— Нет. Нет. Еще раз нет, — категорично прорычал Рейган.

Превозмогая вспышку боли, он резко приподнялся на постели, навис надо мной и крепко сжал мои плечи, мягко, но настойчиво вдавливая меня обратно в подушку.

В его глазах полыхало яростное, чисто драконье упрямство.

— Ни за что и никогда! Ты со мной никуда не пойдешь!

— Но я хочу помочь тебе! — так же упрямо ответила я, отказываясь пасовать перед его напором и заглядывая прямо в расплавленное золото его зрачков.

— Грейс, какой бы сильной и одаренной ты ни была, каким бы редким и уникальным ни был твой дар, ты не воин, — его голос вибрировал от сдерживаемого рокота, а пальцы на моих плечах едва заметно дрожали. — В Кристальном клане может просто не оказаться возможности забрать у кого-то магию, да и мало ли что вообще может случиться! Поэтому — нет. Более того, я буду постоянно на тебя отвлекаться, ежесекундно проверяя, в безопасности ли ты, и это сделает меня уязвимым. Будет во много раз хуже. Твое место здесь, под защитой. И если ты продолжишь со мной спорить, я прикажу, чтобы тебя заперли в этом особняке под замок.

— Я ведь всё равно выберусь, — спокойно и уверенно парировала я. — Ты же сам знаешь, что меня не удержит ни одна дверь.

— Грейс! — Рейган тяжело, шумно выдохнул и на мгновение зажмурился, пытаясь совладать с эмоциями. — У нас есть сын, ты должна думать о нем. И подумай сама рационально, как ты можешь пойти на территорию врага? Там смертельно опасно. Ты видела, в каком состоянии я вернулся после того, как брат поймал меня. Я как только представлю, что Вэлор может хотя бы пальцем до тебя дотронуться, какую боль это тебе принесет… у меня все внутри переворачивается, Грейс.

Я смотрела на его искаженное тревогой лицо и чувствовала, как к горлу подступает горький ком.

Мой властный, гордый дракон сейчас буквально умолял меня поберечь себя.

— Но я ведь тоже беспокоюсь о тебе, Рейган, — тихо, почти шепотом произнесла я. — Как же ты этого не понимаешь? Мне невыносимо просто сидеть и ждать. Я видела на что способен твой брат и не хочу, чтобы ты туда шел.

— Ну так беспокойся обо мне здесь, сидя в абсолютной безопасности, — его взгляд немного смягчился, в нем промелькнула щемящая нежность, но тон остался непреклонным. — Я обещаю тебе, что вернусь. Живым и целым.

Мы долго смотрели друг другу в глаза.

Я отчаянно не хотела уступать, внутри всё бунтовало против этой вынужденной беспомощности, но разумом я понимала: он прав.

Я действительно не воин. В реальном столкновении на чужой территории я стану для него лишь уязвимой мишенью.

— Хорошо, — неохотно выдохнула я, сдаваясь. — Но тогда я хочу помочь тебе своим даром прямо здесь.

— Исключено, — тут же нахмурился Рейган, в его голосе снова звякнула сталь. — Он ведь вызывает у тебя страшные приступы боли. Сама так говорила. Так что нет, пользоваться им ты тоже не будешь. Я не позволю тебе калечить себя ради меня.

— Рей, послушай, — я перехватила его запястья, заставляя вслушаться в мои слова. — Если им пользоваться чаще, то боль становится не такой резкой и острой. Понимаешь? Я чувствую, что если видения долго не приходят, магия застаивается, и первое же пророчество после затишья становится невыносимо болезненным, оно буквально выжигает меня изнутри. А если давать дару выход по чуть-чуть, порционно, то он переносится гораздо легче.

Рейган замер, прожигая меня пристальным, испытующим взглядом.

Было видно, как напряженно работает его голова — он взвешивал риски, искал подвох и отчаянно пытался принять правильное решение.

— Ты сейчас говоришь мне чистую правду, Грейс? — тихо спросил он, и в его голосе послышалась глухая боль. — Ты ведь не лжешь мне, просто чтобы успокоить? Я меньше всего на свете хочу, чтобы тебе было больно.

— Нет, это абсолютная правда, — я выдохнула эти слова ему практически в самые губы, ведь он всё еще низко наклонялся надо мной, удерживая за плечи. — Если пользоваться им понемногу, он идет гораздо мягче. И мне действительно будет проще и легче научиться его контролировать. Рей, мне в любом случае придется освоить эту силу, она теперь часть меня. А сделать это можно только через практику. Позволь мне попробовать.

Я услышала, как у Рейгана скрипнули зубы. Он замер на несколько секунд, а потом обреченно уткнулся лбом в мое плечо.

— Ненавижу, когда выбор без выбора, — глухо проворчал он, признавая свое поражение.

— Всё будет хорошо, Рейган, — я мягко улыбнулась и ласково погладила его по здоровой щеке, чувствуя, как расслабляются его напряженные плечи.

— Я поцелую тебя, — предупредил он, приподнимая голову. Его голос стал низким, бархатистым и вибрирующим от сдерживаемой страсти.

Я тихо рассмеялась, и в следующий миг он накрыл мой рот поцелуем. На этот раз он был невероятно нежным, трепетным и аккуратным.

Рейган действовал с поразительной осторожностью, а я бережно обнимала его за шею, стараясь случайно не задеть повязку на другой стороне его лица. Этот поцелуй смывал остатки ночного кошмара, оставляя после себя лишь чистое, концентрированное тепло.

Когда мы, наконец, неохотно остановились, Рейган снова бережно прижался своим лбом к моему лбу, тяжело и прерывисто дыша.

— Давай сделаем так, — тихо, со вздохом предложил он, возвращаясь к делу. — Я покажу тебе список людей Кристального клана. Тех лордов, чьи земли и рудники отобрал мой брат, с которыми я собирался договориться. Ты попробуешь прочитать их имена, посмотреть на них через свой дар. Возможно, если твоя теория верна, тебе удастся вызвать контролируемое видение. Тогда я буду точно знать, к кому из них мне стоит обратиться в первую очередь, чтобы найти надежную поддержку против Вэлора. С кем нужно переговорить, чтобы выведать его слабые стороны, а кого лучше обойти стороной. Что скажешь?

А дальше нас не стало почти на сутки.

Напряженные сутки, в течение которых мы не выходили из комнаты.

Еду нам приносили, Рей справлялся о сыне и Лии, пока я отдыхала между сеансами провидения.

Потом он рассказал мне, что сын так и сидит у огня. Разве что обложился книгами, чтобы понять, чем кормить Лию в виде саламандры. Император охотно поделился старыми книгами.

И в целом всё идет хорошо.

Еще в перерывах, пока я ела, а Рей поделился тем, что Кейган уже поймал и доставил в застенки Филицию. А еще выяснил, что именно клан Изумрудов пытался избавиться от Рейгана.

В памяти тут же всплыли старые записи. Ничего нового в том, что глава Изумруда спит и видит, как прибрать к рукам финансовые потоки Империи.

Без Рейгана на посту министра им было бы проще продвинуть своего человека. Только я не ожидала, что они решат убить Рея.

Филицию взяли с поличным, а документы, которые она украла, забирал её связной — личный помощник главы клана. Тот пока не признается, твердит, что действовал по своей инициативе. Но Кейган уверен, что замешан сам глава, и сейчас идет разработка.

Я не понимала, почему они использовали Филицию. Но и на этот вопрос Кейган выяснил ответ.

Филиция сама всё рассказала, сломавшись на допросе. Она безумно хотела занять мое место. Она полюбила Рейгана, увидев его на своем первом балу. Но он ни на кого не смотрел. И тогда к ней подошла женщина по имени Моргана и сказала, что поможет завоевать министра экономики. Филиция согласилась безоговорочно.

Кто такая Моргана, она не знала. Только описала её как невероятно красивую, высокую женщину с темными волосами до колен и пронзительными зелеными глазами. Она всегда была в черном. Она же дала ей некое зелье, которое вызывает тягу к другим женщинам и отторжение к истинности.

Все это наслоилось на точившее изнутри желание Рейгана освободиться от истинности и понять, что он чувствует ко мне без связи и получилось то, что получилось.

Филиция ждала, что Рейган падет к её ногам, но он так и не перешел черту, ограничившись лишь необъяснимой симпатией.

И когда вместо того, чтобы тащить помощницу в постель, министр одержимо закопался в запретные ритуалы по разрыву истинной связи, девчонка наконец осознала — зелье действует, но совсем не так, как было задумано.

И тогда Моргана дала другое зелье.

Филиция подливала новую отраву, оно было направлено не на убийство. Это был состав для полного подавления воли и внушения. Филиция верила, что Рейган просто станет послушным и полюбит её.

Это была шокирующая информация. Глава Изумруда и эта Моргана пытались превратить министра в послушную марионетку.

Карта с Филицией не сыграла, более того Рей, получив желанную свободу, сразу же замкнулся на мне, уже отделяя связь зверя и собственное желание мужчины по отношению ко мне.

И тут глава клана решил действовать кардинальным способом.

Документы же, которые украла девчонка, содержали в себе подробнейшие сведения о скрытых финансовых потоках в других кланах.

Клан Изумруда мало того, что хотел устранить неугодного министра и посадить на его место своего человека, так еще и планировал заполучить мощный компромат на других наделенных властью лордов Империи.

Кейган сейчас делает всё возможное и невозможное, чтобы найти эту Моргану. Но, скорее всего, она уже сбежала, потому что Филицию взяли слишком быстро. Здесь Тайная канцелярия откровенно поторопилась, спугнув более крупную дичь.

Но Рейган был уверен, что это лишь вопрос времени. Когда помощник главы Клана Изумруда наконец сломается и заговорит, у Канцелярии появятся все законные основания, чтобы взять и самого главу клана.

За окном незаметно сгустились сумерки, уступая место глубокой, бархатной ночи. Напряжение этого бесконечного дня, помноженное на использование дара, наконец-то дало о себе знать.

Я почувствовала, как тяжелая, тягучая усталость наваливается на плечи, притупляя мысли и заставляя веки слипаться.

Но было и еще кое-что. Нечто куда более глубокое и интимное, чем просто физическое изнеможение.

Зелье Аннабель, которое долгие недели блокировало природу истинности, окончательно и безвозвратно выветрилось из крови Рейгана.

Заслонки рухнули. Истинная связь, пульсирующая и живая, распахнулась между нами настежь, сметая последние преграды. Если раньше мы блокировали ее сознательно, желая сохраниться личные границы каждого, то сейчас поняли насколько ошибались.

Если бы я чувствовала Рея, как подобает истинной, то заметила бы сразу же, что с ним что-то не так.

А не тогда, когда уже было поздно и он месяцами искал разрыв связи.

Истинная связь — это не только привязка, а еще и мощный механизм по защите пары.

Когда один будет в беде, другой сможет это сразу понять.

И вот только сейчас, понимая все это, мы оказались абсолютно открыты друг перед другом, обнаженные душой, без возможности спрятать даже самую крошечную мысль.

Меня с головой накрыло его эмоциями.

Я физически ощутила его вину — тяжелую, темную, разъедающую изнутри. Рейган злился.

Злился на то, что позволил втянуть себя в интригу, что им, могущественным драконом и министром, попытались управлять.

Но больше всего он винил себя за то, что поддался своему тайному, эгоистичному желанию: сделать выбор самому, без указки магии и предначертаний.

Он хотел доказать, что его чувства ко мне — это его собственная воля, а не зов крови.

И это стремление сыграло с ним злую шутку, пробив брешь в его защите в самый неподходящий момент.

— Перестань, — тихо прошептала я, мягко касаясь его напряженного плеча.

Через открытую связь я транслировала ему абсолютное, безоговорочное принятие и тепло.

Я ведь всё понимала. Я знала своего гордого, властного Фростмара.

Уж лучше пусть всё произошло так, через эту страшную проверку огнем и ядом, чем если бы он всю оставшуюся жизнь мучился сомнениями, гадая: любит ли он меня по-настоящему или это лишь магия истинности держит его на поводке.

Теперь он знал правду. И я её знала.

А главное, он знал всё обо мне и о том, что я по-настоящему чувствовала. Мы поняли, что условности лишь душили нас и работали против нас.

Что такая модель семьи, какая была у нас раньше, всё равно привела бы к неминуемому краху. Более того, у нас бы не осталось времени, и мы бы так и не успели показать Теону, какой на самом деле должна быть семья.

А теперь у нас есть шанс доказать сыну на собственном примере, что именно имеет значение. Что важно лишь то, что происходит внутри нас, а не то, что подумает о нас общество.

Только Рейган продолжал упорно винить себя, его челюсти были крепко сжаты, а в золотых глазах плескалась глухая ярость на собственную беспечность.

Вдруг он резко выдохнул, словно принимая какое-то решение. Отложил в сторону перо и исписанные моими видениями листы, отодвинул секретер и решительно шагнул ко мне.

Не говоря ни слова, он подхватил меня на руки. Легко, словно я ничего не весила. Я тихо ахнула, рефлекторно обвивая руками его шею.

— Что ты… — начала было я, но осеклась, встретившись с его потемневшим, тяжелым взглядом.

— Тебе нужно отдохнуть, Грейс. От всего, — хрипло произнес он.