Ее рыжее величество из питерского ведьмовского университета еще не соизволило проснуться, хотя уже почти половина одиннадцатого. Возможно, сказывается разница часовых поясов: все-таки у нее дома сейчас только половина десятого. Пользуясь случаем, я, не вставая с дивана, дотянулся до планшета на столе и еще раз открыл папку «Входящие».

Просто вспомнились некоторые наши вчерашние недоговоренности, и, прежде чем начинать допрос с пристрастием, стоило бы самому попробовать во всем разобраться. «Шапка» письма давала не так много информации, но позволяла перейти на сайт Университета ведьм-феминисток, а следом на страницу его филиала в нашем имперском Санкт-Петербурге.

Две формы обучения, очная и заочная, но все платное, никакого бюджета, четыре года — и вы дипломированная специалистка по бытовой, природной, культурной, семейной и бизнес-магии. Набор каждую весну — естественно, только девочки. Трансгендеры идут лесом, все «а-ля натюрель». В принципе, ничего сложного, правила как у большинства…

Возникли вопросы по педагогическому составу, его также указывали в рекламе. Двух дам я знал лично и над их дипломами мог бы только ржать в голос, как цирковая лошадь. Про Наину и вовсе вся Астрахань слышала как о крепко пьющей взяточнице из «Газпрома».

Эдита Блохгерхаузен тоже весьма неординарная особа из Сыктывкара, ездит с лекциями по всей стране, с вечной сигарой в зубах, помешанная на эзотерических откровениях третьей жены Чингизхана, с которой у нее был четкий ментальный контакт на тонких уровнях.

Другие имена и фамилии мне были неизвестны. Но, судя по тому, что сама организация финансировалась из-за рубежа, через несколько банков и офшоров, а конкретный выгодополучатель, как и принято, нигде не светил лицом, там явно творилось нечто весьма и весьма темное.

Впрочем, так всегда и бывает с ведьмами. Ну да бог им судья, в кого бы они там ни верили, кроме пресвятого и непогрешимого доллара ибн USA. Вопрос у меня в другом…

Любое образовательное учреждение имеет четкий учебный план. Есть утвержденный расчет по времени. Как можно было предположить, что левая девица припрется ко мне с надеждой сдать всю полевую практику за два дня, если по плану на нее выделены, допустим, почти три недели?

Окей, пусть Вика Люксембургская — гений вроде Алисы Тепляковой, но я хотя бы должен был получить этот самый учебный план по электронной почте, разве нет? Мне же пока переслали лишь один лист бумаги с рекламой услуг университета и невнятным предложением обучить их выпускницу э-э… всему тому, что я сам сочту нужным для обеспечения ее дальнейшей безопасности в работе профессиональной ведьмы.

Серьезно⁈

Да если бы не деньги, она бы уже летела у меня аж до Васильевского острова на «паровой конной тяге»! Это я очень деликатно выразился, сами понимаете. Скрипнула дверь гостевой комнаты, и раздались крадущиеся шажки в сторону ванной комнаты. Кто у нас тут проснулся, а?

Что ж, мне тоже пришлось встать, натянуть свободные штаны, надеть шелковый халат (подарок благодарного старого гоблина из Сассекса, что в Британии), сунуть ноги в удобные тапки и пройти на кухню.

Сознание требовало умиротворения и покоя, но организм возжелал кофе, так что кому-то придется уступить. Я кротко вздохнул и потянулся к турке. «Душа возвышена, но тело…Всегда берет над нею власть!»

— Доброе утро, ваше высокопревосходительство-о-у, а-ах… — довольно бодро начала Вика, но в конце не удержалась и зевнула. Я тоже зевнул, зараза ты эдакая…

— Карандаш заточила, даже два. Кого сегодня убивать будем?

Я мысленно перекрестился. Вроде бы девочка та же самая: те же шорты, та же футболка с лисой, те же конопушки, разве что копна рыжих волос стянута в пышный хвост на затылке, — но глаза горят нездоровым студенческим энтузиазмом.

— Еще у меня серебряная цепочка есть. Я могу ей вампиров душить, да?

Когда-нибудь ее сожгут. Надеюсь, мне отправят приглашение в первый ряд.

— Так, солнце мое, хочешь кофе?

Она хотела заорать «Да-а!», но я вовремя сунул ей в ротик кухонное полотенце.

— Тогда сначала скажи, что за бардак у вас творится с учебным планом и почему ты, не лучшая ученица, надеялась пройти обучение за два дня, когда на полевую практику у вас выделен месяц! Ты меня пытаешься обмануть или их, аферистка малолетняя⁈

— Не гоните меня, синьор! Куда я пойду? Меня всякий обидеть может! Я умру у ваших ног. Не гоните. Вот прямо здесь и умру-у…

— Милорд, — автоматически поправил я. — Цитировать нужно точно.

— Чет тупанула, там «милорд», агась… — Викуля, не выказывая ни малейшего стыда, скорчила невинную ангельскую моську. — Я все расскажу, только не сердитесь и не отправляйте меня обратно в Питер, меня там сестры кастрируют!

—?..

— Как-как, на голову сверху!

— Рассказывай.

Рыжая нахалка умоляюще покосилась на турку.

— Садись, пей и рассказывай, — согласился я.

Мы ж тут не звери какие, чашку кофе зажмотить для ребенка. Великовозрастного. Но тем не менее. Разговор получился коротким, но бесконечно ярким и эмоционально насыщенным. Дублирую в переводе на человеческий язык.

Вика Люксембургская ни в чем не виновата. Преподаватели злые, учебников нет, за все плати, одногруппницы тупые, сплошные подставы и кидалово, правды нет — и не ищи, справедливости тоже, как и понимания, сострадания, такта в критические дни; оценки по настроению, сессии от фонаря, нагрузка нереальная, предметы хаотичные, системы никакой, из всех идей здорового феминизма преподаются только две: все мужики козлы, и нам, теткам, они все всегда должны!

Один плюс — диплом международного класса! Но его требуется подтверждать полевой практикой, а желающих взять к себе на обучение молодую ведьму, даже за деньги, не так чтоб слишком много. Северные области с колдунами финских традиций, суоми, карелы, заезжие шаманы с Соломбалы расхватаны приближенными к руководству университета ученицами едва ли не при поступлении.

Но ведь Викуля умная и решительная, она не побоялась ехать в чертову глушь, на край страны, в последний русский город России, в дельту Волги, впадающей в Каспийское море, к широко, но печально известному парапсихологу, который неожиданно дал молчаливое согласие на помощь в адаптации перспективной специалистки из Санкт-Петербургского Университета ведьм-феминисток.

И вот теперь рыжая хитрюга всех обскакала, объегорила, обставила, обула, обвела вокруг пальца, а потом еще и посрамила, сразила, добила контрольным в голову. Так как все ее завистницы неизвестно где, не пойми вокруг кого с зачетками бегают, а она живет дома, в отдельной комнате, у самого отважного, крутого, интеллигентного, образованного, красивого мужчины-психолога с бородой, в полном расцвете сил, готового делиться с ней бесценными крупицами знаний в наилучшей практике на свете!

Который принял всей душой одинокую, несчастную, забитую, потерянную девочку и не выгнал за дверь, не обманул, не заморил голодом, не побил, не приставал ночью, не пытался накачать клофелином и изнаси…

— Тпру! — опомнился не вовремя разомлевший я. — Пей кофе, остынет! В принципе, мне все понятно. Кроме одного момента душенька, а за каким лешим тебя вообще потянуло в ведьмовские ряды?

— А че? Они модные, современные, кайфовые, феминизм — форева…

— Деточка, поверь моему опыту: девяносто восемь процентов ведьм получают реальную силу после пятидесяти лет обучения. Те, кто хоть что-то могут, в массе своей — молодящиеся старушки от семидесяти плюс. Личной жизни никакой, семья и дети по боку, заработок — донаты легковерных дур на интернет-платформах, конкуренция огромная, проблемы с законом постоянные, красивые фильмы и книжки-фэнтези врут от первого до последнего слова.

— Не… неправда. — На ее глаза навернулись слезы. — Неправда же…

— Правда, — холодно обрезал я. — Уверена, что еще хочешь у меня учиться? Прости, но я всегда буду говорить тебе то, что думаю, а сопли в сахаре ищи у других педагогов.

Вика нервно сделала еще два глотка и старательно закивала. То ли кофе хорош, то ли она согласна на мои условия. Ситуацию разрядило оповещение об эсэмэске: так, неужели поступление первого гонорара? Ага, точно! Сколько? И это за один недоделанный полуурок⁈ Так, девочка, ты остаешься здесь…

— Умойся, вытри нос, на завтрак у нас сегодня арабская шакшука из трех яиц, жаренных с помидорами и болгарским перцем, луком и зеленью. Черный хлеб с маслом, шоколад и кофе без ограничений. За еду и жилье вычту отдельно. Да, я жлоб. Через пять минут жду тебя за столом!

Рыжая стояла передо мной навытяжку уже через четыре минуты. Пришлось кормить согласно озвученному выше меню. И нет, даже моей мужской порции ей было мало, но переедать все равно вредно, доберет второй кружкой кофе без сахара. Пусть привыкает.

— Мытье посуды…

— Уже ныряю в раковину!

Я отправился к себе в кабинет, краем уха отмечая плеск воды и характерный скрип. Если ты вымыл фарфоровую тарелку достаточно тщательно, при протирке оной пальцами всегда слышен вот такой скрип, его ни с чем не спутаешь. Не знаю уж, какая из девицы выйдет ведьма, но зарабатывать услугами клининга она вполне способна. Буду этим бесстыже пользоваться.

Смартфон четырежды дернулся под далекий охотничий клич индейцев. Сообщение от мамы. Опять. Лучше прочесть сразу и ответить как можно быстрее: когда я молчу дольше пяти минут, она надумывает себе такое, что потом хоть валерьянкой отпаивай. По литру каждые полчаса…

'Сын, спасибо что хоть иногда отвечаешь… Но вопрос все еще не решен. Ты не забыл какой? Забыл, я уверена. Но мне не трудно напомнить: ты обещал мне подумать о детях. О том, что твоя мама уже не молода и не становится моложе с каждым годом.

Мне звонила Ольга Леонидовна, она едва не плакала в трубку. Ты пришел на свидание с ее племянницей, заказал все, что она хотела, оплатил счет и сбежал! Девочка в недоумении. Настоящие мужчины так не поступают. Мне стыдно за тебя…'

Пришлось записывать длинное голосовое сообщение, извиняться, обещать исправиться, но на свиданки с дочками, племянницами и хорошими знакомыми маминых подруг я не пойду, хоть вешайте! Всё, четыре раза сходил, куда уж больше? К тому же пока меня вполне устраивают отношения без обязательств с Людмилой. Как я понимаю, и ее тоже.

Что у нас на сегодня? По расписанию всего одна встреча. Достаточно важная, с постоянной клиенткой, дамой весьма специфичной во всех смыслах. Вот она-то как раз самая настоящая ведьма, в шестом поколении, ходит ко мне уже более полугода, поэтому привычных для их племени ошибок уже не совершает. Почти.

Ну если и вляпывается иногда, то хоть потом по ушам не ездит, а честно признает свои косяки. Это уже большой прогресс. Исключая те дни, когда мне приходится не раздавать ей полезные советы, а лично разруливать безвыходные ситуации. Хотя нам, профессионалам, напрямую вмешиваться категорически запрещено.

— Посуда вымыта, плита отчищена, мусор в ведре! Могу перейти от исполнения служебных обязанностей непосредственно к учебе в поле?

— Чего ты хочешь, настырная?

— Присутствовать, конспектировать, впитывать, расти над собой!

Вообще-то, работа психолога с клиентом никакого нахождения в комнате третьего лица не подразумевает. Что известно двоим, то знает и свинья. Но если я, допустим, хотя бы связан профессиональной этикой, то эта веснушчатая хрюшка тормозов, похоже, не имеет.

— Оплата по факту наличия видео, — безжалостно напомнила Викуля.

— Ладно, — задумался я, поглаживая бороду. — Слушай сюда: снимать моих гостей категорически не рекомендую. Если хочешь жить, сиди тихо, как мышка под веником. Камеру на меня, звук включен. Один раз клиент попадет на экран, и тебе кирдык. Моему имиджу, кстати, тоже.

— Типа, я труп, а вы без гонорара за сеанс? — уточнила она.

— Типа того.

— Без вопросов, мессир! — Рыжая упала на колени, кланяясь в пол.

— Можешь называть меня по-простому — Дмитрий Андреевич.

— А может, тогда сразу «дядь Мить»?

— Так, возвращаем привычное «ваше благородие»! — сплюнул я.

Теперь понятно, с каким персонажем из фильма «Любовь и голуби» она меня ассоциирует. Но спорить с этой выскочкой себе дороже, а перевоспитывать я не нанимался. Хотя один момент все равно придется уточнить:

— У тебя сколько денег на карте?

— Немного, вы же знаете.

— Сколько точно?

— Ну-у, там рублей девяносто, наверное. В смысле, вам занять?

— В смысле, у тебя из всей одежды домашние шорты, старая футболка, носки и труселя! Я тебя в таком виде даже в магазин за пивом послать не могу. Короче, займешь у меня ты. Ноги в руки, и лезь в инет, ищи себе нормальную одежду по сезону. Недорого!

— Я вам такая не нравлюсь? — Конопатая Вика так вытаращила глаза, словно я ее пыльным мешком по голове огрел.

— Ты вообще не должна мне нравиться в этом смысле. Наши отношения — мудрый наставник энд бесполезная ученица. Все.

— Яволь, ферштейн! — Она по-военному развернулась на пятках и отправилась к себе в комнату исполнять приказ.

По-любому девонька в школе зубрила немецкий, хотя английский сейчас куда как более в ходу. Да и, насколько помню, язык фрицев в Санкт-Петербурге не в моде, сказывается генетическая память о ленинградской блокаде. И пусть мы, русские, всегда склонны прощать побитого врага, но есть вещи, о которых забывать преступно. Ибо история имеет поганое свойство ходить по кругу…

…Статный молодой гвардеец потребовал от скучающего стражника с давным-давно не чищенной алебардой и в такой застиранной униформе, что невозможно было понять, к какому клану он вообще принадлежит, сию же минуту позвать начальника тюрьмы.

Тамасак, стоящий на окраине королевства, среди пустынь и бесформенных гор, охранял восточные рубежи от набегов кочевников. И, как большинство приграничных городов, был еще и признанным местом ссылки.

Судите сами: если преступник сбежит в столице или ином крупном городе королевства, то придется тратить время и силы на его поимку. Если же хоть кто-то умудрялся удрать из Тамасака, то ему даже в голову не взбрело бы возвращаться в центральную часть королевства.