После обеда я решил посетить теплицы, располагавшиеся на противоположной окраине нашей территории.

Пошел по тропинке от крыльца, вышел за ворота, и…

Уже на выходе со двора смог воочию убедиться, как сильно изменилась деревня за последние дни. По обочинам стояли новые столбы с проводами, а справа от дороги тянулась солидная канава, которую кто-то из местных расчистил и углубил, чтобы вода после дождя не скапливалась и уходила вниз ручьем. Раньше на этом месте постоянно стояла вонючая лужа.

У дома Нифёдовых двое мужиков собирали новое крыльцо. Заметив меня, оба выпрямились и поклонились.

— Здоровья, ваше благородие! — едва ли не хором пожелали они.

— И вам, — кивнул я на ходу.

Красиво здесь… И чтобы эту красоту сохранить и преумножить, нужно усердно работать. Например, как вчера.

Мысли невольно вернулись к давешним антимагам.

Последний раз антимаги доставляли мне серьёзные неприятности задолго до того момента, как я стал Первым Предтечей. Члены Ордена Гасителей выходили на охоту за магами целыми когортами, их излюбленное оружие — цепи — были выкованы из чистого тангаритового сплава. Одна такая цепь могла высосать Источник опытного боевого мага за считанные удары сердца.

И после этого, полностью лишившись маны в теле, сердце биться переставало.

Рядом с подлинными мастерами трое вчерашних противников смотрелись словно ученики, едва освоившие первые приёмы и вооружившиеся чем‑то мало пригодным для настоящего боя. И тем не менее эти «ученики» заставили меня хорошенько попотеть.

А если бы их было пятеро? Десять? Если бы сплав оказался качественнее, а поле мощнее?

Мысль неприятная, но полезная…

Я шёл по дороге, машинально отмечая, как обновили ещё один участок и поставили новую телефонную будку. А в голове крутилась мысль — антимаги высветили куда более серьёзную проблему, чем простая засада Бестужева.

Пусть я и заметно сильнее, чем в первые дни после пробуждения, — по меркам того, кем я когда‑то был, нынешний Первый Предтеча годится разве что на роль второго дублёра собственной тени.

Надо это менять.

Вернув Руха к жизни, я заполучил один из Ключей Своей Силы, благодаря чему стал заметно сильнее — Источник расширился, и у меня появились техники, которые раньше были мне недоступны.

Но на этом все. Ключ не открыл замок полностью. Если говорить образно, я прочистил от грязи замочную скважину и через нее повеяло свежим ветром. Но чтобы полностью открыть дверь — нужно повернуть все Семь Ключей.

Каждый Ключ будет делать меня сильнее. Но рост Силы не пропорционален. Я сейчас далек от того, чтобы быть «одной седьмой» от Первого Предтечи, хоть я и заполучил Один из Семи Ключей.

И тем не менее — пора искать остальные Ключи. «Сквозняк» через замочные скважины надо усиливать!

Правда с Ключами есть загвоздка…

И даже не одна, а шесть.

Хах…

Часть из них сейчас найти не представляется возможным. Но некоторые есть хотя бы шансы отыскать быстрее прочих.

Во-первых, булавка Светоча. Её природа гарантировала сохранность артефакта на протяжении тысячелетий, даже если бы он и не стал Ключом Силы. А теперь и подавно — где бы булавка ни оказалась, она ждёт меня. Вопрос только, как найти булавку… в целом мире.

Во-вторых, Солнцелов. Я отказался принять меч ценой жизни учителя. Тогда это решение было единственно верным, но спустя многие года меч все-таки достался мне. Даже без вложения моей Силы оружие такой мощности не разрушается временем. Оно может лежать на дне моря, в чьём-нибудь хранилище или сиять в музее.

Найти его, вероятно, будет проще, чем булавку. И главное, что меч абсолютно точно всё ещё существует в этом мире — а раз существует, в конечном итоге вернется ко мне.

В-третьих, Чаша Хранителя Севера, позже, по просьбе последователей переименованная в Чашу Первого. Вместе с узким кругом моих людей мы неоднократно её использовали. Каждый вложил в Чашу каплю своей крови и слово верности, и Чаша впитала всё это, став одним из мощнейших артефактов нашей эпохи. Она хранила связь между нами и усиливала общий резонанс Источников.

Для полноценного поиска мне нужно больше Силы и больше связей. Получается замкнутый круг: чтобы найти Ключи, нужна Сила, а чтобы получить Силу, нужны Ключи….

Впрочем, есть в этом кругу лазейка — гвардия растёт, Рух тоже крепнет, да и я вместе с ними. Даже без Ключей я в перспективе могу стать самым сильным одаренным этого мира.

Но лучше с Ключами.

Однако же моей нынешней связи со Структурой едва ли хватит, чтобы просто взять и почувствовать след Ключей.

Но, как говорят сейчас «ещё не вечер». Путь предстоит долгий, но дорогу я вижу, и понимаю в каком направлении двигаться'.

Я остановился у теплицы и отвлёкся от мыслей о Ключах.

Каркасная конструкция выглядела куда лучше, чем несколько дней назад. Как мне докладывали, местные успели почистить её ещё до нашего дерзкого налёта на агрокомплекс. Вся утренняя суета с разгрузкой трофеев пока коснулась теплицы лишь частично, но у стены уже возвышалась груда стеллажных секций, а рядом стояли ящики с трубками капельного полива и мешки с удобрениями.

Меня смутили оконные проёмы — часть рам была забита полиэтиленом, другая прикрыта обрезками фанеры. Кое-где между фанерой и каркасом оставались щели.

— А что с окнами? — спросил я Михалыча, который сейчас как раз руководил восстановительными работами на объекте.

— Так ведь, ваше благородие… — смущенно почесал он макушку. — Стекла-то заказывать надо, а размеров тут куча, все разные. И откуда деньги брать, не знали, сами-то решили не лезть к вам с мелочами. Вот и закрыли чем нашли.

— Михалыч, — проникновенно произнес я, глядя ему в глаза. — Это не мелочи. Это — главное предприятие Чёртовой Лапы! На ближайшее время — уж так точно. Нужно было сказать Мирославе Сергеевне, чтобы окна заказала.

Михалыч замялся и нервно почесал небритую шеку.

— Так я ж… — пробурчал он. — как раз недавно… Говорил ей, ваше благородие.

— И? — поторопил я.

— Мирослава Сергеевна сказала, что бюджет не резиновый, — осторожно проговорил староста, явно стараясь не подставить девушку. — Мол, в очередь поставит. У неё там список задач длиннее моего забора. А окна ведь взапрямь… укуси меня черешня, сколько нынче стоят!

— Это мы с ней лично обсудим, — кивнул я. — Ты, главное, размеры все выясни — все до единого, до конца дня. Мирославе Сергеевне передай список, а дальше решим вопрос.

Мелькнула идея вызвать сразу замерщиков с оконного завода. Но, вероятно, так будет заметно дороже. По крайней мере, Михалыч не брыкался от мысли, что кому-то из деревенских самостоятельно придется окна устанавливать. Видимо, уверен, что найдется толковый специалист, а то и не один. Главное — чтобы материал был.

Михалыч кивнул и с моего позволения вернулся к своим людям, а я ещё какое-то время осматривал теплицу. С новым оборудованием да помощью Места Силы скорость роста растений здесь будет феноменальной.

Правда, придется хорошенько напрячься, чтобы отдельный энергетический поток для теплицы настроить. Эх… а кто-то ведь считает «медитацию» — формой отдыха. Ну-ну.

— Первый, — за спиной раздался голос Святогора.

Я обернулся и протянул руку командиру гвардии. Выглядел он бодро, но под единственным глазом залегла тень.

— Как гвардия? — спросил я.

— Порядок, — коротко ответил он, но затем пояснил более подробно: — Утром всех свободных бойцов послал на разгрузку и сортировку трофеев. Местные бы с этим ещё сутки ковырялись, а мои за полдня управились. Генерала тоже сюда определили — в дальний угол теплицы, — махнул он рукой в сторону здания: — Сделали поддон, листьев настелили, ну и воду поставили.

— Вот и отлично, — хмыкнул я, забавляюсь тому, что Свят посвятил черепахе отдельную часть своего доклада: — Будет держать теплицу под надзором.

Свят криво усмехнулся. А затем посерьезнел и проговорил, не сводя с меня взгляда:

— Многие ребята ночь не спали. Сначала операция, потом разгрузка, потом караулы. Сегодня тех, кто отстоял смену, я отправил отдыхать, но полноценного сна у большинства не было уже больше суток. Я вот к чему, Первый, — он чуть понизил голос и продолжил заговорщическим тоном: — Зелья у тебя отменные выходят… Может, заодно на будущее и энергетик какой сообразишь? Не тот мощный усилитель с откатом и не чёртов стимулятор, а просто энергетик, чтобы глаза не смыкались? Бойцы сутки без сна продержатся, закалка-то позволяет. Но эффективность — сам понимаешь — падает. Мало ли какая ситуация, когда отдыхать некогда, а воевать надо на полную.

— Дельная мысль, — хмыкнул я. — Можно сообразить тонизирующий отвар, подумаю над составом.

— Восемь-десять часов ясной головы без отката — было бы превосходно, — кивнул он.

Оставив Свята у теплицы, я прогулочным шагом направился обратно. Спустя некоторое время у забора Нифёдовых заметил Игошу. Малец стоял напротив вихрастого парня лет десяти и терпеливо повторял:

— Не «ихь хабэ», а «ихь ха-бе». Мягче, Матвей, попробуй мягче. Ихь хабе айнен хунд.

— Ихь хабэ… — старательно выговорил пацан, но по сравнению с произношением Игоши, в его исполнении это прозвучало ненатурально. Матвей, похоже, сам все понял, сбился, а затем недовольно выкрикнул: — Тьфу ты! Язык сломаешь.

— Не сломаешь, — серьёзно возразил Игоша. — Просто привыкнуть надо. Давай ещё.

Я подошёл ближе. Матвей, заметив меня, неуверенно поклонился. Игоша обернулся и тоже уважительно кивнул.

— Что обсуждаете? — поинтересовался я.

— У Матвея в сентябре иностранные языки в школе начинаются, — пожал плечами Игоша. — Он немного опасается, попросил немного поучить. Вот… объяснял ему произношение, пока время есть, — под конец своей речи Игоша немного смутился.

А ведь перед парнишкой был таким уверенным…

Знакомая картина на самом деле. Мой вояка Гедеон тоже часто рабел передо мной, как мальчишка. Зато без меня на плацу так бойцов строил, что они дрожали от одного его взгляда.

— Слушай наставника, — сказал я. — Толковый он у нас. Ерунды не посоветует.

Игоша сдержанно поклонился — похвала ему была явно приятна.

Зашагав дальше, я призадумался… Матвей в сентябре пойдёт в школу. Наверняка не он один — дети в Чёртовой Лапе есть, и их количество будет расти вместе с населением.

Но вот ведь какой нюанс… Раньше местные жители были обыкновенными подданными Империи, и «заботилась» о них Империя. Но теперь это мои люди. Они не просто так сидят на моей земле — по сути, они в первую очередь служат мне, а потом уже Империи.

И именно я должен обеспечивать их безопасности и заботиться о них.

Так вот, для детей, живущих на территории рода Северских, походы в школы теперь могут в любой момент обернуться бедой. Враги у нас прибавляются быстрее, чем союзники. Любой из них может додуматься ударить в самое уязвимое место. Например взять детишек в плен и шантажировать меня…

Да, это противозаконно… Но, похоже, некоторых местных аристократов закон редко останавливает.

А ведь помимо того, что дети будут в опаснасти, могут серьезно пострадать и как минимум натерпеться страха — род Северских потеряет в репутации.

А репутация для аристократа очень важна. Без нее род не сможет подняться на вершину. Взять того же графа Вяземского, который хочет стать своим в столице. Из-за этого ему приходится чересчур внимательно следить за своими действиями здесь, в Ярославле.

Ну да леший с ним. Что делать с детьми?

Можно будет организовать сопровождение в имперскую школу, выделить автобус и охрану… Но от всех проблем это не защитит. К тому же ратники рода — законные противники для наших врагов — по сути, шанс открытого противостояния может и увеличиться, и автобус с детьми попадет под обстрел.

А еще провокацию не обязательно устраивать с оружием. Достаточно подговорить или подкупить пару учителей, натравить чужих детей, создать «инцидент» с участием полиции… Да что угодно может быть.

Негоже моим людям лишний раз соваться в город…

И что тогда предпринять? Может, нам нужна своя школа в Чёртовой Лапе? Или хотя бы начальные классы для самых маленьких, чтобы не выпускать их за периметр раньше времени на регулярной основе…

Хотя полноценная школа выглядит предпочтительнее — можно с малых лет обучать будущих специалистов, верных роду.

Нужно будет это обсудить с Мирой и взвесить все варианты.

Пару следующих часов я провёл в лаборатории, доводя до ума ещё одну партию настоек для тех гвардейцев, у которых курс лечения все еще продолжается. Также я обработал некоторые ингредиенты, чтобы при создании следующих зелий не пришлось тратить на это время.

Вечером, уже после ужина, мы с Мирой устроились на скамейке под старой яблоней, подальше от дома. Отсюда открывался вид на поля за Чёртовой Лапой, за ними шла полоса леса, и выше — темнеющее небо. Воздух остыл, тянуло свежестью.

Мира сидела, обхватив ладонями тёплую кружку с какао, и слушала мой рассказ о бое с антимагами. В конце концов, она должна знать, с чем мы столкнулись.

Когда я закончил, девушка некоторое время молчала. Потом негромко произнесла:

— Я слышала о таких. Ещё до всего случившегося… Когда отец был жив и я росла в доме Северских. Их называют «молчальники». Это элитные наёмники, специализирующиеся на уничтожении одарённых. Берут очень дорого, работают малыми группами и никогда не выдают заказчика. В буквальном смысле не выдают — у них нет языков. Вырезают при финальном посвящении, как знак верности ордену. Общаются между собой жестами и условными знаками.

— Орден? — уточнил я.

— Вроде того, — кивнула Мира. — Закрытое братство из Юго-Восточной Азии. Отец говорил, что в Империи они появляются редко. Несколько родов пытались нанять молчальников в разное время, но не все могли себе позволить.

Интересно… План врага был прост, но далеко не глупым. Трое молчальников на агрокомплексе должны были встретить кого-то вроде меня. А бойцы Бестужева должны были, во-первых, дать сигнал наверх, чтобы прибыло подкрепление, а во-вторых — ввязаться в бой с вооруженным врагом до прибытия этого самого подкрепления.

— Дорогие и редкие значит… Кто-то явно помог Бестужеву, — заключил я.

Но кто? Андерсон? Вполне мог, но очень уж странный ход. Такие, как Андерсон, предпочитают пользоваться связями и подчинёнными — у них есть свой ресурс, чем они очень хвалятся, и впустую тратить деньги они не любят. Как будто самостоятельно нанять этих молчальников — не его это профиль…

Тогда кто?

Герцог Алварес-Потехин?

Или этот граф с завода каучука, которого я недавно вспоминал?

— Скорее всего да, — хмуро подтвердила мои мысли Мира. — Но кто?

— Думаю, со временем узнаем, — ответил и и переключился на другую тему, которая тоже не давала мне покоя. — Хотел насчет теплицы поговорить с тобой. Михалыч говорил, что сегодня обращался к тебе насчёт окон. В чём причина заминки?

Мира вздохнула и поставила кружку на колено.

— Причина простая, Анхарт, — хмуро проговорила она. — Бюджет тает на глазах. Жалованье гвардии, жалованье персоналу, еда на всю ораву, стройматериалы, топливо для машин, вооружение, патроны… Кухню мы купили не за «спасибо», скважину бурили не за красивые глазки. Каждый день требуется что-нибудь новое. Я стараюсь распределять, деньги, но если продолжать тратить в таком темпе, скоро мы окажемся в минусе.

Она посмотрела на меня и добавила чуть тише:

— А ведь теперь ещё теплицу запускать. Подключение, грунт, семена, расходники… Это тоже деньги. И деньги не малые.

— Понял, — сказал я. А затем, поймав ее взгляд улыбнулся: — Я очень ценю все, что ты делаешь. Ты большая молодец.

— Спасибо, — буркнула она. Ее щечки самую малость покраснели.

— Но окна всё равно закажи. А денежный вопрос я возьму на себя. Есть кой-какие мысли… Но это уже завтра, Мира. Пойдем спать, утро вечера мудренее.