Я не стал прерывать Мию и задержался на пороге. Слабый зелёный покров вокруг цветка выглядел почти прозрачным. Обнаружение показывало, что энергии в нём очень мало.

Фрея стояла рядом со столом. Увидев меня, она коротко кивнула и тут же снова посмотрела на растение. Лицо собранное, взгляд внимательный, чуть настороженный. Словно видит нечто такое, что не укладывается в картину мира. Интересно.

На столе перед Мией ровной стопкой лежали чистые салфетки и стакан воды. Чуть дальше — тонкий нож с узким лезвием, второй небольшой горшок с другим растением и сам многострадальный цветок, уже успевший пережить больше экспериментов, чем заслуживало обычное комнатное растение. Мия меня не заметила.

Она сидела в позе лотоса, спина прямая, плечи чуть напряжены. Дыхание медленное. Палец держался неподвижно у самого края повреждённого листа, но не касался его. Зелёная Ци вытекала из пальца очень тонким потоком. Контроль давался ей с усилием, это было видно по напряжённым плечам и слишком ровному дыханию. Но она не срывалась и не теряла управление.

Я вошёл и осторожно закрыл дверь.

Щелчок замка вышел тихим, но Мия всё равно дрогнула. Покров на листе на миг стал плотнее. Край повреждения чуть вздулся, но Мия успела выровнять поток. Зелёный слой снова стал тонким.

Фрея бросила на меня короткий взгляд.

— Не мешай, — негромко сказала она.

Сказала строго, но без раздражения. Похоже ей важно было досмотреть упражнение до конца. Я кивнул и остался у стены. Вопросы подождут.

Пси-поле я тоже раскрыл, но узко, только на комнату. Через него было лучше видно мелкие детали со всех сторон: поверхность листа, тонкий разрыв по краю, слабое движение растения. Повреждённый участок закрывался медленно. Не распухал, не нарастал грубым бугром как в прошлый раз и не уводил в сторону соседнюю прожилку. Просто сжимался, слой за слоем возвращая правильную форму.

Не идеально, но очень аккуратно. Даже как-то странно для второго урока в жизни. Может поэтому Фрея так внимательно смотрит?

Мия держала поток ещё несколько секунд, потом начала убирать Ян. Не оборвала сразу, а сняла постепенно. Сначала внешний слой стал почти прозрачным, затем истончился внутренний, потом энергия отступила от края листа к пальцу. Последний тонкий след исчез мягко, без рывка.

Только после этого Мия открыла глаза.

Она моргнула, увидела меня и тут же улыбнулась. Улыбка вышла немного уставшей, но довольной.

— Ты уже вернулся? — спросила она, а потом быстро посмотрела на лист. — Я что-то сделала неправильно?

Пожав плечами, перевёл взгляд на Фрею. Оценивать внутреннюю механику исцеления у меня никак не получится. Я видел только общий поток Ци, внешний результат и физическое состояние листа. Этого достаточно, чтобы понять, что грубой ошибки не было. Но как именно Мия добилась такого результата, должен объяснять не я.

Фрея задумчиво молчала несколько секунд.

Она наклонилась к цветку, коснулась края восстановленного листа кончиком пальца, потом провела взглядом по прожилке. В её зелёных глазах на миг вспыхнул слабый свет, но почти сразу погас. Проверка была короткой.

— Ты не должна так точно управлять потоком Ян на этом этапе, — наконец сказала Фрея.

Мия заметно напряглась.

— Значит, я всё-таки ошиблась?

В голосе не было испуга. Скорее желание понять, где именно она нарушила условие урока.

Фрея чуть смягчила тон.

— Нет. Ошибки нет. Проблема в другом: ты сделала упражнение слишком хорошо для своего уровня. Даже самые талантливые Илари в начале обучения обычно ошибаются. Дают слишком много энергии, заставляют ткань грубо расти или не успевают вовремя остановиться. Ты не залила лист Ян. Ты удерживала поток тонким и регулировала его, опираясь на ответ тканей.

Фрея замолчала на секунду и добавила уже тише:

— А ведь его ты не должна ощущать. Не так быстро.

Я подошёл ближе к столу и посмотрел на лист. Повреждение действительно закрылось аккуратно. Не осталось утолщения, нароста или тёмного пятна на краю. Форма ещё немного отличалась от здоровой части, но совсем незначительно. Думаю, само растение закрыло бы рану хуже.

— А какая была задача? — задумчиво спросил я.

— Я объяснила Мии строение растения и показала повреждённый участок, — ответила Фрея, не отрывая взгляда от цветка. — Она должна была всего лишь удержать Ян на поверхности, чтобы анализировать место разрыва. Не лечить. Просто почувствовать границу здоровой и повреждённой ткани. Для первого урока этого было бы достаточно.

Мия виновато посмотрела на неё.

— Я сначала не собиралась, но потом как-то само вышло.

— Знаю, — слегка улыбнулась Фрея. — Большинство новичков чувствуют в основном собственный поток энергии. Они думают, что лечат, а на деле просто давят Ян на повреждение. Ткань принимает слишком много, начинает расти неправильно, и результат получается хуже исходной раны. Ты сделала иначе.

Она кивнула на цветок.

— Объясни сама, что почувствовала.

Мия задумалась. Судя по взгляду, она пыталась подобрать в голове слова для описания ощущений, которые сама ещё до конца не поняла.

— Когда я усиливала поток, край листа начинал распухать, — сказала она медленно. — Не сразу, но я почувствовала, что он словно… берёт слишком много. Тогда я ослабила Ци. Повреждённое место стало тянуть энергию слабее, но при этом гораздо ровнее. А дальше просто ждала, пока оно само начнёт принимать столько, сколько нужно.

Фрея посмотрела на неё так, будто Мия только что сказала нечто неприлично сложное для первого занятия.

— Ты не должна была понять этот принцип так быстро, — произнесла она. — И тем более не должна была сама начать регулировать подачу в отдельные участки. Уменьшать, останавливать часть энергии, ждать отклика. Это задача совсем не для новичка.

Я опёрся ладонью о край стола.

— То есть она не просто подавала Ци, а смогла сама понять сколько и куда нужно направить без твоих подсказок?

— Да, — кивнула Фрея. — Для целителя важно не просто дать энергию. Ян ускоряет рост и восстановление, но она не может сама решить, куда течь, сколько дать ткани и когда остановиться. Это работа целителя. Если делать грубо, можно усилить не только восстановление, но и навредить. Вызвать воспаление, отторжение, лишнее нарастание ткани, изменение структуры. На растении это испорченный лист, но на человеке последствия будут куда хуже.

Вот оно что. Уникальность Мии не только в том, что она владеет Ян. Хотя и это уже само по себе нарушение нормальной картины мира. Настоящее её преимущество в контроле. Она может работать очень малым потоком и, судя по словам Фреи, чувствовать обратную связь ткани.

Для целителя это ценно.

— Значит, я скоро смогу лечить людей? — оживилась Мия.

Она старалась говорить спокойно, но в голосе всё равно мелькнуло сдержанное волнение. Мия уже видела перед собой не цветок, а настоящие раны.

Фрея сразу покачала головой.

— Нет. Цветок и человеческое тело несопоставимы по сложности. У человека есть кровь, нервы, органы, каналы Ци, последствия старых ран, вмешательство чужой энергии и ещё сотни нюансов. На человеке такая же ошибка будет стоить стократ дороже.

Мия приняла это без спора, но по лицу было видно, что ждать ей неприятно. Она смотрела на восстановленный лист так, словно уже представляла чью-то рану на его месте.

— Не спеши, — сказал я.

Мия подняла на меня глаза.

— Знаю.

— Знаешь, но до конца не осознаёшь, — уточнил я. — За учёбой время пролетит быстро. Чем ответственнее ты подойдёшь к тренировкам, тем более умелым целителем станешь. А это значит, что потом спасёшь куда больше жизней, чем если сейчас попытаешься как можно быстрее освоить исцеление и наделаешь ошибок.

Она несколько секунд молчала, потом улыбнулась.

— Ты прав. Я наберусь терпения и буду прилежно учиться.

— Я запомню эти слова, — сказал я и погладил её по голове.

Мия фыркнула и мотнула головой.

— Ты слишком часто стал так делать. Вообще-то я старшая сестра. А значит это я должна тебя гладить по голове.

Я усмехнулся, но отвечать не стал. Фрея дала нам пару секунд, после чего снова вернула урок в рабочее русло.

— Проверим, что это не случайность.

Она взяла со стола тонкий нож. Движение было коротким и точным. На другом листе того же растения появился маленький надрез — почти царапина, контролируемая и безопасная для цветка.

Мия сразу выпрямилась.

— Повторить?

— Нет. Новая задача проще и сложнее одновременно, — сказала Фрея. — Не лечить лист полностью. Только почувствовать момент, когда повреждённая ткань начнёт принимать Ян. И сразу остановиться.

Мия удивлённо моргнула.

— Но если получится, почему не закрыть?

Фрея посмотрела на неё строже.

— Потому что целитель сначала должен учиться останавливаться.

Хорошая фраза. И нужная. Сила Мии опасна не сама по себе, а вместе с её желанием помогать любой ценой. Именно так люди и ломают то, что хотели спасти.

Мия сжала губы, но кивнула.

Она коснулась пальцем края листа. На этот раз поток Ян оказался ещё тоньше. Обнаружение Ци едва его ловило: почти прозрачная зелёная линия вокруг повреждённого края, слабее, чем раньше. Пси-поле показывало, как она держит руку неподвижно, не меняя давления пальца.

Несколько секунд ничего не происходило. Мия нахмурилась.

Я ждал, что она усилит поток, но она не стала. Просто продолжила поддерживать текущее количество.

Затем участок листа едва заметно изменился. Не зажил. Просто ткань вокруг надреза начала принимать энергию. Покров на этом месте чуть налился зелёным, но не потому, что Мия добавила Ян, а потому, что лист начал тянуть её сам.

Сестра сразу остановилась.

Поток исчез аккуратно, без рывка. Надрез остался. Затронутый энергией ровно настолько, насколько требовалось для упражнения.

Фрея наклонилась к листу и проверила его так же внимательно, как первый. Теперь её удивление стало другим. Более спокойным. Профессиональным. Первый результат ещё можно было списать на случайное удачное сочетание таланта, интуиции и осторожности. Второй — уже нет.

— Хорошо, — сказала Фрея.

Мия оживилась, но постаралась это скрыть. Не вышло. Уголки губ всё равно поползли вверх. Глядя на это, я невольно улыбнулся. Кого она стесняется-то?

— Ты нашла отклик и остановилась, — продолжила Фрея. — Хотя могла продолжить. Это правильно.

— Молодец, — добавил я.

Мия посмотрела на меня с довольным видом человека, который очень старается не выглядеть слишком довольным. Я с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Уж очень забавно она при этом выглядела.

Фрея сразу вернула рабочий тон:

— На сегодня достаточно.

— Но я не устала, — возразила Мия.

Выглядела она и правда нормально. Лицо чуть бледнее обычного, плечи напряжены, но следов истощения я не заметил.

— Усталость здесь другая, — сказала Фрея. — Ты долго удерживала тонкие потоки. После удачного результата особенно легко начать гнаться за повторением и ошибиться. Кроме того, после длительного управления Ци, энергетическая структура тела перегружается. Ей нужно отдохнуть.

В голове тихо прозвучал голос Алисы:

— У Илари ученики часто портили первые растения именно после успеха. Хотели закрепить результат и давили сильнее. Когда энергетика перегружена, точность манипуляций падает.

Мия неохотно посмотрела на цветок.

— Хорошо.

В голосе слышалось, что продолжить она всё ещё хочет. Но Фрея говорила не из осторожности ради осторожности. Из опыта. Мия это тоже понимала.

— Завтра начнём не с новой техники, — сказала Фрея. — Повторим это упражнение. Несколько раз подряд ты должна почувствовать отклик ткани и остановиться без ошибки.

Мия поморщилась.

— Опять то же самое?

— Пока ты не сможешь сделать это в любой момент, а не только когда случайно получилось хорошо.

— Скучные повторения обычно и делают из человека профессионала, — добавил я.

Мия покосилась на меня.

— Это звучит подозрительно похоже на лекцию в школе.

— Так и есть.

Она тихо фыркнула и аккуратно отодвинула цветок. Руки убрала не сразу: сначала проверила, чтобы горшок стоял устойчиво и с лёгкой досадой посмотрела на царапину. После чего начала подниматься.

И вот здесь я увидел, что Фрея остановила её вовремя.

Мия встала чуть медленнее обычного и на мгновение оперлась рукой о край стола. Для постороннего человека это бы ничего не значило, но я знал сестру слишком хорошо. Она обычно двигается куда легче.

— Сколько ты тренировалась? — спросил я.

Мия на секунду замялась.

— Не очень долго.

Фрея спокойно уточнила:

— С того момента, как ты покинул дом.

Я выразительно посмотрел на Мию.

— Сначала ничего не получалось, — сказала она, чуть смутившись. — Но когда я начала лучше управляться с Ци, стало легче и сама не заметила, как время пролетело. Это не специально.

— Переработка для целителя опасна не меньше, чем недостаток контроля, — сказала Фрея. — Уставший целитель хуже чувствует отклик и начинает компенсировать это силой. Для Ян это особенно плохо.

Я не стал устраивать длинную нотацию. Она и без этого всё поняла.

— Придерживайся простого правила, — сказал я. — Если Фрея сказала остановиться, ты останавливаешься. Без споров.

Мия вздохнула.

— Хорошо. Обещаю.

Улыбнувшись, кивнул ей.

— Иди отдохни, выпей воды и поешь, — сказала Фрея. — После работы с Ян тело должно восстанавливаться обычным способом.

Мия кивнула, но перед уходом ещё раз осторожно поправила цветок на столе. Пальцами развернула горшок так, чтобы повреждённые листья не цеплялись за стопку салфеток, и убрала нож подальше.

Фрея при этом едва заметно улыбнулась. Я тоже это подметил. Мия и правда была близка к Илари не только энергией. Ей было не всё равно. Даже учебный цветок для неё уже не был просто расходным материалом.

У двери Мия обернулась к Фрее.

— Ты разве не со мной?

Фрея посмотрела на меня. Я ответил вместо неё:

— Нам с ней надо посекретничать. Я скоро принесу её тебе, не переживай.

— Посекретничать, значит, — Мия прищурилась. — Ладно. Только недолго.

— Иди ешь.

Она показала мне взглядом, что тон старшего брата мне всё ещё не положен по возрасту, но спорить не стала. Вышла, прикрыв за собой дверь. Несколько секунд в кабинете было тихо.

Фрея смотрела на закрытую дверь, потом перевела взгляд на меня.

— Мия удивительно талантлива.

— Это я уже понял.

— Не только в контроле, — сказала Фрея. — Её энергия — не чистая Ян. Это Ци, в которой Ян преобладает. Именно поэтому Мия так тонко её чувствует. И самое необычное — растение принимает эту Ци не хуже, чем чистую Ян.

— Ты видела такое раньше?

Фрея покачала головой.

— Нет.

Её глаза засветились зелёным. На этот раз она смотрела не на цветок и не на дверь, а на меня. Прямо и очень внимательно.

Я удивлённо приподнял бровь.

— Теперь моя очередь?

— Да. Твоя энергия тоже необычная, — сказала Фрея.

— И что именно тебя смущает?

Фрея задержала взгляд где-то на уровне моего солнечного сплетения. Видеть ядро напрямую она, скорее всего, не могла, но её Ян и опыт Илари явно давали куда более глубокий уровень оценки.

— Твоё ядро создано при помощи Инь, — сказала она. — Но твоя собственная Ци заняла в нём слишком большую долю источника. Если я не ошибаюсь, ровно половину. Так быть не должно. Чистая Инь должна подавлять обычную Ци, а не делить с ней основу поровну.

В голове раздался голос Арона:

— Она права. После создания Ядра моя Ци стала тяжёлой и агрессивной. Совсем не такой, как твоя.

Он говорил мне. Фрея его, разумеется, не слышала. Она продолжала смотреть на меня, ожидая реакции, а не ответа невидимого собеседника.

— А у Мии? — спросил я.

— Нечто похожее, но не пополам, — ответила Фрея. — У неё Ян всё же преобладает. Твоя энергия держит равновесие между обычной Ци и Инь. У Мии обычная Ци смешана с Ян, но Ян сильнее. Похоже, у вас обоих есть врождённые особенности, из-за которых энергия не ведёт себя по обычным правилам.

Я задумался.

Врождённые особенности. Если говорить о теле — возможно. Если говорить о душе — уже сложнее. Это тело досталось мне после смерти настоящего Каина, но источник, псионика и ядро работали в обычном режиме. В этом клубке пока слишком много неизвестного.

— Правильно ли понимаю, — сказал я через пару секунд, — раз энергия Мии не чистая Ян, то у неё не будет ограничений Илари?

Фрея чуть склонила голову.

— Скорее всего. Она сможет пользоваться человеческими техниками Ци. И, вероятно, сможет убивать в бою разумных и других существ без той реакции, которая убивает Илари. Проблема нашего вида именно в чистоте Ян. Когда Илари убивает, Инь притягивается к ней как магнит. Она вцепляется в источник и каналы. Для Мии это, скорее всего, не будет работать так же.

Хорошая новость.

— Я не хотел бы, чтобы Мия когда-нибудь сражалась, — нахмурился я. — Тем более убивала. Но мы живём не в мире, где можно просто захотеть безопасности и получить её. Ей не помешает научиться защищаться.

— Я сама хотела это предложить, — с лёгкой улыбкой кивнула Фрея. — Но лучше после того, как она перейдёт на Заложение Основы. С меридианами тренировки будут куда эффективнее. Её тело сможет выдерживать другие нагрузки, а потоки станут более подконтрольными.

— Тогда через несколько дней дам ей ядро монстра и проконтролирую переход.

— Лучше этим займусь я, — спокойно сказала Фрея.

Я посмотрел на неё.

— Почему?

— При моём создании Мия поделилась своей Ци. Благодаря этому я отлично вижу её внутренние потоки. В случае ошибки смогу вмешаться и помочь. Кроме того, я знаю идеальную форму каналов Ци. Если подсказать ей как правильно сформировать Основу, результат будет качественнее.

Серьёзные аргументы.

Мия уже на пределе Концентрации Ци. Обычный прорыв в Заложение Основы для неё и так не должен быть большой проблемой. Но учитывая её Ян-подобную Ци, этим делом и правда лучше заняться опытной Илари.

— Хорошо, — сказал я. — Поможешь ей сама. Но я буду рядом и тоже всё проконтролирую.

Фрея улыбнулась.

— Само собой.

Её тело мягко рассыпалось зелёным свечением. Человеческая форма свернулась, уплотнилась и стала тонкой лианой. Взяв её с края стола, спустился на первый этаж.

Мия сидела на кухне со стаканом воды и что-то с аппетитом уплетала. Увидев меня, подняла голову и сразу поинтересовалась:

— О чём вы говорили?

Я протянул ей лиану. Фрея обвилась вокруг её запястья.

— Обсуждали твоё обучение. Скоро, кроме уроков с Ян, ты будешь учиться сражаться.

Мия удивлённо подняла брови.

— Неужели ты будешь брать меня с собой за город?

Я усмехнулся и щёлкнул её по носу.

— Конечно нет.

Сестра фыркнула и ущипнула меня за руку.

— Тогда зачем?

— Мне будет спокойнее, если ты сможешь не только лечить, но и надавать по шее обидчикам. Даже если ими окажутся другие охотники. Или, не дай бог, монстры.

Мия потёрла нос и недовольно посмотрела на меня, но потом кивнула.

— Я не против.

— Вот и хорошо. А пока отдыхай.

— Ты тоже выглядишь так, будто тебе стоит поспать.

— Этим и займусь.

Я вышел из кухни и направился к своей спальне. После всего тело начало напоминать о себе усталостью. Взрыв, раны, тяжёлый разговор с Гином, мастерская, теперь ещё и энергия Мии. Слишком много всего для одного дня.

В комнате я закрыл дверь, снял толстовку и сел на край кровати. Слова Фреи о меридианах заставляли задуматься.

Если она может помочь Мии создать лучшую Основу, то вопрос сам собой переходит ко мне. Я свои меридианы создавал под давлением, через собственное понимание, советы Арона и общий принцип культивации людей. Это всё хорошо работает, но «хорошо» и «идеально» — разные вещи.

— Алиса, — мысленно позвал я. — Что ты можешь сказать про мои меридианы. Правильно ли я их создал?

Ответ пришёл почти сразу, мягким касанием мысли.

— Не совсем. Общая структура очень хороша. Удивительно хороша для человека, который формировал её без полноценного наставника уровня старших рас. Но несколько мест я бы поправила. Поток энергии станет куда ровнее.

Я удивлённо замер.

— Их можно изменять на таком этапе?

— Илари умеют такое, — ответила Алиса. — Это очень сложно. И лучше делать осторожно. Но невозможно это только для тех, кто не умеет работать с живой энергетической структурой.

Это уже очень интересно.

— Я был бы очень признателен, если бы ты помогла с этим, — сказал я.

— Без проблем, — спокойно ответила Алиса.

В следующий миг правую руку пронзила острая боль.

Не в мышце и не в кости. Боль ударила глубже, будто раскалённая игла прошла через кожу, каналы и источник. Резко сжав зубы, схватился за запястье. Пальцы сомкнулись на браслете из древних руин, о котором я уже и забыл.