В автобусе царила тишина, когда мы вновь отправились в путь, направляясь в Альбукерке, штат Нью-Мексико. Мои однокурсники спали, как и Эйб – теперь за рулем был Логан. А Рагнор сидел на заднем сиденье, окруженный таким мраком, что все обходили его стороной.

Вот уже час в дороге я ломала голову, стоит ли к нему подойти. С одной стороны – глупо. Он явно был не в духе, от него исходило немое, но отчетливое «не подходи». С другой стороны – что-то во мне жаждало просто сесть рядом, разделить с ним молчание, как он однажды сделал это со мной, когда я сорвалась на Брайса.

Это, конечно, звучало нелепо. Кто я ему? Не друг, не близкий человек. Но… чувства не всегда подчиняются разуму.

Так что я просто поднялась с места и, не давая себе времени передумать, пошла по проходу к заднему сиденью. Села рядом.

Единственным признаком, что он заметил мое присутствие, стало напряжение в плечах. Он не повернулся, не сказал ни слова – только продолжал смотреть в окно, руки скрещены.

Но я не собиралась отступать. Опустив взгляд на ладони, я тихо начала:

– Я пыталась проанализировать Лиги, в которых мы побывали. Сравнить их с твоей. Просто… чтобы понять свои варианты. Я даже список составила – требования, которые считаю важными.

Он молчал, и я уже начала жалеть, что вообще открыла рот. Но тут, к моему удивлению, он заговорил:

– И какие у тебя требования? – спросил он ровно.

Сердце громко застучало. Я поерзала, теребя край рубашки:

– Власть, богатство и свобода.

Он по-прежнему не реагировал, и я продолжила:

– Что касается власти – тут все очевидно. Ты самый сильный из всех Повелителей, которых мы видели.

Рагнор слегка повернулся ко мне.

– А два других? – спросил он глухо.

– С точки зрения богатства, вы, кажется, на одном уровне, – заметила я, ощущая на себе его пристальный взгляд. – Но вот со свободой все сложнее.

Вдруг он схватил мою руку и положил себе на бедро. Я чуть не подпрыгнула, сердце пропустило удар.

– Значит, по этому пункту у меня низкие баллы, – подметил он с легкой насмешкой.

Я поморщилась. Он не совсем ошибался… и все же…

– Если смотреть субъективно – возможно. Но объективно все говорит об обратном.

Из общения с Джадой, СиДжеем и Боуэном я знала, что Рагнор дает своим людям свободу. В Лиге Рэйна царила расслабленная, почти домашняя атмосфера, в отличие от напряженной вымученной свободы у Догерти – тот казался родителем, который изо всех сил старается казаться «крутым», но внутри все такой же старомодный и предвзятый. А Лига О’Брайена и вовсе выглядела как хаотичная анархия.

– Хендерсон. – Его голос вернул меня в реальность. Я взглянула на него – он смотрел прямо в глаза, взгляд был глубоким, что-то выискивал. – К чему ты ведешь?

Щеки вспыхнули. Я попыталась отодвинуться, но он притянул меня ближе. Наши бедра соприкоснулись, лица оказались в опасной близости.

С трудом сглотнув, я отвела взгляд, сделала вдох и сказала:

– Просто… не кори себя за то, что вышел из себя тогда.

Он замер. Я зажмурилась. Ну вот, теперь точно перегнула.

– Ты сделал это ради своих, – добавила я чуть слышно. – А это… благородно.

Он резко наклонился, его дыхание коснулось моего уха, волосы щекотали шею. Я вздрогнула.

– Ты пытаешься меня утешить, Хендерсон? – прошептал он, губы почти касались мочки.

Я дернула рукой, пытаясь вырваться. Он лишь сильнее сжал пальцы.

– Нет, – пробормотала я.

– Врешь, – прошептал Рагнор и, отпустив мою руку, коснулся ладонями моего лица. Я распахнула глаза, он был так близко… между нашими губами оставался один вздох.

– Ты переживала за меня, – сказал он.

– Мне ты не нравишься, – поспешно выдохнула я.

Уголки его губ дернулись. Его взгляд – темный, глубокий, завораживающий – не отпускал.

– Ты в этом уверена?

– Мой Повелитель.

Мы тут же отпрянули друг от друга. Я резко отвернулась. Рагнор убрал руку, я отодвинулась.

В проходе стоял Логан, лицо напряжено, глаза почти светились. Он явно не так давно передал руль Эйбу, чтобы оказаться здесь. И судя по его взгляду – он видел слишком много.

Сгорая от стыда, я подняла подбородок и бросила:

– Пожалуй, я пойду.

Мельком взглянула на Рагнора – его лицо вновь стало холодным. Потом перевела взгляд на Логана, чьи глаза метались между нами. Он прищурился.

Между Повелителем и моим бывшим вспыхнул немой поединок взглядов. Казалось, они переговариваются без слов.

И я точно не хотела быть частью этого.

Пройдя мимо Логана, я вернулась на свое место. Парни остались на заднем сиденье – в тишине, не прерываемой ни звуком, ни словом, до самого конца пути.

Когда мы прибыли на территорию Лиги Боумэна, всем нам довольно быстро стало ясно: эта Лига подойдет очень, очень немногим.

Айзек Боумэн в человеческой жизни был банкиром, и его Лига представляла собой не что иное, как огромный банк, работающий исключительно для вампиров, с филиалами в каждой другой Лиге (об этом я раньше даже не знала). У них были собственные бухгалтерские и юридические фирмы – как для вампиров, так и для людей.

Лига состояла из унылых офисов и кабинетов, и каждый вампир, мимо которого мы проходили, выглядел так же серо и безрадостно, как и сам Повелитель.

Ситуацию не спасало и то, что голос Боумэна был настолько монотонным, что мог бы усыпить даже страдающего бессонницей.

– Я верю в процветание вампирской расы, – произнес Боумэн после того, как мы расселись в столовой, такой же серой, как и все остальное, где подавали серую, безвкусную и бесформенную еду. – Поэтому я слежу за тем, чтобы финансы каждой Лиги и денежные потоки оставались стабильными. Кроме того, мы выплачиваем высокие дивиденды с прибыли, полученной за счет людей, а наша система акций соответствует состоянию экономики человеческого мира…

Никто, кроме Джейкоба, не слушал этот бесконечный словесный поток. Джейкоб был самым умным в нашем классе и, похоже, единственным, кто вообще понимал, о чем говорит Боумэн. Даже лейтенант Повелителя не проявлял интереса – он завел разговор с Эйбом просто от нечего делать.

– Это вообще съедобно? – пробормотала Синтия, осторожно тыкая вилкой в серый кусок мяса.

Зои подозрительно уставилась на еду:

– Обычно я не привередничаю, но это даже для меня слишком.

Тэнси, сидевшая рядом со мной, с абсолютно невозмутимым видом хлебала серый суп.

В отличие от Зои я все же рискнула попробовать мясо. И сразу же пожалела. Даже если бы Лига Боумэна оказалась идеальной (а это было явно не так), я бы все равно молилась, чтобы меня туда не купили – хотя бы из-за еды.

Я бросила взгляд на Рагнора – ест ли он? Но он, похоже, о чем-то тихо говорил с Логаном. Ни один из них не притронулся к унылой куриной грудке на тарелке.

Помимо отвратительной еды и занудного бубнежа Боумэна, визит прошел без эксцессов. Рагнор пожал коллеге руку, и между ними проскользнуло что-то вроде взаимного уважения. Видимо, он был готов вытерпеть любую скуку, раз уж Боумэн возглавлял банк, на котором держалось все вампирское общество, включая Лигу Рэйна.

Поездка до следующего пункта назначения прошла так же спокойно. Я то дремала, то слушала музыку, то вытаскивала свой скетчбук и делала наброски – все мечтала, чтобы у меня были цветные карандаши, а не только графитный. После всего этого серого безумия в Лиге Боумэна я больше не могла смотреть на серый.

Но сколько бы я ни старалась, рисунки все равно выходили бледными подделками под шедевры Лорда Аталона.

Однако стоило нам прибыть в Лас-Вегас – предпоследний пункт маршрута, – как спокойствие и скука в одночасье исчезли.

О Лиге Ренальди я слышала пару раз с тех пор, как стала вампиром. И ничего хорошего не ждала.

Вход в Лигу располагался через большое казино на Стрипе в Лас-Вегасе. Сначала мне показалось, что место странное – и для Лиги, и для ее входа, – но стоило лифту остановиться и нам всем выйти в вестибюль подземного комплекса, как все сразу встало на свои места.

В отличие от остальных Лиг, которые были устроены более-менее одинаково, Лига Ренальди была совершенно иной. Казалось, она была смесью казино, мотеля для влюбленных и борделя. Красные огни, черный мраморный пол, стены – алые и золотые, с кружевными узорами. Вокруг – плюшевые диваны тех же цветов.

В вестибюле нас ждал мужчина. Когда он поклонился Рагнору и поприветствовал его, я сразу поняла: это не мог быть сам Повелитель Ренальди.

– Здравствуй, Стефан. Где Мануэль? – сухо ответил Рагнор.

Стефан, кажется, уловил недовольство в его голосе – он вздрогнул.

– Я отведу вас к нему. Прошу, следуйте за мной.

На лице Рагнора отразилась злость. Он был явно не в духе. В остальных Лигах нас лично встречали Повелители. Здесь же Ренальди, похоже, не счел нужным оказать Рагнору ту же честь. И это явно было не к добру.

Мы последовали за Стефаном по тускло освещенному коридору. Откуда-то доносилась музыка – низкие басы били по стенам так громко, что они дрожали.

Логан, шедший рядом с Рагнором, что-то тихо ему говорил. Рагнор рявкнул в ответ – Логан поморщился и замолчал. Эйб, шедший позади, выглядел напряженным – его взгляд метался от стены к стене, будто он ожидал, что кто-то на нас сейчас нападет. Остальные молчали. Раз Рагнор, Логан и Эйб были настороже – мы все были настороже. Зои вцепилась в руку Джейкоба, ее лицо побледнело. Тэнси обняла ее. Синтия прижалась к Брайсу – тому это, похоже, не понравилось, но он ее не отстранил, словно и сам нуждался в поддержке.

Коридор вывел нас к черной двери. Стефан провернул замок и открыл ее – наружу хлынула музыка.

– Добро пожаловать в Лигу Ренальди, – сказал он с фальшивой улыбкой.

Когда я вошла в комнату, мое сердце быстрее забилось от увиденного, услышанного и… прочего.

Комната была завешана полупрозрачными тканями и шторами, повсюду стояли диваны, подушки, валялась одежда. Огромная люстра, оснащенная настоящими свечами, свисала с потолка. Свечи были и в других местах – они освещали все мягким, но жутковатым светом.

На троне – или кресле, стилизованном под трон, – сидел мужчина. Он выглядел так, будто в человеческой жизни был рестлером. Голый торс – мускулистый, с татуировкой китайского дракона на груди. Он был высоким, с массивными сильными конечностями. Толстая шея, квадратная челюсть, лицо, покрытое щетиной и шрамами, – вся его внешность кричала о брутальности. Даже серьга из костей в левом ухе только усиливала его пугающий образ.

А еще были женщины. Самый настоящий гарем. Некоторые – полуодетые, другие – полностью голые. Они окружали трон, каждая чем-то занималась. Одна расчесывала ему длинные черные волосы, грудь ее подпрыгивала при каждом движении. Две мыли ему ноги. Четвертая наклонилась через подлокотник, он мял рукой ее грудь. А одна стояла на коленях перед ним.

Реакции в нашей группе были разными. Зои и Синтия отвернулись в ужасе. Джейкоб и Брайс, наоборот, уставились, завороженные, возможно – даже возбужденные. Тэнси застыла с пустым выражением лица, ее глаза стали стеклянными. Логан отвел взгляд, его лицо перекосилось от злости и отвращения. Эйб повернулся спиной. Рагнор стоял как статуя – лицо ничего не выражало.

Разврат был чрезмерным. Но я смотрела только на Рагнора. Хотела знать, что он сделает. Мне было плевать, что этот мужчина – явно Повелитель Ренальди – получает минет прямо перед нами.

Рагнор шагнул вперед. Ренальди обернулся, оторвавшись от груди женщины, и расплылся в дикой, хищной ухмылке:

– Рэйн! Друг мой! – воскликнул он, раскинув руки, а потом резко вцепился в волосы той, что сосала его. Она подавилась. Это его только развеселило – он продолжал давить ее на себя, пока не кончил ей в горло, лицо его исказилось в оргазме.

Потом он, все еще держась за волосы, швырнул ее в сторону. Та, вскрикнув, упала. Остальные женщины даже не обернулись.

Рагнор остановился в нескольких шагах.

– Слезай, – потребовал он. И хотя лицо оставалось непроницаемым, голос выдавал настоящие чувства: не просто отвращение – ярость.

Ренальди поднялся. Он нашел где-то белые штаны и натянул их на ходу.

– Все такой же зануда, – проворчал он достаточно громко, чтобы все услышали. Несмотря на его габариты, Рагнор был чуть выше.

– Прошло уже десять лет с тех пор, как ты стал Повелителем, – начал Рагнор, глядя на него как на трудного подростка, а не на громилу. – Пора относиться к своей Лиге серьезнее.

– Хммм, – промурлыкал Ренальди, обернувшись к нам. – Ну что ж, раз наш праведник хочет серьезности… Привет. Я – Повелитель Мануэль Ренальди, но зовите меня просто Ренальди. – Он посмотрел на Зои, та побледнела. Потом его взгляд упал на меня.

Я напряглась, но встретила взгляд. «Отвернись, пожалуйста… просто не смотри…»

Глаза Ренальди вспыхнули золотом.

– Что же это у нас тут, – протянул он, приближаясь. Казалось, он видел во мне то, чего я сама в себе не понимала.

Рука Рагнора легла ему на плечо и крепко сжала.

– Убери свои развратные глаза от моих воспитанников, – прорычал он, глаза засияли синим.

– Или только от этой? – усмехнулся Ренальди, не отрываясь от меня.

Его взгляд будто разрывал меня на части. Я не могла дышать. Рагнор встал между нами – от него шло тепло.

Ренальди, раздраженный, что его «перебили», уставился на Рагнора.

Между Повелителями завязалась немая война. Стало труднее дышать. Некоторые из нас инстинктивно отступили. Логан с Эйбом открыли дверь, готовые эвакуировать нас. Женщины из гарема отошли… и я вдруг поняла: все они – брюнетки.

«Говорят, у него пунктик на брюнеток», – как-то раз сказала мне Зои. Похоже, она не ошибалась.

– Все – вон.

Голос Рагнора был неузнаваем. Женщины исчезли. Логан и Эйб увели нас. Я же задержалась, наблюдая за двумя застывшими, как статуи, Повелителями.

И вдруг – стало любопытно. Я спряталась за одним из диванов, завернулась в одеяло и затаилась.

Когда все ушли и дверь захлопнулась, наступила тишина. Я выглянула. Рагнор толкнул Ренальди – тот отшатнулся и засмеялся:

– Не думал, что ты из тех, кто соблазняет новичков, – хмыкнул он, облизывая губы.

Рагнор вспыхнул. Он припечатал Ренальди к полу за секунду, его клыки обнажились.

– Я ведь предупреждал: не смей больше использовать на мне свою магию, – сказал он спокойно, словно обсуждал погоду.

– Ты меня убить не можешь, Рэйн, – прохрипел Ренальди. – На мне все еще твоя Метка.

Что?

– Похоже, ты забыл, – прошептал Рагнор. – Позволь напомнить.

На миг ничего не происходило. А потом Ренальди закричал.

Он бился под Рагнором, как в агонии, рвал на себе волосы. А тот даже не двигался. Словно из него исходила невидимая сила. И я ее почувствовала.

Боль. Ужас. Страх.

Я словно вновь потеряла все, что боялась потерять. Будто умирала. Будто меня вернули в тот подвал. Цикл боли повторялся. Словно душу разрывали изнутри. Невыносимо.

Я хотела закричать, как Ренальди. Но закусила губу до крови. Вцепилась в шелковое одеяло, стараясь молчать. Хоть как-то пережить это. Хоть как-то…

Когда казалось, что прошла вечность, боль резко исчезла.

Я не могла отдышаться. Руки затекли. Слезы лились по щекам.

Послышался слабый голос Рагнора:

– Никогда больше не используй магию ни на мне, ни на моих. Ясно?

Моих?

Он и на мне магию пробовал?.. Глухой стук.

– Я спрашиваю, ясно? – Голос был ледяным.

Ренальди, хрипя, еле слышно ответил:

– Да, мой Повелитель.