По пути в школу Аня все никак не могла успокоиться.

«Про меня никто такого никогда не снимал, – восклицала она. – Я, конечно, на доске почета, и интервью у меня брали, но такой ролик… как у настоящих балерин и актрис. Должно, должно сработать… – И тут же смущенно поправилась: – То есть не потому, что я такая классная, а потому что сделано здорово и профессионально».

«Да, хороший ролик», – согласилась Элена, но как-то вяло.

«Завидует, наверное, что без нее сняли такую красоту», – подумала Настя, но привычного злорадства не ощутила. Не хотелось тратить силы на плохие эмоции.

До школы она добралась чуть медленнее, чем обычно: во-первых, ходить на каблуках Настя не очень-то умела, а во-вторых, очень боялась, что девочки начнут охать, потому что она отдавила им спины или ноги.

В воскресенье вход в школу был открыт только в арт-крыле, где проходят кружки. Пришлось идти через второй этаж, потом спускаться вниз и снова подниматься. К кабинету с табличкой «Школьная редакция» Настя пришла слегка запыхавшейся – причем больше от нервов, чем от нагрузки.

Вздохнув, она замолотила в дверь.

– Ты уверена, что там кто-нибудь сегодня есть? – спросила она Элену после третьего подхода.

«Да, Таня должна быть и Марк, они над новостями к понедельнику работают. Постучи три раза, потом два, потом один».

Настя повторила, и тут же в глубине кабинета послышались шаги.

– Элена, а нам сказали, что ты уеха… ой, Настя? – Пухленькая рыжая Таня удивленно уставилась на Настю, потом выглянула в коридор и, никого не увидев, нахмурилась. – Ты откуда кодовый стук знаешь?

– Мне Элена сказала. Слушай, такое дело, – затараторила Настя, заходя в кабинет и закрывая за собой дверь. – Элена в беде! Нам нужно ей помочь.

Таня похлопала глазами, потом вздохнула.

– Я все равно новости раньше вечера не сделаю, хоть убей.

«Вот вруша, она за час все может сделать, просто ленится», – возмутилась Элена.

– Я не про новости, – успокоила Настя. – Мне нужно… Короче, нужно объявление перед спектаклем в поддержку Элены. Чтобы все… ну…

– Проголосовали за нее в следующем году… – понимающе продолжила Таня.

– Именно. Надо рассказать, какая она активная и сколько делает, и что мы без нее пропадем.

– Иногда даже слишком активная, – пробормотала Таня.

– Но мы ее все равно любим, да? – с нажимом уточнила Настя. Таня вяло кивнула.

«А где Марк? – вдруг спросила Элена. – Он тоже должен над полосой работать».

– Кстати, а где Марк?

– У него собака под машину попала, – погрустнела Таня. – Повез в ветеринарку.

– Ой, бедный. Надеюсь, у собаки… а-а-а-а!

– Ты чего? – испуганно уставилась на нее Таня. – Не переживай так, вроде в порядке всё.

«Собаки! Собаки! – вопила в это время Элена. – Настя, войди в „Телеграм“, „Приют скитальцев“. Скорее! Пожалуйста!»

В голосе Элены звучала настоящая паника. Настя вытащила телефон и быстро нашла в «Телеграме» канал «Приют скитальцев».

«Что там последнее? Какие новости?» – с дрожью в голосе спросила Элена.

– Увы, но все наши пятьдесят чудесных скитальцев разойдутся по новым приютам. А кого-то придется усыпить. Мы не смогли собрать нужную сумму, а без нее нам не продлевают аренду и не выдают питание… – быстро прочитала Настя.

Таня подошла ближе и уставилась в экран.

«Скорее, поехали! Медведковская, 5. Скорее! Я же договорилась с банком через папу, просто не успела им сказать. Настя!»

– А как же ролик про тебя?

– Про меня? – удивилась Таня. – Ты чего-то не в себе, по-моему.

«Да плевать на ролик, там же мои собаки», – всхлипнула Элена, и Настя больше не стала спорить.

«Бери Таню с собой, – быстро предложила Аня. – Приют – это отличная новость».

– В себе, в себе, – успокоила Таню Настя. – Хватай блокнот, диктофон или что там у тебя, поедем в приют.

Танины глаза блеснули.

– Будем спасать животных? – по-деловому спросила она и взяла со стола большую сумку.

– Точно. Будем спасать. И не только их.

До Медведковской пришлось добираться на такси. Хорошо еще, что утром в воскресенье не было пробок, и поездка заняла всего семь минут. Свернув на Медведковскую, Настя заметила вдалеке небольшую кучку людей и две грузовые машины. Сунув водителю такси все свои карманные деньги и выскочив у дома номер пять, она бросилась к водителю грузовика. Таня не отставала.

– Стойте! Не увозите! У меня сведения, что банк оплатил аренду, нужно только дождаться подтверждения.

Толстый водитель нехотя повернулся к ней.

– А у меня сведения, что нужно увозить отсюда собак. Потому что аренда не оплачена. Давай, Толя, грузи!

Из двери с вывеской «Приют скитальцев» вышли двое с клеткой в руках, в ней остервенело бился маленький белый пес.

«Бося, – дрожащим голосом произнесла Элена, но тут же взяла себя в руки. – Так, нам нужна Людмила, директор приюта. Вон она, в красной кофте, ругается с грузчиком».

Настя решительно направилась к невысокой женщине в красной кофте, чей голос было слышно, наверное, на всей Медведковской.

– Изуверы проклятые! Я же говорю, у нас времени до вечера, а ну-ка поставили клетки на место!

– Вот еще, мы вечером сюда не поедем. Время было – приехали, – лениво отвечал молодой рыжий грузчик.

– Людмила, – подбегая, позвала Настя. – Я от Элены. Она договорилась с банком, вам должны были перевести деньги на счет.

Людмила резко замолчала, глаза у нее расширились, а потом она бросилась к двери в приют, потянув Настю за собой. Таня держалась рядом, на ходу фотографируя изумленную физиономию грузчика.

Они быстро прошли по коридору и оказались в крошечном кабинете, где стояли стол, стул и два железных шкафа с документами.

– Я-то другие счета проверяла, там пусто. А ведь Элена говорила, что открыла новый счет, вот голова моя дубовая.

Людмила быстро щелкала клавиатурой, потом что-то долго грузилось, открывалось, и вдруг раздался торжествующий крик. Потом снова клавиатура – и снова крик. Таня все добросовестно снимала на телефон.

– Оплатила! Всё! – Людмила рухнула на стул, но тут же вскочила и, поколдовав над экраном, бросилась к принтеру. Выхватив из него появившуюся бумажку, она побежала по коридору к выходу. Таня поспешила за ней. Настя побрела было следом, но посреди коридора остановилась.

– Ничего себе!

На стенде напротив железной двери висела большая фотография Элены в грязном фартуке с маленьким щенком в одной руке и бутылочкой с соской в другой. Лицо ее было сосредоточенным и серьезным. Надпись сверху гласила: «Наши любимые волонтеры».

– Ты… ты что, еще и в приюте волонтеришь? – с недоверием спросила Настя. Элена молчала.

«Она пропала, – отозвалась Аня. – Не могу до нее докричаться. А что там?»

Настя огляделась, потом сняла туфлю и подняла повыше. Когда она снова надела ее, Аня сказала:

«С ума сойти. Никогда не знаешь, что за человек с тобой рядом, пока не пообщаешься поближе. Я Элену совсем другой представляла. Да и тебя тоже. А теперь мы вроде как дружим… и неплохо выходит».

– Ну да, вроде как неплохо, – согласилась Настя. И почувствовала, что ей приятно иметь таких друзей.

В этот момент из-за железной двери позади нее раздалось грустное повизгивание.

«Это, наверное, те самые скитальцы приюта», – предположила Аня.

Настя повернулась и, надавив на ручку, открыла дверь. В голове у нее созрел план: ей удастся спасти Элену, она знает, про что нужно сделать видео. Всего-то заснять нескольких собак, плакат и интервью с Людмилой. Настя достала телефон, шагнула внутрь и ахнула.

В длинной комнате вдоль всех стен высились клетки, кое-где в два этажа. Много-много клеток. Выглядели они чисто, ухоженно, с лежанками и мисками. Собаки в них стояли, тревожно принюхиваясь, но, увидев Настю, вдруг завиляли хвостами. Две крупные дворняги просунули морды между прутьев, маленькая черная собачка закрутилась на месте, радостно повизгивая.

– Какие дружелюбные, – обомлела Настя, привыкшая считать, что в приютах держат только злобных и покалеченных животных. Она шагнула вперед, подойдя поближе к первой клетке, и протянула руку. Но собака – та самая маленькая черная – руку даже не заметила, она ткнулась носом в пол и все старалась лизнуть Настину ногу.

«Она учуяла Элену, – воскликнула Аня. – Вот чудеса».

Настя проходила мимо клеток, и все собаки тыкались носом в пол, пытаясь добраться до заветной туфельки.

– Элена, смотри, как они радуются. Они тебя ждут! Элена, ну где ты?!

Но Элена молчала. Обойдя всю комнату и засняв собак на видео, Настя подошла к двери.

– Я постараюсь, я очень постараюсь вам ее вернуть, – тихо сказала она и повернулась, чтобы уйти.

Что тут началось! Собаки выли, визжали, лаяли, скребли когтями пол. Некоторые бросались на решетку. От всего этого грохота и шума у Насти заложило уши.

Внезапно что-то блеснуло в воздухе и рассыпалось гроздью искр. Искры, кружась, падали к Настиным ногам, собирались в тонкие вихри и притягивались к одной из туфелек. Настя быстро сняла ее и, поставив на пол, отступила. Вихри искр теперь крутили и поднимали туфельку, она наполнилась светом, стала больше, вытянулась, меняя очертания.

– Элена! – Настя шагнула вперед, в поток света и успела подхватить девочку, иначе та рухнула бы на пол.

Прислонив Элену к стене, Настя потрясла ее за плечо – раз, другой…

– Хватит, – слабым голосом попросила та, не открывая глаз, – я в норме.

Глаза и нос у Насти защипало, и она, не сдержавшись, крепко обняла Элену. Собаки вокруг словно сошли с ума, радостно бросаясь на решетки и крутя хвостами.

– Все хорошо, мы успели, с вами все будет хорошо, – заворковала Элена незнакомым добрым голосом, слегка отстраняя Настю от себя. Но та даже не обиделась.

– Это они успели, – счастливо выдохнула Настя. – Они тебя спасли. Наверное, не обязательно это должны быть люди… те, кто хочет вернуть вас назад.

Элена встала, держась за стену. Стояла она немного криво, потирая поясницу. Медленно дойдя до первой клетки, Элена протянула руку и погладила черную собачонку. Та упала на спину и подставила живот, радостно повизгивая.

Элена обошла все клетки, поблагодарив каждого жителя приюта. После чего приблизилась к Насте.

– Теперь нужно спасать Аню, – деловито заметила она. – Как там она?

– Не знаю, – всполошилась Настя, только сейчас заметив, что Аня уже долго молчит. – Аня! Аня, ты в порядке?

Но сколько ни звала ее Настя, Аня так и не ответила.