Кричащие крохотные комочки — не самое приятное, что может разбудить взрослых и очень голодных людей, особенно, когда к одному из этих взрослых пришло молоко и грудь похожа на два бидона. А от крика маленьких принцесс и одного пусть маленького, но настоящего мужчины, молоко буквально попросилось наружу.

— Ты только посмотри, какой у меня умный сын, сразу понял, что женская грудь — это прекрасно, — не мог нарадоваться на своего отпрыска старший демон, вернувшийся в спальню на звук детской сигнализации.

Я, впрочем, тоже с огромным удовольствием наблюдала за чавкающим малышом.

— Эрик, ты весь в папу, — улыбнулась я, поправляя рыжий хохолок сына.

— Эрик? — застыл мой демон.

— Эв, ты не помнишь, как дал собственному ребёнку имя? — весело спросил Нестор, кормя с бутылочки Элину.

— Я не думал, что ты всерьёз позволишь мне это, — несмело взглянул на меня дерзкий рыжик.

— А почему нет? Мне понравились имена, да и детям они очень идут. Жаль, что двум нашим малышкам ещё никто не придумал имён.

— Зара, — тихо сказал Нес, поглаживая малышку. — Если ты не против, я бы хотел назвать её Зарой.

— Зара… Очень мило. Хорошо, а как же будут звать четвертую кроху? — спросила я, принимая куколку с голубыми глазами на руки.

— Ева, — сказал Марон, заходя в спальню. — Её будут звать Евой.

Мар подошёл ко мне, даря поцелуй, потом поцеловал каждое из наших сокровищ.

— Они прекрасны. Эрик, Элина, Зара и Ева. Я никогда ещё не чувствовал себя таким счастливым, — сказал муж, а я не могла не согласиться. Ощущать себя матерью, держать их в руках, целовать их пальчики и вдыхать их сладкий запах, я даже не знала, что бывает так хорошо.

— Любимая, я пойду, приготовлю им ванну, Марон пока тебе поможет, — улыбнулся Нестор и вышел из спальни.

— Я тоже пойду, сладкая. Надо работать, пока есть такая возможность, — Эвр перецеловал всех малышей, мои плечики и носик. И ушёл вслед за Несом.

Я решила воспользоваться этим шансом, чтобы, наконец, кое-что для себя прояснить.

— Мар, я хочу тебя кое о чем спросить, но мне нужен честный ответ, — внимательно посмотрела на мужчину, он понимающе кивнул, но я заметила, как он напрягся. — Почему ты постоянно дерёшься с Вальтером? Даже не так, я хочу знать, почему вы не способны мирно жить, как ты жил раньше, как все остальные живут с тобой и Терри?

Марон отвернулся от меня, на его лице заходили желваки. Неприятная тема? Как и для всех в этом доме. Никому не нравится жить в напряжении. А их конфликт какой-то неисчерпаемый.

— Я бы не хотел об этом разговаривать. Особенно при детях, — Мар положил ребёнка на кровать, рядом со мной и вышел из комнаты. А я осталась в потерянных чувствах. Никогда ещё раньше мой муж не вёл себя подобным образом. Через минут пять вместо Марона в комнату вошёл Вальтер. Отлично, второй шанс.

— Терри, — улыбнулась я коварно. Мужчина замер, внимательно изучая меня.

— Кошечка? — обратился он ко мне. Сделал несколько шагов ко мне и прикусил нижнюю губу так, что у меня внутри всё сжалось от предвкушения. Ещё шаг и мужчина уже нежно покусывает мою шею. А я не могу вырваться из этого сладкого омута. Нет, я хотела не этого. Точнее этого, но не сейчас. Арр, голова думай, пока этот хитрец окончательно не запудрил мозги!

— Стой, стой, стой, — с трудом отстранилась я от мужчины.

— Почему? — улыбнулся этот провокатор. — Детей я сейчас в кроватки переложу, а по тебе я сильно скучал…

— Я тоже скучала, — шепчу я, но от мужчины отстраняюсь. — Ты мне сначала расскажи, что у вас с Мароном случилось, а потом я покажу тебе, как сильно мне тебя не хватает.

Вальтер в лице переменился так же, как и Марон.

— Я не хочу об этом говорить, — сказал он, вставая с кровати.

— Да, что же это такое! — воскликнула я, недовольно поджав губы. — Что за тайны?

— Маленькая, это между мной и ним. Я не хочу, чтобы ты влезала в этот конфликт и принимала чью-то сторону, — сказал мужчина мягким голосом, но за ним явно слышалась сталь принятого решения.

— Ладно, — уступила я, — пусть так. Решайте свои проблемы без меня, но я хочу узнать правду о твоём отце, — решила я выяснить хоть какую-то тайну. Мужчина скривился, но тяжело сел рядом со мной.

— Хорошо, милая. Твоя взяла, — вздохнул Вальтер и оперся на локти, создавая иллюзию расслабленности. — Я ведь тебе уже рассказывал, про то, как прошло моё детство. И про то, как мой отец жил с матерью… Ты, конечно, оказалась намного изобретательнее в этом плане, умудрилась одновременно полюбить всех мужей. Во всяком случае, я тешу себя надеждой, что и меня когда-нибудь полюбишь.

Я поцеловала его в небритую щёку, мужчина рвано выдохнул.

— Он появился в нашем мире также случайно, как и ты, но по законам нашего мира, у мужчин намного меньше прав. Вот почему он сразу оказался на отборе и его выбрала моя мать. Не знаю, как ему удалось её очаровать, но это изменило всё. Неи сначала забавлялись тем, как моя мать любит обычного нера, а потом начали волноваться, ведь её суждения тоже начали меняться. Они стали похожими на твои. И вот однажды, на одной из вечеринок, одна из ней обвинила отца в краже. Это было невозможно, но её кольцо нашлось в его вещах. Никто не сомневался, что это подстроено, но закон есть закон, и мать отказалась от отца со слезами на глазах. Ты не представляешь, что с ней было потом. Несколько лет затворничества и горя. Мы еле вытащили её из депрессии, — рассказал мне Терри.

— А отец, что сейчас с ним? — задала я интересующий меня вопрос.

— Я не знаю, он покинул город и больше я о нём не слышал. Ты же знаешь, как у нас относятся к отверженным. Поддерживать с ними контакты, мягко говоря, нежелательно, — пожал плечами муж.

А я в очередной раз была поражена. Любимый муж, любимый отец, а они просто отвернулись от него. Любое правило можно обойти. Надо поговорить с Горданой. Теперь я хотела узнать, изменилось ли её отношение к бывшему мужу… А ещё лучше было бы узнать, где он сейчас.

— А ты скучаешь по отцу? — спросила я, глядя на грустного мужа.

— Да, порой мне его действительно не хватает. Как, например, сейчас. Мне бы хотелось, чтобы он узнал о моей жене и детях. Он был бы рад, что я обрёл такую семью. Хотя, возможно, и не понял бы того, как можно быть любимым, но не единственным, — задумался мужчина, погружаясь в свои воспоминания. Я не стала его отвлекать, занимаясь детьми. А уже через пару минут пришёл Нестор, и Вальтер остался наедине со своими мыслями.

Весь следующий месяц мы занимались малышнёй. И тут я ощутила огромное преимущество многомужества. Нестор продолжал упорно уверять меня, что вполне мог бы справиться и сам, но верилось не просто с трудом… Не верилось вообще. Мужу активно помогал Теренс, нянчиться с детьми всё время ему было в удовольствие не меньше, чем Несу. Тан старательно делал вид, что не избегает возни с малышами, но, как и Кир, всегда находил веский довод, чтобы сбежать из спальни или гостиной, в зависимости от того, где мы находились с детками. Я не обижалась, а и сама бы с радостью сбежала. Я, мягко говоря, оказалась не готова к такому всеобъемлющему материнству. Один ребёнок это одно, а четыре… А четыре — это армагеддон локального масштаба. Марон и Эвр объявили себя биологическими отцами детей и принимали максимальное участие в их жизни. Правда, каждые полчаса сбегали на часовой перерыв. Через неделю я заметила, что на Нестора и Теренса мои мужчины смотрят с восхищением и небывалым уважением. Их больше не воспринимали как младших в доме, теперь они герои, справляющиеся с орущими комочками. Леннарду бежать было некуда, он активно следил за малышнёй, а от девочек приходил в восторг и подробно их изучал, сравнивал реакции детей. И его уже отгоняли мы с Несом. Не дам делать из детей подопытных. Он кивал, соглашаясь, что перегибает палку, но уже через несколько часов прибегал с новой проверкой. Кстати, после родов Лен запретил мне вступать в близость ближайший месяц, что безумно огорчило всю семью, учитывая, что и до родов мы были ограничены в этом. Кажется, ещё неделя ограничений и Леннарда выгонят из семьи без отречения.

Вальтер ходил по дому как сомнамбула. Он был на подстраховке у всех одновременно. И, судя по всему, это тяжелее всего. Когда Нестор или Теренс спали, он дежурил возле ребятишек, в другое время он помогал мужьям с работой, потому что дети внесли определённый хаос во все дела сразу. Вчера Вальтер уснул за столом, когда присел попить чай, а я не знала, как ему помочь. Я была загружена детьми круглыми сутками. Им нужна была моя ласка, любовь и сиська, конечно.

Однако должна отметить, что карапузы запали в сердце каждому члену нашей семьи с первого взгляда. Каждый из мужчин называл детей своими, несмотря на то, что с Мароном и Эвром никто спорить не стал. Почему-то для этих двоих было очень важно, что именно они отцы детворы. Мы отнеслись к этому с пониманием и не спорили. Хотя однажды я услышала, как Нестор тихо нашёптывает Заре, что он её папа. Мне лично было всё равно, кто из них папа. Хотя отрицать очевидное отцовство Эвра было бы глупо. Я любила каждого малыша и гораздо больше беспокоилась по поводу вечеринки. Марон объяснил мне, что после рождения малыша, каждая нея приглашает в гости всех остальных ней, показывая новое чудо. Должна отметить, что если рождается ребенок мужского пола, ничего подобного не устраивают, потому что нет ничего чудесного в рождении мальчика. На этом моменте я выразительно фыркнула, веселя своих мужей. На этом приеме неи знакомятся с новой жизнью, дарят подарки и празднуют. Ничего ужасного не происходит и, может, я бы даже не волновалась. Но открытым оставался вопрос аренды. Я категорически против делиться своим демоном. А, учитывая, что половина детей рыжая, особо гадать “кто папа?” никто не станет. Эвр пытался меня убедить, что ничего страшного в этом нет. И ради безопасности меня и малышей, он готов потерпеть неделю. Но я была категорична. Делиться мужем не желаю!

Один из таких разговоров состоялся у нас за ужином, когда удалось уложить всю детвору спать одновременно. Мы расселись за любимым столом в гостиной и наслаждались обществом друг друга, поедая закуски и попивая напитки.

— Я понял, о чем ты тогда говорила, — произнес Мар, поглаживая мою ладонь.

— Ммм? — не поняла я, но прерывать поедание бутерброда не стала.

— Когда мы шли на твой первый отбор, я радовался, что у нас будет много детей, а ты сказала, что это тяжело. Я тебе не поверил тогда… Я должен извиниться, — продолжил он, отпивая чай. — Это действительно очень тяжело. И я согласен, что не стоит тебе рожать без перерыва. Хотя бы несколько лет необходимы, однозначно.

Остальные мужья тихо рассмеялись. Мы все научились достаточно тихо выражать свои эмоции, чтобы не потревожить малышей. Они заводились по цепной реакции, стоило заплакать одному, как остальные подхватывали. Почему-то, успокаиваться по такому принципу они не собирались.

— Тебе пора рассылать приглашения на праздник, — прервал наше веселье Тан. Я скривилась, как делала это каждый раз, когда он напоминал мне о грядущем.

— Не хочу я их видеть, — надулась я, отставляя подальше лиману. За беременность я её явно переела. Теперь даже смотреть на неё было неприятно.

— Это не вопрос твоего желания, милая, — вздохнул старший муж, объясняя мне одно и то же в сотый раз. — Никто не хочет видеть этих ней в нашем доме. Мы привыкли жить по твоим правилам. И возвращаться в ту жизнь, которая была до тебя, никто не хочет.

Мужчины согласно закивали, у меня на сердце потеплело.

— А если они захотят получить Эвра? Ты понимаешь, что я не допущу этого? — вскинулась я, опять накручивая себя.

— Я уверен, что они осознают, забеременеть за неделю практически невозможно, — сказал Тан, поймал мой скептический взгляд. Я забеременела достаточно быстро. — Милая, мы же не о тебе говорим. Ты у нас особенная…

— Не настолько и особенная. Ваши женщины тоже беременеют и рожают. Но делать всё это от моего мужа не позволю! — уже рычала я. Эвр сидел довольный и счастливый. Ну да, ему приятно, что я не хочу его ни с кем делить, но я же видела этих куриц. Они точно захотят сделать что-нибудь мне назло.

— Милая, а давай ты составишь всем приглашение, а потом мы вместе подумаем, как не допустить аренду. Может, нам повезёт и есть какой-то закон, — задумчиво проговорил Перстан.

— И правда, — потянулась я за шоколадом. — Может что-то и выйдет.

— А если ты не отправишь пригласительные, то они придут к тебе без приглашения, — вставил Кир.

— Да, это они могут, — добавил дёгтя Вальтер. — Моя мама любила неожиданные визиты. Говорила, что это держит ней в тонусе.

— Только неожиданностей мне и не хватает, — потёрла я лицо ладошками. — Мне бы поспать лишний час, а не приёмы устраивать…

— Да уж, а я надеялся, что ты будешь мечтать не спать рядом с мужьями по ночам, — пошутил Эвр. — Но, если честно, я бы и сам поспал.

Мы поплелись в спальню и уснули, как только умостились поудобнее. Я закинула ноги на Кира, а головой улеглась на Вальтера. Радует только то, что я смогу поговорить с Горданой. Этой нее пора начать откровенничать.