Дом встретил Пашу тишиной и спокойствием. Ничего не было порвано, подрано, рассыпано или разбросано… кроме мусорного ведра. Но и оттуда ничего не пропало, а Герцог, чистый и сухой, спокойно спал на кровати. И пусть мусор по квартире ничего не валялся, но парень чувствовал себя как-то… странно. Ну нельзя порядочным домашним животным раскидывать грязные вёдра, вот только коту это не объяснишь. Даже если начать с ним разговаривать на эту тему, он максимум мяукнет, а понять, что это значит, Паша не сможет. Вздохнув, он убрал мусор на своё место и тщательно вымыл пол в том месте.

Проходя мимо зеркала, парень оценил свой внешний вид. И совсем не обрадовался увиденному. До безобразия отросшие волосы закрывали уши и настырно лезли в глаза. Если бы захотел, Паша мог бы сниматься в рекламе шампуня, размахивая головой в разные стороны, хвастаясь густотой и объёмом. А ведь он никогда и не носил такую длину, всегда подстригаясь максимально коротко. Вот только сначала экзамены, потом переезд и начало взрослой, самостоятельной жизни выбили его из колеи.

С бородой дела обстояли чуть лучше. Она особо не росла, полностью игнорируя щёки и рискуя превратиться в типичную козлиную при принудительном отращивании, но побриться всё равно не мешало. Это парень хотя бы может сделать дома, всё же бороду и усы он носить не планировал. Пока. Ну а дальше как фишка ляжет. Может он проснётся в один прекрасный момент и осознает, что неплохо было бы закосплеить Гэндальфа на пару с Дамблдором. Тогда точно не останется другого выбора, ни тот, ни другой без густой растительности до земли просто не могут быть, именно такой образ засел в головы людей, именно такими их и надо повторять. Вроде отец клал бритвенный набор ему в сумку…

Найти станок с тремя лезвиями, которые бреют ещё чище, чем можно себе представить, и пену, которая не сушит кожу, не вызывает раздражения и вообще настолько нежная, что может стать прослойкой для бисквитных тортиков, не составило труда. И уже спустя десять минут Паша вышел из ванной с девственно гладким лицом. К этому времени проснулся и котёнок и сначала не узнал хозяина, зашипев на него. Но потом, когда тот накладывал в миску последнюю порцию каши, привык и спокойно тёрся об его ноги.

А хозяин, тем временем, поняв, что котёнку надо будет что-то есть в дальнейшем, решил-таки разморозить рыбу. Благо, наличие микроволновки существенно ускоряло этот процесс и уже спустя два часа рыба отваривалась на пару до идеальной мягкости. Время Паша тратить зря не стал, решив посмотреть, что сейчас есть интересного из фильмов. Отечественный кинематограф при этом он решительно проигнорировал. Всё же копаться в тоннах сортирных комедий, многочисленных частях мультфраншиз, после третьего-четвёртого мультфильма уверенно скатывающихся в пропасть, сотнях военных фильмах о «реальных подвигах реальных героев» без сюжета и малейшей актёрской игры и миллиардах попыток «сделать как у них, но только у нас», совсем не хотелось. Безусловно, российские киноделы выпускали и свои хорошие оригинальные картины, но чтобы добраться до них нужно столько всякого разного перелопатить… Паша не хотел этим заниматься и искренне считал, что ему повезло с одноклассницей, прямо сейчас пытающейся поступить в какой-нибудь из вузов, где готовят сценаристов. Она этим горела класса с шестого и могла часами рассказывать о том или ином фильме, его достоинствах, недостатках, сюжете, прописанности персонажей, неожиданных поворотах и многом-многом другом. Паша был одним из немногих, кто соглашался слушать её лекции о гениальности «Побега из Шоушенка», новаторстве Данелии и Рязанова, скрытых посланиях Хичкока и «Солярисе» Тарковского. А она взамен уже девушка каждый месяц подкидывала ему годного отечественного. Согласилась она на это и теперь, когда он не сможет быть её слушателем.

А вот различного рода иностранное парень спокойно находил сам. Он был всеяден и мог посмотреть психологический триллер сразу после комедии, а боевик после хоррора, а супергероику после мелодрамы. Единственное, чего он терпеть не мог, это фильмы ужасов, напичканные скримерами. Поэтому и держался от них подальше.

По-хорошему, кино лучше смотреть в кинотеатре, но куда-либо идти Паше сейчас вообще не горел жаланием. Да и предположить, что сделает Герцог за минимум трёхчасовое полное отсутствие хозяина, он не мог. Поэтому и решил воспользоваться семейным пакетом услуг связи, которые отец оформил, по его словам, как только Павлик родился. Было там и кино. И вот уже больше восемнадцати лет по этому пакету, заплатив существенно меньше, чем стоит билет в кинотеатре, можно было купить любой фильм и в любое время посмотреть его. Причём заплатив только один раз, дальше гаслождаться процессом можно хоть каждый день.

От домашней станции, что располагалась в Белгороде, при переезде отец сына отключать не стал. Это давало возможность через номер телефона привязать карту и пользоваться всеми доступными благами цивилизации. Что Паша и проделал. Заняло это не больше пяти минут времени, а дальше, после проверки готовности рыбы — дошедшая до готовности, она было вынута из кастрюли и оставлена остужаться — парень смотрел полицейский детектив со странным названием «Не зли обедающего медведя» десятилетней давности.

Вообще, выбор был между мультиком про котов, который был оставлен для следующего раза, мелодрамой про развод, аж тремя супергеройскими боевиками, один из которых рекламировался как «масштабная битва трёх поколений героев с доселе невиданным врагом», и фильмом-катастрофой о землетрясении. Супергероику Паша на дух не переносил, считая, что кроме красочных боевых сцен она ни на что не способна, отзывы на мелодраму все как один кипели негодованием, а о землетрясениях это уже четвёртый фильм в году. Из двух оставшихся вариантов выбор пал на сложный, по описанию, для просмотра фильм. Парень решил, что перед игровым рейдом в очень странный лес это будет самое то.

И по началу кино даже выглядело интересным, пять минут было непонятно, кто будет главным героем, потом показали сразу пять вроде как несвязанных друг с другим убийств, следом судили какого-то странного маньяка и сняли с него все обвинения, потом полицейский по неосторожности убил того маньяка, пошли флешбэки из жизни полицейского, его судили, посадили в тюрьму… а потом Паша заснул. Проснулся он от громкого выстрела и сначала даже не понял, что произошло. А когда понял, осознал, что пропустил сорок минут двухчасового фильма и понять что к чему уже не представлялось возможным. На экране под низкий бит ревела вечеринка, камера фокусировалась на трёх молодых девушках, а никого из прежних героев даже не было видно. Поняв, что продолжать смотреть бесполезно, за полчаса до конца просмотр был прекращён. Герцог удобно улёгшийся на коленях, недовольно мяукнул, когда хозяин вставал.

В очередной раз вспомнив о том, что надо подстричься — снова помогло зеркало в прихожей — Паша проверил рыбу, которая давно остыла, разделал её на куски помельче, большую часть которых убрал в холодильник, сменил котёнку воду, поставил кипятиться воду для макарон себе и только после этого стал искать ближайшую парикмахерскую. К его удивлению, такая нашлась по соседству с ветеринарным магазином. Что ещё больше удивило парня, так это отсутствие записи. Можно спокойно прийти в любое время, когда студия — именно так себя позиционировало заведение — работала и, если мастер свободен, спокойно подстричься. Правда, с названием возникло что-то очень странное. Всё-таки «Руки в Красном» совсем не то, что хочешь увидеть на вывеске парикмахерской.

Поужинав пустыми макаронами, Паша решил отныне именовать себя долдоном. Забыть о самом главном — это надо не просто умудриться, а… парень даже не знал, с чем сравнить. А меж тем у него не осталось ни одной запасной тетивы. Последнюю из тех, что оставались ещё с охоты на куропаток, он практически израсходовал сегодня, запаса прочности осталось едва ли на лесятую часть. И ведь хотел купить, ещё в лесу думал об этом, но сначала мурыжащие его стражники, потом речь их капитана, а следом, в качестве добива, угрозы от шамана полностью выветрили мысль из головы. И вряд ли в полночь кто-то продаст ему их. Вряд ли вообще хоть один магазин будет работать в столь поздний час. В Снежном кряже сейчас тоже почти девять вечера, а все нормальные люди, даже если они НПС, в такое время сидят по домам и готовятся отойти ко сну. Паша очень хотел поспать нормально, как эти самые люди, а не в капсуле, но увы, его мечтам сегодня не суждено сбыться.

Вторая проблема стояла не так остро и заключалась лишь в малом остатке стрел в инвентаре. Ведь гостиницы работали круглосуточно, не закрывались на выходные, ни на праздники, а значит взять снарядов из инвентаря Паше ничто не помешает. Надо только зайти пораньше, взять необходимое, а потом уже мчать к домику рейдеров.

Остаток времени парень решил посвятить изучению Батлварса в целом и снежного кряжа в частности. Он даже открыл статью о всех без исключения божественных сущностях на территории региона, но постепенно, переходя по гиперссылкам внутри текста, набрёл на безумно интересный, якобы написанный историком Наракона Гартинэлем из Остара, трактат «Об озере Салипитендокурсашингис, жителях его берегов, их традициях, верованиях и Напе, гигантском бобре, что живёт в его водах»… и зачитался. Сто пятьдесят страниц текста за два с половиной часа пролетели так незаметно, что парню захотелось ещё. Но время поджимало и Паша поспешил в капсулу, ведь обещал прийти в домик рейдеров вовремя.

Но история, поданная сквозь призму ретроспективы, очень сильно зацепила парня. Он как будто наяву видел всё, о чём читал…

По заверениям Гартинэля, раньше, многие тысячи лет назад, на месте озера зеленели бескрайние степи, называемые Равнинами Рака. Их населяли многочисленные кочевые племена, поклоняющиеся Пантеону Ка. В то время не было в Нараконе сильнее богов, чем эта восьмёрка. Они стали первыми, кто смог позволить тебе на свою силу содержать малый пантеон из двух десятков божков помельче и до сих пор оставались единственными, у кого таких пантеонов было два. Никто не решался воевать с племенами за лакомый кусок почти не использованной земли, опасаясь гнева Ка, так что племена жили в довольстве и достатке под покровительством восьми богов.

Вот только всему рано или поздно приходит конец и могущество Ка не исключение. Враг, как обычно, пришёл оттуда, откуда его не звали — изнутри. У племён существовала многосотлетняя традиция — раз в год на неделю собираться вместе на праздник Прославления Ка. Там Боги решали, какое племя станет главным на следующий год. Главное племя имело обширные, почти безграничные возможности, в частности, именно оно решало, с кем из соседей можно вести торговлю, а с кем нельзя, кто достоин чести жить мирно с ракаду, как прозвали племена за их пределами, что, по одной из версий, значило «поклоняющиеся солнечным Ка». О мелочах, вроде браков между детьми вождей племён, распределением пастбищных угодий и, в особенности, посещений священных для рокаду мест, говорить и не стоит. А ведь именно от того, насколько часто племена говорят с богами, как считают историки, и зависело, кто будет главным на следующий год. Вот только Ка не давали одному племени главенствовать два года подряд, но это не мешало нескольким племенам объединиться и по очереди добиваться права на власть. Таких племён было шесть. Союз шести самых сильных племён решал, как будут жить остальные пятьдесят четыре. И большинству не нравилось такое положение дел, но они терпели почти три сотни лет, думая, что боги лучше знают, как поступать.

Но постепенно, год за годом, нарыв рос, креп и однажды его прорвало, как мощный поток воды прорывает хлипкую плотину в период половодья. Пятьдесят четыре племени напали на шесть и смели их числом, даже не заметив сопротивления. Вот только радости и мира это не принесло, внутри победителей стремительно разгорался конфликт деления власти, а боги не знали, стоит им вмешиваться или нет. Им были не понятны мотивы своих подданных, они считали, что власть дают самым преданным, а остальные не хотят этой власти, а потому и не просят её у священных камней. И когда боги всё-таки решили вмешаться, другие боги, объединившись, пошли войной на Ка. Одновременно с этим, соседи ракаду создали Коалицию Сотни Народов и стали захватывать Равнины лигу за лигой. Племена не успели опомниться, как оказались отрезаны от камней и ничем не могли помочь своим богам, боги же без поддержки терпели поражение за поражение. За каких-то пару месяцев их противники уничтожили оба малых пантеона Ка, а Коалиция под чистую вырезала сорок шесть племён. Ка, чувствуя скорое неминуемое поражение, решились на отчаянный шаг — опустить Равнины как можно ниже относительно других земель Наракона, преследуя мысль, что раз не им, то никому. Но сил на реализацию задумки в полной мере не хватило и некогда зелёные степи, а теперь выжженная до состояния песка пустошь, углубилась лишь на полторы сотни метров. Совсем немного в масштабе обширности некогда процветающих Равнин. Вот только людям, и не только людям, почти моментально оказавшимся на дне провала, от этого легче не было. И если боги-противники Ка поклоняющиеся им силы Коалиции спасли полностью, то за ракаду не вступился никто и они утонули в потоках неизвестно откуда пребывающей воды. Меньше чем за неделю степи превратились в идеально прямоугольный водоём с прямыми отвесными берегами. На этом история озера Салипитендокурсашингис вовсе не заканчивается, а только начинается. Как и трактат историка Гартинэля из Остара. Паша освоил лишь одну двадцать четвёртую часть всего текста, но останавливаться не собирался.

За время отсутствия Горпео, деревня никак не изменилась. Всё такая же пустынная улица, разве что ни один магазин, как и предполагал игрок, не работал. А вот таверна сияла огнями и привлекала к себе взор издалека. Туда и поспешил парень, забрать как можно больше стрел. Правда. Их осталось совсем немного, всего сорок три штуки, но это совсем не беда. Его главной задачей будет просто не находиться в деревне во время рейда, убивать никого не надо, только совсем уж крайнем случае, если нападут лично на него. Горпео надеялся, что таких случаев будет мало.

В домике рейдеров все без исключения готовились к предстоящему походу в лес. Таш начищал свою винтовку и проверял патроны, больше похожие на мини-гранаты; Дратис, одетый в странный чёрно-серо-белый полосато-пятнисто-клетчатый плащ, то исчезал, то появлялся, сокращая количество версий о «призраке» до единственной возможной; Гиша забралось с ногами на лавку, обхватила руками колени и раскачивалась, прикрыв глаза; трое носителей дробовиков на одно лицо распределяли патроны, вполголоса перекидываясь шуточками, создавая тем самым звуковой фон, который, очевидно, никому не мешал; «орчанка» разложила перед собой арсенал небольшого отряда — три пистолета, револьвер, штурмовую винтовку, охотничье ружьё, гранатомёт, патроны и снаряды к ним, метательные гранаты четырёх видов по пять штук — и лила из ладоней на всё это великолепие красноватый свет; вчерашние изучатели свитков молча и синхронно заряжали барабанные магазины, наверное, для автоматов, что лежали рядом, круглых металлических коробок у них скопилось по восемь штук на каждого. Отсутствовал только шаман, хотя за его приготовлениями игрок понаблюдал бы с огромным удовольствием. Впрочем, не исключено, что были бы они ещё скучнее, чем у Гиши.

Горпео осторожно сел на лавочку у двери и стал ждать. Время показывало без двадцати полночь, время ещё было и поэтому парень углубился в то, что хотел прочитать больше всего, но так и не сумел, влекомый другими текстами — «Краткий экскурс в верования Снежного кряжа». Богов, божков и территориальных и стихийных духов в холодной гористой местности оказалось на удивление много. По прошествии двадцати минут, когда в помещение вошёл Нок и сказал «Пора», бросив неодобрительный взгляд на игрока, тот дошёл лишь до буквы «И». Зато много нового узнал про Ашвари и дрогов с грогами.

Рейдеры, к удивлению Горпео, пошли пешком, хотя позавчера его забирали на какой-то технике. Почему так он решил не спрашивать, чтобы лишний раз не нарываться на гнев шамана.

У самых ворот парня окликнула Гиша.

— Эй, посланник, стой и слушай, — зычно, как показалось Горпео, на всю деревню, сказала магичка.

Он остановился, все рейдеры тоже.

— Ты бесполезен, — начала Гиша. — Ты с нами лишь потому, что наш проводник в мир духов боится оставить тебя в деревне. Я полностью солидарна с ним, но в рейде ты нам не нужен. Тратить силы ещё и на твою защиту никто не будет, решишь погеройствовать — отлетишь к воротам, а Нок после этого тебя на клеточки растворит и поделом. Поэтому спокойно стой в стороне и ничего не делай. А главное помни — ты бесполезен. Понял?

— Я бесполезен, о всемогущая госпожа, — как можно спокойнее проговорил Горпео.

Магичка ничего не ответила, но в глазах её пылала ярость. Наверное, игрок сказал совсем не то, чего от него ждали, но молча проглотить обиду он не мог. Да, он сам понимал, что не сможет ничего противопоставить тварям леса. Да, он сам хотел не ввязываться в бой, хотел отсидеться, хотел притвориться мебелью. Но зачем было унижать его во всеуслышанье? Чего добивалась Гиша? Горпео не понимал. Она сильная, она владеет магией, которая игроку, может, пока, а может, и вообще, недоступна. Но с чего такая спесь по отношению к слабым? По отношению лично к нему, на худой конец! Он ведь ни Гише, ни кому ещё из рейдеров не конкурент. Конечно, он ещё не определился со своим будущим в игре, но рейдером точно быть не хочет. Сидеть на одном месте безвылазно, защищая его от посягательств неизвестно кого и неизвестно зачем не для него. Он хотел побывать в как можно большем количестве мест Наракона, он вообще любил путешествовать и слава отцу, что у него была такая возможность. На ближайший год, правда приостановленная, но всё же. Рейдером Горпео быть не хочет!

— Ты идёшь или нет? — внезапно спросил Таш.

Все уже отошли на добрый десяток и только он стоял как вкопанный. Парень бросился догонять группу, заметив, что на отворачивающемся лице шамана расплывается улыбка. Горпео чуть не фыркнул от досады. Ещё бы, ненавистному посланнику выволочку устроили! Внутри игрока всё кипело от злости.

Конечную цель своего похода рейдеры явно не собирались озвучивать и игрок просто шёл за ними, стараясь не отстать, чтобы шаман не решил выместить на нём свою ненависть. Шли они по «светлой» части леса, ночью от тёмной никак не отличимой. Шли друг за другом, цепочкой. Последним шёл Дратис, и, когда группа приблизилась к границе, протянул Горпео синий прямоугольничек на серебристой цепочке.

— Это амулет, — не дожидаясь вопроса, сказал ассасин. — Без него ты не пройдёшь. Ну и защищает немного от всякого.

Парень лишь кивнул, решив не вдаваться в подробности, чем может быт это «всякое». Система предложила надеть амулет через окно персонажа, но Горпео проигнорировал сообщение, защёлкнув его на шее по старинке. Он и так оказался в нужном слоте «Снаряжения».

«Тёмный» лес встретил группу людей и смесков уже знакомыми игроку тишиной и сладковатым запахом. Кабанов со светящимися глазами не обнаружилось, зато света было — хоть отбавляй. Нет, как днём в «светлой» части здесь не стало, но видно всё было очень даже хорошо. И Горпео сразу заметил отличия одной части от другой. Если в лесу, оставшемся по ту сторону границы, преобладали лиственные деревья и различного рода высокие кустарники, а землю густо устилала трава, то здесь росли хвойные, по большей части, сосны и что-то типа секвой, можжевельник, ещё какие-то кустарники, в изобилии синела черника, а под ногами поскрипывала хвоя. Разница, как говорится, на лицо. И везде: на стволах, на живых и уже опавших хвоинках, на листьях и ягодах черники — светились мелки-мелкие точки непонятно чего. Так и не скажешь сразу, где «тёмный», а где «светлый» лес. Впрочем, свободного места для гуляний хватало и там, и там.

Чтобы убедиться, что он не сошёл с ума, Горпео достал карту… и обомлел. Та часть, что ещё утром… уже вчера утром, получается… была нанесена светлым, потемнела, а та, в которой они шли сейчас, наоборот, стала светлее.

— Приближается враг с севера, — сказала вдруг девушка, что совсем недавно заряжала в барабаны патроны, а ещё раньше что-то изучала в свитках с парнем.

Все рейдеры дружно развернулись направо и разорвали походную цепь. Трое парней с дробовиками встали впереди, дружно крутнув стволы до характерного щелчка. Таш встал сразу за ними, Нок рядом с ним, Гиша — чуть поодаль. Дратис обратился в призрака и растворился в пространстве, «орчанка» встала сзади всех, сняла рюкзак — что характерно, остальные шли без каких-либо сумок — и достала из него автомат, который в принципе не мог туда поместиться. Изучатели свитков взяли в руки своё ППШ-образное оружие. Всё произошло меньше, чем за пять секунд. Горпео ушёл за девушку-несуна и на всякий случай, взял в руки лук.

Врагами оказался десяток пауков. Поблёскивая своими синеватыми хелицерами — или как там они правильно назывались — членистоногие неслись прямо на рейдеров. Примерно за десять шагов парни активировали свои дробовики. Всех пауков снесло первым же залпом, но на смену им приходили всё новые и новые. В какой-то момент мощи дробинок перестало хватать, чтобы уничтожать всех, и тогда в вдело вступила Гиша. Она достала два лоскутка ткани, зажала по очереди каждый в правом кулаке, что-то прошептала им, поводила рукой туда-сюда, соединила узлом, подожгла, через мгновение погасила, разъединила и только потом выпустила на свободу. И всё это буквально за пару секунд, Горпео едва уловил, что делала девушка. Один лоскуток закружил в странном танце над троицей, проявляя себя как полусферический щит, отбрасывающий пауков назад, если те подходили слишком близко. Второй же полетел на пауков и взорвался подобно гранате, растворяя ближайших и разбрызгивая что-то розовое и явно очень едкое. На рейдеров не попало ни капли, а вот членистоногим здорово досталось. На пару секунд образовалась пустота в потоке пауков и этим решил воспользоваться Таш, стрельнув своей мини-бомбой. Эффект оказался просто феноменальный, пауков погибло раза в три, чем от лоскутка магички.

Но и пауки оказались не лыком шиты и смекнули, что в лоб им не пройти. Вот только на их попытку зайти сбоку в бой вступил шаман. Вскинув над головой свой извилистый посох и несколько раз покрутив его, он зашёлся в странном танце, будто пытался ногами с раскачки забивать сваи. Выглядело смешно, но работало просто отлично. Голубоватые полупрозрачные духи, которых Горпео сначала принял за новых врагов, стали стеной на пути пауков. Те, попытавшись пройти и потерпев фиаско, будто смертники, были вынуждены вернуться в первоначальный конус атаки, стены которого так же обозначились духами. Правда, шесть пауков каким-то образом всё же оказались сзади и Горпео был вынужден их убить, потратив девять стрел. Умирали они с одной стрелы, а вот с первого раза парень попадал не всегда.

Количество и качество пауков существенно изменилось. Их стало значительно больше и на смену тем, что с синеватыми хелицерами пришли те, что с красновато-зелёными и чисто красными. А под конец вообще с бронзовыми с характерным блеском. Дробовик-тим, Гиши и Таша перестало хватать на их всех. Парни усердно стреляли, время от времени беря новые магазины у «орчанки», глава посылал свои бомбочки, а магичка — лоскутки, но новые пауки оказались крепче и в дело вступила парочка «барабанщиков» и сама «орчанка». Вот только если Таш стрелял в промежуток между парнями, а парочка сбоку от них, то пули девушки-несуна проходили чётко сквозь троицу. И вроде автомат был у неё самый обычный, и пули вылетали без чего-то странного, но пауки от неё получали урон, а рейдеры — нет.

В какой-то момент Горпео был уверен, что пауки снесут рейдеров, как цунами хлипкие домики на берегу моря. Слишком уж близко подходили членистоногие, щит аж начал мерцать полицейской сиреной, намекая, что недолго ему осталось. Хозяйка же щита явно думала иначе и, не отвлекаясь на взрывы розовым веществом, она потерла руки, а потом что-то стряхнула, с ладоней посыпалась чернота. В тот же миг чёрной трухой осыпался лоскуток над головами дробовик-тим, а щит понёсся вперёд, снося пауков. Там его встретил Дратис, принял на «бамбуковые» палки впитал в них, раскрутился и выплеснул обратно, раздав всем паукам по серьгам. Бой на этом закончился, духи исчезли.

Гиша тут же опустилась на землю, подтянула к лицу колени, обхватила их руками, закрыла глаза и стала раскачиваться — всё, как двадцать минут до полуночи. Нок же пошёл вглубь леса, к целым паукам, водил над ними посохом, тряс чалмой и что-то пел. Их них вылетала голубоватая субстанция и втягивалась в посох.

— Души собирает, — сказал ассасин, заметив, куда смотрит игрок. — Он без них, как без рук.

— Я понимаю, — кивнул Горпео.

— Ты сам-то как? Смотрю, шестерых убил.

— Да я случайно, — пробормотал парень.

— Ну знаешь, случайно, — возмутился Дратис. — К убитым от своей руки надо относиться с уважением. Ты в них стрелял? Стрелял! Они от этого умерли? Умерли! Поэтому, будь добр, забудь слово «случайно» навсегда и больше не произноси.

— Хорошо, — ответил игрок, отступив на шаг от напирающего рейдера. — И всё равно, я убил меньше всех.

— В этом ты прав, — кивнул ассасин. — Тош, Ерег и Лашвин сделали большую часть работу.

— А мне показалось, что Гиша, — недоумённо сказал Горпео.

— Когда кажется, молиться надо, — усмехнулся Дратис. — Хотя тут ты прав, если считать по одному, то она первая. Потом я, и только потом ТЕЛы.

— Кто?

— Ну, по первым трём буквам, «Т», «Е» и «Л», ТЕЛ. Так, аббревиатурой, их и стали называть.

— Понятно. А зачем вообще нужен этот рейд?

— Очистить самую опасную часть леса от тварей. Чтобы на ярмарке не случилось рецидива.

— На ярмарке?

— О да, завтра в Лависи ярмарка Ивкану, очень красочное мероприятие, скажу я тебе, — потряся указательным пальцем, сказал Дратис. — И нам совсем не нужно. Чтобы в её разгар из леса попёрла всякая мерзость и люди были вынуждены свернуть веселье. Вот мы и здесь. Именно поэтому мы рейдеры.

— Что-то я не заметил никаких приготовлений к ярмарке.

— А ты и не мог их заметить, ты по лесу шлялся. А все украшения и атрибуцию будут ставить за… сегодня утором.

— Понятно, — протянул Горпео.

— И всё-то тебе понятно.

— Ну, после того, как объяснят, — всё.

— Но только ты не расслабляйся, — тут же стал серьёзным рейдер. — А лучше вот, выпей.

С этими словами ассасин протянул игроку пузырёк с тёмной жидкостью и простой деревянной пробкой.

— Что это?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, тебе не кажется?

— Мне не нужно то, о чём я ничего не знаю. Что это?

— А что мне мешает тебе прямо сейчас соврать и ты выпьешь яд под видом элексира вечной молодости?

— То есть это надо пить?

— А что ты ещё собрался с жидкостью делать?

— Да всё, что угодно! Бросить во врага, пролить на землю, помыть голову, смазать меч, отравить ближнего своего, взбить до кремообразного состояния и ещё добрая сотня разных способов применения жидкости, о которой ничего не знаешь!

— Один-один, — усмехнулся рейдер. — Это Зелье Охотника, тебе должно подойти. Оно полностью безопасно.

— Точно?

— Да чтоб Ашвари призвала меня прямо на этом месте!

Горпео обрадовался фразе ассасина. Он уже знал, что играть с богами в Нараконе опасно для жизни, «Краткий экскурс» очень много уделяет этому внимания. И если Дратис косвенно призвал в свидетели богиню и с ним ничего не произошло, ему можно верить. Поэтому парень отвинтил пробку и опрокинул густое содержимое пузырька в себя. Его горький вкус заставил игрока закашляться, но спустя минуту, когда он смочил горло из фляжки, предложенной «орчанкой, и он поднял от земли голову, мир вокруг преобразился, он стал намного чётче, а глаза легко могли найти каждую черничинку и попасть точно в неё. Перед глазами выскочило несколько сообщений. Но парень свернул их, не то того сейчас.

— Должно в стрельбе помочь, а то ты безнадёжно мажешь.

— Спа… спасибо, — хрипло произнёс Горпео.

— Ну и маленькая ложка сафи в божественный нектар — до конца действия зелья ты будешь хрипеть, подобно вороне.

— Но ведь вороны каркают.

— Вороны хрипло каркают, — учительским тоном сказал Дратис. — Как ты сейчас. Только не каркаешь.

— Понятно.

— Эй, посланник, не хочешь стать полезным? — крикнул парень из двойки «барабанщиков».

— Очень хочу, — подошёл к нему Горпео. — Очень хочу, урш Ванакар. Что надо делать?

— Как ты меня назвал? — вкрадчиво спросил парень.

— Урш Ванакар, — ответил игрок, ничуть не испугавшись. — Разве это не ваше имя?

— Моё. Но как ты его узнал? Как и то, что я терпеть не могу фамильярности?

— Ван, отстань от малда, — нахмурившись, произнесла девушка-“барабанщица» — Разве не понятно, что в этом замешан Дратис?

— Понятно, очень даже понятно, сини, — ответил парень мимимишным тоном.

Сразу стало ясно, что они если не в браке, то минимум встречаются.

— Ну а раз понятно, то переходи сразу к сути. Уверена, он уже не терпит приступить к делу. Верно, красавчик?

— Верно, — осторожно ответил Горпео.

То, что красавчиком назвали именно его, он понял не сразу. А зачем это понадобилось девушке не понял совсем.

— Значит так, посланец, — покашлялся Ванакар, привлекая к себе внимание, — возьмёшь у Ишуры пузырёк и кисточку и соберёшь откуда только сможешь этих белых святящихся точек. Задача ясна?

— Так точно, урш Ванакар.

— Ну так приступай. И постарайся всё сделать быстро. И без грязи. Субстанция нужна чистейшая.

К удивлению игрока, задание оказалось слишком лёгким. Знай себе собирай и собирай, ни на что не отвлекаясь. И пусть точки были совсем крохотными, но их изобилие позволило заполнить пузырёк, точно такой же, из которого Горпео выпил зелье охотника, всего за пятнадцать минут. К этому времени все уже были готовы идти дальше, патроны заправлены в магазины, оружие осмотрено и почищено, маги запитаны маной, а шаманы — духами. И в тот момент, когда Ванакар со снисходительной улыбкой принимал пузырёк, парню пришла в голову интересная мысль: что если сбор светящихся точек был способом занять его делом, чтобы под ногами не мешал? Нет, может быть и так, что субстанция и правда нужна, а все остальные заняты делом, но и первый вариант исключать было нельзя.

Следующими врагами были какие-то странные гусеницы на тонких ножках. С тем учётом, что сами личинки насекомых оказались размером с давешних пауков, а ног было шесть, смотрелось это жутко. Они также различались по цвету. Сначала бежали зелёные, потом сиреневые, потом синие в чёрный горошек и самые последние ядовито-салатовые в тонкую красную полоску. В остальном же способ убийства ничем не отличался от паучьего, даже те же самые шесть тварей проникли сзади и были беспощадно убиты одной стрелой каждая. После боя Горпео так же собирал светящиеся точки в пузырёк, а Ванакар с той же ухмылкой его принял.

Дальше пришли, как в последствии решил для себя игрок, самые опасные враги — чёрные собаки, похожие на раскормленных догов и очень-очень быстрые. Из их пастей капала синяя святящаяся жидкость, шипевшая при контакте с хвоей. Они сразу пошли из нескольких мест и рейдерам пришлось занять круговую оборону. Горпео оказался внутри круга и был вынужден отстреливать самых ретивых псов. Таш поменял разрывные бомбы на дробь и присоединился к дробовик-тим. Гиша вместо лоскутков кидала маленькие шарики, с громким треском разрывающие собак на куски. Ишура достала пистолеты и по-македонски постреливала из них. Пули из стволов, очень похожих на ПМ, вылетали с красноватым сиянием. А вот «барабанщики» не изменили себе и орудовали ППШ. Нок же использовал каких-то других духов, угольно-чёрных, те вселялись в псов и буквально распяляли тех на мелкие кусочки. Даже Дратис не пошёл в рукопашную, а стоял в круге наравне со всеми, пользуясь, и довольно успешно, мини-арбалетом. Все звуки, издаваемые оружием рейдеров, сливались в один концерт, который, к удивлению Горпео, ему очень нравился. Концерт был и на первых двух типах врагов, но там за чётким дробовым ритмом не следовало интересной мелодии из прочего оружия, «барабанщики» и Ишура стреляли очень неровно, разве что взрывы бомбочек от Таша чётко вписывались в общую «мелодию» ритмическими точками. А здесь будто играл барабанный оркестр, всё слажено, всё гармонично, даже перезарядка укладывалась в одинаковое количество тактов. В этот момент Горпео даже пожалел, что он не битмейкер, такой материал пропадал!

Но просто не было. Пусть оркестр и играл слажено, псы всё равно нет-нет да и проскакивали поближе. И чаще всего своей целью выбирали шамана. Первый раз, когда такое случилось, Горпео медлил, надеясь, что Нок контролирует ситуацию и сможет убить его. Но время шло, а тот не предпринимал ничего, да и все остальные продолжали выкашивать собак, как ни в чём не бывало. И тогда он выстрелил, с одной стрелы убив пса. Явного неодобрения, косых взглядов или чего-то ещё в таком духе не последовало и впредь игрок решил отстреливать тех, кто подобрался максимально близко. За бой таких набралось шестнадцать штук, стрел в колчане Горпео осталось всего одиннадцать.

Зато, когда он в очередной раз собирал пузырёк с субстанцией, смог насобирать лута с псов. Так как все ячейки, кроме одной, оказались свободны, только фляга с водой от системы и пылилась в инвентаре, он насобирал столько шкур, сколько смог. Получилось двести девяносто, по десять на ячейку. Игрок не знал, насколько они ценные, но намеревался продать по максимуму. Еду он не взял, даже не подумал о ней, но черника оказалась вполне съедобная и свою функцию выполняла на ура, а воды Горпео набрал из давешнего ручья, мимо которого группа проходила.

Следующий бой выдался самую малость полегче. Снова круговая оборона, снова противники со всех сторон, но на это раз летающие. Бой выдался короче, но стрелы игрок израсходовал все. И было совсем не похоже, что это конец. Зато потренировался в стрельбе из лука по хаотично движущейся мишени. И получилось очень даже хорошо, всех с первого раза. Правда, пару раз подлавливать их пришлось у самых лиц рейдеров и Горпео боялся, что за это Гиша снова накричит на него, но получилось совсем наоборот.

— Эй, посла… Горпео, кажется, да? — осёкшись, спросила магичка.

— Да, — кивнул парень.

— Я была не права, — опустив взгляд, сказала девушка, — ты не бесполезный. Если бы не ты, нам пришлось дважды задействовать резервный план и тратить ценные ресурсы. Спасибо тебе.

Горпео аж опешил. Он не знал что сказать и в итоге не сказал ничего, так и замерев столбом.

— Знаешь, парень, — хлопнул игрока по плечу Дратис, — если девушка говорит, что не права…

— То я её мармеладный, — закончил Горпео, вылезшей откуда-то из закромов памяти фразой.

— Ну… возможно, — не стал спорить ассасин. — Сколько у тебя стрел осталось?

— Ни жёванного крота, — тем же деревянным голосом ответил игрок.

— За капитаном стражи повторяешь? — прищурился Дратис.

— А разве это плохо?

— Вовсе нет, повторять за умным человеком не просто нормально, а отлично. Главное, решить для себя, кого считаешь умным.

Ассасин ещё раз похлопал парня по плечу и пошёл о чём-то разговаривать с дробовик-тим. Горпео же взял у Ишуры очередной пузырёк и пошёл его заполнять. При этом он поймал недовольный взгляд шамана, направленный на Гишу. Ещё бы, внутренне усмехнулся игрок, как же, она, вся такая-растакая, посмела выйти из их союза ненависти к посланнику. Ай-яй-яй, какая нехорошая девочка…

Постепенно накапливалась усталость. Полоска, отвечающая за неё, медленно, но неумолимо коричневела. И если следующий бой по конусообразной схеме Горпео ещё помнил, то следующий за ним, оказавшийся последним, на утро вспоминал отрывками. Противниками предпоследней стычке оказались странные ящерицы, похожие на варанов. Цветом они все были на одну шкуру, а вот голосам… Если самые первые ещё походили на типичный рык рептилий, то крик последних больше напоминал камнепад. Будто в видео редакторе поменяли звук картинке, такой был диссонанс. И, как понял, игрок, именно крик являлся основным оружием лесных варанов. Пару раз в Горпео прилетали десятисекундные дебафы на оглушение и окаменение. И только на него, рейдеры как ни в чём не бывало продолжали стрелять. Разве что Ванакар периодически, секунд на пять, убирал ППШ и снова и снова разжигал сизоватый свет на своих ладонях. Наверное, это и был щит от крика. Как и пауки с гусеницами, вараны также частично просочились сквозь духов и Горпео отстреливал их. Стрелами молча поделилась Ишура. Она вообще за эту ночь произнесла меньше слов, чем уже вчера при споре с шаманом. Зато дело своё выполняла на отлично, вовремя меняя все отстрелянные магазины, заряжая их после боёв и сама успевала пострелять.

С одной стрелы вараны не умирали, уж слишком прочна оказалась шкура ящериц. Зато с двух ложились все. И того Горпео потратил двадцать стрел за этот бой, но вернуть в кратном размере никто не просил, даже шаман.

Из последнего он уже помнил только яркие святящиеся квадраты. Что или кто это был, понять будущий лекарь уже не смог, но также отстреливал, когда получалось. После этой стычки собирать субстанцию не понадобилось, все засобирались обратно в деревню. Игрок шёл практически на автомате, но разговор дробовик-тим, а вернее, спор о каких-то ящиках у главных ворот, куда могло поместиться очень много, но никто не знал, для чего их туда поставили изначально, уловил. Как и то, что воспользоваться ими могло до десяти человек одновременно, но положенное в них кем-то другим взять не получится. Как прошли ворота Горпео не помнил, очнулся уже возле гостиницы. Решив, что на сегодня приключений точно достаточно, зашёл внутрь, нашёл свою личную комнату и поставил аватар на сон. После чего вышел из игры. В реальности уже вовсю разгоралось утро.