороге в плен?

– Да, этот Сима уже бывал тут.

– В том-то и беда. Никто не знает, может, он предупредил своих, сказал, куда едет, и если скоро не вернется, они пошлют на его поиски.

– В таком случае очень странно, что его послали в одиночестве.

– С ними тогда было пятеро. Теперь трое снова на нашей стороне, а двое лежат вон там. – Она указала на густой ковер из валежника.

– Исли мне поведал о ваших злоключениях. Если что нужно, Т’амана, можете рассчитывать и на нас.

Она внимательно посмотрела на юношу и дружески коснулась его плеча. Людей она видела и понимала хорошо. Что мать, что сын – эта семья вызывала у нее чувство приязни и доверия. Признаться, когда она раньше слышала имя Хейзита в связи с замком и изобретением глиняных камней, он представлялся ей несколько иным – важным и неприветливым. Что ж, в таких случаях всегда приятно ошибиться.

– Пойду спать, – сказала она. – Что-то я вымоталась. Потом заступлю в караул. Вы тут тоже будьте наготове, пусть кто-нибудь постоянно дежурит. Мало ли что. Раненого я бы на вашем месте сразу перенесла в подвал, если там более или менее тепло. Да и свежий воздух ему будет на пользу.

– Я тоже скоро вернусь, – пообещал Исли. – Готов караулить первым.

– Я попрошу Атмара, разговаривайте.

Атмар не имел ничего против покоротать наступающую ночь на страже покоя друзей, однако, воспользовавшись возможностью, намекнул Т’амане, что они с сыном не смогут задержаться здесь надолго.

– У меня несколько заказов, которые мы должны выполнить за ближайшие два дня. Если я завтра не вернусь, мы точно не успеем.

– Хорошо, завтра вы по любому отправитесь домой. Исли вас подвезет.

– Исли нужнее здесь. Сами дойдем, не растаем.

Когда она укладывалась спать на выделенной ей Кауром широкой лавке, в голову ей пришла еще одна тревожная мысль. Ведь для замка пропал не только Демвер, а теперь еще и Сима. Для замка пропал целый отряд мергов, из которого уцелел один брегон. Их ведь тоже станут искать. Она не очень хорошо была знакома с тамошними порядками, но предполагала, что виггеры всегда либо действуют строго по приказу, либо четко докладывают о своих предполагаемых действиях. Кому следует, наверняка знали, куда направляется десяток. Завтра гостей может оказаться в два, а то и в три раза больше, нежели она опасалась изначально. Добром это всё не кончится.

Усталость не сразу, но взяла верх над переживаниями, и Т’амана заснула, постаравшись настроиться на выход в Навь. Твердая лавка немало тому способствовала.

– Получилось? – услышала она близко-близко знакомый голос и только потом увидела Ахима, который сидел на поваленном дереве, не доставая ногами до земли, настолько толстым был ствол.

В Нави стояло лето. Раньше Т’амана встречала там и снег, и дождь, и немилосердную жару, но со временем научилась управлять природой, настраивая под свой вкус. Нежаркое лето с ветерком и голубым небом, усыпанным барашками белых облаков – вот что она предпочитала.

– Конечно, получилось. Только, боюсь, мы тут сами оказались в западне. Хотела посоветоваться.

– Посоветуйся.

– Торп отдаленный. Четыре избы. Люди живут свои, простые. С ними беды никакой. Встретили строителя Хейзита с матерью и остальными, кто бежал из Вайла’туна, если слышал.

– Слышал. Хорошая новость.

– Демвер ранен серьезно, однако дела его не так плохи, как могли быть. Готова завтра попробовать перевезти его, куда скажешь, хотя можно и здесь оставить.

– А почему ты сказала «в западне»?

– Нас привел сюда Сима. Знаешь такого?

– Дальше. – Ахим соскочил с дерева.

– Как привел нас, так может привести и других.

– Вы его упустили?

– Нет. Лежит недалеко от меня связанный и с кляпом.

– Очень хорошо!

– Ты мог бы узнать, успел он кого-нибудь предупредить, куда направляется? Боюсь, по его следам могут пойти, и тогда без новой драки не обойдется.

– Насколько мне уже известно, он сообщил лишь то, что видел Демвера где-то на окраине Вайла’туна. Томлин осерчал и послал его немедленно на поиски. Они слишком торопились, чтобы принять нужные меры предосторожности. Как я понимаю, Сима понадеялся на своих троих провожатых. Ты их видела?

– Как тебя сейчас. Один из них оказался таудом. Сима им управлял. Удалось снять зависимость. Сейчас я сплю у него дома.

– Неплохо, совсем не плохо! Я боялся их больше всего. Хорошо, что встретиться с ними выпало тебе. Другим бы не удалось справиться с таудом.

– Да, ребята серьезные. Десяток мергов по пути уложили. И с этим связано мое второе опасение. Их ведь тоже просто так не оставят. Мергов хватятся и начнут искать. Их брегон, единственный из уцелевших, тоже здесь. Явно нервничает. Мы его людей привезли, чтобы при случае похоронить, ему, разумеется, пока не показывали, но кто его знает, как он отреагирует. Я бы на его месте устроила громкую разборку с рукоприкладством. Это я к тому, что если следом за ним к нам придут другие виггеры, то накроют и Демвера, и Хейзита, и Симу, и всех нас. Сейчас нам очень повезло, я считаю, но дела могут в два счета повернуться совсем не в нашу сторону.

– Вижу…

– Скажи, что нам делать?

– Сегодня мне доставили украденные Демвером доспехи, – вместо ответа сказал Ахим. – Теперь его, во всяком случае, не смогут обвинить в измене.

– Шеважа передали?

– Они умеют держать слово, если захотят.

– Я поражена.

– Напрасно. И у нас, и у них есть разные люди.

– Ну, так и что же нам делать? – напомнила она.

– Доставь Демвера ко мне.

– К тебе? Ты будешь прятать его у себя в сторожке? Под самым носом у его злейших врагов?

– Нет, ты привезешь его в мой торп, где о нем будет кому позаботиться. Думаю, те, кто сейчас с тобой, уже рвутся домой.

– Да, ты угадал.

– Просто немногим досуг проводить дни и ночи вдали от дома и от насущных дел. Если только ты не в бегах и не бывшая гардиана.

Т’амана не стала обижаться, видя на лице Ахима улыбку.

– Утром отправляйтесь в обратный путь. Сделаете небольшой крюк, и ближе к вечеру все будут на местах, как будто никуда не уезжали.

– Но я не знаю, где живет твоя родня.

– А я подготовился. Вот, смотри, нарисовал простенькую карту Вайла’туна. Сможешь показать, где ты сейчас?

Это была даже не карта, а примитивный план, весьма далекий от истинных размеров и расстояний, начертанный углем на двух сложенных рядом дощечках, словно в Нави не нашлось ничего более приличного для столь важной задачи. Некоторые действия Ахима и раньше удивляли Т’аману, но она всегда сдерживала свои замечания при себе. Ахим мог неправильно ее понять и обидеться.