Наползли серые непривлекательные тучи, окутав землю толстым, удушливым одеялом. Было тепло, влажно и неуютно – не самое приятное начало дня, несмотря на непривычный рост пожертвований. Непрерывный ручеек людей тек в магазин, оставлял коробки, доверху набитые самыми разными ненужными вещами. В магазине стало жарко, людно и шумно: посетители фыркали и пыхтели в очереди, им не терпелось сдать вещи и вернуться к своим делам. Но с благотворительными пожертвованиями спешить нельзя, в чем-то процесс напоминал досмотр багажа в аэропорту. Фиона никогда не спрашивала, упаковывал ли кто-то пожертвования сам. Но содержимое требовалось проверить: даже с самыми лучшими намерениями в магазин часто проносили вещи, которые нельзя продать, или маскировали подо что-то другое. Буквально на днях Фиона помогала женщине, которая решила купить дочери диск с фильмом «Грязные танцы». Идея подарка прекрасная, но при ближайшем рассмотрении Фиона обнаружила в коробке второй сезон ситкома восьмидесятых годов. Вот вам и наглядное подтверждение, к чему приводит невнимательная проверка вещей.

Очередь только увеличилась, когда появились покупатели. Дамам приходилось прерываться, оставлять одну очередь и подходить к другой. В этом заключалась сложность работы в благотворительном магазине – надо одновременно принимать и выдавать пожертвования. Дэйзи говорила, что это «двойная головная боль».

Наконец им повезло, наступило затишье. Чай подоспел, как раз когда Фиона закончила обслуживать последнего – хотя бы на следующие десять минут, как она надеялась, – клиента. Выдохнув, она упала на стул рядом с Дэйзи.

– Откуда они все взялись? – удивилась Сью. – Мы сегодня прямо с ног сбились.

Дэйзи поставила чашки перед подругами.

– Это все погода виновата.

– При чем тут погода? – не поняла Сью.

– Ну до этого светило солнце, все бросились на пляжи. А сегодня посмотрели на улицу – тучи, решили, что можно посвятить день делам, наконец вычеркнуть из списка поход в благотворительный магазин и отнести коробки, которые бог знает сколько простояли у двери.

Безупречная логика. Фиона надеялась, что у Дэйзи будет больше таких умозаключений про Ванильного убийцу.

– Что думаете про нашу вчерашнюю вылазку?

Дэйзи все еще придерживалась точки зрения, к которой пришла вчера вечером, до того как все трое разошлись по домам.

– Я до сих пор не понимаю, с чего вдруг двум мороженщикам бороться за участок, где и так полно киосков с мороженым. Все равно что продавать песок эскимосам.

Ни у Фионы, ни у Дэйзи не было сил ее поправлять.

– Ты права, – согласилась Сью, – звучит бессмысленно. Наверное, самый нерентабельный участок в округе.

Фионе пришлось признать, что что-то здесь не сходится, а также лишь усложнить их головоломку:

– Меня беспокоит еще кое-что, у меня вчера весь вечер из головы не шло: почему в таком тихом районе утром в день убийства никто ничего не слышал?

Неравнодушная Сью нахмурилась:

– Жители Мадфорда говорили, что либо спали, либо готовили завтрак, либо читали газеты.

Фиона кивнула:

– Да, я понимаю, что никто ничего не видел. Но они должны были что-то слышать! Сами подумайте. Два продавца мороженого поругались на улице и, наверное, громко кричали, раз итогом стало убийство. Тот еще переполох бы устроили. Но, судя по тому, что нам рассказали, никто ничего не слышал. Ни криков на улице, ни обвинений, ни, конечно же, никаких драк в пылу ссоры, которые привели к убийству.

Дэйзи предложила свое объяснение:

– Возможно, у них очень хорошие двойные стеклопакеты. Я слышала, в роскошных домах сейчас ставят звукоизолирующие стекла – а эти дома ну суперроскошные.

У Сью имелась своя версия:

– Или же Кевина Мастерсона убили не на Эйвон-драйв. Может, его вообще не в Мадфорде убили. Может, убийца выбрал другое место – сделал свое черное дело где-нибудь подальше, в тихом переулке или где-то еще.

Фионе эта теория понравилась:

– Где никаких случайных свидетелей точно не появится. Это, безусловно, намного проще. А потом тело Кевина Мастерсона спрятали в морозильник его собственного фургона и отвезли на Эйвон-драйв. Убийца оставил его там и ушел.

– Разве не надо было оставить двигатель включенным, чтобы тело лежало в холоде? – уточнила Дэйзи. – Я знаю, что Белла не может выключить двигатель, иначе морозильник перестанет работать.

– Джед сказал, что двигатель не работал, – ответила Фиона. – Так что этот фургончик приехал туда не торговать. Но морозильник, вероятно, продолжал работать от аккумулятора, и, даже если б не работал, еще несколько часов холод бы сохранялся. Иначе нам всем пришлось бы выбрасывать еду при каждом отключении электричества или вызове электрика.

– К тому же если убийца хотел ускользнуть незамеченным, то не стал бы привлекать к себе внимание шумом дизельного двигателя, – заметила Сью. – Ванильный убийца не просто так выбрал эту улицу. Высокие живые изгороди, двухметровые заборы – отличное прикрытие для убегающего преступника: ни камеры видеонаблюдения, ни видеокамеры дверного звонка не засекут. Даже из окна никто случайно не выглянет.

Дэйзи по-прежнему сомневалась:

– Тогда зачем рисковать и тратить столько сил? Перевозить тело, где бы оно ни находилось, до самого Мадфорда и оставлять в фургоне на Эйвон-драйв? Почему бы просто не бросить его в том укромном месте, в тихом переулке или где бы там ни было?

– Думаю, мы уже знаем ответ. – Сью погрозила пальцем. – Держись подальше от моего участка, а не то…

Фиона со Сью обменялись довольными улыбками, но тут Дэйзи все испортила:

– Но разве это не возвращает нас к началу? Зачем кому-то воевать за этот участок? И если какой-то мороженщик считает его своим, почему его до сих пор не арестовали? Да, знаю, соседи понятия не имеют, кто у них там продает мороженое, но полиция-то должна была выяснить.

Сомнения, тяжелые, как промокшее под дождем одеяло, притушили огонь энтузиазма Фионы. Ей пришлось взглянуть фактам в лицо.

– Дэйзи, ты права. Полиция наверняка установила, кто это, и допросила его – кем бы он ни был.

– Если только они его нашли, – пробормотала Сью. – Как я уже говорила, продавцы мороженого могут защищать друг друга. По какому-нибудь своему негласному кодексу молчания. Или они все замешаны. Может, Кевин Мастерсон перешел дорогу слишком многим и они решили его убрать. Поэтому никто и не признался, чей это участок.

Фиона призадумалась.

– Хорошая идея. Они сплотились. Держали все в тайне. Если так, нам нужно поговорить с другими мороженщиками в этом районе. Узнать, не покрывают ли они кого-то из своих или все в этом замешаны.

– А вдруг это мафия мороженщиков? – продолжала нагнетать Сью.

Нижняя губа Дэйзи задрожала:

– Мне это не нравится. Надеюсь, они не придут за Беллой.

– Не волнуйся, Дэйз, – попыталась ее успокоить Сью. – Мафия мороженщиков не стала бы подсовывать записки. Они бы оставили голову лошади.

У Дэйзи не только губы задрожали, но и левый глаз задергался. Фиона бросила на Сью сердитый взгляд, укоряя ее в бесчувственности, и попыталась успокоить подругу:

– Это всего лишь фильм. Кроме того, мы практически уверены, что записку на лобовом стекле Беллы оставил Алан, а если нет, то, как весьма живо описала Сью, мафия бы не стала оставлять записки на лобовом стекле – это не в их стиле.

Дэйзи это ничуть не успокоило, поэтому Фиона решила отвлечь ее, предложив взглянуть на ситуацию под другим углом:

– Не забывай о другой ветке нашего расследования. Кевин с кем-то поссорился. Что, если Ванильный убийца был другом или любовницей и все обставил так, будто это конкурент, – чтобы замести следы?

– Звучит неплохо, – заметила Сью. – Это точно объясняет, почему не арестовали других продавцов мороженого.

– Дэйзи, как думаешь, сможешь найти кого-нибудь из знакомых Кевина? – спросила Фиона.

Телефон Дэйзи в ту же секунду оказался у нее в руках, большие пальцы замелькали так быстро, что слились в неуловимое пятно. Благодаря этому отвлечению тревога постепенно исчезала с ее лица. Но через полчаса поисков озадаченное выражение вернулось, брови резко сошлись на переносице в лобовом столкновении. Затем на мгновение расслабились, а потом снова столкнулись. И снова. Это можно было описать как все нарастающую степень замешательства.

– Дэйзи, все хорошо? – уточнила Фиона.

– Как странно, – не отрывая взгляда от экрана, отозвалась Дэйзи.

– Странно что? – уточнила Сью.

– Кевина Мастерсона нет ни в одной соцсети. У него нет друзей, и на LinkedIn ничего.

– Не всем нравится сидеть в соцсетях, – заметила Фиона.

– Разве что кто-то их все удалил, – добавила Сью. – А как насчет местных мороженщиков? Их наверняка полно!

Дэйзи снова уткнулась в смартфон, лихорадочно тыкая большими пальцами. Еще полчаса спустя она подняла голову, точно выныривая за глотком воздуха.

– Нашла всех.

– Это же здорово, правда? – спросила Сью.

– Но их всего три.

– Три! – воскликнула Фиона. – Должно же быть больше.

– Я всеми способами пыталась искать, – ответила Дэйзи. – На разных сайтах, но всегда попадались только эти трое – Снежная королева, «Сержант Билскимо и Ледяные братья.

– Быть не может! – Фиона решила поискать сама, и Сью тоже. Хотя им потребовалось больше времени, итог оказался тем же. – Ты права. Их всего трое. Как такое возможно?

Неравнодушная Сью с присвистом втянула в себя воздух.

– И все равно это может быть мафия мороженщиков.

– Мафия из трех человек? Да ну, – не согласилась Фиона. – Таким количеством никого не запугать. Но это может оказаться зацепкой для чего-то еще. Что, если продавцов мороженого всего трое потому, что больше этот район не выдержит? Если их станет больше, система сломается. Торговля перестанет быть выгодной. Может, там появился Кевин Мастерсон, который не знал об этих правилах, наступил кому-то на мозоль, забрал их прибыль – и эта троица от него избавилась.

– Но разве мы не эту теорию обсуждали с самого начала? – спросила Дэйзи. – Только конкурентов стало трое, а не один.

Фиона отпила глоток чая и задумалась.

– Да, это немного меняет дело: судя по всему, Кевин Мастерсон начал работать не так давно. Он был новичком – так теория о вытеснении конкурента звучит все вероятнее.

– А как мы узнаем, новичок он или нет? – уточнила Дэйзи.

– Я знаю. – Сью вернулась к своему телефону. – Могу узнать на сайте проверки автомобилей. Там про машину можно узнать все что угодно до покупки. Убедиться, что она не украдена, не списана, а также количество владельцев – не имена, только даты, когда машину передавали кому-то еще. У тебя есть номер фургона Беллы?

Дэйзи пролистала фото фургона дочери с новыми картинками русалки. Остановилась на одной, где был отчетливо виден номерной знак, и назвала цифры. Через несколько секунд Сью замерла на стуле:

– Господи! Предыдущий владелец этого фургона, наверное, и есть Кевин Мастерсон! Тут написано, фургон куплен двадцать первого марта – получается, всего за месяц до его смерти.

Теория о том, что трое мороженщиков убрали конкурента, внезапно стала очень реальной и вероятной. Фиона так и видела, как та троица объединяется, чтобы избавиться от самонадеянного новичка.

Но раздумывать над новым открытием им пришлось недолго: в магазинчик ворвалась Белла, разгоряченная, взволнованная и готовая сама кого-нибудь убить.

Дэйзи вскочила на ноги и бросилась ей навстречу:

– Белла, что случилось?

– Мне нужно бумажное полотенце, вода с мылом и щетка. И быстро.

Дэйзи, у которой в кладовой хранились запасы всевозможных чистящих средств и растворов, уточнила, в чем именно причина гигиенической катастрофы:

– У тебя что, мороженое упало? Сорбет растекся? Посыпка рассыпалась?

Белла помрачнела.

– Нет. Кто-то закидал мое лобовое стекло яйцами.