Прошло не более получаса полета, и вот космолет стал снижаться над серебристым рэдрозианским городом.

Изящные, с плавными линиями дворцы, казалось, были сделаны из хрусталя и мягко поблескивали в лучах восходящего Альфара. Этот сказочный пейзаж можно было бы назвать райским, если б не темные пятна обуглившихся руин.

Ариагна пристально всматривалась в экран. Ее лицо постепенно мрачнело.

— В Тзентерсе появились новые разрушения, — в ее голосе улавливались ноты сдержанного гнева. Шеритта любила свой город и ей было больно смотреть на разгромленные дворцы.

— Налет был совсем недавно, — отметил Арроу, сбавляя скорость. — Местами еще не погашено пламя и на улицах полно людей...

В поле зрения попалось полуразрушенное переливчато-золотистое строение.

— Храм Альциоры...

Лицо Ариагны еще больше опечалилось.

— Эти эч-гуры намеренно стараются уничтожить наши святыни. Но почему именно Храм Альциоры? Ведь он не столь популярен, как пять остальных...

Арроу ничего не ответил. Он резко снизил космолет и приземлил его на площади перед храмом.

Едва трое рэдрозиан вышли из машины, как они сразу оказались в толпе возбужденных людей. Ариагна тут же включилась в свою работу шеритты города и куда-то удалилась, успев сказать Рианн, что они увидятся позже. А к АРЭС-Альтауэту подошел высокий молодой человек в военной форме офицера гвардии шерата Тзентерса.

— Арроу, хорошо, что ты здесь. Ночью в городе поработали диверсанты. Дэрос возглавил группу преследования. Храм Альциоры...

— Какие конкретные разрушения в городе? — спросил альтауэт. Внешне он казался спокоен.

— В основном, ничего серьезного. Только вот этот храм... Но через неделю все будет восстановлено. Главный зал остался невредим. Усыпальница тоже. Одно не понятно: что хотели эч-гуры, нападая на храм...

— Разберемся. Отведи космолет в ангар. Я увижусь с тобой позже, — остановил воина Арроу и, взяв Рианн за руку, увлек ее за собой в боковую дверь храма Альциоры.

Некоторое время они молча шли по узкому сводчатому коридору, а затем рэдрозианин открыл кристаллическую створку и вместе с девушкой вошел во мрак огромного помещения.

— Главный зал храма Альциоры, — негромко прокомментировал Арроу.

Рианн со смешанным чувством скользнула взглядом по двойному ряду изящных, местами изуродованных трещинами колонн и посмотрела на возвышавшуюся у алтаря величественную женскую статую. Ее фигура была полускрыта легкой пеленой искрящегося покрывала. Столь совершенного произведения искусства девушка еще никогда не видела.

— Это... статуя Альциоры? — догадалась Рианн.

— Да. Она была воздвигнута незадолго до моего возвращения на Рэдроз, — ответил Арроу, направляясь к алтарю.

— Но... мне помнится, ты говорил, что Альциора похожа на птицу.

— Это одна из версий, основанная на том, что все боги Рэдроза имеют зооформы. Однако некоторые считают, что они выглядят как люди, то есть имеют гуманоидную форму. Об Альциоре точных данных нет. Поэтому скульптору, по всей видимости, позволили пофантазировать. Лично мне все одно, будет ли в храме статуя женщины или птицы. К тому же, на Рэдрозе, фактически, не осталось уже людей, которые бы поклонялись этой древней богине, и данный храм — скорее прихоть моего отца Дэроса, чем принятая норма рэдрозианской жизни. Он воздвиг это святилище в память о своей жене Арэнс, моей матери. И кроме него здесь редко кто бывает, — заключил Арроу.

— Разве твоя мать была со знаком Альциоры? — удивилась Рианн.

Рэдрозианин посмотрел на девушку.

— Почему ты так решила?

— Ты же сам сказал, что этот храм воздвигнут в ее честь. Вот я и подумала...

Арроу снова перевел взгляд на статую.

— На Рэдрозе нет людей со звездным знаком Альциоры. По крайней мере, точная информация об этом отсутствует. Многие даже сомневаются, была ли такая богиня. Я сам не верил, пока не встретил тебя...

— Тогда почему же...

— Дэрос построил храм Альциоры в память об Арэнс? — Арроу на секунду задумался. — Этот храм больше имеет символическое значение. Исчезнувшая богиня... погибшая рэдрозианка. Память о прошлом, которое невозвратимо. К тому же, именно под этим храмом находится усыпальница нашего рода.

— Здесь? Ты покажешь? — попросила девушка.

— Если ты так хочешь.

Рианн молча кивнула.

— Хорошо, идем.

Арроу направился к боковой двери, расположенной справа за алтарем. Девушка поспешила за ним.

— А почему на статуе накинуто покрывало? — снова спросила Рианн.

Арроу неопределенно пожал плечами.

— Не знаю. Ее воздвигли в мое отсутствие. Может посчитали, что люди не должны видеть лик богов. Довольно удачный ход.

Вполне удовлетворенная ответом, девушка перевела внимание на новую окружающую обстановку. Они спускались по наклонному полу очередного узкого коридора. Он освещался исходившим от стен призрачным зеленоватым светом. Рианн коснулась рукой гладкой поверхности фосфоресцирующей плиты, похожей на мрамор.

— Это алимросор, светоносная горная порода, — не оборачиваясь, заметил Арроу. — Нечто подобное ты видела в моем доме на Эбе. Недалеко от племени Арна в горах есть залежи похожего минерала, только интенсивность его фосфоресценции уступает рэдрозианскому. Здешний алимросор имеет три разновидности по силе своей светимости и двенадцать цветовых оттенков. Эти стены светятся тысячи лет. Вот увидишь, как прекрасен Тзентерс ночью, когда все дома переливаются мягкими полутонами. Правда, в наше время картина немного не совершенна из-за руин. До войны Рэдроз был усыпан сверкающими самоцветами городов.

Рэдрозиане спустились в просторное, окутанное призрачным туманом помещение.

— Усыпальница династии шератов рода Эров... — голос Арроу стал тише. — Здесь все целое. Эч-гуры сюда не попали, — как бы сам себе заметил он.

Альтауэт медленно прошел между рядами хрустальных параллелепипедов и остановился перед одним из саркофагов. На его крышке мягко переливался камень Эрио, который уже долгое время был погасшим.

Рианн подошла к рэдрозианину и остановилась чуть позади него.

— Моя мать погибла, когда мне было семь лет, — произнес Арроу. — Ее убил Джесан-Ра... — Альтауэт легко коснулся померкшего камня Эрио. — Я не помню ее лица, но судя по портретам и словам многих очевидцев, она была одной из самых красивых женщин в Тзентерсе.

— Ариагна, наверное, похожа на нее...

— Нет, — возразил Арроу и, после недолгой паузы, добавил: — Ариагна мне сестра не по крови.

— Как это?.. — лицо Рианн неуловимо переменилось. — Ты же сам сказал...

Арроу отвернулся.

— Да, так думают все. Так думает Ариагна. Наши родители были близкими друзьями и, когда отец и мать Ариагны погибли, Дэрос удочерил их ребенка. Как раз незадолго до гибели Арэнс. Об этом никто не знает и не должен знать. — Альтауэт опустил взгляд на саркофаг. — Ариагна считает, что ее матерью была Арэнс. Пусть так и будет...

Рианн согласно кивнула. Она сама как оказалось, была воспитана приемными родителями, но несмотря ни на что, продолжала считать их родными.

На какой-то момент в зале воцарилась тишина. Чувствуя себя не совсем уютно в этом царстве мертвых, Рианн машинально обвела взглядом просторное помещение, подумав, что под каждым хрустальным саркофагом покоятся останки усопших рэдрозиан.

— Не совсем, — внезапно ответил Арроу на ее мысли.

Рианн вопросительно посмотрела на альтауэта, и тот пояснил:

— Здесь сохранился биологический материал только ранних захоронений, — Арроу кивнул в туманную даль. — Остальные саркофаги скорее просто символ, так как по закону современного Рэдроза производится дематериализация тел усопших. Здесь хранятся только камни Эрио, как память о прошлом. Когда кристалл исчезает, мы узнаем, что душа вновь вернулась в мир людей в новом воплощении. — Арроу прошел между рядами, где отсутствовали камни Эрио.

— Хочешь сказать, что эти... усопшие уже снова стали живыми? — спросила Рианн, кивнув на саркофаги.

— Такое поверье. Проверить его достоверность современная наука еще не способна... — Альтауэт внезапно замолчал, прислушиваясь к тишине, а затем произнес: — Вернулся Дэрос. Нам пора идти. — Арроу взял девушку за руку и вывел ее из усыпальницы.

***

— Джендару следует поторопиться с выпуском новых моделей альтауэтов массового производства, — произнес высокий мужчина средних лет в элегантно-роскошной одежде вельможи. — А то эти прихвостни Джесан-Ра совсем страх потеряли. Разрушить западное крыло храма Альциоры...

Собравшиеся в зале офицеры провинции Тзентерса молча слушали своего начальника, который сегодня выглядел особенно возбужденным и раздосадованным. Дэрос уже в сотый раз пересек мозаичный узор перламутрового пола, когда граненые кристаллические двери с тихим шелестом раскрылись, и в зал вошел молодой воин, тридцать минут назад разговаривавший с Арроу.

С почтением поклонившись остановившемуся посреди помещения знатному вельможе, он произнес:

— Прибыл АРЭС-Альтауэт, Великий шерат.

На волевом лице вельможи промелькнуло волнение.

— Арроу в городе? — В синих глазах Дэроса зажегся живой огонек. Он давно слышал о возвращении на Рэдроз АРЭС-Альтауэта, но тот еще не появлялся во дворце своего отца. — Где он? — спросил шерат.

Как бы в ответ на его вопрос в дверном проеме появилась широкоплечая фигура рэдрозианина. Секунду Дэрос молча смотрел в спокойное лицо Арроу, точно с трудом узнавая его, а затем, коротко кивнул.

— Подойди ко мне, АРЭС-Альтауэт.

Молодой человек размеренным шагом направился к правителю Тзентерса. Дэрос сдержанно, как того велел этикет, поприветствовал сына, положив руку ему на плечо, а потом, глядя в его лицо, произнес:

— Мы, все-таки, с тобой встретились, Арроу...

— Действительно, — согласился молодой рэдрозианин. Мгновенье помедлив, он добавил: — Я привез на твое попечение одну девушку... кстати, познакомься, это Рианн, — Арроу отошел в сторону и указал на стоявшую в дверном проеме земную рэдрозианку. Жестом он дал ей знак подойти поближе. Альтауэт представил девушке вельможу: — Мой отец, шерат Тзентерса, Дэрос-Эр.

— Просто Дэрос, — ответил правитель и, мягко улыбнулся девушке: — Рад приветствовать тебя в нашем городе, Рианн. — И, как положено по местному этикету, он в почтении слегка склонил голову. Затем шерат вновь посмотрел на Арроу, но тот остановил его вопрос:

«Нам нужно поговорить без лишних свидетелей».

Шерат Тзентерса кивнул и обратился к своим офицерам:

— Совещание окончено. Все свободны. Собравшиеся в зале военные тут же разошлись, оставив семью шерата наедине.

Арроу повернулся к присутствовавшей в зале Ариагне.

— Отведи Рианн в голубую комнату для гостей в северо-западном крыле.

Когда девушки вышли, Дэрос, наконец, спросил:

— Теперь объяснишь, где ты нашел в этом мире представительницу звездного знака Альциоры?

— Во-первых: она не из нашего мира. А во-вторых... — альтауэт внимательно посмотрел на шерата, — почему ты решил, что у нее звездный символ Альциоры?

— Разве я не прав? — вопросом ответил Дэрос. — Или, ты скажешь, что сам этого не знал?

— Хорошо, — согласился Арроу. — Допустим, у нее звездный знак Альциоры. Но ведь на ней этого не написано. Откуда же ты узнал...

— Скажем, по цвету ее цепи амулета Эрио, — сказал шерат Тзентерса.

— По цвету?..

— Ты сам отлично знаешь, что оттенок цепи отвечает характерному цвету того или иного звездного символа.

— Согласен. Но почему ты решил, что...

— Золотой оттенок соответствует Альциоре? — спросил за альтауэта шерат.

Арроу молча ожидал ответа.

Дэрос отвернулся и, сделав несколько шагов по залу, наконец произнес:

— Строя храм этой древней богини, мне пришлось более подробно ознакомиться с историей ее происхождения, ее характеристиками.

— И что тебе стало известно? — спросил Арроу, который не прибегал к сканированию мозга отца.

— Немного, — уклончиво ответил Дэрос. Он обернулся к альтауэту. — Однако достаточно, чтобы верить в существование Альциоры и остальных Высших.

В глазах Арроу промелькнул едва уловимый непонятный оттенок, но он ничего не сказал, и Дэрос, сменив направление разговора, снова спросил:

— Так где же ты нашел эту девушку, и кто она?

— Она не из нашего мира. — И Арроу кратко рассказал о путешествии на Землю, где он познакомился с Джой Лилейс, которая тогда еще не знала о своем рэдрозианском происхождении. Дэрос молча выслушал историю альтауэта.

— Говоришь, она из Солнечной системы?.. — Шерат задумчиво погладил подбородок. — Нашим астрономам неизвестна такая звезда.

— Она находится в галактике Аэрио. Но поговорим об этом в иной раз. Ты правильно успел заметить, что Рианн — рэдрозианка с редким знаком Альциоры...

— Довольно неожиданное и удачное совпадение, — заметил Дэрос. На его мужественном лице промелькнула легкая ироническая улыбка.

Арроу понял, что он имел в виду.

— Это не имеет никакого значения...

— Только не говори, что она тебе не нравится, — возразил шерат.

— А я и не говорю, — спокойно ответил молодой рэдрозианин.

— Значит...

— За меня говорит система АРЭС, — холодно обрезал альтауэт щекотливую дискуссию. Дэрос молча вздохнул. Действительно это была неразрешимая проблема. Он как-то поинтересовался у Джендара, можно ли извлечь имплантат системы альтауэта и получил неутешительный ответ. В институте подумывали над этим вопросом (на случай, когда кончится война), но пока положительных результатов не было.

Тем временем Арроу продолжил прерванную тему:

— Для безопасности Рианн, никто не должен знать о ее звездном символе...

— Разумеется, — согласился Дэрос.

— Я бы хотел, чтобы она некоторое время побыла здесь во дворце. Пока ей не подыщется более безопасное место.

— Она может жить в Тзентерсе сколько угодно. Здесь она под надежной защитой. А когда закончится война... — Дэрос посмотрел на Арроу, — может, она здесь и останется?

— Сначала нужно, чтобы эта война закончилась, — возразил АРЭС-Альтауэт.

На какую-то минуту в зале повисла тишина, которую снова нарушил шерат Тзентерса:

— Когда ты вновь уходишь?

— Завтра на рассвете.

— Даже не задержишься на пару деньков?

— Позже. Сейчас нужно найти Джаутеса, пока он еще в Леноре. К тому же, я должен рассчитаться за Ангира...

— Он погиб?

Арроу молча протянул отцу энергоизолятор с погасшим камнем Эрио.

— Ариагна знает об этом? — спросил шерат.

— Нет, — коротко ответил АРЭС-Альтауэт. — Сообщи ей об этом сам...

— Сообщить о чем? — внезапно раздался женский голос.

Дэрос и Арроу одновременно обернулись.

— Ариагна...

— Что случилось? Что вы от меня скрываете? — Девушка поочередно посмотрела в непроницаемые лица обоих мужчин.

Арроу перевел взгляд на Дэроса.

— Ангир... — шерат Тзентерса протянул девушке контейнер энергоизолятора.

— Он погиб, — закончил за отца Арроу.

Пораженная шеритта медленно взяла в руки небольшую черную коробку.

— Погиб?.. — Ее голос дрогнул. Она посмотрела на альтауэта. — Но как?.. Почему?..

— Я прибыл слишком поздно...

Ариагна вновь опустила взгляд на энергоизолятор.

— Нет, этого не может быть! Ангир!!! — Девушка в слезах выбежала из зала.

***

Когда Рианн осталась одна, она решила повнимательней рассмотреть свою новую, необычную для земной цивилизации комнату. Перламутрово-розовые стены, казалось, светились изнутри. Их верхний слой напоминал морозный рисунок из замысловатых завитков и елочек. Вся меблировка была нежных серебристых оттенков: мягкая, застланная рэдрозианскими шелками кровать, похожая на раскрытую раковину моллюска; эластичные кресла, такие же подвижные, как и в салоне космолета. Кое-где на контрастах играла золотистая обводка, струясь изгибами по контуру предметов. Внимание девушки привлек прозрачный, с серебристыми прожилками круглый столик. Если его можно было так назвать. Тонкий диск просто завис в метре от пола. Рианн даже провела под ним рукой, в поисках невидимой опоры, но ничего подобного не обнаружила.

«Какое-нибудь силовое поле», — решила девушка и, оставив стол в покое, подошла к граненной кристаллической панели. Она тут же с легким шелестом отошла в сторону, открывая проем на просторный балкон.

Рианн вышла наружу и полной грудью вдохнула свежий, с примесью озона, воздух Рэдроза. Уже вечерело, два потускневших диска местных светил плавно скрылись за высокими гребнями лиловых гор. По мере того, как наступали сумерки, изящные шпили башен, воздушные арки и узорные портики зданий Тзентерса начинали светиться нежными оттенками всех цветов радуги.

«Это не город, а «Фата Моргана», — подумала Рианн, глядя на кажущуюся полупрозрачность стен. Если бы не темнеющие пятна разрушений, которые плохо скрывала серебристая мгла, увиденное могло б сойти за фантастический сон. Где-то вдали зазвучала тихая мелодия, похожая на трель соловья. Рианн облокотилась локтями на фигурные перила и прикрыла глаза, вслушиваясь в печальную музыку вечернего Тзентерса, чем-то схожую с земной. Отдельные ноты, проникая в подсознание, заставляли болезненно сжиматься сердце. И тут девушка поняла, что это звуки женского плача. Рианн открыла глаза и прислушалась. Рыдания раздавались совсем близко, со стороны соседнего крыла.

Девушка не задумываясь перевоплотилась в птицу (теперь это у нее ловко получалось) и перепорхнула через пропасть, разделявшую две балконных площадки. Плач доносился из глубины полутемной комнаты. Удивительно, но несмотря на внешнюю фосфоресценцию фасада, внутри помещений сохранялся густой полумрак. Может здесь была какая-то специальная система регулировки освещения?..

Рианн неторопливо прошла через балконную арку и осмотрелась в новом роскошно-изысканном помещении. Ее взгляд остановился на лежавшей ничком на кровати всхлипывающей девушке. Земная рэдрозианка узнала Ариагну. В левой руке шеритта судорожно сжимала черную коробку энергоизолятора и беспрестанно повторяла:

— Ангир, зачем ты меня покинул? Ангир!..

«Ангир? — Это имя показалось Рианн знакомым. — Ну как же! Тот воин, погибший во время боя в долине. Ангир, друг Арроу»...

Лилейс тихонько опустилась рядом с шериттой и нерешительно положила руку ей на плечо.

— Ариагна.

Брюнетка резко повернула голову, ее заплаканные голубые глаза встретились с сочувственным взглядом Рианн. Земная рэдрозианка не сказала ни слова, только мягко погладила ее по руке. Лилейс понимала, насколько бесполезны утешения и соболезнования, когда сердце разрывала боль утраты. Гораздо больше могло помочь простое присутствие рядом и дружеское участие.

Кажется, это подействовало. Ариагна тут же вышла из состояния безотчетного отчаяния. Она смахнула слезы и глубоко вздохнула.

— Мы с Ангиром были с детства знакомы. Он дружил с Арроу и часто бывал в нашем доме, — тихо произнесла шеритта. — Наши звездные знаки с ним гармонировали. Он потом стал за мной ухаживать. Мы должны были связать свои судьбы в брачном союзе. Даже дату назначили. Когда я попала в плен к эч-гурам, Ангир решил меня спасти. Он специально пошел на эту боевую операцию. И все погибли. Из-за меня... — Девушка снова начала плакать, но Рианн ей мягко возразила:

— Ариагна, ты ни в чем не виновата. Это все натворили эч-гуры.

— Но, если б не я, Ангир остался бы жив.

— Он ведь был воином? — Рианн скорее утверждала, чем спрашивала.

Ариагна кивнула.

— Командовал Пятой эскадрильей альтаутов.

— То есть... он был альтаутом? — удивилась Рианн.

— Нет, — Ариагна попыталась слабо улыбнуться. — Иначе мы не могли бы вступить в брак. Он был простым рэдрозианином. Старшим офицером. Я уговаривала его вернуться в гарнизон Тзентерса. Он обещал перевестись после взятия Изара. Это нен-торский город в тылу эч-гуров. Главная стратегическая точка. Но так и не успел. — Взгляд Ариагны случайно упал на черную коробку в ее руках и лицо шеритты снова исказила боль. — Теперь мы больше никогда не встретимся!..

— Не плачь, Ариагна. — Лилейс ласково вытерла мокрую щеку девушки. — Слезами горю не поможешь и только изведешь себя.

Рианн на минуту замолчала, не зная, как еще утешить шеритту. Вряд-ли какие слова сейчас дойдут до охваченного болью сознания Ариагны. Единственное, что здесь могло помочь, так это время. Пройдут месяцы или даже годы, прежде чем девушка опомнится от горя. А может и никогда. И все же, Рианн решила попробовать.

— Знаешь, на Земле, где я прожила много лет, — начала она, — существует поверье, что душа человека вечна. Она бессмертна и это даже доводит наука. Считается, что, покинув свою телесную оболочку, душа попадает или в ад, где вечно мучается, или в Рай, где все противоположно. Я уверенна, что Ангир был хорошим человеком и сейчас счастлив в Раю...

Ариагна попыталась улыбнуться.

— Но ведь мы не земляне, — возразила она.

— Но тоже имеете бессмертные души. Кто знает, может другая жизнь будет лучше прежней...

— Но его энергетический сгусток здесь, — Ариагна указала на энергоизолятор. — Здесь его душа.

— А... что вы с ними делаете? — Рианн кивнула на черную коробку.

— Обычно относим энергоизоляторы в храмы и возвращаем их Властелинам наших звездных знаков. Это обычай Рэдроза. — Ариагна посмотрела на черную коробку в своих руках. — Энергетический сгусток Ангира принадлежит Аэросу... Но я не хочу с ним расставаться! — Из глаз шеритты снова хлынули слезы.

— Но ты должна, — возразила Рианн. — Ты же не хочешь, чтобы душа Ангира навсегда осталась в вечном мраке. Отпусти его. Пойди в храм Аэроса и верни энергосгусток его Властелину. — Рианн даже не заметила, как перешла на рэдрозианские термины.

— А как же я? Что останется делать мне? — с болью в голосе воскликнула Ариагна.

Рианн мягко положила руку ей на плечо.

— Остается надежда. Быть может, Аэрос подарит вам с Ангиром встречу в новом мире, — тихо сказала она.

Ариагна колебалась. Она не знала, что ей делать.

— Рианн права, — внезапно прозвучал голос Арроу. Он так тихо вошел в комнату, что его никто не заметил. — Ты должна все выполнить так, как велит обычай рэдрозиан. Аэросу нужна эта энергия, чтобы победить зло. Ведь ради этого Ангир не пощадил своей жизни. — Глаза альтауэта стали серебристо-голубыми. — Пойди в храм Аэроса.

Девушка кивнула, соглашаясь с рэдрозианином:

— Хорошо. Я сейчас пойду в храм и открою контейнер энергоизолятора.

Ариагна поднялась с кровати и, поправив воздушную одежду, вышла из комнаты.

Когда двери за ней закрылись, Арроу посмотрел на Рианн.

— С тебя получился бы неплохой проповедник, — с теплой нотой заметил он. — Твои рассказы о земной религии довольно впечатляют. Ад, Рай... — Альтауэт улыбнулся.

— Я же должна была как-то ее утешить.

— И ты сделала это хорошо. Теперь она каждый день будет молиться в храме Аэроса.

— Если б это могло помочь... — Рианн отвернулась к окну, за которым сгущались сумерки. — Я попробовала поставить на ее место себя... Не думаю, что я смогла бы такое пережить.

По лицу АРЭС-Альтауэта пробежала быстрая волна. Он медленно приблизился к девушке, став рядом с ней. Его взгляд устремился в простиравшийся за окном светящийся мрак.

— Мы должны воспринимать жизнь такой, как она есть, — задумчиво произнес он.

Рианн взглянула на рэдрозианина, но не встретила его взора.

— Рано или поздно, мы все покинем этот мир, — добавил Арроу. — Но каждый в свое время.

Рианн вздохнула и, отведя взгляд, произнесла:

— Если б можно было бы жить вечно...

Арроу опустил взор на девушку:

— Но ведь считается, что душа бессмертна.

— Однако, воплощаясь в другую жизнь, мы ничего не помним из прошлого, — возразила Риан. — И в будущем, наша встреча может и не произойти.

— Или условия для нее будут более благоприятны, — сказал альтауэт. — К тому же, зачем сейчас размышлять о будущем воплощении, когда эта жизнь еще не закончилась. — И, меняя тему разговора, он спросил: — Как ты находишь вечерний Тзентерс?

Рианн посмотрела на переливающиеся разноцветными огнями воздушные арки и тонкие, устремленные высоко в небо шпили дворцов. В городе не было неприметных, скромных домов, а только здания изысканной, просто сказочной архитектуры, вне зависимости живут ли там обычные люди или из касты правителей. Конечно, дворец шерата отличался своей особой красотой, но остальные строения ему мало чем уступали.

— Никогда в жизни не видела ничего более захватывающего, — сказала девушка. — Судя по роскоши, здесь, видно, все люди состоятельные.

— Обычные рэдрозиане. Как все. Жилье здесь строится за счет государства, а потом бесплатно предоставляется жителям.

— Ничего себе подарок. Значит, у вас богатое государство.

— Вполне. Вот только война заметно подкачала ресурсы. Накопительные фонды едва справляются с восстановлением разрушений. Когда она закончится, наши города будут еще прекрасней.

— Но когда она закончится? — спросила Рианн, посмотрев на Арроу.

— Пока не будут уничтожены все эч-гуры со звездным знаком Иксванзета, пламя войны не угаснет и будет вспыхивать вновь и вновь, — ответил альтауэт.

— Уничтожить всех? Даже детей?

— А ты видела этих детей? — внезапно спросил Арроу, посмотрев своей спутнице в глаза.

Девушка отрицательно покачала головой, ощущая, как от его взгляда по ее коже пробежался мороз.

— Ты забываешь, что рэдрозиане — это не земляне или другие инопланетные жители. А тем более, эч-гуры со звездным знаком Иксванзета. В них от рождения заложено зло. Чистое зло. Можно сказать, это генетическая склонность. — Арроу посмотрел в пространство. — Уничтожить их под корень, хоть и не гуманно по общечеловеческим законам, но это единственный выход. В противном случае, они сотрут с лица планеты всех рэдрозиан со звездным знаком Аэроса, как это произошло с людьми Альциоры. И поработят остальное население, как они уже полностью подчинили своей власти рэдрозиан со знаком Инметау. Тогда Рэдроз навсегда поглотит мрак зла...

— А почему они хотят уничтожить именно знак Аэроса? — спросила Рианн.

Арроу снова посмотрел на девушку. Сейчас она была похожа на любознательного ребенка, которому все хочется знать. Что-то теплое шевельнулось в глубине его души, но тут же исчезло, поглощенное холодно-расчетливой системой альтауэта.

— Долго объяснять. Да и точный ответ никто не даст. Возможно, причина в том, что люди этого знака не признают никакой власти над собой. А возможно, вся суть кроется где-то глубже или, точнее, выше. — Арроу посмотрел на вырисовывавшиеся у горизонта очертания высоких гор. — Я не верю в существование богов. Но не отрицаю высший разум, который для нас ещё непостижим.

— Но как с ними всеми справиться? — спросила Рианн. — Эч-гуров много.

— Лучшего способа, чем оружие, пока, никто еще не выдумал. Разве что только... — альтауэт замолчал, и его глаза холодно блеснули. — Но это не в силах простого смертного, — заключил он и отошел от окна.

Рианн снова посмотрела на город. Теперь она больше не находила его столь прекрасным. Внезапно ей показалось, что над мягко светящимися домами пролегли черные тени. Они медленно шевелились, превращаясь в длинные лапы, и постепенно стали материализовываться в жуткое членистоногое существо... Девушка, вздрогнула. Она обернулась назад, чтобы подойти к Арроу, но его в комнате уже не было.