Я сидела, привалившись спиной к дереву, а рядом – мужчина с настоящей косой, лезвие которой располагалось в каких-то сантиметрах от моего горла. Двигаться было бесполезно – куда бы я ни пошла, острие косы ждало.

Кровь сочилась из виска, куда он ранее вдавил лезвие в кожу. Одежда была разорвана и насквозь промокла, тело покрылось царапинами – следы того, как двое других волокли меня через парк, прочь от озера, в эту глухую чащу.

Теперь они сидели перед включенным ноутбуком, один активно стучал по клавишам.

– Сигнал слабый, – заявил парень с родинкой на подбородке длинноволосому спутнику.

– Зря он не дал нам номер, – буркнул тот раздраженно. – Параноик.

– Заткнись, – перебил его Родинка. – Ты весь вечер несешь какую-то чушь, у меня уже уши вянут.

– Пошел ты, Яннис, – огрызнулся его компаньон, но Яннис посмотрел на него так, что тому тут же расхотелось спорить.

– Закрой пасть, Феликс, пока я тебе шею не свернул.

Феликс покраснел, но замолчал.

– Молчаливая ты, – прошептал сидящий рядом со мной парень. Его голос заставил меня вздрогнуть. – Даже не пыталась вырваться, когда мы тебя схватили.

– Я просто устала, – честно ответила я. На самом деле я лихорадочно пыталась придумать, как выбраться из всей этой идиотской ситуации.

– И все же, – продолжал он, – слишком уж ты покорная. Я-то думал, кровососы будут сопротивляться.

Я уставилась на него.

– А с чего ты вообще решил, что я вампир?

Он усмехнулся.

– Нас не обманешь. Нам достаточно запаха. Не обязательно демонстрировать клыки или светящиеся глаза – мы и так все чувствуем.

Это было жутко.

– Кто вы вообще такие? – спросила я. И внезапная мысль пронзила меня: а люди ли они?

Если уж вампиры существуют, почему бы не быть и другим сверхъестественным? Враги, природные антагонисты. Волки? Но эти не были похожи на оборотней. Они выглядели как обычные мужчины.

Именно это и пугало больше всего.

– Тебе это знать необязательно, – ответил незнакомец. – Скажу лишь, что мы давно поджидаем кого-то вроде тебя. Сегодня – счастливый день. Но, боюсь, не твой.

Мягко сказано.

Внезапный шорох впереди заставил Янниса и Феликса вскочить.

– Стойте здесь, – бросил Яннис, доставая пистолет и направляясь к источнику звука.

– Он же велел тебе не уходить, – лениво заметил мужчина с косой, которого звали, судя по всему, Вод. Именно так к нему обращались соратники.

Феликс проигнорировал команду и скрылся в лесу.

– Знаешь, а я вас не ненавижу, – вдруг заговорил Вод. Я снова посмотрела на него, пытаясь рассмотреть лицо под капюшоном. Безуспешно. – Холодные, чопорные – да. Но не совсем уж пустое место.

– Тогда зачем все это? – прошептала я. – Почему вы это делаете?

– Вера, – ответил он и пожал плечами. – Все в этом мире всегда упирается в веру.

В лесу прогремел выстрел – совсем близко. Мы замерли. Еще шорох – и из тьмы возник кошмар: высокий мужчина с двумя обезображенными, окровавленными головами в руках. Все, что осталось от Янниса и Феликса. Его голая грудь, джинсы и ботинки заляпаны кровью. Глаза светились неоновым синим, а из-под растрепанных волос, скрывавших лицо, торчали алые клыки.

Вод оказался умным – мгновенно убрал косу и вскочил. Капюшон спал, обнажив лицо – резкие черты, серебряные глаза, волосы цвета ночи. Одним движением он сложил косу до размера брелока.

– Она твоя, – бросил он вновь прибывшему.

Тот уронил головы на землю. Его взгляд прожигал – обещание расплаты. Даже несмотря на то, что Вод, по сути, отдал меня, он едва ли избежал судьбы своих товарищей.

– Я не тронул ее, – тихо сказал Вод. А потом исчез. Молниеносно, как вампир.

Но мне было уже все равно, потому что теперь я смотрела на спасителя.

Он подошел ближе, и, если бы у меня была хоть капля сил, я бы убежала. Но он просто опустился передо мной на колени, протянул руку и бережно коснулся моей головы.

И только тогда мой разум, шокированный происходящим, наконец понял, кто это.

– Рагнор, – выдохнула я.

Слезы подступили к глазам. Этот человек, этот монстр – это он. Мой спаситель. Моя погибель. Все в одном.

И именно в этот момент что-то теплое, как морская волна, накрыло меня. Глаза закрылись сами собой, тело расслабилось, и я провалилась в сон – внезапный, глубокий и явно неестественный.

Я проснулась в самой мягкой, уютной, роскошной постели, в какой мне когда-либо доводилось спать. Сжав пальцами пушистое одеяло, я почти что решила: останусь здесь навсегда. Сознание постепенно возвращалось, но тело по-прежнему ныло от усталости, а мысли текли вяло, словно сквозь тягучий мед. Здесь было так тепло… так спокойно…

Внезапный прогиб матраса с другой стороны кровати заставил меня вздрогнуть. Я была не одна.

Осторожно откинув покрывало, я села. Обстановка комнаты будто затерялась на фоне одного-единственного зрелища: спины. Мужской. Полуголой. Широкой и покрытой старыми шрамами. Он сидел на краю кровати, а с его влажных волос капала вода – он только что вышел из душа. Воздух был наполнен ароматом мужского геля для душа.

Я автоматически опустила взгляд на себя – на грязное платье Зои, в котором все еще была.

Я лежала в его постели.

В постели Рагнора.

Разум медленно пробуждался, и тогда я поняла, почему комната показалась мне знакомой. Раньше я здесь не была, это был явно люкс – с собственной гостиной, мраморными полами, деревянными стенами и фонариками в стиле Лиги Рэйна. Все казалось знакомым, потому что я вернулась. Я снова в нашей Лиге.

Но как? Сколько времени прошло? Мы ведь должны были ехать обратно из Орегона в Мэн на автобусе, через всю страну – это заняло бы как минимум пять дней, даже без поломок…

– Как ты себя чувствуешь?

Я подскочила – Рагнор обернулся, его голос вырвал меня из мыслей. Лицо было чистым, без следов крови, клыки скрыты, глаза – глубокие, темно-синие, как всегда. Но я едва смогла задержать взгляд на них – мои глаза скользнули вниз, на его обнаженную, блестящую от влаги грудь, и сердце глухо ударилось о ребра.

– Хендерсон?

Я вскочила с кровати и уже направилась к двери, убедившись, что это были его личные покои, но он перехватил меня за руку.

– Нам нужно поговорить, – тихо сказал он.

Я резко обернулась, в груди нарастала паника, ярость.

– Мне нужно в душ, – бросила я, не сводя с него взгляда. Не знаю, зачем пытаюсь прочесть его мысли, глаза явно его не выдадут. – Мне нужно снять это дурацкое платье и просто… смыть все это с себя, пока я…

И вдруг – в мгновение – я оказалась в его ванной. Рагнор стоял передо мной, все такой же спокойный, лицо непроницаемо.

– Вот. Душ здесь. Я принесу полотенце и чистую одежду.

Я вытаращила глаза.

– Ты хочешь, чтобы я мылась здесь?

Он отпустил мою руку и скрестил руки на груди.

– Как я уже сказал, нам нужно поговорить. И после того, что ты устроила, я не собираюсь выпускать тебя из виду.

– Ты что, будешь подглядывать за мной в душе? – прошипела, как змея, я.

К удивлению, уголки его губ дрогнули, и он слегка улыбнулся. Он. Улыбнулся. Рагнор Рэйн, ледяной и отстраненный. Улыбнулся.

– Звучит заманчиво, – пробормотал он, взгляд скользнул по мне, слишком медленно и внимательно… а потом вернулся к глазам.

Я онемела от возмущения. Что-то теплое разлилось в животе.

– Вон! – потребовала я, указывая на дверь.

И тут случилось невозможное: он вышел. С усмешкой. Закрыв за собой дверь.

В наступившей тишине я просто стояла посреди ванной, позволив себе наконец осознать, что, черт возьми, происходит.

Кто этот человек? Точно не Рагнор, которого я знала. Это был кто-то другой. Чудовище, вырвавшее меня из лап похитителей, было ближе к тому Рагнору, к которому я привыкла. С ним я хоть как-то могла справиться.

А этот? Этот незнакомец с искрами в глазах и усмешкой на губах – он был куда опаснее. Опаснее всех, кого я когда-либо встречала.

Я уставилась на свое отражение в зеркале ванной и попыталась не скорчиться в гримасе. Смыть макияж мне удалось только частично – вода не смогла стереть водостойкий карандаш, который словно прилип к векам. Волосы, когда-то волнистые и легкие, теперь были спутаны в неуклюжие колтуны – Рагнор, в типично мужском стиле, пользуется шампунем два в одном, который для моих волос явно не подходил.

Он каким-то образом добыл пижамные штаны из шкафа в моей комнате, и теперь я ходила в удобных серых спортивных штанах и черной футболке. Единственный минус – у меня не было бюстгальтера. Тот, что был на мне, я швырнула в корзину для грязного белья, и теперь мои груди были свободны от привычных оков.

А вот с Рагнором видеться так мне вовсе не хотелось.

Сделав недовольное лицо, я распахнула дверь и вышла из ванной. В спальне никого не было, и я направилась в гостиную. Тут я заметила небольшую кухню рядом – с мини-баром и кофемашиной. Рагнор уже крутился возле этой машинки и, не оборачиваясь, спросил:

– Кофе или чай?

Мой насупленный взгляд сменился недоумением. Повелитель Лиги сам предложил сделать мне напиток?

– Я сама могу, – пробормотала я. Мысль о том, что он может сделать мне кофе, буквально переворачивала мир, и сейчас я была не готова к таким изменениям.

Рагнор бросил на меня взгляд через плечо, приподняв бровь:

– Я уже делаю. Черный подойдет?

– Да, – выпалила я, замявшись. – Правда, я могу сама…

– Садись, – прервал меня он, словно это была не просьба, а приказ. Я нахмурилась, сложив руки на груди и собираясь возразить, но он будто прочел мысли и вздохнул. – Сомневаюсь, что у нас с тобой хватит сил на скандал. Так что сядь, черт побери.

Он говорил спокойно, без злости, но с той непоколебимой уверенностью, которая только еще больше заводила меня. Несмотря на желание поспорить, он был прав – я была вымотана, и вряд ли моя голова была готова к очередной словесной битве.

Я села на большой диван, прижав колени к груди. Все казалось сюрреалистичным: теплая чистая гостиная и Рагнор, делающий мне кофе, – все так же наполовину голый, в темно-серых джинсах, которые облегали его дьявольски аппетитную задницу.

Словно я очутилась в параллельной вселенной, где он не украл мою свободу и я не была его проблемой.

Но ведь именно так все и было, не так ли? Несмотря на все, что происходило между нами, несмотря на мои попытки заставить его сделать шаг навстречу – и жесткий отказ, – мы оставались чужими. Раньше мы не выносили друг друга: он видел во мне раздражающую угрозу, я ненавидела его за Метку, наложенную без моего согласия, – и жили мы каждый своей жизнью.

Так почему же теперь он меняет это равновесие?

Голос разума шептал в голове, заставляя скрежетать зубами: равновесия никогда и не было.

Рагнор вернулся с чайником горячего кофе и двумя кружками, уселся рядом, разложил все на столике и молча налил напиток. Он взял одну кружку и с непроницаемым взглядом протянул мне другую.

Сжав губы, я схватила чашку и сделала глоток. Мне стоило немалых усилий тихо пробормотать «Спасибо».

Рагнор остался невозмутим и откинулся на спинку дивана, его мускулистая рука лежала прямо за моей спиной – сильная, манящая, чертовски сексуальная.

Стоп!

– Итак, – я решилась нарушить тишину, – что ты хотел обсудить?

Он бегло бросил на меня взгляд.

– Допей сначала.

У меня сработал рефлекс сделать с точностью наоборот. Я поставила кружку на стол, повернулась к нему и сложила руки.

– Нет.

Рагнор возвел глаза к потолку, будто молясь о терпении. Смешно!

– Нужна помощь высших сил, чтобы справиться со мной?

Глаза вернулись к моему лицу.

– Ты слишком высокого о себе мнения, – сухо заметил он.

Я наклонила голову.

– А я не права?

Вампир выдохнул, поставил кружку и вдруг серьезно заявил:

– Ты сбежала.

Ох да. Важная поправка.

После всего, что последовало за моим побегом – похищения, угрозы, – я уже забыла, зачем вообще пыталась уйти. Я так устала и слегка опьянела, а когда увидела, что Рагнор пришел меня спасать, вместо поражения ощутила облегчение.

– Я пыталась, – честно призналась, не отводя взгляда. – Это был идеальный момент.

Его губы изогнулись в саркастичной улыбке.

– Недостаточно идеальный.

– Значит, вот почему я здесь? Чтобы ты убедился, что я снова не сбегу?

– Отчасти. – Он наклонился ближе. – И чтобы узнать, что стало с теми тремя… мужчинами.

Я уловила колебание в его голосе – он хотел рассказать что-то еще.

– Кто они? – спросила я.

– Расскажи, что случилось, – попросил он, не отвечая на вопрос.

Я наклонилась вперед, лицо было в нескольких миллиметрах от его.

– Видишь ли, Рагнор, – начала я, раздражая его тем, что называла по имени, а не титулу, – именно поэтому ты меня раздражаешь. Если хотел послушных солдат, стоило стать кинологом, а не Повелителем вампиров.

Он схватил меня за подбородок, и я оказалась на спине, сжавшись между его бедер, руки в его крепкой ладони.

– Тебя обидели? – спросил он; глаза уже не такие темные. – Брали твою кровь?

Я уставилась на него.

– Отпусти, тогда поговорим.

Он сжал сильнее.

– Я задал вопрос.

Раздраженная его попыткой запугать меня, я решила поддразнить:

– На самом деле, ты задал два.

Рагнор оскалил зубы, блеснули клыки, глаза засветились неоновым синим.

– Отвечай.

Вот это был знакомый мне Рагнор. Хотя и устрашающий, он был менее опасен, чем тот, что делал мне кофе и шутил.

– Дерзай, Рагнор, – усмехнулась я, чувствуя удовлетворение, когда его лицо исказилось от ярости. – Укуси меня. Выпей мою кровь. Прижми меня к дивану. А потом сбеги как трус и делай вид, что ничего не было.

Его глаза пылали.

– Последний шанс, Хендерсон, – прошипел он, удерживая меня так сильно, что, я была уверена, останется синяк. По телу пробежала дрожь. – Что они с тобой сделали?

Я широко улыбнулась, чувствуя, как внутри разгорается огонь. Видеть его таким злым, эти красивые глаза с сосредоточенным взглядом, что пытались снять с меня маски и обнажить душу… Меня это так заводило, что я почувствовала, как мокро стало в трусиках.

Хочу большего. Мне нужно еще.

– Ты, может, и сильнее Аталона и Ренальди, – прошептала я, сжимая бедра, отчего его взгляд стал острее, – но трусливее их всех. По крайней мере, они честно говорили, чего хотят от меня и что хотят со мной сделать.

Рагнор замер, глаза снова стали глубокими, как полночь, клыки втянулись внутрь. Резкий переход от звериного хищника к спокойному человеку заставил сердце совершить кульбит.

Он отпустил меня, но не отодвинулся. Потом спокойно, словно говорил о погоде, спросил:

– Ты хочешь Аталона и Ренальди?

Я вглядывалась в его лицо, но он снова надел маску безразличия – холодный непроницаемый взгляд. Что происходит? В один момент я смогла так вывести его из себя, а теперь… Что творится у него в голове?

– Ты сейчас серьезно? – ответила я вопросом на вопрос, не скрывая удивления.

Вампир наклонился ближе.

– Да или нет?

Я сглотнула, уверенность покидала меня, сменяясь чем-то неясным.

– Конечно, нет, – прошептала я, широко раскрыв глаза, изучая его лицо и моля, чтобы он хоть чуть-чуть выдал, что у него на уме.

– Тогда, – голос понизился, – чего ты хочешь от меня?

Дыхание перехватило.

Между нами повисла тишина, я пыталась найти ответ. Сердце стучало так громко, что, казалось, он слышит каждый удар. На коже выступил пот, дыхание стало прерывистым.

Он не шевелился, уставившись на меня и выжидая.

И тут я устала сопротивляться. Зачем бороться, если это все равно бесполезно? Я подняла руки, обхватила его лицо и поддалась пламени, что горело между нами с самого начала. Призналась себе и ему в самой сокровенной истине:

– Тебя. Я хочу тебя.

И поцеловала его.