Таренорес вошел в лабораторию, где в этот момент, в обществе троих ученых-ассистентов, находился профессор Сэнвит.

— К трансформации все готово? — спросил жрец.

Сэнвит кивнул, опустив последний рычаг.

— Считаю, можно уже попробовать. В случае непредвиденных осложнений, вторая оболочка задержит энергосубстанцию, а дублирующая система не даст ей выйти наружу.

Таренорес согласно опустил голову. Теперь Иксванзета может выпустить только он сам или Арроу, а значит — никто.

— Хорошо. Процесс начнем с утра. Нужно дождаться шерата Актиара.

— Арроу-Эра?

— Да. Он намерен присутствовать при утилизации. Тем более что это — его право, — сказал Таре-норес.

Слова жреца напомнили профессору о давно волновавшем его вопросе.

— Эта война... Она так внезапно закончилась, — начал Сэнвит. — Никто из рэдрозиан так и не понял, что принесло нам победу. Неожиданную победу. И о работе нашей станции никто не знает. По правде говоря, я и сам не пойму, что же здесь на самом деле происходит. — Ученый внимательно по-смотрел в молодое спокойное лицо Таренореса.

Жрец перевел взгляд на Сэнвита, и профессор увидел в его потемневших зрачках отражение минувших веков.

— Что именно вас интересует, профессор? — спросил О-Таро.

— Что за негативная энергия находится в контейнере, которую мы должны утилизировать?

«Это — энергия центрального сгустка Иксванзета, — путем телепатии ответил жрец, чтобы кроме профессора его никто не слышал. — Однако, — поспешил он добавить, — об этом никому не следует знать. Даже здесь, на станции».

Профессор невольно перевел взгляд на огромный контейнер из композитного сплава, а потом снова посмотрел на Таренореса.

«Так значит мифы — реальность»?

Жрец кивнул.

«А Омиро и все остальные»?

О-Таро в ответ только повторно опустил голову.

Сэнвит больше ни о чем не стал спрашивать. Он прожил долгую жизнь, строго следуя установленным принципам и нормам, и вот теперь вынужден был менять свое мировоззрение, считая мифы древности реальными фактами. Однако рэдрозиане привыкли ничему не удивляться, воспринимая мир таким, каков он есть. Что ж, теперь Сэнвит знает, что Высшие существуют, а значит, как для ученого, у него появилось новое поле деятельности.

— Сейчас наша главная забота, — заключил Таренорес вслух, — оградить Рэдроз от беды.

***

Рианн разбудил тревожный сон. Как и раньше, видению предшествовал густой туман. Один за другим в белесой пелене проплывали мутные силуэты и бесформенные тени, оставляя после себя тревожное чувство опасности. Оно постепенно возрастало, объединяя обрывочные эпизоды в зловещий образ членистоногого монстра. Мрачные лапы дымным шлейфом поползли во все стороны, захватывая в плен голубую планету. Рианн не могла различить деталей, но знала, что это был не Рэдроз. Вдруг девушку подхватил сильный ураган, закружив ее в стремительном танце смерти. Он потянул Рианн за собой в разверзшуюся черную бездну, где фосфорически горели двенадцать красных огоньков...

Девушка закричала, не в силах противиться мощному смерчу, и резко проснулась, спохватившись с кровати. Тьма не исчезла, но теперь это был легкий полумрак окутанной рэдрозианской ночью спальни во дворце шерата Актиара.

На крик Рианн из соседней комнаты появился Арроу. Он как раз около получаса назад вернулся с Гароса и собирался вздремнуть, когда уловил тревожный сигнал. Увидев мужа, Рианн соскочила с кровати и как испуганный ребенок бросилась к АРЭС-Альтауэту, спрятав лицо у него на груди.

— Ночной кошмар, — наконец смогла произнести девушка. — Он снова ко мне вернулся.

— Успокойся, мой ангел. — Арроу ласково провел рукой по ее распущенным золотистым волосам. — Это был всего лишь сон.

— Нет. — Рианн, отрицательно покачала головой. — Он был слишком реален.

Арроу приподнял пальцами ее лицо и заглянул в затуманенные серебристо-зеленые глаза, в уголках которых затаился страх.

— Но это невозможно, — возразил он. — Иксванзет в энергоизоляторе на Гаросе и надежно охраняется. К тому же, с завтрашнего дня Сэнвит и Таренорес начнут процесс переработки его энергии. Вскоре он полностью перестанет существовать.

— А если кто-то откроет контейнер?.. — не успокаивалась Рианн.

— Во-первых: нужно знать код. А во-вторых: открыть энергоизолятор просто некому.

Арроу поднял девушку на руки и перенес ее на кровать.

— Спи спокойно. Все тени остались в прошлом.

Но едва Арроу направился к выходу, Рианн неожиданным жестом его удержала:

— Нет. Не уходи...

Она никогда не была трусихой, даже если ей и в самом деле становилось страшно. А для альтауэта так вообще понятие страха фактически не существовало. Но сейчас предчувствие неминуемой беды буквально накрывало сознание Рианн. Ей до сих пор казалось, что она улавливает прикосновение мерзких волосков членистых лап и удушливый запах озона. Не ароматные ноты, ощущаемые после грозы, и даже не более насыщенный фон при перевоплощении в плазмоформу, а одурманивающий до тошноты, с едким оттенком особой примеси. Такой, как Рианн слышала в зале генераторов защитного поля в Изаре. Такой, каким было пропитано эфемерное пространство возле Иксандора.

Эти чувства оказались настолько реальными, что сводили с ума от безнадежности и безотчетной паники. И именно их увидел Арроу в широко распахнутых серебристо-зеленых глазах.

— Что ты, милая, все хорошо. Не волнуйся, это всего лишь отголоски памяти. — Чтобы успокоить жену, рэдрозианин легко поцеловал ее в лоб, спустился к векам, щеке и нерешительно приостановился у манящих губ. Рианн ощутила пробежавшую по коже легкую наэлектризованность от столь близкого расположения Арроу. Поддавшись импульсу, девушка первая прикоснулась к его устам. АРЭС-Альтауэт мгновенно подхватил инициативу жены, увлекая ее в долгий вязкий поцелуй. Их силуэты вспыхнули призрачной люминесценсией, как и тогда, в первый раз в городе вождя Арна на Эбе. Чуть отстранившись, рэдрозианин медленно перевел дыхание, улавливая магнетическую терпкость чарующего послевкусия. Арроу снова заглянул в волнительно блестящие глаза жены. В них больше не было тревоги, а отразившиеся беспорядочные мысли могли ошеломить любого. АРЭС-Альтауэт мягко улыбнулся, помимо воли погружаясь в эту сладкую бездну.

Хоть они уже несколько дней состояли в семейном союзе, но близости между ними так ещё и не произошло. С одной стороны, Арроу был слишком занят работой на Гаросе, а с другой — (как ни странно) этому мешала система АРЭС. Впрочем, как и ЭЛДЖЕЙ. Конечно, Таренорес заверил в несгораемости имплантов при энергосвязи, но опасения все же оставались. Это как с первым испытанием атомной бомбы — вспыхнет вся атмосфера от цепной реакции или нет. Любая теория без практического подтверждения не может считаться стопроцентной правдой. Однако сейчас искушение оказалось настолько сильным, что...

Арроу вновь неторопливо склонился к лицу Рианн. Он уловил, как участился пульс девушки, гулким камертоном отозвавшись в его собственном сердце. Однако, когда рэдрозианин собирался повторно поцеловать жену, Рианн неожиданно его удержала. Арроу вопросительно посмотрел в глаза возлюбленной, легко считывая ее горячие желания.

— Что-то не так? — тихо спросил он.

— Ты точно знаешь, что... наши импланты не сгорят?

На губах Арроу промелькнула дерзкая улыбка, жарким эхом отозвавшись в груди девушки.

— Разве наша любовь не стоит риска? — задал он провокационный вопрос и мягко добавил: — Все будет хорошо, моя нежная шери.

Его руки вкрадчиво скользнули по телу Рианн, вынуждая девушку опуститься на подушки. Арроу склонился следом за ней, нависнув сверху. Взгляд рэдрозианина на мгновенье задержался на соблазнительных устах жены, магнетическим ветерком обвеял ее обнаженную шею, а затем Арроу не торопясь прикоснулся губами к сияющему над вырезом ночной рубашки камню Эрио Рианн. Девушка прерывисто вздохнула, ощущая, как от этого легкого прикосновения в ее душе произошел мощный эмоциональный всплеск, волной пробежав по всему телу. Сознание тут же поплыло в сладком тумане. Арроу заглянул в преображенное лицо жены и, точно выполняя таинственный ритуал, уверенно склонился к ее губам.

Ошеломленная девушка как птица крыльями взмахнула длинными ресницами и томно прикрыла веки, бессознательно растворяясь в стремительно разгоравшемся жарком огне. Она снова ощутила удивительное чувство, будто ее тело таяло, расплавляясь в огненную плазму. Где-то на периферии сознания Рианн ещё успела осознать, что их тела по мимо воли трансформировались в энергосимвол, а дальше все исчезло в ослепительном сиянии. И не было больше ни пространства, ни времени, лишь только упоительная близость родственной души.

Подобно краскам на палитре художника, плазменные тела смешались воедино и, под воздействием загадочных сил, соединились в удивительно устойчивую атомарную структуру абсолютно нового вида материи.

В это же время в пространстве актиарского дворца материализовалось два светящихся энергосгустка.

«Идеальная форма», — отметил золотистый фантом.

«Действительно, — согласился голубой сгусток. — Только слишком рано. Их души еще не созрели».

И мягкий импульс нарушил энергоструктуру, отчего плазмоформы рэдрозиан (как и положено в процессе энергосвязи) вновь распались на индивиды прежних сущностей.

«Следующий ход за Иксванзетом».

«Мы не воспрепятствуем ему»? — спросил золотистый фантом.

«Нет, ведь это История, ход которой необходимо сохранить».

«Для них это будет тяжелым испытанием».

«У них будет еще много испытаний и далеко не легких. Но это их жизнь».

«Что теперь делать нам»?

«То, что и всегда: следить за ходом Истории и корректировать его».

Два фантома тут же растворились в пространстве, оставив рэдрозиан наедине с их долгожданным счастьем.

Однако подобно тому, как в сезон дождей, после первой грозы надвигается новая туча, так и на небосводе жизни Арроу и Рианн появилось облачко очередной угрозы.

Преодолеют ли они ее?.. Покажет время.

***

Золотистый луч Альфара осветил кристаллические колонны дворца, сверкнул радугой на многочисленных гранях и отраженным светом скользнул в окно. Поблуждав в очередном хрустальном лабиринте призматического стекла, солнечный свет пробился в комнату, пробудив от сна шери Актиара. Рианн открыла глаза, затем сладко потянулась, разгоняя дремоту. Картины страшного сна, что приснился этой ночью, почти стерлись из ее памяти, но другие мгновенья предутреннего времени еще продолжали жить в ее душе и сердце. Рианн чувствовала себя путником, достигшим земли обетованной. Арроу уже рядом не было, но Рианн это не тревожило. Она знала, что он ее никогда не покинет.

Как бы в подтверждении ее слов, двери спальни открылись, и в комнату вошел АРЭС-Альтауэт. Взгляд Рианн волнительно вспыхнул. Она ощутила легкий трепет, при виде ответного блеска в глазах рэдрозианина.

— С добрым утром, мой ангел, как спалось? — осведомился шерат Актиара, подойдя к севшей в постели жене. Он почтительно коснулся губами пальцев ее руки. Обычная светская церемонность, за которой скрывалось легкое волнение. Рианн мягко улыбнулась, наслаждаясь одним лишь присутствием мужа.

— Спасибо, хорошо, — в тон ему ответила она и нерешительно добавила: — Вот только...

— Ты не помнишь всего, что произошло.

Рианн промолчала, затрудняясь ответить, и Арроу, прочитав ее беспорядочные мысли, добавил:

— Близкие отношения между рэдрозианами отличаются от иных цивилизаций. Энергосвязь — это энергетический процесс, сопровождаемый плазменной трансформацией тел.

— Трансформацией?.. — повторила Рианн, вспоминая сказочное ощущение полета.

Арроу положил ладонь на кисть жены, и Рианн с трепетом заметила, как его пальцы, озарившись голубоватым светом, стали сливаться с ее рукой. Девушка прикрыла веки, чувствуя возрастающее головокружение. К реальности ее вернул шелест разъединившейся материи. Арроу убрал руку, и ладонь Рианн обдало холодком, как будто ее только что вытянули из приятно теплой воды.

— Процесс энергосвязи обосновывается полным сочетанием биоматерии и, главное, душ. В некоторой степени он напоминает перевоплощение в плазмоформу с последующим слиянием двух взаимодействующих тел воедино...

— Воедино?.. — голос Рианн невольно дрогнул от волнения. Она затаила дыхание, когда рэдрозианин не торопясь слишком близко склонился к ее лицу, отчего девушка ощутила на своей коже волну наэлектризованности.

— В отличие от иных рас, мы соединяемся друг с другом полностью, — вкрадчиво прошептал Арроу, дерзко скользнув взглядом по обнаженной шее Рианн к ее камню Эрио. — Мы сливаемся как капли жидкой ртути, скользя между атомами объединенных плазмоформ... Однако, — тут же добавил он, снова отстранившись, — несмотря на все богатство поистине фантастических ощущений, в памяти они детально не фиксируются. Только эмоциональный фон. — Арроу отошел на шаг в сторону. — Словом, если процессом перевоплощения в энергосимвол руководит разум, то во время энергосвязи происходит взрыв эмоций.

— Ты хотел сказать взрыв мозга, — уточнила Рианн, усилием воли восстанавливая душевное равновесие, из которого рэдрозианин так легко умел ее выводить.

Арроу улыбнулся, бросив быстрый взгляд на жену.

— Можно и так выразиться. Энергосвязь — это камертон чувств, настраивающий тонкие струны взаимоотношений двух существ. Во время плазменного слияния тел не только генерируется жизненная энергия, но и происходит гармонизация духовных связей. Даже на физическом уровне обновляется весь организм. Возникает прилив энергии и сил.

— Получается, что энергосвязь происходит из-за трансформации тел в плазму?

— Скорее тела трансформируются вследствие энергосвязи. Перевоплощаться в плазмоформу способны не все рэдрозиане, но энергосвязь доступна всем влюбленным парам с гармоничными звездными знаками.

— Они тоже трансформируются?

— Да.

В глазах Рианн блеснул лукавый огонек.

— Судя по столь подробному описанию... процесса энергосвязи, твоя память все же смогла что-то зафиксировать.

Лицо рэдрозианина осталось невозмутимым, хотя в глубине его темно-синих искрящихся глаз промелькнул яркий оттенок.

— Увы, не более, чем твоя. Просто эта информация известна всем рэдрозианам... как неизменная деталь, характеризующая особенности нашей расы.

Рианн вздохнула и, откинув одеяло, встала с постели. Да, еще многое в отношении рэдрозиан для нее оставалось неизвестным и загадочным.

— Со временем в твоем сознании заполнятся все информационные пробелы, — подбодрил Арроу жену, помогая ей надеть ажурный халат. — И ты будешь такой же рэдрозианкой, как и все местные жители.

— Скорей бы. А то мне постоянно приходится чувствовать неловкость в своей неосведомленности.

— Что ж, тогда осмелюсь вызваться быть твоим учителем, — предложил шерат Актиара, задержав ладони на талии жены.

Девушка улыбнулась, через плечо бросив на своего спутника короткий взгляд.

— Хорошо, — согласилась она и, коснувшись ажурного воротника халата, добавила: — Тогда у меня первый вопрос.

— Касающийся...

— Одежды.

— Имеешь в виду ее свойство трансформироваться? — Рэдрозианин отпустил девушку, став сбоку от нее.

— Да. Как-то я по этому поводу задала вопрос Ариагне, и она, — Рианн посмотрела на своего спутника, — посоветовала мне спросить у тебя.

На лице Арроу промелькнула кривая усмешка.

— Хм, ну понятно, что она имела в виду...

— То может просветишь?

— Любая инопланетная ткань не только препятствует перевоплощению в плазмоформу, но и представляет барьер для энергосвязи, — пояснил Арроу.

— Так значит рэдрозианская материя была разработана для беспрепятственного процесса энергосвязи? — догадалась Рианн.

— Это с точки зрения Ариагны, — заметил Арроу. — Впрочем, не только ее одной.

— А на самом деле?

Арроу подошел к окну и посмотрел на озеро, раскинувшееся перед дворцом.

— Изначально этот вид материи был создан специально для трансформации биологического тела в плазмоформу, — пояснил рэдрозианин. — Ведь не очень-то удобно каждый раз полностью раздеваться, прежде чем перевоплотиться в энергосимвол.

— Но ведь способностью перевоплощаться на Рэдрозе владеет не так уж и много людей, — возразила Рианн. Она тоже подошла к окну.

— Однако ж ранее так не было. Все представители правящей касты и жрецы умели перевоплощаться. Можешь спросить об этом у Таренореса. Кстати, эта материя, по сути, является изобретением жрецов, которые любили появляться перед своей паствой внезапно из пустоты, что как бы лишний раз указывало на их связь с миром Высших. Согласись, не очень-то было бы корректным явиться из энергосимвола нагишом.

Рианн невольно улыбнулась, соглашаясь со своим спутником.

— Впоследствии, — продолжал Арроу, — способность перевоплощаться в энергосимвол, по неизвестным причинам, оказалась утрачена, а трансформирующаяся ткань, получив широкое распространение среди остальных рэдрозиан, была отмечена своим удобством в другом виде перевоплощения, то есть в процессе энергосвязи. Так и дошла до наших дней эта ткань, имея не совсем верные истоки происхождения.

— А как жрецы смогли создать столь уникальную материю? — снова спросила Рианн.

— Никак.

— То есть?

— Они ее не создавали, так как данная технология — это дар Высших.

— Высших?

— Да. Видно они решили помочь своим наместникам, чтобы те выглядели, как говорится, согласно статусу.

— И откуда такие познания... про Высших? — спросила Рианн.

Арроу неопределенно пожал плечами.

— Мы много общались с Тареноресом, — уклончиво ответил он, умолчав, что после поединка на арене энерголовушки, в его памяти появилось много новой информации о далеком прошлом и мире Высших.

— Так значит, — заключила Рианн, вернувшись к прежней теме, — перевоплощаться в энергосимвол можно только в рэдрозианской одежде?

— Да. Любая инопланетная ткань в лучшем случае будет откинута в сторону, как обычная преграда, или может попросту воспрепятствовать процессу перевоплощения, что может оказаться весьма болезненно.

— А для чего вообще во время... энергосвязи использовать одежду? Разве без нее этот процесс не был бы эффективней?

— Был бы, — согласился Арроу, посмотрев на жену. Рианн ощутила, как по ее телу пробежала горячая волна. — Однако это может привести к уничтожению биологической оболочки, то есть тела, — добавил рэдрозианин, отведя взор.

— Уничтожению?..

— Когда-то население Рэдроза мало чем отличалось от землян, эльмарцев, эклебов или иных цивилизаций. Контроль Высших усовершенствовал их тела и души для большей продуктивности чистой энергии. Однако эффект получился таким, что энергосвязь уничтожала биологическую оболочку. Не всегда, но происходили случаи. Тогда и была отмечена своим сохраняющим свойством трансформирующаяся ткань. По всей видимости, она рассеивала лишний заряд. Оставалось только заставить всех рэдрозиан ее применять, в той или иной степени. Здесь как раз и пришелся в помощь бытовавший в то время (впрочем, как и сейчас) довольно строгий закон о целомудрии. Ну, или губительный эффект энергосвязи вызвал его появление. Не важно. Так или иначе, стойко установилось мнение, что рэдрозиане не должны контактировать и даже видеть друг друга полностью обнаженными. Типа у птиц есть перья, у животных — шерсть, у рыб и рептилий — чешуя, значит незащищенный человек должен иметь одежду. А в виду того, что трансформирующаяся ткань нисколько не стесняла движения, то ее применение вошло в стереотип как вторая кожа. В итоге теперь рэдрозиане фактически не разлучаются с одеждой. Исключение представляет лишь процедура медицинского сканирования в камере диагностики, где ткань отсутствует в целях устранения лишнего фона. Ты с ней познакомилась в институте Джендара, когда проходила медосмотр.

Рианн кивнула, вспомнив изолированный бокс с раздевалкой, где следовало оставлять все вещи, перед тем, как пройти сканирование.

— Ну и одежда исключается в ванной комнате во время очистительных процедур, что вполне понятно.

— Значит все остальное время рэдрозиане не расстаются со своей трансформирующейся тканью?

— Фактически да. Конечно, насильно никто не навязывает обязательное облачение в одежду, но негласный закон всегда исполняется.

— А что будет в противном случае? — с дерзкой провокацией спросила Рианн.

— Желаешь узнать?

Арроу медленно провел пальцами по ажурному воротнику тонкого халата своей спутницы, заставив ее ощутить очередное волнительное мгновенье. Оно постепенно возрастало по мере того, как руки АРЭС-Альтауэта скользнули вниз на пояс девушки и неторопливо его развязали. Но эта провоцирующая игра внезапно была прервана легким стуком в дверь.

— Как видишь, негласный закон строго выполняется, — заметил Арроу.

— Думаешь, это предупреждение?

— Во всяком случае — повод оставить все эксперименты на потом.

По мысленному разрешению рэдрозианина двери спальни открылись, и в комнату вошла Руджия. После свадьбы Рианн, она осталась вместе с ней в Актиаре. Поприветствовав альтауэтов, изарийка сообщила о приезде Дэроса.

— Шерат Тзентерса ждет шерата Актиара в обсерватории.

— Ну что ж, — Арроу посмотрел на Рианн, — продолжим наш разговор в другой раз. После того, как я вернусь с Гароса.

— Я хочу полететь с тобой.

— Уверена?

Рианн кивнула.

— Хорошо. Я за тобой зайду. — И шерат Актиара вышел из комнаты.

Рианн с улыбкой проводила его взглядом. Она даже не предполагала, что запланированные события пойдут совсем другим недобрым руслом.