Над западным Космоцентром занималась заря, наполняя джунгли многоголосьем лесных обитателей. Начинался обычный тропический день. Он обещал быть по-летнему ясным, и жители джунглей каждый по-своему встречал восход солнца. Многочисленные птицы, соперничающие в раскраске с тропическими цветами, озабоченно суетились возле гнезд, кормя прожорливых птенцов. Стайка белогрудых обезьян закончила свой фруктовый завтрак и, умостившись на ветках среднего яруса, занялась излюбленным груммингом, выискивая в шерсти соседей вкусных насекомых. На какой-то момент их всполошила скользнувшая внизу пятнистая тень, но убедившись, что хищник ушел, они вновь успокоились, вернувшись к прерванном занятию.

Обычная жизнь дикого тропического леса. Слаженная и гармоничная, несмотря на скрытые в ней опасности.

Но вот над этой идиллией дикой природы скользнула огромная тень, мгновенно оборвав все голоса. Перепуганные обезьяны сгрудились в кучу, посмотрели круглыми глазками на потемневшее небо и без единого звука (что было удивительно для этих болтушек) цепочкой скользнули вниз. Замолкли птицы, бесследно растворившись среди листвы. И даже голодный леопард, потянув носом воздух, внезапно съежился, ощетинив бархатную шерсть, а затем бесшумной тенью устремился во мрак густого сплетения кустарника. От недавнего многоголосого гомона не осталось и следа. Джунгли погрузились в тревожное молчание, какое бывает перед бурей.

И эта «буря» не замедлила разразиться.

В наступившей тишине прогремел глухой раскат, возвещая о приближающейся грозе. Из центра клубившихся в стремительном хороводе свинцовых туч взметнулась вниз яркая молния. Она угодила в полуистлевшую хижину и исчезла под поросшей мхом тростниковой крышей. В проеме поваленных дверей мелькнул беловатый отсвет, разогнав тьму помещения. В хижине материализовался эфемерный человеческий силуэт без лица, который заставил мохнатых пауков, охранявших мертвый покой мрачного жилища, испуганно забиться в свои темные углы. Призрак приблизился к мерцавшей неярким светом странной маске, медленно протянул к ней полупрозрачную ладонь. Секундная пауза. Маска искрящимся вихрем впиталась поверхностью руки пришельца, волной озарив весь его силуэт. Плавно призрак приобрел четкие контуры и материализовался в человека, вполне схожего на землянина. Однако не совсем: его отличал странный средневековый костюм темного искрящегося цвета и пылавшие серебром холодные глазницы. Пришелец глубоко вздохнул, точно очнувшись от сна, неторопливо осмотрелся и темным вихрем взметнулся ввысь, бесследно растворяя в искрящемся мареве все следы хижины. Она выполнила свою функцию информационного накопителя и уже была не нужна.

Черный вихрь достиг свинцовых туч, низвергнувших на джунгли сильный ливень. Там странная аномалия сформировалась в светящийся серовато-белый сгусток, ярким пятном выделившись на фоне всеобщего хаоса грозы. Вернувшись из небытия, Высшее существо вновь обрело свою силу, мгновенно адаптируясь к любой среде, будь то земная атмосфера, космический вакуум, гиперпространство или Эфемерный мир. Одновременно со всеми функциями энергетического организма, быстро восстановилась и память пережитых световых веков. В частности, последние мгновенья сознательности и светящийся голубой энергосгусток. Незначительная коррекция памяти — лазурная сфера приняла облик молодого рэдрозианина.

Арроу.

Сероватый сгусток остановился над легким фиолетовым энергокуполом защитного экрана, под которым был скрыт фантастический дворец. А в следующее мгновенье рэдрозианский особняк поразила белая молния, в мощном взрыве уничтожив виллу «Рэдроз».

После чего Высшее существо покинуло Землю, оставив истерзанные бурей джунгли и огромный кратер на месте прекрасного строения.

***

Во мраке звездного безмолвия, чуть в стороне от транспортных путей, безвольно скользил, подчиняясь законам гравитации, огромный арсарнарсианский звездолет. В своей форме он напоминал контуры птицы с полураскрытыми крыльями, как у сокола во время атаки. На переливчатом темном корпусе, с текстурной имитацией то ли перьев, то ли чешуи, зловеще вырисовывались бойницы корабельных пушек. Космическая птица была столь же грозным «хищником», как и ее биологический прототип в мире планет. Но сейчас, казалось, она тихо дремала, медленно дрейфуя среди звезд. Впрочем, несмотря на внешнюю безлюдность, жизнь в недрах корабля текла обычным чередом, хотя чем-то и походила на космическое безмолвие.

В полной тишине Лаурез миновал освещенный умеренным светом длинный коридор верхнего уровня, подошел к шестигранным дверям капитанских апартаментов и нажал на кнопку звонка.

Ответа не последовало.

Лаурез повторил прием, затем еще раз. Двери по-прежнему оставались закрыты, хотя старший помощник знал, что капитан сейчас в своей каюте. Лаурез неодобрительно покачал головой, вздохнул и, достав из кармана серебристый кружок, вставил его в индификатор замка. Двери с тихо раскрылись, пропуская старпома в полумрак комнаты, которую озарял только тусклый свет звезд, струившийся через огромный иллюминатор во всю стену.

— Опять сидишь в темноте, — укоризненно заметил старший помощник застывшему в высоком кресле капитану. — После того, как ты ввязался в эту авантюру…

— Лаурез, не начинай, — остановил его Лайт, при этом, даже не обернувшись к другу.

Старший помощник включил свет и подошел к капитану. Заглянув ему в лицо, он снова произнес:

— Но так не может больше продолжаться. С того момента, как ты вернулся на борт корабля, вот уже более двух суток ты не выходишь из своей каюты.

— Разве тебе в чем-то нужна моя помощь? — равнодушно спросил Лайт.

— Нет. Но, мне кажется, тебе нужна…

— Ты ошибаешься, — оборвал его Рик.

— Ты в этом уверен?

Лайт не ответил, и Лаурез, посмотрев капитану в лицо, спросил:

— Рилайэри, что произошло? Поделись со мной, ведь мы всегда были друзьями…

— Лаурез, я сейчас не склонен к откровениям, — возразил Рик, глядя на раскинувшийся за экраном звездный пейзаж.

— Это все из-за той девчонки? — спросил старпом.

Лайт бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал.

— Не могу поверить, чтобы ты мог привязаться к женщине, да еще землянке, — заметил Лаурез. — Для арсарнарсианина — это недопустимо.

— Я и сам в это не мог поверить… — задумчиво-тихо вздохнул Рик.

— Все так серьезно?

— Не знаю. — Лайт поднялся с кресла и подошел к экрану. — Я ощущаю в ней нечто… совсем не свойственное ни для одного живого существа.

— Но она же землянка, — вновь возразил Лаурез. — Я уже не говорю, что она не твоего звездного знака. Она вообще относится к другому биологическому виду, не совместимому с нами. Конечно, не спорю, землянки могут быть вполне красивыми и эффектными. Я даже ценю ум многих из них…

— Которые так легко могут обвести вокруг пальца, прикинувшись бравым мальчишкой, — не без горькой иронии заметил Рик.

— Согласен. Милена необыкновенная, но… для арсарнарсианина в спутницы жизни она никак не может подойти. Повторяю: она — уроженка Земли. У нас разные понятия взаимоотношений.

— Да, я знаю, — согласился Рик и, глубоко вздохнул. — Поэтому я должен ее забыть.

— Разумная мысль.

— Но прежде, — снова произнес Лайт, — я хочу убедиться, что она благополучно устроила свою жизнь.

— Ну что ж, ты можешь обеспечить ей будущее при помощи наших связей и финансовой поддержки.

— Я уже оформил в Земном филиале счет на ее имя.

— Ну вот и хорошо. Что тебе еще нужно?

— Я хочу знать, что с ней все в порядке…

— Наши агенты будут присматривать за ней, — опередил мысли друга Лаурез. — Один космолет уже послан на Землю, чтобы собрать данные о той иногалактической вилле, про которую ты говорил. А заодно…

— Они не проникнут на ее территорию, — возразил Рик. — Защитное поле соответствует определенному коду биоизлучения.

— Но ты же проник…

Их разговор был прерван внезапным сигналом дверей. Рик дал разрешение войти. На пороге появился сначала Редор, сообщивший о прибытии разведчиков с Земли, а затем вслед за ним в комнату вошел коренастый арсарнарсианин средних лет с дымчатой прической коротких волос и светло-фиолетовыми глазами.

— Собрали информацию об объекте, Заори? — первым спросил Лаурез.

— Да, то есть… нет, — неуверенно ответил командир разведгруппы.

— Что это значит? — Лаурез нахмурился, а в глазах Лайта промелькнуло беспокойство.

Он приблизился к Заори и, глядя ему в лицо, внезапно спросил:

— Что с виллой?

— Она… ее нет. Если она и существовала раньше, то теперь на ее месте большой кратер, — ответил разведчик.

— Ее нет… — Лай казался ошарашенным. — А девушка? — снова спросил он. — Вы не видели там девушки-землянки?

— В том районе сейчас много землян и экспертов с других планет Альянса. Вероятно, там недавно что-то произошло. Какая-то катастрофа. Весь район отцеплен космополицией.

Лайт на минуту задумался, а потом решительно произнес:

— Я должен сам все увидеть.

— Нет, Рилайэри, — возразил Лаурез. — Это рискованно, да и ни к чему…

— Я должен узнать, что там произошло. Лично узнать.

— Но… — Лаурез замолчал, встретив взгляд капитана, и отрицательно покачал головой. — Ты не найдешь ее там.

Лайт ничего не ответил. Он отвернулся и направился к двери.

— Рилайэри, подожди, — остановил его Лаурез. — Я полечу с тобой.

— Нет, — возразил Рик. — Оставайся на корабле.

— На корабле будет Элиро. Я полечу с тобой, — упрямо возразил старпом.

Рик снова не ответил, выйдя из каюты. Лаурез на ходу дал распоряжение для своего заместителя и последовал за капитаном.

Они спустились в док, где среди арсарнарсианских единиц боевой техники стоял рэдрозианский космолет, похожий на обтекаемую серебристо-серую то ли каплю, то ли раковину.

— Ты собираешься лететь на этой машине? — спросил Лаурез, видя, что Лайт уверенно направился к чужеродному летающему объекту.

— Это самый подходящий транспорт для предстоящего полета, — ответил Рик.

Лаурез с сомнением покачал головой, однако смело вошел в салон следом за своим капитаном. После того, как Лайт вернулся на «Бетельгейзе», старпому еще не доводилось бывать внутри этого летающего аппарата. Лаурез с профессионализмом окинул взглядом освещенный голубоватым светом салон, стены которого были испещрены загадочными узорными символами.

— Хватит глазеть, ты не в музее. Садись быстрее в кресло, — отвлек его Рик, ловкими движениями нажимая фигурные кнопки.

— Ты уверен, что хорошо ознакомился с этой техникой? — с сомнением спросил Лаурез, с опаской садясь в подвижное кресло.

— Так же хорошо, как и предыдущий хозяин этой машины, — ответил Лайт, переключая управление на ручное.

— А кому космолет раньше принадлежал? — поинтересовался Лаурез. — Ты так и не сказал, кто был хозяином той виллы на Земле.

— Агент космополиции Альянса «Неуязвимый», — ответил Рик.

— Что-то знакомое…

— Земная легенда. Но все здесь слишком туманно. — Меняя тему, Лайт приказал по радиофону открыть шлюз.

«Альфар» пришел в движение и на возрастающей скорости выскользнул в открытый космос. Затем пилотов сковали ремни безопасности, а когда прозрачные шлемы вновь исчезли, освобождая арсарнарсиан, перед космолетом простирался голубой диск неизвестной планеты.

— Где это мы? — спросил Лаурез.

— В Солнечной системе, — ответил Рик, направляя космолет в атмосферу.

Лаурез взглянул на часы.

— Ничего себе! Выше нормы. Я бы сказал, более чем выше.

Рик только криво усмехнулся, но ничего не ответил, продолжая следить за полетом «Альфара».

Над Космоцентром едва начинало светать. В быстро таявших предрассветных сумерках уже звучали голоса просыпавшихся джунглей. Но в том районе, где когда-то возвышалась рэдрозианская вилла, а теперь на километр кольцом чернел выжженный лес, царила мертвая тишина. Лишь монотонный шум прибоя вносил оживление в унылый пейзаж.

Колючая проволока, электронные заграждения и предостерегающие надписи на прямоугольных табличках не вызывали никакого желания прогуляться по запретной территории. Сейчас в это раннее время, кроме роботов-охранников, здесь никого не было. Ни одна электронная система не зафиксировала постороннего присутствия, когда невидимый «Альфар» проскользнул на территорию заграждения и опустился на краю обширного кратера.

— Ничего себе погром, — озадаченно заметил Лаурез. — Такое ощущение, что здесь метеорит упал.

Рик ничего не ответил, замкнувшись в себе, только в его лиловых лазах застыло недоверие и тревога. Не в силах понять, что же здесь произошло, он приказал «Альфару» сделать анализ окружающей среды.

Ответ последовал через считанные секунды. За исключением полного отсутствия любых форм жизни, на данном участке не было отмечено ни малейших аномальных отклонений. Состав атмосферы, грунтов и даже прибрежной морской воды был в норме. Радиационный фон тоже не превышал положенных критериев. Однако о том, что здесь когда-то стояла вилла, не было и тени намека. Участок выглядел еще менее обитаем, чем поверхность Луны три века назад.

Рик в недоумении нахмурился, ощущая возраставшее в душе беспокойство.

— Что же здесь произошло? — Лайт посмотрел вглубь кратера. — Не могла же вилла сама…

— Может быть на ней что-то спровоцировало взрыв? — предположил Лаурез. — Какое-нибудь взрывчатое вещество…

— Там был цейхгауз с оружием, — размышлял Рик. — Но если б по каким-то причинам оно взорвалось, то остались бы следы…

— А если что-то сверхмощное? Такое же уникальное, как этот космолет, — заметил Лаурез.

— Не знаю… «Альфар», какое твое мнение? — внезапно спросил Рик, что вызвало удивление старпома. — Что могло здесь случиться?

— Совмещая все результаты анализов, можно сказать, что здесь произошла полная аннигиляция направленного действия на атомарном уровне, — ответил компьютер.

— Аннигиляция? — с сомнением спросил Лайт. — Без повышения уровня радиации?

— Вариант возможен, но не в силах простых смертных, — сказал «Альфар» и добавил: — Виллу «Рэдроз» уничтожила Высшая энергосубстанция.

Капитан и старпом переглянулись.

— Высшая энергосубстанция? — с сомнением спросил Лаурез и добавил, обращаясь к Лайту: — Где ты раздобыл этот заумный космолет?

— На вилле, существование которой теперь вряд ли можно доказать, — ответил Рик. Он снова посмотрел на дно кратера, где вместо инопланетного строения появилось небольшое озерцо. — Вот только я точно знаю, что она существовала. Я покинул ее незадолго до катастрофы и там… я оставил Милену… — Лицо Лайта переменилось, в его глазах промелькнула боль. — Я сказал ей, чтобы она оставалась на вилле…

— Ну, если ты ей сказал… то она могла и не послушаться. Она упрямая девчонка, — попытался успокоить друга Лаурез.

— Сомневаюсь, что она успела уехать. К тому же, Милена сама не прочь была там задержаться… — Рик сокрушенно вздохнул. — Я должен был увезти ее.

Лаурез минуту молчал, не смея нарушить воцарившуюся тишину, а затем наконец сказал:

— В том, что произошло, нет твоей вины, Рилайэри. Случившегося не исправить. И здесь ничего не поделаешь, это не в наших силах…

— Тебе нужно было стать жрецом на Арсарнарсе, — не очень-то любезно ответил Рик. Он ощущал на сердце тяжесть, и собственная беспомощность начинала его раздражать. Лайт посмотрел куда-то вдаль, где у горизонта медленно рассеивались белесые облака. — Этого не должно было произойти. Милена... Она же ни в чем не виновата.

— Значит, такова судьба…

— Я не верю в судьбу и ее предопределенность!

— Не говори так, — возразил старпом. — Ты же арсарнарсианин и должен знать, что наши судьбы во власти Высших…

— Религиозные предрассудки, — небрежным тоном бросил Рик.

«Не пришлось бы тебе убедиться в обратном», — внезапно услышал Лайт в своем сознании. Он бросил настороженный взгляд на старпома, однако тот, с угрюмым видом молча взирал на экран.

— Ладно, — решил Рик, тоже посмотрев на безжизненный кратер. — Здесь нам больше делать нечего. Возвращаемся на «Бетельгейзе».

И «Альфар» лег на новый курс, невидимым порывом ветра взметнув розоватый песок.