Глава сорок вторая

Утром я встретил на окраине Бухары, вися в воздухе на своем байке. Так сказать, в полной боевой готовности, пулемет в хольстере, некропосох в держателе сзади, ну, просто потому, что супротив ручалок он намного эффективней, чем водяной. Русалки мало того, что нежить, так еще элементали воды, так что самое сильное, что я могу выдать, Канышь-пери разве что пощекотит. А вот некрозаклинания ей придутся не по нраву. Но это так, меня занесло. Потому как главная русалка Арала дама очень умная, выдержанная, прекрасный дипломат и умелая хозяйка. И сориться с ней мне совершенно не с руки, как и ей со мной. Но статус… что я за сильный маг без посоха. С востока, на фоне восходящего Солнца, появился ковер-самолет Силантьева.

— Привет, Аким. Ждешь? — старый маг пожал мне руку, и усмехнулся, глядя на посох. — любите вы молодые фаллические символы.

— Так сама жизнь такова, что без фаллоса порой как без рук. — хмыкнул я в ответ, на что наш главмаг расхохотался, откинувшись на спинку магического экрана.

— Ладно, полетели. Познакомлю тебя с хозяйкой Арала. Через два часа мы должны быть у неё. Потому летим хоть и спокойно, но быстро. — И Силантьев без предупреждения рванул на северо-запад.

Надо сказать, что у товарища Силантьева один из трех ковров в Союзе, способный развивать сверхзвуковую скорость, но только на высоте в сорок километров. Такой вот прикол с этими коврами, экран базируется на тканой основе, атмосфера выдает такое сопротивление, что может разрушиться сам ковер. Потому гонять на паре Махов можно только в стратосфере.

Но здесь, на малой высоте, ковер тоже достаточно скоростной, пятьсот километров держит свободно. Впрочем, мой байк тут чуть скоростней, километров пятьсот тридцать выдает, так что я нагнал Силантьева около Аму-Дарьи. Дальше гоняться не стали, полетели пеленгом, главмаг чуть впереди, я чуть позади слева.

Пару раз к нам пристраивались вояки, сначала Сушки-семнадцатые, а над Нукусом Илы-двадцать восьмые. Но быстро отвязывались, качнув нас спутными струями, потому как если сам Силантьев совершенно не против похулиганить, то диспетчера гоняют от него молодых пилотов чуть ли не пинками, ибо мой начальник фигура союзного значения, в прямом и переносном смыслах. Но забавно, надо будет погонять с ними, как познакомлюсь получше.

— Так, идешь за мной след в след, не отступай дальше трех метров. — Над Аралом главмаг скинул скорость до двадцати километров в час, и спустился на полста метров. — Канышь будет нас ждать в «скрытой протоке», тебе пока туда допуска нет, потому идешь с моё окошко. И будь повежливее, она хорошая девчонка.

Ну еще бы, он же с ней знаком больше столетия. Прохор Прохорович сюда, в Туркестан, прибыл вскоре после Крымской войны, когда оклемался после гостеприимства придворных магов. А отсюда в США. Биография у нашего старшего мага ну еще та, и это только из известных фактов. А что еще темна вода скрывает, одни боги знают. Но делиться своими знаниями они не очень любят.

Северный берег Арала есть сейчас дельта старого русла реки Тургай, что снова впадает в Арал с одной стороны, а с другой в Западно-Сибирское море. Чего это все стоило нескольким водяным — не передать, но Лавров он на то и министр иностранных дел СССР, взять на слабо несколько сильнейших духов в Евразии — это высший пилотаж. Впрочем, это все им сторицей вернулось, потому как резко увеличило магическую силу, позволившую сдвинуть ледяной покрой в Северном Ледовитом далеко от побережья континента, что опять же, позволило намного удешевить движение морских судов по Северному Морскому Пути, сейчас атомоходы-ледоколы работают только в нескольких проблемных местах. Кстати, кельпи там, говорят, развелось, прямо огромные табуны, моржам отдыхать мешают, носятся по побережью. Надо сгонять к Аю-Аю, поглядеть, потому именно на наших северах я бывал всего четыре раза, и мне категорически было не до любований красотами. Все четыре раза то еще рубилово было, право слово. Но зато ни разу не поцарапало там, что странно.

Силантьев нырнул в складку, следом за ним я, в затухающее окно. Но успел.

— Ого. — вот чего я тут не ожидал увидеть, так это какую-то северную реку. Высоченные сосны и ели, скалы, прохлада. Довольно многоводная и бурная река, несет воды в Арал.

Кстати, сейчас через Узбой в Арал из Каспия вода почти не поступает, хватает северных вод. Но каспийский водяной сток не перекрывает, опять же, силы прибавилось и возможность позаигрывать со здешней хозяйкой есть.

А вот и она. На свалившемся в воду могучем некогда стволе расположилась сама русалка. Видная особа, надо признать. И очень красивая. Сильное красивое тело в чешуе разных оттенков зеленого, словно в дорогом гидрокостюме, очень красивое лицо, роскошные черные волосы, отливающие в изумрудную зелень. Девица крупная, надо сказать, с хвостом около трех метров, не меньше, если бы была человеком, то под два метра ростом вышло бы.

— Приветствую тебя, о прекраснейшая. — Прохор Прохорович умеет так, голосом. Сплошной мёд и елей. — Позволь познакомить тебя с новым смотрителем доменов, что окружают твое море. Аким Власов, мой вероятный преемник, возможно, через полвека.

— Рад приветствовать, прекраснейшая. — я поклонился. Надо сказать, что эти игры с темой преемственности начинают напрягать. Понятно, что через полвека или падишах помрет, или ишак сдохнет, но все-таки.

Русалка, однако, прищурившись и недобро смотрит на мой посох.

— Некрос? Прохор, ты кого ко мне привел? — Канышь резко повернулась к сидящему на ковре магу, взметнув волосы.

— Некрос, но частично. А так боевой маг-универсал, очень сильный маг, именно как боевой уже архимаг, не меньше.

— И что? Архимаг? Парень, ты так реально силён? Сможешь моё море уничтожить? — Русалка презрительно фыркнула. А зря.

— Могу. Так, больше тысячи кубокилометров. На километр пятьдесят литров антивещества, пятьдесят тысяч литров антивещества нужно. Гарантированно испарит Арал полностью. Но прекраснейшая и вреднейшая, тут взрыв такой силы будет, что планету с орбиты сдвинет. Такой хоккей нам точно не нужен. — Не только русалка, Силантьев в ахуе. А вот нехрен меня преемником обзывать.

— Бля… Аким, ну ты сучара. Расшифровал закл Деникина- Кутепова? — главмаг вытащил из кармана платок, и вытер вспотевший лоб.

— Ну да. Я же его трижды пользовал. Понял, что там портал открывается, и что-то закидывает оттуда сюда. Немного, но крайне убойное. Потом сопоставил, что любимая фишка русских магов — порталы, исчезла примерно в то же время, когда пошли массовые применения этого закла во время Великой Отечественной. Кстати, это была фантастически чистая ментальная операция — заставить всех забыть, как использовать порталы. Благо что пользователей почти не осталось. Потом моя Изенька сквозь мои щиты портанула, потом призрак меня водил порталами. Потом чертов япошка. Изя научила порталам, а уж источник антиматерии сам нашел, воспользовался наработками японца. Если честно — испытывал в космосе, побоялся на нашей планете. Портанул на Луну сто грамм антивещества, все приняли за падение астероида, помните же, на той неделе?

— Твою поперек. — Силантьев резко постарел, потом встряхнулся. — пофиг, у тебя итак допуска «Особая папка», ты почти архимаг и бригадир, молчун ты еще тот, конпирации тебя учить не надо. А Канышь-пери молчать умеет как рыба. Правда, солнышко? — Ласково-ласково обратился старый маг к прекрасной и сильномогучей русалке, которая от этого обращения поёжилась.

— Хватит меня пугать. Прохор, твой преемник что, на самом деле сможет уничтожить планету? — русалка глянула на меня, и чуть подальше отодвинулась.

— Я боевой маг, сударыня. Я дерусь, чтобы с нами, нашей страной и нашей планетой ничего не случилось. И Присягу давал, перед людьми и Богами. — Мир чуть дрогнул, подтверждая мои слова. — а уничтожить планету много ума не надо, тут скорее безумцем надо быть. И право слово, не тебе меня бояться, прекраснейшая. Очень надеюсь, мы подружимся. И позволь в честь знакомства пару подарков преподнести.

Я повернулся в седле, и под заинтересованным взглядом русалки вытащил из переметных сум свежайший торт «Пахта», бутылку «Талмор Дью» и небольшой ларец.

После чего с легким поклоном передал все это русалке. Та аккуратно, но поочередно приняла, чуть коснувшись своими руками моих. Интересные ощущения, тонкая и нежная прохладная чешуя. Как-то в Персидском заливе морскую змею в руках держал, ту, которая в сотню раз ядовитей кобры. Похоже.

Торту русалка явно обрадовалась, отпластав кусочек отросшим когтем, и отправив рот, аж зажмурившись от удовольствия. Умела свернула пробку с бутылки вискаря, прилично отхлебнула, и откусила еще тортика.

— Муррр. Сразу видно настоящего мужчину. Умеешь побаловать женщин. Прохор, ты мне торт прошлый раз принес полвека назад, кстати. — Пери глотнула еще вискаря, и открыла ларец. Замерла, захлопав изумленно глазами, и аккуратно вытащила из ларца черную диадему с большущим бриллиантом. Ну как бриллиантом, черный муассанит.

— Какая прелесть. Черное золото? Никогда такого не слыхивала. — русалка покрутила диадему в руках, наколдовала водное зеркало, и надела её на голову. — Ох. Аким, что это?

— Фактически, довольно неплохой компьютер, работающий напрямую с мозгом. Сейчас он активировался, примерно через сутки отладится связь и взаимодействие, можно будет даже в планетарную сеть выходить, через спутниковые группировки. — я поглядел на ошарашенную русалку. Ну да, на человеке такое испытывать кто бы мне дал. А русалка разумная нежить, точно не помрет. Легкий дискомфорт ей не помеха, а привычное состояние. Нежить постоянно испытывает дискомфорт, любая. Даже личи, но те умеют минимизировать его последствия. — если хочешь, можешь снять, и надеть через сутки.

— Вот еще! Такой у сестер точно нет! Спасибо, Аким! — Меня обняли и поцеловали, в щеку. Ну, ощущение непривычное, но не неприятное. Скорей, прикольное.

— То берегини его целуют, то русалки. — Силантьев фыркнул, и тут ожила его спутниковая станция.

— Травник Центру! Внимание! В саре Барса-Кельмес появилась неустановленная хтоническая тварь, предположительно Царевна-Лягушка. Еще раз, предположительно Царевна-Лягушка.

Блядь! Барса-Кельмес огромное солончаковое болото к западу отсюда, в зоне моей прямой ответственности. Там Хтонь, но малоактивная. Там, мелочь всякая вылазит, но далеко от болота не отходит, пустыня, все-таки.

Но Царевна-Лягушка это та еще тварь. Реально лягушка, но размером с небольшую гору. Метров триста высотой. Кинг-Кинг нервно курит в сторонке, и старается не отсвечивать. Притом еще эта тварюка обладает толстенной шкурой, которую бомба-пятисотка может и не пробить.

— Куда она движется? — Главмаг он и есть главмаг, в жизни видел много всякого дерьма, потоу не теряется.

— К Кунграду. — А вот это нехорошо. Город довольно большой, и недалеко. А хтонические твари любят людей. Есть любят. — На Яки подвешивают тактические ядерные бомбы. Две пары, страховка.

— Летим, Аким. Уебешь тварюга заклом, испытаем в деле. — Главмаг прав, взрывать ядерные бомбы здесь, относительно недалеко от городов, нехорошо. А закл радиационных следов не оставляет.

— Я с вами! — вскочила русалка на ноги. Когда успела перекинуться? — И уселась позади меня, прижавшись крепкой грудью к моей спине. — Ох и давненько меня так парни не катали. Ой как давно, А, Прош? Помнишь, ночь, пустыня, мотоцикл? Какой у тебя был?

— «Харлей» армейский. И не совращая мне парня, он только-только женился. Меня потом совратишь. — Силантьев взлетел, и полетел к той точке, откуда мы влетели в аномалию. — И кстати, дай парню допуск, они хулиганить точно не будет.

— Да дала уже. Жаль, только допуск. — И да, мне на астральную проекцию упала короткая шифрограмма, развернувшаяся в допуск в эту складку.

До хтонического чудища долетели за десять минут, за это время я успел рассчитать закл на те же сто грамм антивещества. Четыре мегатонны на супержабу хватит с гарантией.

— Гони летунов, дядь Проша! И берегите Глаза! Я врубил щиты на максимум, и бросил закл. В пяти километрах полыхнула ярчайшая вспышка, скрывая неторопливо ползущую тушу. И в щиты ударил воздух, спрессованный до прочности стали.