Два года пролетели, как один миг. Или как вечность — я так и не научилась различать, когда речь шла о времени, проведённом с Себастьяном.

Поместье фон Рей больше не казался мне мрачным и чужим. Оно стало моим домом.

Я стояла у высокого окна комнаты и смотрела, как солнце опускается за горизонт, окрашивая небо в золотисто-багряные тона. Ветер играл с моими волосами, и я чувствовала, как внутри меня разливается то спокойствие, которого я так долго искала.

Себастьян подошёл сзади и обнял меня за талию. Я почувствовала, как его губы касаются моего виска, как его дыхание согревает мою кожу.

— О чём ты думаешь? — спросил он, и его голос был мягким, как шёпот.

— О том, как всё изменилось, — ответила я, и я улыбнулась. — О том, как мы изменились.

Он усмехнулся, и я почувствовала, как его руки сжимают меня крепче.

Мир, который мы построили, был хрупким, но крепким. Как стекло, которое выдержало бурю.

Дом Штайль возглавил Равен. Мой брат-близнец, с которым мы были разлучены с самого рождения. Он стал сильным правителем, справедливым и мудрым. Серафима была рядом с ним — его опорой, его любовью, его тихой гаванью. Они поженились через год после нашего спасения, и теперь Серафима ждала ребёнка. Я видела, как она светится, когда говорит об этом, как Равен смотрит на неё с таким обожанием, что у меня перехватывало дыхание.

Дом Кроу перешёл к Августу. Моему двоюродному брату, который ко всему прочему еще был мне братом по духу. Он принял правление с достоинством и мудростью, которые унаследовал от деда. Он был занят делами семьи, но в последнее время к нему всё чаще приезжала одна девушка — моя бывшая одноклассница из академии. Та самая, с пшеничными волосами и зелёными глазами. Я видела, как он смотрит на неё, и я знала — он нашёл своё счастье. Мой ненастоящий отец, а точнее дядя сначала потерял дар речи, когда узнал, что девушка из знатного дома проявляет интерес к его сыну. И стал тихонько планировать свадьбу.

А мой дед, старый болотник восточных топей, на удивление всех, встретил женщину. Она была тихой, скромной, с добрыми глазами и мягкой улыбкой. Он, всю жизнь привыкший командовать и быть одиноким, вдруг стал мягче, спокойнее. Я видела, как он смотрит на неё, и я знала — он решил скоротать с ней старость.

Мы все нашли своё счастье. Каждый по-своему.

А я стояла у колыбели и смотрела на наших близнецов.

Они лежали рядом, такие маленькие, такие беззащитные, и я чувствовала, как моё сердце переполняется любовью. Девочка — с белыми волосами, как у отца, и голубыми глазами, как у меня. Она была вампиром.

Мальчик — с чёрными волосами, как у меня, и серыми глазами, как у Себастьяна. Он был человеком.

— Они такие разные, — прошептала я, и мои пальцы коснулись пухлой ручки малышки.

Себастьян подошёл и встал рядом со мной. Его рука легла на моё плечо, и я почувствовала, как его тепло разливается по моему телу.

— Но они — одно целое, — сказал он, и его голос был полон гордости. — Как и мы.

Я подняла на него глаза, и я улыбнулась.

— Как и мы, — повторила я.

Он наклонился и поцеловал меня. Медленно, нежно, как в тот первый раз, когда мы поняли, что не можем жить друг без друга.

За окном садилось солнце, и его лучи заливали комнату золотым светом. Я смотрела на наших детей, на своего мужа, на этот мир, который мы построили, и я знала — это только начало.