Елисель грызла орешки и шевелила пальцами босых ног: ботинки она сняла. Нет, ну а что? Его Светлость задерживалась, а у Лиси, может, ступни вспотели. Ноги девушка забросила на борт и сейчас размышляла, что и спинку кресла было бы неплохо сделать так, чтобы её можно было откинуть. Этим и хороши испытания, что всё можно довести до ума.

— Привет, — голос снизу показался неожиданно знакомым. — Можно было догадаться, что это будешь ты.

И тотчас что-то затявкало, завизжало. Лися чуть не слетела с кресла, но лететь было некуда, поэтому лётчица просто перегнулась через борт.

— И тебе не хворать. Я так понимаю, голова герцога заспиртована и сдана в академию наук? Кстати, я биологию начала изучать, как ты заметил.

— Лись, — тихо сказал Эйв, — Ирис обрезали крылья. Я, правда, только сейчас узнал, что они у неё были.

— Понятно. Керосин принёс?

Принц нервно улыбнулся:

— Да.

— Бак под левым крылом. Нижним, если вдруг непонятно. И давай уже Нойсу сюда, а то извелась вся. Верни мне мою лису, Высочество.

И пока Эйв возился, заливая бензин, Елисель расцеловалась со старым другом, вытерпела облизывания и мягкие покусывания и даже умудрилась надеть башмаки.

Принц забрался на пассажирское сидение.

— Лися, что тебя связывает с Шираном?

— Любовь, секс, семеро детей. А что?

Она обернулась, завязывая шапку, и насмешливо посмотрела на него. Увидела побледневшее, постаревшее лицо и смягчилась.

— Расслабься. Шучу. Воздухолёт меня связывает. Ну и немножко плен. Мастерская. А, и ещё я замужем за Баэрдом.

— Он тебе нравится?

Елисель выгнула бровь и рассмеялась.

— Ты напрасно уселся. Машина заводится при помощи винта, а никого другого, способного его крутануть, кроме тебя, я не вижу. Так что вылазь и крути. А потом запрыгивай. Не знаю, как ты это сделаешь, но вариантов у тебя нет.

Эйв кивнул, выбрался на крыло, но Лися вдруг взяла принца за руку:

— Эй, ты же не ревнуешь, да?

— Не ревную.

— Ну и чу́дно. Это было бы глупо. И вот ещё: мы с тобой сразу знали, что не будем вместе. У меня никогда не было на этот счёт иллюзий. Не грузись так. А то у тебя глаза побитой собаки. Ну или не побитой, а собаки, задушившей курицу. Виноватые. И ты не прав. Ты — будущий король, и у тебя нет выбора, потому что свалить это дерьмо тебе не на кого, я знаю. Ну а мне всё это даром не нужно. И, уж прости, тут я буду эгоисткой. Так что замуж можешь меня не звать — не пойду.

Принц поднёс её руку к губам и поцеловал пальчики, выпачканные в масле.

— Я призна́ю твоего ребёнка, Лися, — сказал тихо. — И сделаю всё, чтобы вы ни в чём не нуждались.

— Идёт, — она улыбнулась, прищурившись. — Я не против того, чтобы у ребёнка был отец. Но у меня есть условия: ты не решаешь мою жизнь. Не ревнуешь. И не мешаешь нам жить так, как нам хочется. И да, я сплю с теми, с кем захочу. Это тебя не касается.

Эйв закрыл глаза, перевернул её руку и поцеловал ладонь. Кивнул. Спрыгнул с крыла, с силой крутанул пропеллер и тут же вновь запрыгнул на крыло покатившегося воздухолёта и ловко забрался на место пассажира. Елисель радостно завопила, но ветер заглушил её крик.

— Курс полпятого, — крикнул Эйв и спохватился: — Если представить циферблат часов…

— Знаю, — заорала Лися, чуть обернувшись к нему.

* * *

Мрачный коридор с высокими колоннами — их капители терялись во мраке. Узкий. Тёмный. Подсвеченный багровыми всполохами.

— Ну, как-то так, — шепнул Изиргир позади.

Ширан кивнул и пошёл вперёд.

Шесть князей, шесть родов, берущих начало от сыновей последнего императора и отличающихся друг от друга степенью силы. Шестой — самый меньший, первый — наибольший. У Ширана, полукровки от шестого рода, не было надежды победить Гора, Первого князя. Была одна лишь необходимость.

Демоны не признавали никаких правил. Добро, честь, милосердие, справедливость — для них всё это было пустым звуком. Сила и власть оправдывали всё. А потому, конечно, низшие князья, во имя собственной безопасности и выживания, хоть и не подчинялись высшим, но старались не переходить им дорогу, и уж тем более не ввязываться в противостояние.

Ширан всё это знал. Но даже у демонов были какие-то свои «понятия», порой казавшиеся людям странными. Никто не осудил бы Гора, если тот «просто» запытал Ирис насмерть. Даже если бы девушка была его родной дочерью. Детоубийство не было распространено, но и не осуждалось демоническим сообществом. «Всякое в семье случается», — пожимали плечами жалящие пламенем. На сексуальное насилие над собственными детьми тоже смотрели сквозь пальцы («сквозь рога», как говорили сами демоны). Впрочем, если мнения на этот счёт у родителей расходились, то могли возникнуть различные инциденты. История знала случаи, когда мать обесчещенного демонёнка, убивала его отца, или наоборот. Это также не порицалось. В конце концов, победитель всегда прав — искренне считали все демоны.

Но крылья…

Как ни странно, покушение на чужие крылья было практически единственным табу среди демонов. Может быть, потому что крылья считались душой, а может, потому, что они олицетворяли свободу всей демонической расы. За отсечённые крылья мстили жестоко. В старину некоторые человеческие герои совершали во имя победы над нечистью подобные подвиги, и тогда их семьи вырезались огненными подчистую. Неудивительно, что охотники за крыльями быстро закончились.

И значило это всё только одно: Гор настолько силён, настолько уверен в собственном могуществе, что не боится бросить подобный вызов собственным соплеменникам. И это было плохо. Очень плохо.

Внимание герцога привлекли тихие всхлипы, почти беззвучные. Он сразу узнал их, и сердце ухнуло куда-то вниз.

— Сердце — самый слабый из органов плоти, — заметил Изиргир. — И это забавно, потому что человек может жить без мозгов, но не без сердца. Не находишь это странным? А ведь если так рассуждать, мозги-то лучше.

— Заткнись, — бросил Ширан.

Он уже почувствовал запах её крови. Запах её отчаяния и боли. И запах спермы. Душу накрыло лютой злобой.

— М-м-м, вкусненько, — признался Изиргир, втянув воздух носом. — Человечки такие вкусненькие, да, братик? Мне-то ты можешь признаться, как тебя возбуждают её страдания. Я не осужу.

Ширан с трудом удержался от того, чтобы не кинуться на него.

Девочка лежала в самом дальнем углу, и герцог не сразу её узнал в изломанном и умирающем теле. Подошёл и опустился на колени рядом.

— Жалость-то какая! — вздохнул Шестой князь. — А была прехорошенькая!

— Её ещё можно починить, — раздалось за ними насмешливое. — Если, конечно, я её отдам.

Изиргир прошёл, присел на корточки рядом с телом, взял руку Ирис за пульс. Помолчал, вслушиваясь. Обернулся к подходящему Первому князю и улыбнулся.

— Да. Можно. Особенно если я помогу, потому что жизнь уходит из этого тела по каплям, и этих капель осталось уже совсем немного. Ты переборщил, Гор. Фу на тебя! Была такая симпатичная, вкусненькая девочка. И что нам теперь скажет человеческий король? Он ведь расстроится. Наверное.

Ширан медленно поднялся, обернулся и смерил подходящего к ним невысокого мужчину задумчивым взглядом.

— С чего ты решил, Гор, Первый князь Огненных земель, что мне интересна игрушка, сломанная другим?

— Кого ты пытаешься обмануть, Шир-ан-эд-Эльирдан? Демону, побеждённому любовью, безразлично в каком состоянии его игрушка.

— А что дало тебе основание предположить, будто я отношусь к таким демонам?

— Прости, — шепнул Изиргир, подмигнув, — я немножко тебя сдал. Но что поделать: ведь наш прекрасный план строился именно на этом моменте.

Гор тонко улыбнулся, развёл руками:

— А иначе зачем бы ты побежал сюда тотчас, едва получил от меня приглашение?

— Любопытство, — холодно ответил герцог. — Любопытство, покоящееся на безопасности. Мы ведь сейчас находимся во сне, не так ли? Ты не можешь причинить мне реального вреда, так почему бы и не посмотреть?

— Женился на ней тоже из любопытства?

Ширан покосился на улыбающегося Изиргира.

— Нет. Человечки рожают лучше. Демоницу нужно любить, как ты знаешь, а человечек достаточно просто трахать. Впрочем, я готов выкупить жену, если цена не будет слишком уж высока. У меня на эту человечку есть свои планы.

Шестой князь выпустил запястье принцессы из рук, но подниматься не стал, сел поудобнее, согнув правую ногу в колене, обхватил её руками и положил на неё подбородок, а левую вытянул. Принялся с любопытством наблюдать за происходящим.

Гор снова скривился.

— Вот как? И какие же у тебя планы, позволь полюбопытствовать?

— Очень скромные, — признался Ширан, подходя к князю. — До смешного. Жалкие планы сына человека. Стать королём Мурсии.

— И только?

— Да. Я не амбициозен. Королём Мурсии, императором Северного континента, а потом обоих. Сущие пустяки. Так что, сам понимаешь, дорого платить за принцессу я не буду.

Гор рассмеялся.

— Не знал, что ты умеешь шутить.

— А я умею? — уточнил Ширан.

— Что ж, — кивнул Первый князь, — цена не будет высокой: ты откроешь пролив для моих кораблей.

Герцог рассмеялся:

— И зачем мне тогда принцесса?

— Ты можешь стать королём Мурсии. И даже императором Северного континента. Если принесёшь мне вассальную клятву.

— Я очень юн и наивен, — Ширан снова вернул взгляд умирающей, — мне всего сорок лет. Но не настолько, Гор.

— Ну, как знаешь.

Первый князь пожал плечами.

— Из снов ты умеешь выходить, полагаю?

— Найду дорогу, — кивнул герцог и пошёл прочь.

Гор прищурился, глядя ему вслед.

— Почему ты привёл его, а не Эйва? — спросил холодно.

Изиргир зевнул:

— Они немного подрались. Я привёл тебе того, который живой. Или дохлый был бы лучше?

— Было бы лучше, если бы дохлым был этот.

— Ну, извини.

Что-то яркое, золотое рвануло из-за колонны и врезалось в Первого князя, едва успевшего выставить щит. А следом за золотой молнией на Гора прыгнул Ширан.

— Я передумал, — сообщил коротко, рубанув саблей наискосок.

— Это банально, — рассмеялся Изиргир и сел, скрестив ноги.

Гор ударил в ответ тьмой, искрящейся голубыми всполохами, она поглотила молнию. Сабля Ширана раскромсала тьму.

— Ты же знаешь, я разрушитель, — прохрипел герцог, — на меня это не действует.

Вклинился в тёмное облако, попёр, тесня Гора.

— Ты во плоти! — зарычал тот. — Изиргир, ты привёл его во плоти!

— Да ладно? А такое возможно?

Шестой князь поднялся, встряхнул с кожаных штанов воображаемые крошки. Посмотрел на то, как рубятся Ширан и Гор, как сабли, скрежеща, скользят лезвиями друг по другу, как клубятся тьма и золото вокруг. Полюбовался. Вздохнул:

— Ничего личного, братик. Просто Гор всё же демон и Первый князь. А я всего лишь Шестой. Мнне мои крылья дороже, чем твои.

И хлестнул длинным хвостом. За горло отшвырнул герцога, отбросив его по коридору в самую глубь колон. Тот захрипел, схватившись за горло и выронив саблю.

— Это ты привёл его во плоти. Эльирдан сам бы не сумел, — яростно процедил Гор.

Он пошёл на полудемона, поигрывая саблей.

— Логично, — согласился Изиргир, зевнув. — Зато теперь ты можешь лишить его этой самой плоти, что, согласись, удобно.

— Вот же... мошенник, — расхохотался Гор, распахивая крылья, — умеешь чужими руками закрывать собственные вопросы!

— Люблю, когда все счастливы, — ухмыльнулся Шестой князь.

Он неторопливо шёл за Гором. Ширан медленно поднялся, ударился головой о низкие каменные своды:

— Я убью тебя, Гор. А за ним тебя, предатель Изиргир!

Вскинул пистолет и выстрелил. Пуля отразилась от голубого щита, полупрозрачным овалом закрывшего Первого князя с головы до ног.

— Самонадеянно, — хмыкнул Гор.

В его руке появился магический бич, хлестнул, оставляя следы на камне. Ширан увернулся и снова бросился на врага.

— Тебе помочь? — полюбопытствовал Изиргир, ни к кому конкретно не обращаясь.

Герцог обрушился на Первого князя с такой силой, что они пролетели по полу коридора в смертельных объятьях, и врезались в стену. Ударил кулаком в лицо. Раз, другой. Гор скинул его с себя, попытался взлететь, но потолки были слишком низки — крылья даже раскрыться до конца не могли. И тогда князь, наклонив голову, вонзил в грудь Ширана рога.

Брызнула кровь.

Герцог снова ударил кулаком, в рёбра. Вскинул руку, и сабля, отлетевшая при падении, скользнула в его ладонь, взлетев с пола. Изиргир изящным движением руки бросил сзади на герцога магическую сеть. Ширан рванулся и… упал. Попытался разорвать магию, и его кожа запузырилась ожогами.

Гор перевёл дыхание. Остановился над пленником.

— Силён, — пробормотал с изумлением. — Откуда в нём это? Он ведь наполовину человек?

Изиргир встал рядом.

— Но наполовину демон. Проклятое дитя. Ты же знаешь: проклятье увеличивает силу. Ты думал, я просто слаб, раз не мог преодолеть залив?

— Хотелось бы мне узнать его сокровенное имя… Такой могучий раб...

Ширан зарычал и снова рванул. Гор хлестнул по сетке магическим семихвостым бичом, не повредившим магии, но рассёкшем плоть до кости.

— Я пытался, — хихикнул Шестой князь. — Но человеческие сантименты это…

А потом преклонил колено, склонил рогатую голову и смиренно сложил крылья за спиной:

— Мой император, ворота Северного континента открыты перед тобой. Позволь мне убить твоего врага.

— И твоего, не так ли? — криво ухмыльнулся Гор. — Сына человека, отрезавшего твоей матери крылья…

— Да-а-а, — сладострастно протянул Изиргир.

Глаза его вспыхнули зелёным цветом.

— Убей, — коротко согласился Первый князь.

Шестой поднялся, шагнул к Ширану, бьющемуся на полу огромным пойманным зверем.

— Так долго, — прошептал с любовью, — так долго я мечтал об этом, братик! Вонзить когти в твои глаза. Снять ненавистную кожу! Быстрой смерти обещать не буду. Но, может быть, ты всё же назовёшь мне своё подлинное имя? Обещаю: в рабстве тебе будет не так плохо…

— Иди в бездну! — прорычал Ширан.

— Я только что оттуда.

Изиргир рассмеялся, преображаясь. Его когти удлинились, став чёрными, во лбу выросли рога, позади затанцевал хвост. Шестой князь наклонился к пленнику, коснулся когтями его груди. Сеть сжалось, спленав герцога так плотно, что он практически не мог даже вдохнуть.

— Обещаю, будет не больно, братик, — прошептал Изиргир, облизываясь, и тут же смешливо поморщился: — Вру, конечно.

Хвост демона зазмеился по полу, возбуждённо крутясь, и внезапно обвил ногу Первого князя, рванув того на пол. В тот же миг Изиргир оказался верхом на Горе и зубами рванул его кадык. Ширан скинул магическую сетку и поднялся. Шестой спрыгнул с трупа, бьющегося в конвульсиях и когтями оставляющего на камне глубокие царапины. Золотая кровь толчками вырывалась из горла убитого, растекаясь по каменному полу.

Ширан призвал саблю и молча отделил голову врага от туловища.

— Так надёжнее, — проворчал он.

Изиргир встряхнулся и выплюнул окровавленный хрящ из пасти.

— Я бы за это не поручился, — хмыкнул. — Людоед всегда надёжнее.

Очертил когтем дверь в воздухе, распахнул. Внизу клокотала лава, выбрасывая столбики горящей серы. Шестой князь щёлкнул, заставив все части тела Гора слевитировать, и сбросил их вниз. Посмотрел как чёрное тело тонет в огненой бездне, закрыл портал.

— Что значит — родные стены, да? — спросил довольно. — Ты молодец! Он так увлёкся, что даже не заметил, как переместился из своего замка в наш. И низкие потолки не смутили. Надо же!

— Странно, что ты меня не предал в последний момент. Это же был Первый князь.

Изиргир пожал плечами, вынул из кармана белоснежный платочек и принялся стирать с губ, со щёк, с носа и шеи чужую кровь.

— Ну… Во-первых, если он вырвал крылья у одного демона, то вырвет их и у другого. Когда — вопрос лишь времени. И у кого. А во-вторых… — шаловливо, по-мальчишески улыбнулся. — Демоны не дружат, знаешь ли. Тем более — огненные князья. Мы плохие союзники.

— Поэтому вам никогда не одолеть людей.

Шестой князь фыркнул и рассмеялся.

— Открой дверь в замок Каракала, — устало попросил Ширан.

— Ты боишься, что Эйв не забрал девочку? Думаешь, принц заигрался в карты?

— Я должен убедиться.

Изиргир пожал плечами:

— Я не закрывал его. Иди по коридору и окажешься в замке Каракала. И, кстати, приведи себя в порядок. Столько кровищи! И вот эти кровоподтёки… Ужасно выглядишь! Напугаешь ведь девочку. Хочешь, залечу?

Ширан мотнул головой и пошёл вперёд, не убирая саблю в ножны и держа её на излёте. На двадцать четвёртом шаге оказался между высоких колонн. Обернулся. Грань между пространствами была совершенно не видна. Даже мреющй плёнки не было.

— Первым князем теперь станешь ты? — спросил сухо. — Ты для этого предал Гора?

— Ага. А ещё потому, братик, что ты и сам по себе умрёшь рано или поздно. Я же вижу, как ты лепишь из Ириски демоницу, как с тобой она ожесточается и становится прехорошенькой бестией. Не знаю, догадался ли ты или нет, но у тебя осталось только две дороги: Ирис станет демоницей, и тогда она сама тебя погубит, а ты не сможешь ничего сделать, или ты её погубишь и тогда погибнешь от тоски. Ну и зачем мне тогда напрягаться лишний раз? Сейчас ты ломаешь её и либо сломаешь, либо она потом будет ломать тебя. Жизнь прекрасна, друг мой. А прекраснее всего то, что такова твоя природа, и ты ничего не можешь изменить.

И Шестой князь улыбнулся. Невысокий, худенький темноволосый паренёк с ямочками на щёчках. Ширан отвернулся и пошёл прочь.

Изиргир проводил его весёлым взглядом, тряхнул головой.

— Вот, — проворчал насмешливо, — и в этом весь твой Эльирдан, мама. Даже не поблагодарил за то, что я исцелил его девочку. Уже не помню, в который раз. Мулякра она и есть мулякра. Бездушная.

Демон подождал немного, а затем проследовал за братом.

Зал с колоннами был уже пуст. Изиргир прошёл его насквозь, поднялся по винтовой лестнице на башню. Взглянул на лежавшие вокруг горы, на искрящиеся под солнцем шапки и вдруг заметил на каменной террасе крепостных стен крылатую машину, рядом с которой рыжеволосый паренёк заставлял лисицу прыгать через палку.

— Любопытненько, — пробормотал князь, взмахнул крыльями и спланировал к ним.

Не паренёк. Коротко стриженная девушка в штанах и плотной короткой куртке. Ветер ерошил медные вихры. Лисица заметила врага первым. Вздыбила шерсть, обернулась и заворчала.

— Привет, — Изиргир провёл ладонью по обшивке чудо-машины. — Ты на нём прилетела?

Девица засунула руки в карманы и уставилась на незваного гостя:

— Ну.

— Потрясающе, — честно признался Изиргир. — Ты ведь Елисель эль Диар? Студентка университета и изобретательница?

— Положим.

Демон оторвал взгляд от металлической машины и обернулся. Встретил насмешливый взгляд серо-зелёных глаз. Прижал растопыренные пальцы к груди.

— Изиргир, Шестой князь Огненных земель. Я много слышал о тебе. Ты же здесь ждёшь Эйва, принца Мурсии? Ну, почти короля?

— Возможно.

Изиргир фыркнул и рассмеялся.

— Он занят. Я тебе коротко сообщу новости, если позволишь: Эйв забрал сестру, пока мы с герцогом Шираном отвлекали врага. Враг убит. Остальные живы. Даже Ирис, как ни странно. Брат с сестрой дома, но, конечно, Эйв непременно вернётся за тобой, как только утешит Ириску. Что, конечно, вряд ли у него получится. И у меня лишь один вопрос: а он тебе нужен?

— Тебе какое дело? — уточнила девушка, наблюдавшая за князем, скрестив руки на груди.

Демон восхитился. Наглая. Дерзкая. Офигенно равнодушная.

— Ты же гений, — кротко пояснил он. — Ты, студентка, изобрела то, что маститые инженеры не смогли придумать. Ты же воплощённый этот ваш Пай Шар Эль! Такие раз в тысячу лет рождаются. Ну или в полтысячи. А Эйвов много, как и принцев вообще.

Елисель пожала плечами:

— Слушай, Изиргир или как тебя, у меня мало времени. Мне вот с тобой разговаривать совершенно не упёрлось. И я не очень жалую лесть. Так что говори чётко и прямо, чего хотел. Очень меня обяжешь.

«Ну да, — подумал Изиргир весело, — демоны ведь всегда прямо говорят, чего хотят». Снова погладил обшивку.

— Предлагаю сделку. Что бы ты ни исследовала и ни изобретала, тебе никогда не удастся увидеть Южный континент.

— И на йотпу он мне?

Изиргир подошёл и приобнял девушку за плечи, развёл другой рукой перед ней, как будто рисуя простор:

— Вулканы. Лава. Огненные реки. Ядовитое море. Оборотни. Ликантропы. Тролли. Русалки. Эльфы. Демоны.

— Всё ещё не убедительно, — проворчала Лися, но глаза её предательски заблестели.

Князь наклонился к её уху и шепнул нежно:

— А главное — драконы.

Елисель вздрогнула:

— Они же вымерли?

— Н-не-ет, — шепнул Изиргир ещё нежнее. — Хочешь, я обеспечу тебе прикрытие, ты сможешь исследовать всё, что пожелаешь, и тебя никто за это не съест? Тебя же здесь ничего не держит?

— А взамен?

— Душу, конечно.

Девушка отстранилась и рассмеялась:

— Тут ты просчитался. Души у меня нет.

— Да ладно? Как обидно-то! Ну тогда — просто твоя рука. Или нога. Или что-то там вы отдаёте, когда выходите замуж?

Елисель удивлённо уставилась на него:

— Бред какой-то, — призналась честно. — Вы все сговорились? Во-первых, я уже замужем, а во-вторых: какого плешивого орка?

Она запрыгнула на крыло, наклонилась к сиденью пилота, вынула фляжку и глотнула из неё. Изиргир потянул носом и вздохнул:

— Тебе никто не говорил, что беременным алкоголь противопоказан? — Лися подавилась, раскашлявшись. — Одно дело, если бы там у тебя демонёнок сидел, а человечек может и заболеть. Хорошо, карты на стол: у нас тут небольшой передел имущества намечается. И мне срочно нужна жена. Желательно с ребёнком.

— Ну так женись. Делов-то.

— Видишь ли… Она мне нужна временно, для усиления аргументов. Конечно, любую жену можно убить, но… Мы же можем совместить приятное с полезным? Ты изображаешь мою супругу и делаешь вид, что по уши в меня влюблена, а это — мой ребёнок. А я предоставляю тебе возможность изучить то, что большинство людей до тебя не видело вообще, и точно никто не изучал. Девочка, подумай как следует, ведь подобного шанса у тебя больше не будет!

Елисель задумалась. Закрутила крышечку, убрала фляжку. Подозрительно покосилась на демона:

— Секс только по моему желанию. Это раз. Два: никаких пыток и истязаний, я их не люблю. Никакого ограничения моей свободы. И — срок контракта.

Изиргир восхитился ещё сильнее.

— Год. Если понадобится дольше — по согласию сторон. И твою машину мы берём с собой.

— И лису.

— Всё, что пожелаешь. Кроме Эйва, конечно. Зачем нам принц?

Лися рассмеялась, запрыгнула на сиденье, свистнула. Нойса перемахнула на крыло, перепрыгнула через борт на колени к хозяйке. Девушка завязала шапку под подбородком.

— Крути винт и залезай. Не успеешь — твои проблемы.