Сытая, как объевшаяся сметаны кошка, я выползла утром из спальни. Эвр предпочёл остаться там и отоспаться, а Марон направился в зал, очередной раз, убедившись, что я ни в чем не нуждаюсь. Не зная, чем себя занять, я побрела в мастерскую к Киру. Возле него можно и молча посидеть, в случае чего. А иногда он развлекает своими задумками или историями из жизни до нашей семьи. Я любила проводить там достаточно много времени. Но дойти до нее не успела. Прямо передо мной возник Вальтер. То ли я глубоко погрузилась в собственные мысли, то ли он специально где-то прятался, но его внезапное появление стало для меня полнейшей неожиданностью. Я оступилась и начала падать, плотно сжав глаза и приготовившись к удару, но его не произошло. Открыла глаза и убедилась, что меня крепко, но очень бережно держат.

— Спасибо, — слегка растерянно поблагодарила я. Терри впервые улыбнулся мне открытой, настоящей улыбкой.

— Они толкаются! — восторженно сказал он. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о ком он говорит. Одной рукой он придерживал мой живот, и кто-то из детей толкнулся. Малышня привыкла, что папы их глядят и видно решила, что это очередной сеанс связи.

— Ага, причём всё время, — отозвалась я и положила свою руку поверх его, перемещая в новое место толчков. Потом поняла, что сделала и свою руку убрала. Но мужчина этого будто не заметил.

— Это, правда, что у тебя будет три дочки и сын? — поинтересовался он, всё ещё ловя толчки и зачарованно глядя на мой живот.

— Да, правда, — подтвердила, любуясь его восторгом. Вальтер красивый мужчина. Интересно, какой он внутри?

— Как ты поступишь с сыном? — спросил он резко похолодевшим голосом.

— В каком смысле? — не поняла я вопроса. — Как я должна с ним поступить?

— Ты будешь воспитывать его как дочерей или отдашь? — уточнил он свой вопрос, а я отпрянула от мужчины.

— Я никогда не отдам своего ребёнка! — выдохнула я, не понимая, чего хочет этот странный нер. Но мужчина вновь меня удивил. Он встал на колени передо мной и снова потянулся к животу, словно спрашивал разрешение прикоснуться. Я подошла, позволяя. Он благодарно улыбнулся.

— Ты похожа на мою мать. Возможно, она, действительно, хотела лучшего для меня. Но я продолжаю злиться на неё за это. Я не привык быть вещью, как они все. Мне тяжело, — поднялся Терри с пола. — Прогуляемся?

Тяжело гулять, когда твой живот такой большой и тяжёлый, поэтому немного попыхтев, я всё же предложила гулять сидя. Благо, дом у нас большой, вариантов для сидячей прогулки масса. И, несмотря на это, определиться, в какой комнате остановиться, оказалось сложно. В столовой хозяйничал Нестор, в гостиной отдыхал Леннард, на веранде что-то садил Теренс. Так, вынужденно всё-таки совершив прогулку по дому, мы отправились обустраивать комнату Терри.

Он выбрал себе просторную спальню рядом с комнатой Нестора. Помещение оказалось двухуровневым.

— Как интересно, не знала, что тут есть такие комнаты… — сказала я, когда вошла.

— Я думал, ты хозяйка всего этого, — хмыкнул Терри, усаживаясь на двуспальную кровать, единственное достояние комнаты.

— Она тут была? — удивилась я. Пустая комната и кровать, нетипично даже для этого дома. Вальтер изучающе посмотрел на резную спинку.

— Нет, это то, что я успел придумать, — улыбнулся он, а глаза такие хитрющие. Я прошла к окну и засмотрелась на вид. Наш дом выходил на поле с одной стороны. Красиво и свежо. Не хватало только пасущихся лошадей, для полноты картины.

— Какая ограниченная у тебя фантазия, — ухмыльнулась я. — Я ожидала большего от нормально воспитанного человека.

— Разбросанных носков вокруг кровати? — в тон мне ответил мужчина с фиолетовыми глазами. Я аж поперхнулась от одной мысли. Об этой дикости некоторых мужчин я совершенно и счастливо забыла.

— От кого у тебя такой необычный цвет глаз? — сменила я тему, Вальтер сделал вид, что не заметил, но только сделал вид, судя по его довольной ухмылке.

— От отца, у него и волосы полностью фиолетовые были… — эта тема явно доставляла определённый дискомфорт, как незатянувшаяся рана. Терри опустил голову и начал хрустеть пальцами.

— Ты расскажешь мне, как он стал отверженным? — попросила я, присев рядом с ним. Мужчина оторвал взгляд от своих пальцев и тяжело посмотрел на меня.

— Не сегодня… Если ты не против… — осторожно ответил Вальтер, я кивнула, легко соглашаясь. Доверия между нами пока нет, о каких откровениях может идти речь. Мужчина выдохнул облегчённо.

— И как ты видишь свою идеальную комнату? — спросила я, поднимаясь с кровати. На самом деле, это только звучит так “поднимаясь с кровати”. На самом деле, все выглядит совершенно по-другому. Я перекатываюсь на бок, опираясь на руки, задом к верху пытаюсь встать. Застреваю в этом положении и под тихий смех мужчины, с его помощью, возвращаюсь в вертикальное положение. — Скорее бы это кончилось.

— Надоело? — с неожиданным сочувствием в голосе, поинтересовался мужчина.

— Спина болит, а так нет. Они замечательные, эти карапузы. Мне приятно ощущать себя их мамой. Ой… — я схватилась за живот, немного согнувшись и скривилась.

— Что… Как помочь? — забеспокоился Вальтер.

— Никак… Сейчас… Ой… Фух, всё, — успокоила я, разгибаясь. Вальтер крепко держал меня за руки, помогая. Выглядел мужчина крайне взволнованным. — Все хорошо, — улыбнулась я ему, но вышло явно не очень правдоподобно. Терри приподнял одну бровь и скептически посмотрел на меня. — Дети, порой, не щадят моих внутренностей, играя в них, как в мяч.

— Это выглядит болезненным… — протянул он, все ещё не выпуская моих рук.

— Так оно и есть, но уже скоро роды и мне станет легче, — все же смогла нормально улыбнуться я. Подняла глаза и встретилась с любопытными фиолетовыми.

— Ты красивая, — сказал он, заправляя прядь волос мне за ухо. — Не знаю, как ты выглядишь не беременная, но сейчас ты очень красивая.

Его глаза оказались так близко к моим, и его губы шептали практически в мои. Поцелуй в нос оказался для меня неожиданностью. Я словно очнулась и непонимающе взглянула на него. Фиолетовые искорки светились теплом и весельем. Я притронулась к носу, будто проверяя, на месте ли он. Мужчина звонко расхохотался.

— Ты такая смешная. Ты намного милее, чем даже моя мать. Удивительно. Такая живая… — Терри провёл пальцем по моим губам. — Ты кажешься такой сладкой, как конфета…

Он склонился к моим губам и нежно к ним прикоснулся лёгким касанием. Потом ещё одним, захватывая мою нижнюю губу в плен. Легонько её всосал, пробуя. Нежно лизнул, приоткрывая мой рот, и проскользнул внутрь. Я тихо охнула, осознав, как ловко и нежно одновременно он углубил поцелуй. Прикрыла глаза и наслаждалась его нежным, чувственным поцелуем. Он прервался так же неожиданно, как и начался. Я ещё несколько мгновений стояла с закрытыми глазами, ощущая его губы на своих.

— Сладкая, как я и думал. Потрясающий десерт, — смакуя проговорил Терри. Я открыла глаза и отметила, как сильно отличается Вальтер сейчас с тем, что ещё несколько часов назад смотрел на меня как волчонок. — Думаю поставить кресло возле окна, хотя, лучше два. Небольшой кофейный столик между ними. Вот туда шкаф, а вот тут письменный стол. Вот тут хочу, чтоб было пусто. Буду тренироваться.

Вальтер сменил тему так стремительно, что первые несколько секунд, я не понимала, о чем он говорит и при чем тут кресла вообще.

А потом мы принялись за дело. Выбирали мебель, подбирали цвета и обсуждали его и мою жизнь до этого дня. Я рассказала ему свою историю, а он мне свою.

С его слов выходило, что он действительно любимый ребёнок. Но, по непонятному для меня обстоятельству, единственный любимый ребёнок. У Горданы есть дочь, она значительно старше Вальтера и мать с ней в очень плохих отношениях. Вальтер не захотел говорить, как её зовут. Сказал лишь, что это совершенно ужасная особа, которая полностью впитала в себя устои этого мира. Они с матерью разругались, когда появился отец Вальтера и изменил Гордану.

Но я считаю, что не будь там благоприятной почвы, ему бы это не удалось. Он медленно, но неотвратимо менял Гордану, внося все больше земных привычек в её жизнь. А потом появился Терри. Отец Вальтера сильно привязался к сыну и научил женщину любить не только дочерей. Каким-то образом, ему удалось создать классическую семью в гареме. Конечно, это совершенно не понравилось остальным мужьям, которые, несмотря на свободу посещать кукол на улице развлечений, полностью лишились живой жены. Воспитанный в любви родителей, Вальтер умудрился глотнуть неприязни от остального окружения. Только на нем и могли отыгрываться мужья. Так Терри и воспитал в себе волчий характер. Он отрастил зубы и научился кусаться. Частые драки, регулярные ссоры и вот результат. Теперь, если нея и захочет взять его себе на отборе, то только с целью перевоспитания. А этого Гордана для сына не желала. А потом появилась я и умная женщина не стала интересоваться желанием сына, чуть ли не впервые в жизни. И вот результат. Сидит передо мной в новеньком кресле. Пьёт чай с тортом и разговаривает о жизни.

— Я ведь теперь тоже твой муж, — говорил он, уже полностью расслабившись. Потом он замер, задумавшись, посмотрел на мой живот, который сегодня активно шалил и добавил: — Надеюсь им стать.

— Угу, — отозвалась я, любуясь солнцем в зените. Погода стояла тёплая. Впереди был целый день.

— Спасибо, что помогла с комнатой. Мне тут нравится, — улыбнулся мужчина и нежно провёл пальцами по моей руке.

— Мне тоже понравился результат, — улыбнулась в ответ, наблюдая за его пальцами. Желания убрать руку не возникало.

— Тогда я буду ждать тебя в гости… В любое время, — сказал Вальтер, а я рассмеялась. Такого предложения мне ещё не поступало.

В дверь постучали, но входить не спешили. Как интересно, в нашей спальне, никто особого приглашения не ждёт. Если просто постучали, уже хорошо. Видимо, на личной территории они ведут себя иначе.

— Заходи, — сказал Вальтер, выпуская мою руку из своей и поднимаясь с кресла.

В комнату вошёл Марон, лениво осмотрелся и хмыкнул.

— Не дурно. У тебя хороший вкус, Вальтер, — продолжил изучать детали Мар.

— Мне помогала Мира, — Терри подарил мне тёплую улыбку, от которой скривился Марон. Что-то с этими двумя не так, проскользнуло у меня в голове, но сразу вылетело, вместе с зашедшим Таном.

— Мира, родная, так и думал, что ты здесь, — нежно сказал он, подходя к креслу и протягивая ко мне руки. — Пойдём, я хочу с тобой обсудить несколько новых сводок в законе.

Я вложила руки в его и совместными усилиями, все же удалось вытащить меня из кресла.

Следующие два часа я была полностью погружена в бюрократическую сторону этого мира. Я была благодарна Перстану за то, что он продолжает тратить своё время на обучение меня и очень часто эти знания приходятся мне кстати. Но как же это утомительно! Особенно в моем нынешнем положении. Оторвали нас приглушённые удары и звуки падения. Тан покинул кабинет, чтобы выяснить причину, мне же потребовалось значительно больше времени для этого маневра. Но когда я вышла, была поражена. В гостиной сидели два избитых нера. Мои два нера.

— Марон, Вальтер, это что, черт возьми, такое?! — не сдержала я своего возмущения, бережно придерживая живот. Нервы регулярно вызывают нежелательный тонус в моем животе, поэтому я старательно глубоко дышала. Лен сразу оказался рядом, проверяя моё состояние и осуждающе глядя на остальных. Драчуны пристыженно смотрели в пол. Но, могу поспорить, делали это без капли раскаянья. — Ну?!

— Милая...

— Мира…

Одновременно сказали они и мгновенно вскинулись, зло глядя друг на друга.

— Это что за внутрисемейный конфликт? Что вы уже не поделили? — злилась на этот раз я. Будто мне одного Эвра мало!

— Не надо было тащить этого в семью! Не было бы конфликтов! — рычал Марон.

— Молчал бы, отверженный. Ты себя в зеркало видел вообще? — огрызался в ответ Вальтер. А вот и пресловутые зубки волчонка.

— А ну цыц! — рыкнула уже я и сразу ойкнула, реагируя на толчок изнутри. Доча папу защищает, подумала я и улыбнулась. Мои нелогичные эмоции озадачили мужчин. — Что произошло?

— Я предполагаю, они были знакомы и раньше, — сказал Кир, теряя интерес к происходящему и удаляясь в сторону мастерской. Мы проследили взглядом его маршрут, переваривая информацию.

— Это правда? — спросила я у мужчин. Оба отвели взгляд. Значит, правда. — И в чем суть конфликта?

Тишина, говорить не собираются. Как нашкодившие котята, ей богу!

— Конфликт улажен? — пытаюсь я зайти с другой стороны. Молчат, но друг на друга смотрят зло. — Значит, нет. И что мне с вами делать?

Устало опираюсь спиной на Перстана. Он, как раз, обнял меня.

— Маленькая, оставь это мне. Я найду, как справиться с этими оболтусами, — шепнул он мне на ухо так, чтобы никто больше не услышал, а я улыбнулась. Так приятно, когда кто-то может позаботиться о ситуации вместо тебя. Киваю и целую Тана в благодарность.

Я ушла в спальню, ноги отекли и хотелось прилечь. От помощи Нестора отмахнулась, на продолжение разбора полётов в гостиной смотреть не стала. Тан сказал, что разберётся, он так и сделает. С огромным блаженством, развалившись на нашей безразмерной кровати, я даже не заметила, как задремала.

Разбудило меня лёгкое касание к губам. Такое невесомое, словно крылья бабочки. Я открыла глаза и встретилась с тёплыми фиолетовыми глазами Терри.

— Прости, что зашёл без спроса. Но моё время на исходе, пришлось прервать твой сладкий сон. Я говорил тебе, как ты прекрасна, когда спишь? Конечно, не говорил. Но теперь говорю… — Терри явно чувствовал себя неловко. И как только я окончательно проснулась, сразу поняла почему. Ведь я могла просто проспать наши первые сутки, так и не подтвердив брак. Ох, голова моя беременная, совсем забыла об этом.

— Я такая безголовая, прости… — начала я, но настойчивый палец закрыл мне рот.

— Не надо, я всё понимаю, — сказал он. — Я бы хотел, чтобы все произошло иначе, но осталось всего полчаса…

Я моментально проснулась и попыталась сесть. Конечно, ничего у меня не вышло, кроме мягкого падения на перину. Очередной смешок Терри, тем не менее, обидным не был.

— Снимай, — говорю ему, пытаясь опять сесть.

— С тебя или с себя, — уточняет, продолжающий веселиться Вальтер.

— Лучше с нас, — усмехнулась я, и всё же смогла принять сидячее положение. Не без помощи, конечно. И сразу получила новый невесомый поцелуй. В глаз. Потому что, равновесие — это не мое. И под наши общие смешки, было решено, что я буду лежать.

Кое как стянув с меня лосины, Вальтер принялся расстёгивать блузку, но запутавшись в крючках и верёвочках, бросил это гиблое дело и оставил полное обнажение на следующий раз. Запыхавшийся Терри легко стянул с себя одежду, приятно радуя мой взор накаченным телом. — Ммм…

— Рад, что угодил, — обрадовался он и приник к моим губам в новом нежном поцелуе. От которого нас отвлекло мигающие сияние. Я перевела взгляд на источник и поняла, что это рука Вальтера. Он проследил мой взгляд и скривился. — Осталось десять минут…

— Мы так долго возились с одеждой, — ахнула я и потянула на себя Терри, который от такой моей реакции рассмеялся. Все происходящее напоминало фарс. Я кое-как перевернулась на бок, отметив про себя, что ещё буквально вчера, была намного поворотливее. Вальтер устроился сзади и приподнял мою ногу. Другая его рука нежно прошлась по моим складочкам, вызывая тёплый отклик.

— Такая нежная, — прошептал он таким волнующим голосом, что я мгновенно взмокла. Его твёрдый член упёрся в мои лепестки, аккуратно проталкиваясь внутрь. Совершенно неясно, как ему удавалось оставаться таким спокойным, когда времени почти не осталось, но он продолжал действовать нежно и плавно. Проникая в меня сантиметр за сантиметром. Вызывая тихие ахи и покусывания губ. Как только он полностью вошёл, я услышала довольный стон и с его стороны.

Дальше были трепетные, но настойчивые толчки, заботливые поглаживания и наши общие стоны. Всё это забавно переплеталось с необходимостью вложиться в кратчайшие сроки. Для факта подтверждения брака, было достаточно и одного Вальтера, но он настойчиво теребил мой клитор пальцами, доводя меня до исступления, и отказывался финишировать без меня. Когда я наконец забилась в оргазме, метка на его руке предупреждающе горела красным. Он последовал за мной сразу же, успокаивая и себя, и меня, и метку. Она благополучно пропала, а мы весело рассмеялись.

— Марафон какой-то, — выдохнула я, когда мы успокоились.

— Да, не таким я представлял наш первый секс, — улыбнулся мужчина, ласково целуя мой живот. — Нам непременно стоит все повторить по-настоящему. Я хочу, чтобы это было незабываемо.

По моему телу все ещё растекались волны наслаждения, двигаться я не хотела, поэтому лениво мурлыкала на его касания.

— Давай сделаем это, когда у меня не будет живота, а то я какая-то неполноценная. И очень круглая, — вздохнула, прижимаясь спиной к тёплому мужскому торсу.

— Ты прекрасна, как и твой животик. Надеюсь, это не последняя твоя беременность, Мира, — сказал мужчина, балдея от пинков карапузов.

— Почему? — удивилась я такому желанию.

— Потому, что я хотел бы ощутить и своего ребёнка в твоём животе, — пояснил Вальтер, а я даже не поленилась обернуться.

— Тебе не кажется, что ты быстро как-то захотел от меня деток?

— Ты моя жена, единственная на всю жизнь. От кого же ещё мне хотеть. А о детях я мечтал всегда. Твой животик дарит надежду… — Терри поцеловал меня в плечо и взглянул своими невозможными фиолетовыми глазами. — Ты знаешь, кто именно их отец?

— Нет, но Эвр утверждает, что он, — разулыбалась я, вспоминая демона.

— Это будет несложно определить, рыжие дети хорошо заметны, — тоже улыбнулся Терри. Я погладила свой живот, ловя новые толчки малышни. Уже совсем скоро, родные.