Мы сели в такси. Причём сели, не переодеваясь, не умывая закопчённые физиономии. Вокруг нас распространялась кислая вонь сгоревшей взрывчатки… В общем выглядели мы с Тихим, как пара «диких гусей», что вернулись с образцово-показательной карательной акции. Оружие попрятали по кофрам и кобурам, но все равно было понятно, что нашу одежду оттопыривают явно не садовые инструменты.
Водитель же такси, оширец преклонных лет, был невозмутим, словно аватар одного из главных оширских божеств. Не помню, как эту сущность величали жрецы, но все сходились на том, что именно она уделяла особое внимание только своему внутреннему спокойствию. А всё, что происходило вовне, божество демонстративно игнорировало, полагая что это не более чем суета сует и томление духа.
Он удостоил нас скептичным взглядом. Хмуро буркнул, чтобы мы взяли покрывало, что лежало свёрнутым за задним диваном, и аккуратно его постелили, дабы не заляпать пороховой сажей обивку сидений из рельефной синтекожи. Это была единственная действительно дорогая деталь интерьера флаера. Всё остальное было убого до невозможности.
В общем, у меня сложилось такое мнение, что он каждый вечер развозит утомлённых крутыми разборками местных хунгузов по домам, где их наверняка ждут желтокожие дети и узкоглазые жёны.
И это было хорошо. Я ожидал истерик, попыток закрыться в своём транспорте и вызвать полицию и тому подобных панических действий. Но обошлось.
Плохо же было то, что услышав, что нам вот прямо приспичило лететь в космопорт, он по-людоедски улыбнулся. А когда мы сказали, что в космопорту выходить нам надо не на обычной стоянке для общественного транспорта, а на логистической площадке 56/32-С (оттуда до стоянки «Беглеца» было метров сто, не больше), его лицо стало похоже на морду улыбающегося крокодила. И уж совсем неприлично довольным он стал, когда услышал о том, что нам очень не хотелось бы вступать в близкий контакт с любым представителем служб охраны законности и порядка.
Само собой, выслушав нас, он объявил цену за свои услуги и услуги своего летающего ужаса.
Мы с Тихим пару минут хлопали себя по карманам, пытаясь найти анонимный чип, на котором нашлась бы сумма, что объявил нам водила. Это было не просто, ибо она была ничуть не меньше стоимости двух билетов класса люкс на орбитальный шаттл. Нашли таки.
— А если твоё корыто упадёт, — застенчиво спросил Тихий, — нас на эти деньги же и похоронят с почестями?
— Не извольте беспокоиться, — получив чип, водила, похоже, примирился со всем несовершенством мира и впал в состояние, граничащее с нирваной, — домчу с ветерком.
Говорил он, кстати, на оширском, так что тут я привожу только вольный перевод его слов. А так там были ещё разные труднопереводимые идиоматические выражения, да…
Домчал он нас с ветерком, без обмана.
Во время движения в салоне действительно было очень ветрено, так как форточка, что была в окне около задних сидений не закрывалась от слова «совсем».
Я честно пытался её закрыть, но, взглянув на отражение узких ехидных глаз в зеркале заднего вида, просто наконец осознал то, что слова «с ветерком» были не фигурой речи, а честным предупреждением.
На территорию космопорта мы залетали не в отведённом для этого воздушном коридоре, а по какой-то странной траектории.
Судя по тому, что наш пилот лихо покачал крыльями, пролетая над блок-постом служителей закона, у него тут все было схвачено.
Те полисмены, что не были заняты в тщательном досмотре какой-то грузовой платформы, стоявшей перед КПП, просто помахали нам вслед.
Дико конечно это всё выглядело. Но зато ко мне пришло понимание, почему мы заплатили такие безумные деньги за десятиминутный полёт.
Похоже, что цена тут складывалась с учётом оплаты тотального бездействия стражей порядка.
А вообще, да… Оширская коррупция, это явление, достойное самого пристального изучения.
Когда мы подошли к «Беглецу», все люки были задраены, и корабль выглядел готовым выдержать небольшой штурм.
— Дрищ, мы уже тут, — сказал я по мыслесвязи, — открывай калитку.
— Я вас так рано не ждал, — как бы оправдываясь, ответил он, — тут же опустилась малая аппарель и мы с Тихим быстренько шмыгнули внутрь.
И, стоило только мне оказаться внутри, как бронепандус опять пошёл вверх, надёжно отсекая нас от внешнего мира.
— Запрашивай разрешение на взлёт, — скомандовал я, — пока местные не чухнулись, что виновники большого бадабума, что недавно случился в городе, уже готовы покинуть эту убогую планету.
— Ну да, — согласился Джимми, — есть риск остаться тут очень надолго, если сейчас смыться не успеем…
— Да не так всё плохо, — повод для того, чтобы совсем уж не переживать был прост. Тут все можно было купить, вопрос лишь в сумме, — надолго мы в любом случае не задержимся. Но если нас сейчас остановят, придётся хорошо заплатить.
— Ну уж нет, — возмутился Дрищ. Он, как, впрочем и все мы, очень любил деньги и не без оснований считал, что сэкономленный кредит, это всё равно, что заработанный кредит. А потому тронул один из сенсоров и деловым тоном начал переговоры о взлёте:
— Диспетчерская, запрашиваю разрешение на взлёт…
Взлетели, следует отметить, без помех. Но, когда мы уже вставали в разгон, находясь на планетарной орбите, по гиперсвязи с нами связался диспетчер, и голосом, не терпящим возражений, объявил, что если мы не подойдём к ближайшей орбитальной станции и не предоставим борт для досмотра, по нам через пятнадцать минут откроют огонь.
Я тут же спросил корабельный искин, сколько времени нам требуется для ухода в варп.
— До достижения нужной скорости нам остаётся четыре минуты семнадцать секунд, — механический голос тут же развеял мои сомнения.
Пока эти узкоглазые уроды расчехляют свои орудия с затянутыми паутиной стволами, мы гарантировано выйдем из зоны поражения.
А дальше план был прост. Мы запрашиваем спецов по вормхоллам и они строят нам маршрут до ближайшей нейтральной системы.
И, достигнув этого тихого уголка, мы сможем перевести дух и не торопясь обдумать свои дальнейшие планы.
А в том, что планы нуждаются в существенной корректировке, сомнений не было, так как за последние несколько дней мы успешно возбудили нездоровый интерес к своим скромным персонам. И, что характерно, теперь нас достать хотят, как минимум три организации.
Арварцы и охотники за головами мечтают наши головы просто открутить, а оширцы стремятся нас обезжирить за те безобразия, что мы успели учинить на их территории.
Хотя, я думаю, что не сумев нас сразу прищучить, они вплотную займутся теми лузерами, что прятались в краулере. Так что остаются только охотники за головами и арварцы. Но и этого нам хватит, чтобы как следует задуматься о том, что и как делать дальше.
Ребята из «Хоул Логистикс» в очередной раз не подкачали, и мы, получив от них маршрутную карту, тут же встали в разгон к вормхоллу.
Надо сказать, что уже кто-то нас активно искал. По крайней мере корабельный искин сообщил, что в системе работает несколько сканеров, которые упорно пытаются кого-то нащупать.
А если учесть, что когда мы только в эту систему прибыли, подобной активности не наблюдалось, то напрашивается вывод, что это пытаются локализовать именно нас.
Но, поскольку стеллс-поле было включено на полную, я думаю, что эти любознательные ребята остались с носом.
Да, в любом случае, скоро мы нырнём в вормхолл, а там ищи ветра в поле…
Нырнули. Несколько часов, и мы оказались в системе Зороа. Система эта знаменита тем, что тут нет вообще ничего полезного. А поскольку она находилась недалеко от сектора пространства, где пролегала граница Империи Аратан, то в своё время поисковики излазили её вдоль и поперёк.
Но это было давно. И после того, как все убедились в том, что делать тут совершенно нечего, система стала довольно безлюдной.
Подозреваю, что сюда изредка забредали только такие ребята, как мы. То есть те, кому надо было просто перевести дух и собраться с мыслями.
После того, как мы с Тихим сходили в душ, немного привели себя в порядок и вообще, пришли в себя, мы все втроём собрались в кают-компании.
— Приветствую вас на борту «Беглеца», — со смешком провозгласил Дрищ, как только мы с Тихим вошли.
— И тебе здрасти, — Тихий ответил улыбкой.
— Ну, чем хвастаться будем? — сразу спросил Джимми.
— Вот так вот, даже кофе не предложишь? — ухмыльнулся я, — все мысли, только о деньгах, значит? — сказал я, плюхаясь на своё место и водружая на стол кофр, в котором сейчас находилось содержимое очередной заначки Мганги Пхукунци.
— Ко-о-фе? — задумчиво протянул Дрищ, но потом подобрался и довольно бодро объявил, — сейчас организуем…
И через три минуты кофейник уже кипел и в воздухе разлился аромат кофейных зёрен, кардамона и корицы.
— Сливки? — поинтересовался с некоторой издёвкой Джимми. Он знал наверняка, что и я и Тихий предпочитаем чёрный кофе. Но спросил, чтобы подчеркнуть свою нарочитую заботу.
— Хватит шутовства, — увещевающим голосом сказал я, — ты же знаешь, что мы оба пьём кофе, чёрный, как уроженец центральных систем Арвара.
Дрищ, продолжая отыгрывать радушного хозяина разлил кофе по чашкам.
— Хорошо оказаться дома, — сказал Тихий, начав прихлёбывать волшебный напиток мелкими глотками.
— Да, — задумчиво сказал Дрищ, как это ни странно, а именно этот кораблик и ассоциируется с понятием «Дом»…
— Что-то вас в какую-то сентиментальную философию потянуло, — сказал я, опасаясь, что разговор действительно повернёт в ту область, куда мне не особенно хотелось углубляться.
Чтобы изменить тему, я рывком поднял опалённый в бою кофр и грохнул им столешницу. Внутри что-то звякнуло.
Расстегнул магнитные застёжки, и Дрищ тут же сунул туда свой любопытный нос:
— А что это там за шкатулочки такие красивые? — он сунул руку в тёмное нутро кофра и вытянул оттуда длинную и широкую шкатулку. Но не деревянную, а металлическую, и без инкрустаций золотом. Значит это был не реликварий… Уже хорошо.
Интересно, что бы тогда это могло бы быть?
Но узнать ответ на этот вопрос вот прямо сейчас нам было не суждено…
Мой коммуникатор, который вёл себя всё это время вполне себе прилично, вдруг разразился каскадом звуков, извещая меня о том, что я опять кому-то нужен.
Судя по мелодии вызова, это была Коломбина.
Вот её я, честно говоря, ожидал услышать в последнюю очередь. Ведь совсем недавно мы с ней говорили. Ну, тогда, когда она передала нам контакты «Хоул Логистикс».
И я терялся в догадках, пытаясь предположить, зачем это я ей вдруг понадобился…
Но, самый лучший способ это выяснить, это просто тронуть сенсор приёма. Что я, собственно, и сделал:
— Привет, красавчик! — она была, как всегда, бодрой и отвратительно жизнерадостной, — успел соскучиться?
Ну, само собой, она хотела услышать что, да, и вообще… Ну, доставить женщине такое, сравнительно небольшое удовольствие я могу, тем более, что никаких ни физических, ни моральных затрат это за собой не повлечёт. Ну, разве что самую малость совру, поскольку нисколечко не скучал, ибо времени на это не было совершенно:
— Весь извёлся в ожидании, когда же ваше величество соизволит…
— Ты опять издеваешься? — уже своим обычным, стервозным голосом спросила она.
— Ну не всё ж тебе издеваться-то, надо мною, ранимым и беззащитным…
— Ой, ну кто бы уже говорил, — фыркнула она, — более толстокожего, грубого и самоуверенного самца я в жизни не встречала…
Ага, речь зашла о самцах. Не иначе, как это результаты её близкого общения с этой киской, ну, я имею ввиду мзин-фемаль по имени Ниэри, с которой они не разлей вода, сколько я её помню…
— Тебя заразили воинствующим феминизмом? — я постарался, что бы голос мой сочился ядом.
Ответом мне был вздох, который донёсся до меня через сотни парсеков:
— Ладно, я знаю, что ты можешь препираться сутками, словарного запаса тебе хватает. Но я не просто так решила послушать твои плоские остроты. Я по делу.
— Да я тоже думаю, что вряд ли ты будешь тратиться на гиперсвязь только ради того, чтобы сказать мне пару гадостей… — высказал я очевидное предположение.
— Ну, всё не так плохо, — а вот тут у неё прорезались характерные мурлыкающие интонации мзин. Общение с этими кошачьими явно накладывает на неё свой отпечаток. Интересно, а не придёт ли она однажды к тому, чтобы имплантировать себе клыки, как у мзин, сделать стоячие ушки и приживить хвостик?.. Что-то отвлёкся я, а она, между тем, продолжала:
— Я тоже умею считать деньги, а потому этот сеанс связи идёт за счёт принимающей стороны, — и довольно рассмеялась. — тем более, что если судить по размерам комиссионных, которые мне заплатил «Хоум Логистикс» за вас, как за новых клиентов, денег у вас куры не клюют.
Я посмотрел на дисплей, и таки да, на экране была строка, в которой мелькали цифры начисляемых платежей:
— Ну, денег никогда не бывает слишком много, — вздохнул я, — а раз так, то давай покороче… Выкладывай, чего тебе вдруг из-под меня понадобилось.
— На самом деле, именно мне от тебя вот ничегошеньки не надо, — сказала она, и после небольшой паузы добавила, — … пока не надо.
— Сара, имей совесть, денежки-то капают, — воззвал я к совести этой оторвы, — мои, заметь, денежки…
— Душный ты, — вздохнула она, — в общем, слушай. Тот самый деятель, чьи контакты ты мне передал, оказался очень полезным агентом. И я вынуждена принести тебе благодарность за этот прямо-таки королевский подгон…
— Слышать, как ты меня за что-то благодаришь действительно как-то не очень привычно, — признался я, — но я по прежнему не верю, что ты говоришь со мной сейчас только по тому, что из тебя неудержимо рвутся слова этой самой благодарности…
— Нет, — согласилась она, — дело в том, что этот человек очень-очень просил меня передать тебе зашифрованный файл. И срочно.
Насколько я понял, речь шла о майоре Стиле, который по своей воле завербовался в агенты Коломбины, или кто там ещё за ней стоит. Но вот зачем ему пересылать мне файл? Да ещё такими окольными путями? Загадка, однако… Но ладно, надо заканчивать этот разговор, а то скоро баланс моего аккаунта гиперсвязи уйдёт в минус.
— Так давай этот файл сюда, — сказал я, — время-то тикает.
— Сейчас, — буркнула она и до меня донеслись звуки какой-то тихой возни, а потом на дисплее показался и статус-бар передачи файла.
Прошло меньше двух минут, и передача успешно завершилась.
— Получил? — заботливо спросила Коломбина.
— Да, — тут же ответил я, и задал всё-таки вопрос, который меня мучил, — а что он напрямую его не передал?
— Ага. Он говорил, что ты спросишь про это, — хихикнула она, — и по этому поводу просил сказать тебе, что все ответы на твои вопросы ты в этом файле и найдёшь. И да, он сказал что пароль — это номер того коммуникатора, который он тебе оставил для связи.
— Отлично, — выдохнул я, — на этом всё?
— Да, — ответила она и тут же разорвала связь. Вертихвостка.
— И что там за файло такое? — тут же возбудился Джимми.
— Сейчас посмотрим, — буркнул я, и перелил файл с коммуникатора на планшет, поскольку там и экран побольше, да и проектор есть. То есть, при желании, и голограммку можно будет сделать.