Начало сентября 1938 года в Риме выдалось солнечным и тёплым. Дни ещё несли в себе остатки летней жары, но по утрам в воздухе уже ощущалась лёгкая свежесть, предвещавшая приближение осени. Муссолини находился в своей официальной резиденции в центре столицы. На большом столе из тёмного дерева лежали стопки документов, свежие донесения из министерств, телеграммы из колоний и блокнот для записей.

Дуче начал день, как обычно, рано. После лёгкой физической разминки и чтения утренних сводок он позавтракал простым итальянским завтраком: выпил кофе, съел свежий хлеб, сыр и фрукты. Затем он прошёлся по внутреннему двору резиденции, обдумывая текущие дела. Положение в Европе требовало внимания: события в Германии вызывали вопросы, а связи с Лондоном приобретали всё большее значение. Африка оставалась одним из ключевых направлений итальянской политики, и Муссолини решил лично разобраться в ситуации в Абиссинии.

Вернувшись в кабинет, он сел за стол и взял трубку телефона. Оператор в Риме быстро установил соединение с Аддис-Абебой. Линия работала слаженно благодаря усилиям итальянских инженеров, которые за последние годы значительно улучшили коммуникации с колонией.

В Аддис-Абебе маршал Лоренцо Адриано ди Монтальто находился в своём рабочем кабинете в административном комплексе бывшего императорского дворца. Помещение было обставлено функционально: большой стол, карты на стенах, несколько шкафов с документами. За широкими окнами открывался вид на город — новые итальянские здания соседствовали со старыми абиссинскими постройками, по улицам ехали автомобили и повозки, а в отдалении виднелись холмы нагорья.

— Дуче, рад вас слышать, — произнёс маршал, когда соединение установилось.

— Маршал, доброе утро, — ответил Муссолини. — Я звоню, чтобы получить полный отчёт о положении дел в Абиссинии. В первую очередь меня интересует вопрос английских шпионов, которые действуют с территории Британского Сомали. Расскажите подробно, как продвигается операция по их выявлению и нейтрализации.

Маршал подготовил свои записи и начал обстоятельный доклад.

— Губернатор Аддис-Абебы генерал Витторио Руджеро ди Санголетто направляет мне регулярные и подробные отчёты. Операция развивается успешно и по плану. На сегодняшний день мы задержали уже нескольких местных жителей, которые занимались сбором сведений и их передачей через границу. Эти люди предоставляли информацию о передвижении наших войск, о поставках материалов, о состоянии дорог и объектов в приграничных районах. Мы работаем, не поднимая головы, собирая доказательства и выявляя их связи. Сеть постепенно раскрывается. По оценкам моих офицеров, в ближайшие недели мы сможем выйти на организаторов всей этой деятельности.

Муссолини слушал внимательно и сразу начал задавать уточняющие вопросы. Он хотел знать конкретные районы на границе, где отмечена наибольшая активность, сколько человек задействовано в операции, какие методы используются для работы с местными информаторами, как организованы допросы и какие именно сведения удалось получить от задержанных. Ди Монтальто отвечал подробно, приводя названия местностей, цифры и примеры.

— Это хорошие новости, — отметил дуче. — Продолжайте работу с той же тщательностью. Однако я хочу особо подчеркнуть один важный аспект. Если в ходе операции будут задержаны граждане Британии, сделайте так, чтобы они оставались живы, содержались в нормальных условиях и не подвергались пыткам. Отношения с Лондоном имеют большое значение для Италии в текущей политической обстановке.

— Я понял вас, дуче, — ответил маршал. — Все ваши указания будут выполнены.

Разговор продолжился и перешёл к другим аспектам управления колонией. Маршал подробно рассказал о строительстве новых дорог в южных провинциях. Он сообщил, сколько километров уже проложено, какие участки находятся в активной работе, какие материалы используются и какие инженерные решения применяются для преодоления сложного рельефа. Муссолини интересовался сроками завершения проектов, стоимостью работ и тем, насколько новые дороги улучшат снабжение гарнизонов и перевозку товаров. Ди Монтальто привёл конкретные примеры и назвал ожидаемые даты.

Затем они обсудили развитие сельского хозяйства. Маршал доложил об расширении плантаций кофе, хлопка и других ценных культур. Он рассказал о поставках семян и техники из Италии, о работе с местными фермерами и о первых результатах урожая. Дуче расспрашивал о качестве почв, о системах орошения и о планах по увеличению объёмов производства. Маршал также сообщил о состоянии гарнизонов, уровне подготовки войск и мерах по поддержанию порядка в различных провинциях.

Муссолини затронул тему работы с местным населением. Он хотел знать, как итальянская администрация взаимодействует с вождями племён, какие меры принимаются для создания школ и медицинских пунктов, как местные жители воспринимают новые порядки. Ди Монтальто описал несколько успешных примеров сотрудничества, рассказал о строительстве небольших больниц и учебных заведений, а также о программах, которые предлагали местным жителям участие в торговле и сельском хозяйстве.

Беседа длилась почти час. Дуче задавал много дополнительных вопросов, уточнял детали и давал рекомендации. В завершение он сказал:

— Держите меня в курсе всех значимых изменений, маршал. Абиссиния должна стать сильной и процветающей частью итальянской империи. Её ресурсы и стабильность напрямую влияют на положение нашей страны в мире.

Закончив разговор, Муссолини положил трубку. Он остался за столом, просматривая карту Африки и делая новые пометки в блокноте. Остаток утра он провёл за работой с документами, принял нескольких министров по вопросам экономики и промышленности, а после обеда вышел во внутренний двор резиденции, чтобы пройтись и обдумать дальнейшие шаги.

В Аддис-Абебе маршал ди Монтальто сразу после разговора с дуче распорядился установить связь с генералом Витторио Руджеро ди Санголетто. Связь наладили быстро.

— Витторио, я только что завершил разговор с дуче, — начал маршал. — Он положительно оценил ход операции против шпионов, действующих с территории Британского Сомали. Он попросил меня передать, что если среди задержанных окажутся граждане Британии, их необходимо сохранить в живых и содержать в нормальных условиях. Отношения с Лондоном имеют сейчас особое значение, и дуче не желает никаких инцидентов, которые могли бы их нарушить.

— Всё будет исполнено, — ответил Витторио.

Ди Монтальто продолжил разговор, передав дополнительные рекомендации по координации действий. Они обсудили текущую ситуацию на границе, результаты последних допросов и планы по усилению наблюдения. Маршал попросил генерала подготовить подробные сводки по провинциям и быть готовым к дальнейшему обсуждению вопросов завтра по телефону.

— Завтра утром встретимся для более детального разговора один на один по другим темам, — сказал маршал. — Собери все необходимые материалы и будь у меня в восемь утра.

— Будет сделано, — подтвердил ди Санголетто.

Они обменялись ещё несколькими практическими деталями о патрулях, поставках и работе с информаторами. После завершения разговора маршал занялся подготовкой общего отчёта для Рима. Он изучал поступающие документы, подписывал распоряжения и проводил короткие совещания с сотрудниками.

Генерал ди Санголетто после разговора собрал в штабе группу ближайших офицеров. Он передал основные указания, подчеркнул важность осторожности в отношении англичан и распределил задачи. Остаток дня генерал провёл за изучением карт, отчётов и подготовкой материалов. Завтра он должен был ехать к маршалу и понимал, что разговор пойдёт вовсе не о том, о чём говорили по телефону.

* * *

Маршал Лоренцо Адриано ди Монтальто поднялся рано, как всегда. Он просмотрел свежие сводки, поступившие за ночь, и отдал несколько коротких распоряжений адъютанту.

Генерал Витторио Руджеро ди Санголетто прибыл точно в назначенное время — без пяти восемь. Он вышел из машины с портфелем в руке, полным документов и карт. Офицеры охраны приветствовали его сдержанными кивками.

Внутри дворца сохранилась атмосфера прежних времён, хотя итальянские инженеры уже внесли изменения: укрепили стены, провели новую проводку, расставили мебель в европейском стиле. Зал для совещаний на втором этаже выходил окнами на внутренний двор с фонтаном.

Маршал ждал генерала за длинным столом. На нём стояли две бутылки граппы, два стакана и лёгкая закуска — сыр, оливки и свежий хлеб. Ди Монтальто поднялся навстречу, они обменялись рукопожатием.

— Доброе утро, Витторио. Рад тебя видеть. Садись, разговор предстоит серьёзный.

Генерал поставил портфель на стул рядом и сел. Маршал налил граппу в оба стакана.

— За успехи последних дней, — сказал маршал, поднимая стакан.

Они выпили.

— Операция против сети шпионов на границе идёт как надо, — начал генерал, открывая портфель. — Мы выявили ещё двух посредников. Один из них работал через деревню недалеко от Харгейсы. Показания совпадают с тем, что дали раньше.

Маршал кивнул, слушая внимательно. Они обсудили детали: расположение постов, движение патрулей, новые маршруты поставок. Генерал разложил карту, показал точки, где усилили наблюдение. Маршал задал несколько вопросов по снабжению гарнизонов и по работе с местными вождями.

Разговор шёл по делу, но оба чувствовали, что главная тема ещё впереди. Когда первые вопросы были закрыты, маршал откинулся на спинку стула и налил ещё по чуть-чуть граппы.

— Теперь давай поговорим о другом, Витторио. О том, что ждёт нас всех через год-два. Дуче… ему осталось недолго.

Генерал поставил стакан и посмотрел на маршала.

— Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что сказал. Положение в Европе меняется быстро. Дуче думает, что он ведёт большую игру, но на самом деле его время подходит к концу. Нам нужно уже сейчас думать о том, что будет дальше.

Генерал помолчал, переваривая услышанное. За окном внизу по двору проходили солдаты, кто-то отдавал команды.

— Всё уже решено? — спросил он наконец.

Маршал кивнул и сделал маленький глоток.

— Да. Эти люди уже решили. Высшие круги в Соединённых Штатах и в Британии. Они смотрят на карту мира и видят, как всё должно сложиться. Италия в нынешнем виде им не нужна. Нужна другая Италия — без дуче и его амбиций, которые мешают большим планам. Или, возможно, Италия вообще в другом виде.

Нам с тобой главное — не замараться в политике Муссолини. Держаться в стороне от тех решений, которые потом будут называть ошибками. Потому что нам предстоит жить совсем в другой Италии или даже не в Италии.

Генерал налил себе ещё граппы.

— Ты говоришь об этом так уверенно. Есть конкретные сигналы?

— Сигналы приходят постоянно, если уметь их читать. Донесения из Рима, разговоры с теми, кто бывает в Лондоне и Вашингтоне.

Они продолжили пить граппу маленькими глотками. Маршал рассказал о нескольких встречах, которые прошли в Риме в последние месяцы. Не называя имён, он описал, как некоторые генералы и промышленники уже ведут осторожные беседы о будущем. Генерал слушал, задавая уточняющие вопросы.

— А что с Африкой? — спросил ди Санголетто. — Абиссиния — это наш главный проект. Если всё изменится в Риме, что станет с колонией?

— Абиссиния останется важным местом, — ответил маршал. — Но под другим управлением. Возможно, под международным контролем или в новом статусе. Те, кто принимает решения за океаном, хотят стабильных поставок ресурсов. Кофе, хлопок, минералы. Они не заинтересованы в постоянных восстаниях и войнах. Поэтому нам нужно уже сейчас выстраивать связи с местными вождями так, чтобы потом можно было перейти к новой системе без больших потерь.

Разговор перешёл к практическим вопросам. Они обсудили, кого из офицеров можно считать надёжными для будущих перемен. Маршал подчеркнул необходимость осторожности: никаких записей и никаких открытых разговоров.

— Я уже начал собирать информацию о тех, кто проявляет излишнюю преданность дуче, — сказал генерал. — Для того чтобы понимать, кого нужно держать подальше от важных решений.

Маршал одобрил. Они говорили о конкретных фамилиях, о подразделениях, о поставках оружия. Граппа закончилась, и маршал достал вторую бутылку.

Они коснулись экономики. Генерал рассказал о плантациях, которые расширяются в южных районах. Маршал отметил, что эти объекты нужно оформлять так, чтобы в случае смены власти собственность можно было сохранить или быстро перерегистрировать.

— Главное — не оказаться среди тех, кого потом объявят виновными, — повторил маршал. — Муссолини взял на себя слишком много. Его речи, его законы, его войны. Всё это ляжет тяжёлым грузом. Мы же — администраторы. Мы строим дороги, поддерживаем порядок, управляем. Это можно представить как полезную работу независимо от политики наверху.

Генерал кивнул. Они проговорили больше двух часов. Маршал описал возможные сценарии: мирный переход власти в Риме, давление извне, экономические санкции. Генерал предложил варианты действий по укреплению позиций в Абиссинии — усиление разведки, работа с британскими контактами через нейтральных посредников, подготовка запасных маршрутов снабжения.

— Если Лондон и Вашингтон уже всё решили, то нам стоит подумать о прямых каналах, — сказал генерал. — Не через Рим, а напрямую.

— Именно об этом я и думал, — ответил маршал. — У меня есть несколько имён. Люди, которые бывают здесь по торговым делам. Они могут передать нужные сигналы.

Они обсудили, как организовать такие встречи, чтобы никто в Риме не заподозрил ничего лишнего. К полудню они перешли к лёгкому обеду. Слуги принесли пасту, овощи и вино. За едой они говорили уже о повседневных делах колонии — о строительстве школ, о медицинских пунктах, о том, как местные жители реагируют на новые порядки.

Маршал отметил, что эти проекты помогут создать образ стабильности, который пригодится позже.

— Когда всё изменится, нам нужно будет показать, что мы всегда работали на благо региона, а не только на Рим, — сказал он.

Генерал согласился.

— Дуче верит в свою звезду, — заметил маршал. — Но звезда уже тускнеет. Нам нужно смотреть дальше.

Они выпили ещё граппы за будущее. Генерал собрал документы ближе к вечеру. Они договорились о следующей встрече через неделю и о способах обмена информацией.

Перед расставанием маршал положил руку на плечо генерала.

— Помни, Витторио. Мы не предаём страну. Мы просто готовимся к реальности. Италия, которую мы знали, меняется. И мы должны измениться вместе с ней.

Генерал кивнул и вышел. Автомобиль ждал его у входа. Пока машина ехала по улицам Аддис-Абебы, он смотрел на новые здания, на солдат, на местных жителей. Его мысли возвращались к разговору.

Вечером маршал ди Монтальто остался в кабинете. Он написал несколько отчётов для Рима, подписал приказы. Потом сел с блокнотом и сделал личные заметки — короткие, без имён, которые можно было уничтожить в любой момент.

День подходил к концу. Солнце опускалось за холмы нагорья, окрашивая небо в мягкие тона. В бывшем дворце императора горели лампы, и работа продолжалась.

Оба офицера понимали, что отныне каждый их шаг должен учитывать не только приказы из Рима, но и то, что готовится за пределами Италии.

* * *

Марко вошёл в участок ранним утром начала сентября 1938 года. Дежурный капрал сразу направился к нему и протянул конверт.

— Господин лейтенант, доставили около часа назад. Мальчишка с улицы принёс конверт и ничего толком не объяснил.

Марко взял конверт. Он прошёл прямо в кабинет, закрыл дверь и сел за стол. Нож для бумаг легко разрезал пакет, он достал лист и начал читать.

«Теперь вы убедились, что я вполне серьёзен. Я дал вам абсолютно бесплатно важные доказательства. Думаю, у вас было время проверить эти карты и убедиться, что это не фальшивка. Теперь я хочу кое-что получить от вас взамен, но не просто так. Я предоставлю вам ещё кое-какие сведения, которые вас заинтересуют. Идите на окраину к заброшенному колодцу за старыми мастерскими. Ориентир — три засохших акации рядом с тропой. В десяти шагах к северу от них, под плоским камнем, будет закопано то, что предназначено для вас. Возьмите это и оставьте там десять тысяч лир. Это справедливая цена за начало настоящего обмена. После этого я свяжусь с вами снова. Приходите ночью, один».

Марко прочитал текст несколько раз. Информатор переходил к прямому обмену. Карты оказались точными, и теперь за новые данные требовалась оплата. Сумма соответствовала оперативным расходам, выделенным генералом Витторио ди Санголетто. Марко понимал: отказ мог оборвать связь.

Он убрал письмо в ящик стола и запер его. Утро прошло в обычных делах: просмотр рапортов патрулей, распределение задач капралам, короткие разговоры с Риччи о текущих наблюдениях в северных кварталах. К полудню он принял решение.

Деньги из фонда лежали в сейфе. Он отсчитал необходимую сумму, завернул купюры в чистую тряпицу и поместил свёрток в небольшой холщовый мешочек. Затем проверил револьвер, подготовил фонарик и складную лопатку.

День тянулся размеренно. Марко обедал в участке, просматривал списки задержанных, давал указания усилить внимание к портовым складам. К вечеру жара спала, и город начал готовиться к ночи. Торговцы закрывали лавки, жители расходились по домам.

Марко дождался полной темноты, переоделся в гражданскую одежду и вышел через боковой выход. Улицы постепенно пустели. Он шёл, выбирая маршрут через менее освещённые переулки. Несколько раз сворачивал, чтобы проверить, не идёт ли кто следом. Никого не было.

Центральные кварталы остались позади, сменившись районами с низкими постройками. Дальше начинались пустые пространства окраины. Старые мастерские стояли тёмными силуэтами. Марко миновал их и нашёл тропу. Три засохших акации выделялись на фоне неба. Он остановился, осмотрелся по сторонам. Место было открытым и безлюдным.

Плоский камень лежал именно там. Он сдвинул его, включил фонарик и начал работать лопаткой. Земля поддавалась без усилий — она была сухая и рыхлая. Лопатка углублялась быстро. На глубине около полуметра металл задел ткань. Марко расчистил ямку и вытащил свёрток. Развернув плотную материю, он увидел небольшой блокнот.

Присев на корточки, лейтенант раскрыл его и начал читать при свете фонарика. Список включал около двадцати имён — это были сомалийцы и абиссинцы, проживающие в Аддис-Абебе. Возле каждого — короткие записи: получает регулярные небольшие выплаты, передаёт данные о передвижении итальянских грузов, связан через посредника с контактом в Джибути. Указывались занятия: мелкие служащие в администрации, торговцы, носильщики в порту. Ничего значительного — только низовой уровень, собирающий обычную рутинную информацию.

Марко перелистывал страницы, запоминая детали. Несколько имён ему были знакомы по прежним рапортам. Информация выглядела правдоподобной. Он убрал блокнот в карман, достал мешочек с деньгами и положил его на дно ямки. Аккуратно засыпал землёй, утрамбовал поверхность и вернул камень на прежнее место. Осмотрев округу ещё раз, Марко направился в обратный путь.

Вернувшись домой, он запер дверь, зажёг лампу на маленьком столике и снова раскрыл блокнот. Имена были реальными. Некоторые люди работали в местах, где утечки информации были возможны. Марко сидел и обдумывал увиденное. Если информатор сдаёт этих мелких посредников, значит, он не опасается их разоблачения. Эти фигуры, скорее всего, не играют важной роли в основной структуре. Возможно, их уже считают расходным материалом.

Марко размышлял дальше. Информатор постепенно повышает ставки. Сначала карты бесплатно, теперь список за деньги. В следующий раз цена вырастет, а сведения могут стать серьёзнее. Или, напротив, среди правдивых деталей появится ложь. Британская разведка могла вести такую игру через местного человека: давать верную, но малозначимую информацию, чтобы завоевать доверие, а потом направить расследование по ложному пути. Марко не исключал этой возможности. Источник явно имел доступ к внутренним данным итальянской стороны. Но проверить всё равно было необходимо.

Он составил в уме план действий на завтра: поручить Риччи собрать косвенные сведения по каждому имени — но только тихо, без лишнего шума. Марко закрыл блокнот и убрал его. Он понимал риски: деньги отданы, сведения получены. Теперь оставалось ждать следующего шага от неизвестного.

Расследование по делу Бьянкини по-прежнему требовало результатов. Трое в камерах молчали, записная книжка Мебрата не давала новых зацепок, деньги капитана оставались пропавшими. Лейтенант прошёлся по комнате, обдумывая варианты. Информатор мог быть человеком, решившим заработать на стороне. Или частью сети, ищущим способ выйти из игры. А возможно, это тщательно спланированная операция противника. В любом случае Марко решил продолжать. Другого пути пока не было.

Он сел обратно за столик и ещё раз просмотрел список. География имён охватывала Аддис-Абебу и связи с Джибути — это совпадало с известными ему каналами. Марко отметил для себя несколько человек, которых можно было проверить в первую очередь. Один торговец часто ездил через границу, другой клерк имел доступ к графикам поставок. Такие детали могли помочь в расследовании.

Ночь за окном стояла тихая. Марко погасил лампу и лёг спать. Утром предстояло начать проверку, не раскрывая источник. День принёс новый этап в расследовании, и лейтенант был готов его пройти.