Вокруг было тихо. Ни звуков. Ни запахов. Ни жары. Ни холода.

Ничего.

Все исчезло, и лишь белый Свет заливал стерильное пространство вокруг.

Денис и сам не понял, как оказался здесь. Секунду назад он держал в руках сумку с Урной Лиорно, а сейчас стоит в этом странном месте с пустыми руками и щурится от бьющего отовсюду разом слепящего Света.

Только спустя минуту, парню удалось привыкнуть к яркости вокруг, и он смог увидеть их. Десятки и сотни статуй, стояли на тех же местах, где и раньше, и к ним по-прежнему тянулись белые энергетические нити. Вот только выглядели они совершенно иначе.

И нити. И сами статуи.

Денис подошел к ближайшей и протер свои глаза. Ведь статуя перед ним изменилась до неузнаваемости. Залитая белым светом, она потеряла статичность и пульсировала, словно живое пламя. Из-за чего казалось, будто статуя ожила.

Юный лекарь завороженно протянул ладонь, и как только она коснулась залитого белым светом «камня», он ощутил тепло и услышал голос. Шепот, очень похожий на те, что он слышал ранее. Только в этот раз он звучал более четко. Настолько, что Денис смог даже разобрать отдельные слова.

Правда эти слова были не согласованы друг с другом и образовывали несвязную речь, похожую на речь лунатика. А сама «статуя» хоть и выглядела живой и шевелилась, глаза ее оставались закрыты.

И таких «статуй» вокруг были сотни. Казалось, что их тут даже больше, чем было в ангаре. Хотя, глядя на эти «танцующие» как пламя белые силуэты так близко, их уже сложно было назвать статуями.

Первое слово, которое пришло в голову парня на замену это «душа».

— Я вижу их души, — озаренный собственной догадке прошептал Денис, и отстранился на шаг.

Он опустил взгляд ниже, туда, где из его груди выходило множество энергетических нитей, и юный лекарь коснулся одной из них. Сияющая нить подернулась, как натянутая струна, и в голове Дениса возник новый шепот.

Такой же понятный, но такой же несвязный.

Тогда Денис стал касаться других нитей, одну за одной, он касался каждой, и в его сознание вливались новые голоса. Через эти нити, парень словно подключался к их сознанию, и мог слышать эти души. Слышать каждую через связующую ментальную нить.

Голосов в голове было много, но на этот раз они не приносили боли. Наоборот, слушать их было приятно. От них веяло теплом. От них веяло жизнью.

И как только Денис это осознал, перед ним вдруг появился образ. В отличие от «танцующих» на одном месте «статуй», этот образ был вдвое выше и перемещался. Образ величественно плыл по этому пространству и, достигнув парня, остановился в нескольких метрах.

— Ты не статуя, — не спрашивал, а утверждал Денис, глядя не единственный сгусток энергии в этом месте, к которому не вела его нить.

— Нет, не статуя, — усмехнулся подергивающийся неуловимый образ мужчины, — но ты ведь и так уже понял, кто я, да?

Денис действительно понял. Понял в тот самый момент, когда услышал этот исходящий от Урны голос.

— Лиорно, — прошептал юный лекарь, сам не до конца веря своим словам, — но как? Ты же… умер?

— Умер, — подтвердил сияющий белым Светом образ.

— Я держал в руках твой прах… — не очень уверенно добавил Денис, инстинктивно сжимая пустые ладони.

— И что? Возможно, прямо сейчас кто-то на той стороне держит твой, — подернулось странной улыбкой лицо пульсирующей сущности.

— Возможно, — не стал отрицать такого варианта Денис, — где я? Это мир Света?

— Не совсем, — качнул головой образ, принявший более человечные черты лица, и мягко опустившийся ногами на землю.

— Но тогда где? — недоуменно спросил юный лекарь.

— Хм, хороший вопрос, парень, — задумался Лиорно, — у этого места нет названия, но самой ближайшей аналогией, пожалуй, будет загробный мир.

— Загробный мир? — отшатнулся Денис, и осмотрелся тут еще раз, — эм… не так я его себе представлял.

— Я тоже, — усмехнулся Лиорно.

— Но разве загробный мир не принадлежит Стихии Смерти? — сощурился Денис.

— Поэтому я и сказал аналогия, парень, — спокойно ответил Лиорно и окинул взглядом энергетические сгустки «статуй» вокруг, — это не совсем загробный мир, а скорее место прямо перед ним. Слышал ли ты когда-нибудь выражение «свет в конце тоннеля»?

— Да. Красивая фраза, которой выжившие часто описывают свой околосмертный опыт, — произнес юный лекарь.

— Ну вот, ты сейчас находишься в месте, откуда и исходит этот Свет, — улыбнулся еще шире Лиорно, — он служит надеждой и оберегает от забытья продолжающие бороться души, чья связь с реальным телом еще не до конца потеряна.

— Это Свет Преисподней, — прошептал Денис название одной из древних и самых разрушительных техник Стихии Света, создание которой приписывают Паладину Лиорно.

— Одно из названий этой техники, — вздохнул Лиорно, — но мне оно никогда не нравилось. Потому что смысл этого Света ровно в обратном, парень. Служить маяком и спасать невинные души от загробного мира, а вовсе не отправлять их туда. Спасать таких как они.

С этими словами сущность Паладина Света указала на мерцающие «статуи» вокруг.

— Григор создал эту технику, чтобы спасать тела. Я же создал Свет, чтобы в эти тела было кому возвращаться, — с некой грустью в голосе добавил Лиорно.

— И что же является источником этого Света? — жадно впитывая каждое слово Паладина Света, спросил Денис.

— Я.

— Даже после смерти? — удивился юный лекарь.

— Смерть не повод перестать помогать людям, парень, — как само собой разумеющееся произнес Лиорно, — иногда это лучший способ.

— Ты сам сжег себя, — хмыкнул Денис, глядя в эти пульсирующий чистым сиянием Света глаза.

— Да, — не стал отрицать Лиорно, — это было моим искуплением. При жизни я наделал достаточно ошибок. Помогал не тем людям. Доверился тем, кому нельзя было доверять. Позволил использовать себя. Позволил превратить техники созданные помогать в оружие. Осознание этого пришло ко мне слишком поздно, парень. Увы, оно пришло тогда, когда уже ничего нельзя было изменить. Я скитался и помогал людям, отчаянно пытаясь исправить ошибки прошлого, но в итоге пришел к тому, что больше не мог смотреть как мою силу используют во вред, поэтому я решил перестать бороться и просто уйти. Думал, что это исправит мои ошибки и спасет мир хотя бы от нового вреда, но в итоге я стал заложником собственной техники и оказался здесь. Кто же знал, что Паладину Света не так просто умереть.

— Это мне знакомо, — нервно усмехнулся Денис, вспоминая как сам не раз и не два думал о смерти, хоть и не всерьез, после чего посмотрел на Лиорно и произнес, — но даже оказавшись здесь, ты все равно мог уйти. Верно?

— Мог, — вздохнул Лиорно, — но оказавшись здесь, я увидел их. Души, что находились здесь и продолжали бороться. Вспомнил, что Свет Преисподней несет еще и добро. И несмотря на всю накопившуюся боль и сожаления, я не смог бросить их здесь. Не смог предать стремления тех, кто в отличие от меня еще был готов бороться. Поэтому я дал себе слово ждать и поддерживать их столько, сколько потребуется. И ждал, пока мой прах не нашел Маркус. Он очистил мою душу от боли. Переложил сожаления и заботу о мире на свои плечи, но даже после этого я не смог найти в себе силы уйти. Поначалу я не понимал, почему остался, но… — поднял он сияющий Светом взгляд на юного лекаря, — но теперь я, кажется, понимаю.

— Да? И почему? — подался вперед Денис.

— Чтобы исполнить свой последний долг Паладина, — улыбнулся Лиорно.

— Эм… — вздрогнул от этих слов юный лекарь, — и в чем он заключается? — задал Денис вопрос, но ответа на него не получил.

Вместо этого Лиорно задумчиво сощурился, оглядел парня с головы до ног, и спросил:

— Зачем ты пришел сюда, парень?

— А? — часто заморгал глазенками Денис, — в каком смысле зачем? Разве не ты сам меня сюда позвал?

— Я тебя не звал, — покачал головой Лиорно.

— Стой… как это не звал, — недоуменно отозвался Денис, — но ведь тот голос… это был твой голос… ты сам твердил «прими», «прими», «прими». Я думал это было приглашение и принял его.

— Это было не приглашение, парень, — с легким снисхождением в голосе произнес Лиорно, — это было совет.

— Совет? Какой еще совет? — окончательно перестал понимать Денис.

— Ты так отчаянно желал спасти этих людей, парень, но при этом начал отвергать силу, которая может это сделать… — начал объяснять Лиорно.

— Силу которая может это сделать⁈ — перебил его юный лекарь, — это какая еще такая сила… — пробурчал он, а потом его глаза округлились и он опустил взгляд на исходящие от него ментальные нити, — нет… нет-нет-нет! НЕТ!

— Вот опять, — покачал головой Лиорно, — я говорю прими, а ты отвергаешь собственную силу, парень. Почему?

— А разве не очевидно⁈ — эмоционально всплеснул руками Денис, — это не сила! Это проклятие! Клеймо! То самое искаженное наследие, от которого ты и сбежал!

— Ошибаешься, — не согласился Лиорно, — ментальный контроль часть Света. Свет часть целительства. А целительство часть тебя. Это все сила. Твоя сила лекаря. И ты не сможешь ей полноценно пользоваться, пока полноценно не примешь себя.

— Принять⁈ Принять то, что делал мой отец? Что делали… все они⁈ — перейдя на крик, выпалил Денис, — Я НИКОГДА ЭТО НЕ ПРИМУ! НИКОГДА! ИНАЧЕ ВСЕ ЭТИ УЖАСЫ СТАНУТ РЕАЛЬНЫ! ИНАЧЕ ВСЯ МОЯ БОРЬБА С ЭТИМ ПОТЕРЯЕТ ВСЯКИЙ СМЫСЛ!

— Все эти «ужасы» такая же часть тебя, как и твоя борьба, — совершенно не изменившимся спокойным голосом произнес Лиорно, — это твое прошлое, парень. Это прошлое Клана Света. Нравится тебе это или нет, все это часть силы целителя. И ты никогда не сможешь полноценно воспользоваться силой, часть которой ненавидишь.

— Вот как, — нервно усмехнулся Денис, а его плечи бессильно опустились, — выходит… выходит из меня действительно никудышный лекарь.

— Возможно, — неожиданно легко подтвердил Лиорно, — но другого лекаря у мира Света нет.

От этих слов у Дениса защемило в груди. Волна отчаяния и слабости нахлынула на него, и он упал на колени, не в силах поднять взгляд. Все, чего ему хотелось сейчас, это провалиться сквозь землю от стыда и собственной слабости.

Огромных трудов юному лекарю стоило, чтобы отогнать это чувство и поднять взгляд. Пусть и целитель из него выдался никудышный, Денис все равно не готов был сдаться.

— Но если не ты меня сюда привел… то, кто это сделал? — произнес он вдруг появившийся в голове вопрос.

— Странной вопрос, парень, — с легким недоумением подал голос Лиорно, — тебе никто не помогал. Ты попал сюда своими силами.

— Я? Своими⁈ А… своими… — нервно покачал головой Денис, начиная припоминать, что в тот миг с сумкой в руках, его буквально переполняло непреодолимое желание увидеть источник голоса, и ради этого он был готов залезть в долг миру Света так глубоко, как потребуется.

И, по всей видимости, залез. Да еще в какой долг, учитывая, что после «исцеления» Энджи собственных сил ему едва хватало на то, чтобы на ногах стоять.

— Маркус меня убьет, — пробурчал Денис себе под нос едва слышно.

— Нельзя убить того, кто уже мертв, — мудро заметил Лиорно.

— Так я все-таки мертв, — не особо удивившись, вздохнул Денис, — какой жалкий конец. И что теперь?

— Зависит от тебя, парень, — пожал плечами Лиорно и указал пальцем юному лекарю на грудь, — если бы ты твоим желанием было просто увидеть меня, то ты уже исчез бы. Здесь могут находиться только те души, которые искренне продолжают бороться. Так в чем заключается твоя борьба? В чем твое желание? Что на самом деле привело тебя сюда? Что заставило без раздумий залезть в долг к Стихии Света настолько глубоко?

— В долг… что заставило… — машинально повторил Денис, бросил взгляд на нити, на «статуи» вокруг и вдруг произнес, — я хотел исцелить всех этих людей… но… но разве я могу? Как я могу исцелить кого-то, кто уже мертв?

— Ну, пару душ ты отсюда вытащить смог, — легко парировал Лиорно.

— Хм… а ведь правда, — хмыкнул Денис собственным мыслям и чуть оживился, — Молот и Ира были здесь… — продолжил он бурчать вслух, — поэтому они их слышат… а раз отсюда вернулись они… смогут, и все остальные… но как мне их вытащить… как мне выйти?

— Ответ внутри тебя, — терпеливо напомнил ему Лиорно, — ты зашел сюда с желанием увидеть источник голоса. Остался с желанием спасти этих людей. С каким желанием ты хочешь найти способ выйти?

— Каким желанием? — опешил Денис, — а разве есть варианты⁈

— Всегда есть варианты, парень. Что движет тобой? Что заставляет тебе сохранять сознание даже после смерти? Возможно, ты отчаянно желаешь жить дальше?

— Жить дальше? Разве я не умер?

— Иногда даже смерть можно исцелить, парень, — со знанием дела произнес Лиорно, — пока душе еще есть куда возвращаться, можно бороться.

— Даже если это «куда» мертво? — тихо спросил Денис.

— Даже если это «куда» мертво, — легко подтвердил Лиорно, — ведь если вернуть душу, то состояние, когда сердце не бьется, всего лишь болезнь.

— Стой… ты имеешь в виду воскрешение⁈

— Я бы назвал это высшей регенерацией, — улыбнулся Лиорно, — чтобы не было конфликта с миром Смерти. Он весьма ревнив, знаешь ли.

— Высшая регенерация… воскрешение… называй как хочешь, но это невозможно! — выпалил Денис.

— С чего ты взял?

— С того, что… — хотел было выпалить опровержение Денис, но вдруг осознал, что откуда ему вообще знать, что возможно, а что нет?

Практически все целебные техники были забыты, книги утрачены, а то, что осталось находилось под запретом. Что вообще Денис за свою жизнь успел узнать о Стихии Света?

— Вытащить душу обратно из мира Смерти невозможно, это верно, но если душа еще не ушла, а застряла по пути где-нибудь, например, здесь, — хмыкнул Лиорно, — то попробовать можно. Если не боишься возможных последствий, конечно. Видишь ли, мир Смерти не очень любит, когда чужаки играют на его поле.

— Учту, спасибо, — сглотнул ком в горле, пытаясь переварить информацию Денис, — то есть я действительно могу… могу их воскресить… причем всех… они не мертвы… я могу… смогу вылечить всех… но как мне это сделать⁈ Ты можешь меня научить? — впился он взглядом в Лиорно.

— Могу, — навис перед ним Лиорно, и сузив залитые чистым Светом глаза, спросил, — на что ты готов ради этого, парень?

— На все, — без колебаний ответил Денис, и вспышка слепящего холодного Света озарила все пространство.