Несколько мгновений Даард лежал неподвижно, слушая, как сверху продолжает рушиться подземелье. Где-то далеко, за толщей камня, глухо прокатился голос Дахора. Потом новый обвал отсёк звук. Тишина стала плотной. Неправильной. Эльфийка закашлялась.

— Вы… живы?

Даард медленно поднял голову.

— Разочарована?

Она не ответила сразу. И правильно. Наконец-то начала вспоминать, с кем осталась наедине.

Даард чувствовал её страх. Не показной, не театральный, а настоящий. Горький, острый, липнущий к коже. Страх существа, которое слишком хорошо знает: рядом не спаситель.

Рядом саш Маарц.

Советник, о котором даже в высоких домах говорили шёпотом. Тот, кто мог лишить род будущего одним решением. Тот, кто редко угрожал дважды.

И который уже поймал её на лжи.

— Нет, — тихо сказала она. — Просто… уточняю.

— Уточнила.

Он ослабил кольцо хвоста ровно настолько, чтобы она могла дышать свободнее, но не настолько, чтобы смогла отстраниться.

Пока её жизнь имела ценность. Даард поднялся не сразу. Сначала прислушался.

Сверху — камень, пыль, отдалённый треск. Сбоку — узкий ход, слабое движение воздуха. Внизу — влажность. Где-то дальше — корни. Земля. Лес.

Разлом вывел не вглубь гор, а к старым подземным жилам, уходящим за пределы Академии.

Неплохо. Могло быть хуже. Мог рядом оказаться Дахор с упрямым желанием немедленно ломать печать. Или Итой.

При мысли об эльфе в груди снова поднялась холодная злость, эльф солгал.

И не кому-то, а Дахору. Зная о его даре. Зная, что император чувствует ложь так же ясно, как змайс чувствует кровь в воздухе. Это было либо безумие, либо отчаяние, либо предательство.

Даард не любил ни один из этих вариантов.

— Где мы? — спросила эльфийка.

Голос у неё стал осторожнее, лучше.

— Ниже, — ответил он.

Она, кажется, хотела что-то сказать, но промолчала. Умнеет.

Даард медленно втянул воздух. Теперь, когда пыль немного осела, он чувствовал больше. Сырость. Камень. Старые корни. След драконьей магии на её коже. Не поверхностный. Не свежий. Въевшийся глубоко, как клеймо.

Печать должника, драконья работа, а значит, круг сужался.

Не каждый драконий род рискнул бы связываться с артефактом власти ничейных земель. Не каждый имел доступ к древним формулам. И не каждый обладал достаточно старой кровью, чтобы печать среагировала так яростно на попытку Дахора её сломать.

Даард начал перебирать имена. Если к печати эльфийки приложили руку те же, кто прежде пытался добраться до его сэйры, значит, эта история тянулась не от сегодняшнего обвала. Он отпустил эльфийку настолько, чтобы она могла стоять сама, но кончик хвоста остался рядом с её ногами. Не позволял отойти.

— Не двигайссся.

Она замерла, он поднял руку. Когтем рассёк кожу на ладони. Кровь выступила мгновенно — тёмная, густая, с тяжёлым запахом змайсовой силы.

Эльфийка резко втянула воздух.

— Что вы…

— Молчать. — змайс провёл когтем по воздуху, вычерчивая короткие, резкие линии.

Кровь не падала, а зависала тонкими нитями, складываясь в знак рода Маарц, затем в личную метку, которую Дахор узнает безошибочно. Воздушный вестник получался грубым. Слепота и недавняя потеря сил мешали. Но для Дахора хватит.

Даард вложил в послание сжатый образ: обвал, разлом, эльфийка жива, он жив, печать драконья, связь с Итоем не исключена, возможны кланы Истхарской линии, Шаарг, Харвейн, ла Риан. Отдельным, более жёстким импульсом — имя Вики и след того дракона, который прежде выходил на неё.

Кровавый знак вспыхнул, сжался в чёрно-алую птицу и сорвался в узкий проход наверх, просачиваясь сквозь каменные щели. Только после этого Даард повернул голову к пленнице.

— Драконы, — неожидано произнёс он.

Эльфийка не шелохнулась, но сердце сбилось. Одного удара хватило.

— Вот так. — Даард едва заметно улыбнулся.

— Я ничего не сказала.

— И не нужно.

Она побледнела.

— Вы не можете знать.

— Могу. — он скользнул ближе, не быстро, быстро он уже двигался раньше.

Сейчас медленно — чтобы она успела понять, что расстояние между ними исчезает только потому, что он так решил.

— Твоя печать пахнет древней драконьей кровью. Старой формулой, родовой. Такие вещи не валяются в лавках.

Она молчала.

— Значит, тебя послал не один безумец. За тобой стоит дом. Или несколько домов.

Её пальцы дрогнули. Даард услышал.

— Хорошшшо, — тихо сказал он. — Значит, несколько.

Аширо резко подняла голову.

— Я не могу говорить. — но тут же опустила взгляд.

— Я и не прошу. — он наконец убрал хвост от её ног, но это не сделало её свободной.

Скорее наоборот, если побежит, он поймает её по дыханию и по запаху страха. И, возможно, уже не станет беречь.

— Проход есть? — осторожно спросила она.

— Есть.

— Вы его… чувствуете?

Даард повернул к ней лицо, даже без зрения этот жест заставил её замолчать.

— Воздух движетссся справа. Там выход.

Он двинулся первым, верхняя часть тела оставалась почти неподвижной, но хвост работал безошибочно: проверял трещины, цеплялся за выступы, удерживал равновесие там, где двуногая давно бы сорвалась вниз.

Аширо шла рядом, немного позади. Обломки цепей всё ещё висели на запястьях и звенели при каждом движении.

Черный змайс остановился.

— Руку.

— Зачем? — замерла она.

— Ты шумная.

Эльфийка медленно протянула запястье, не сводя с него взгляда. Зачарованный металл уже почти не тянул из неё силу — взрыв выжег большую часть плетения. Но “почти” не значило “свободна”.

Советник сжал кольцо оков, железо хрустнуло. Внутри неё тут же шевельнулась надежда. Магия вернётся и она сможет отвести внимание и бежать.

Второе кольцо оков треснуло в его пальцах, Аширо опустила ресницы, скрывая вспышку облегчения.

— Благодарю.

— Не ссстоит. — он бросил обломки под хвост и чуть повернул к ней голову — Особенно если уже прикидываешь, как залезть мне в голову.

Она похолодела.

— Я ничего не…

— Не говорила, — перебил он. — Знаю.

Даард скользнул ближе. Слепые глаза смотрели мимо, но он казалось видел ее насквозь.

— Но запах надежды у тебя слишком резкий.

— Запах… надежды? — сжала пальцы эльфийка.

— У страха один вкус. У расчёта — другой. У внезапной мысли “теперь я смогу сбежать” — третий.

Он наклонился ниже, почти к её уху.

— Не трать силы, сая. На мне стоит защита от ментального вмешательства. Хорошая. Родовая. И после Итоя — усиленная.

Её сердце сбилось, змайс услышал.

— Вот так. Теперь думаешь, попробовать ли телекинез.

Аширо резко подняла взгляд.

— Вы слишком самоуверенны.

— Нет. Я просто знаю вашу расу.

Он отстранился и двинулся дальше.

— Эльфы сначала лезут в голову. Если не выходит — двигают предметы. Если и это не помогает — начинают говорить.

— Последнее у вас получается хуже всего. — после секундной паузы заметил он.

Аширо вскинула подбородок.

— А змайсы, видимо, сначала душат, потом думают?

— Иногда думают заранее. Поэтому ты всё ещё жива. — она промолчала, но внутри злость наконец вытеснила часть страха.

Некоторое время слышны были только их дыхание, шорох чешуи по камню и далёкий стон земли над ними. Потом ход пошёл вверх. Запах леса стал отчётливее: влажная почва, гнилая листва, ночная прохлада. Где-то недалеко была вода. Не подземная — открытая. Ручей или болотистая низина.

Она инстинктивно дёрнулась.

— Не трать силы, — холодно сказал он. — Понадобятссся.

Выход оказался провалом между корнями древнего дерева. Каменная щель резко закончилась влажной землёй, осыпавшимися пластами почвы и переплетением корней.

Даард первым выбрался наружу, втянул воздух и замер. Лес. Ночь. Они далеко от Академии. Не настолько далеко, чтобы считать себя в безопасности, но достаточно, чтобы магический фон источника ощущался глухо, приглушённо, как далёкий жар за стеной.

А потом разлом за их спинами вздрогнул. Даард успел выдернуть эльфийку наружу за мгновение до того, как проход окончательно осыпался. Земля просела, корни треснули, камень внутри схлопнулся с глухим стоном.

Их выбросило на небольшую поляну. Над головой темнело небо, рассечённое ветвями. В траве лежал холодный туман. Где-то стрекотали ночные насекомые. Далеко ухнула птица.

Эльфийка, которую он наконец выпустил, пошатнулась и опустилась на траву, жадно вдыхая воздух. Даард остался стоять возвышаясь над ней, страх снова стал острее. Советник повернул к ней голову.

— Боишшшьсся?

Она не ответила. Правильно. Ложь он бы услышал и без дара Дахора.

— Мой страх вас удивляет?

— Нет. Он доказывает, что разум у тебя всё ещё работает.

Аширо сглотнула.

— Что вы намерены делать?

Вот теперь вопрос был уместен. Даард медленно втянул воздух. Драконья печать. Эльфийская кровь. Итой, пойманный на лжи. Дракон, который охотился на Вику. Сердце Пламени. Воронка. И его зверь, который слишком спокойно воспринимал эту обманщицу рядом.

— Разберусь, — сказал он.

— В чём?

Он не ответил эльфийка едва заметно напряглась, но Даард услышал и шипя заметил.

— Ты знаешшь больше, чем можешшь сказать.

— Печать не позволит.

— Значит, найдём способ спрашивать иначе.

Она побледнела, но не отступила. Возможно, потому что отступать было некуда.

— Вы собираетесь пытать меня здесь?

Даард чуть наклонил голову.

— Если бы собирался, ты бы уже кричала.

Этого хватило, она замолчала.

— Пока ты нужна живой, — продолжил он. — И рядом.

— Как пленница?

— Как ответ.

Она посмотрела на тёмный лес за его спиной.

— А если я попытаюсь уйти?

Даард не улыбнулся. Но воздух вокруг словно стал холоднее.

— Тогда я пойму, что ты глупее, чем выглядишшь.

Она опустила взгляд.

— Поняла.

Хорошо. Именно так. Без лишней дерзости. Без опасного кокетства со смертью. Она боялась его — и должна была бояться.

Даард поднял голову, оценивая запахи. Где-то глубже в чаще была низина. Вода. Укрытие. Влажная земля, способная сбить след, если их будут искать обычными методами.

Но Дахор станет искать не обычными. Итой, если действительно причастен, тоже знает, куда ударить.

Значит, стоять на месте нельзя.

Но далеко уходить слепым, с повреждённым телом, пленницей и зверем, который вместо ясности подсовывает инстинкты, — глупость.

А Даард не был глупцом.

— До восстановления зрения далеко не пойдём, — сказал он. — Два дня, возможно, меньше. Идём.

— Куда? — спросила она, не надеясь на ответ.

— Вглубь леса. Там вода и укрытие.

Она с трудом поднялась. Через несколько шагов Даард остановился.

— Ближе.

Она замерла.

— Зачем?

— Я слеп.

— Но вы…

— Я не беспомощен, — перебил он. — Но если ты отстанешшь, мне придётссся возвращатьссся. Не вынуждай меня тратить силы.

Она подошла ближе. Недостаточно. Хвост скользнул назад и легко коснулся её голени, направляя.

— Рядом.

Она подчинилась, сердце билось быстро и неровно, но шаги оставались сдержанными.

— У меня есть имя, — тихо сказала она спустя несколько мгновений.

Даард не ответил.

— Аширо.

Имя легло в сознание неприятно чётко. И слишком легко соединилось с запахом, дыханием, сбившимся сердцем и той неправильной реакцией зверя. Пауза затянулась.

— Идём, Аширо, — наконец произнёс он.

Зверь внутри довольно затих, советник скрипнул челюстью.

Лес сомкнулся за их спинами. Поляна исчезла в тумане, а впереди были ночь, мокрые ветви, неизвестность и два дня, которые Даарду предстояло пережить без зрения.

С эльфийкой рядом. С обманщицей. С той, кого его зверь не желал отпускать. По причинам, которые Даард пока соглашался называть только тёмной магией.